В плену у солнца

Каждое утро после смерти матери было похоже на предыдущее, если оно было солнечное. Ёсан осторожно выглядывал в окно сквозь тяжёлые чёрные занавески и, если замечал солнечные лучи, возвращался ещё на часик в постель. Он мог читать или бродить по просторам интернета в поисках интересных людей. Хоть он и не любил особо новых знакомств и лишнего общения, порой даже Ёсан чувствовал себя одиноким. Налив себе чашку чая, Ёсан сел напротив окна. В это время мало кого можно было видеть на улице, так как многие были на работе или в школе. На скамейке обычно сидели две старушки, которых Ёсан видел на протяжении многих лет почти каждый день. Бабушки же встречали его всего пару раз. Однажды одна из них вызвала полицию, подумав, что Ёсан умер и поэтому не покидает свою квартиру. Разумеется после этого случая все в округе знали о его непереносимости солнечных лучей. Несколько раз бабушки носили ему еду домой, зная о трудностях передвижения. - Жалость, жалость, жалость... - повторял Ёсан. Дождь. Именно капли дождя по окну разбудили Ёсана зимним утром. Выскочив из кровати он подбежал к окну и распахнул занавески. Его встретило серое небо и раскаты грома. Ёсан улыбнулся и кинулся к двери, надев куртку и сапоги, но всё также оставаясь в пижаме. Он выбежал на улицу и стоял под дождём минут 10, пока не почувствовал, что замерзает. Набрав в лёгкие столько воздуха, сколько было возможно, Ёсан хотел закричать, но не смог. Его сдавили слёзы и внезапно подступившее чувство паники. Его сердце забилось в бешеном ритме. На мгновение он потерял равновесие и у него закружилась голова. Деревья, что раньше устремлялись верхушками вверх, будто пытались окружить Ёсана своими стволами. Гром эхом отдавался в его голове. Присев на корточки Ёсан обхватил голову руками и уткнулся лицом в колени. - Один, два, три, четыре! - он начал быстро считать до пяти. Обычно его это успокаивало, но сейчас необъяснимая истерия комом поднималась к горлу. - Пять... Один, два, три... Четыре... Мама... - еле слышно произнёс он. - Считай вместе со мной, - говорила мама. - Один, два, три... - Четыре, пять. - Молодец. Всегда считай до пяти. Паника боится этого, хорошо? - Один, два... два... Ёсан почувствовал, как на его плечи опустились чьи-то руки. Они начали похлопывать его по плечам. Затем кто-то опустился рядом с Ёсаном. Ёсан пытался разглядеть человека, но чувство тревоги смазывала всю картину окружающего мира. Будто художник, что рукой размазал свою картину, найдя неисправимую ошибку. - Два, три, четыре, пять, - голос человека звучал успокаивающе и знакомо, будто человек был родной, но Ёсан знал, что это не так. - Давай вместе, считай со мной, хорошо? - Считай вместе со мной, хорошо? - говорила мама. - Отойди! Отойди от меня! - Отойду как только посчитаешь! Давай! Один, два... - Три, четыре... пять. - Отлично. Давай ещё раз? Один... - Два, три, четыре, пять. То ли это похлопывания по плечам так повлияли на Ёсана, а может и правда ему лишь стоило наладить дыхание и посчитать как следует, но паника начала отступать. К нему постепенно возвращалось привычное зрение. Он увидел лицо человека, что помог ему посчитать. Это был парень, может старше на год или два, с тёмными волосами и располагающей улыбкой. Чем-то он напомнил Ёсану чёрного кота. Парень всё также похлопывал его по плечам. - Тебе лучше? - Ёсан кивнул. - Хорошо. Ты тот Ёсан, да? Парень с аллергией на солнце? - Это не аллергия, бабки не понимают... Это болезнь Гюнтера. - Ясно, - прикусил губу парень. - Извини, не хотел тебя обидеть. Меня зовут Пак Сонхва. - Он протянул руку. Ёсан пожал её. - Кан Ёсан. Тебе не сидится дома в непогоду? - Ёсан встал и отошёл от Сонхва. - Я как раз вещи заносил и увидел тебя. Подумал, что тебе нужна... - Спасибо, я в норме. Добро пожаловать. - Ёсан поклонился и зашагал домой. - Заходи ко мне когда будет скучно! - крикнул ему вслед Сонхва, но Ёсан не повернулся. Придя домой Ёсан понял, как сильно он замёрз. Скинув с себя мокрую пижаму, он залез в ванну и начал набирать горячей воды. - Меня зовут Пак Сонхва. - Тоже мне... Аллергия на солнце... Святоша. Он видел в окне, как Сонхва помогал грузчикам перетаскивать вещи из фургона. Будто дождь и холод и вовсе его не волновали. Сонхва делал это с улыбкой на лице, такой же, какая была у него на протяжении утренней встречи. Ёсан взял со стола блокнот и уселся на подоконник. - В нашем дворе стало шумно, когда он приехал. Наверное на радостях юности ему всё кажется прекрасным. Он остановился и снова принялся изучать нового соседа. Промокший до нитки Сонхва попрощался с грузчиками, и они уехали. Сонхва остановился в доме напротив. Он заметил Ёсана и помахал ему. Ёсан не ответил тем же и просто закрыл занавески. - Раздражает.