Кровью Императора и Сангвиния

С тех пор Красная Жажда стала постоянным спутником жизни Кальта; одно из проклятий генетической линии Сангвиния все же настигло его. Может и к счастью, но он был далеко не одинок в своём несчастье. Отклонение так же настигло Финеаса, Эдора, сержанта Клавдиана, в меньшей степени — Роария. Многих из их поколения поразил этот недуг, и лишь единицы, вроде Векселла, сохранили стойкость и благочестие. Они стали подобны островкам чистоты для своих прокаженных, менее удачливых братьев, почти неспособных противостоять родовому проклятию. Часто после боя Кальт начинал чувствовать неприятный зуд в зубах, какую-то странную жажду, словно он выпил целые литры воды — и всё никак не мог напиться… А потом его губы находили чьё-то тело, — союзника или врага, неважно, — и он с чудовищным рвением пил чужую кровь. Пил, почти неспособный напиться. Когда в конце концов недуг ослабевал, разжимая стальные тиски с его разума, и перед глазами снова вырисовывалась реальность, он видел, как совсем рядом, сидя на коленях, тем же нечестивым делам предавались его братья. Иногда это был Эдор, реже — Роарий… Некогда благородные космические десантники, защитники человечества и сыны Великого Ангела уподоблялись монстрам, с которыми сражались, и пожалуй именно этот факт причинял Кальту больше всего боли. С той мрачной поры прошло ещё полтора года. .Капитан Тоннос возражал против данного мероприятия; даже магистр Данте первое время ворчал — но всё же согласился, расценив участие пятой роты в параде как жест доброй воли. Мир-улей Ксарал. Парад в честь отправки на очередной театр войны сразу четырёх хорошо укомплектованных полков Имперской Гвардии. Больше ста пятидесяти тысяч человек отправлялись проливать кровь во имя Бога-Императора, — и власти решили устроить в честь этого пышный праздник, украв при этом, разумеется, из государственного бюджета определенную сумму средств. Так, всего лишь приятный бонус. Впрочем, самим Кровавым Ангелам на это было всё равно. Их удел — война, не коррупция. В параде участвовали и другие астартес. Капитан Тоннос счёл честью присутствовать на нём вместе с братьями из Ордена Гвардии Ворона. Такой же Орден Второго Основания — нечасто происходят подобные встречи! Кальта переполняли радость и даже волнение, когда он ступал в одной роте со своими братьями-кровавыми ангелами, в то время как позади них ступали гвардейцы ворона в своих фирменно черно-белых доспехах. Кальту всё не терпелось поговорить хотя бы с одним из них. Колонны космодесантников маршировали между похожими колоннами простых гвардейцев, на фоне которых Ангелы Смерти в полном боевом облачении выглядели гигантами из древних терранских легенд. Кальт, и многие его боевые братья видели трепетный страх, смешанный с уважением, в реакции простых людей на них. Они рукоплескали, пытались обратиться к Астартес, что-то спросить. Вместе с тем они будто бы не верили в то, что видят. В их взгляде читалась мысль: «я буду рассказывать это внукам и правнукам, до конца своих дней». Для них живые сыновья легендарных полубогов-примархов выгляди воплощённым в реальность мифом. До сих пор они могли только слышать о них из молитв, преданий, всего лишь слухов — но теперь видели воочию, и эта реакция смущала Кальта. Он не ожидал такого. На них непроизвольно косились и простые гвардейцы. Впрочем, совсем скоро и для Кальта нашелся достойный объект для внимания. Парад шёл по невероятно широкому мосту, освященному множеством фонарей и прожекторов. В небе медленно плыли челноки, в основном предназначенные для того, чтобы снимать сам торжественный ход. Вокруг вздымались шпили ульев. На тех, что были наиболее близки к мосту, располагались парапеты, а на них — восторженные люди разных сословий. Разумеется, аристократам достались лучшие места. К слову, даже для них, напудренных, богатых и изнеженных, вид живых, марширующих космодесантников был в диковинку. Они наблюдали с неприкрытым благоговением. Одно дело — быть обеспеченным, и другое — нести в себе генокод примарха, ангела Императора, а вместе с ней и частицу Его самого. Даже для аристократов с их внушительными средствами подобное было лишь недосягаемой мечтой. Во время марша громко играла торжественная музыка, ещё громче звучали молитвы. Какой-то кардинал, чьё изображение в реальном времени можно было увидеть на многих экранах города-улья, громогласно вещал об доблести имперских гвардейцев и их долге перед Богом-Императором. Сила и нетленная слава космического десанта так же восславлялись, но как-то осторожно. Кальт считал это правильным. Откуда-то сверху сыпались конфетти, устилая дорогу. Оно ложилось во множество слоёв, весело вздымаясь в воздух, когда рядом кто-то проходил. Сначала Кальт не придал этой помпезности особого значения. Несколько позднее он узнал, что на подобные «украшения» для парада власти выделили колоссальные деньги, а дабы их заполучить — урезали и без того скромные зарплаты рабочим с некоторых заводов. Какое кому вообще дело в этой Галактике до того, что простой работяга с завода обеднеет ещё больше, и ему вскоре нечем будет кормить семью? Кого волнует его возможная смерть от болезней, ведь ему не хватит даже на самые дешевые лекарства? В конце концов, пара-тройка исчезнувших семей — ничто по сравнению со славой и могуществом Империума Человечества. Всё должно быть красиво и внушать трепет, уважение, страх. Космодесантники учувствовали только при первом параде, на котором промаршировала только половина отправляемых полков Астра Милитарум. Первый же парад и вышел самым дорогим; второй получился чуть скромнее. Всё согласно планам планетарного губернатора и его окружения. Астартес покинули бы Ксарал в тот же день — собственно, гвардейцы ворона так и сделали, но по не ясным сначала для Кальта причинам кровавые ангелы этого не сделали. Они задержались на ещё один день. Кальт был там. Он стоял на парапете, наблюдал за вторым шествием. Рядом, по левую руку находились его боевые братья, безмолвные, немногочисленные и будто безучастные. Большинство из них изредка неловко переступало с ноги на ногу. По правую руку обособленно расположись аристократы, и они явно чувствовали себя более неловко, чем астартес. Некоторые из них даже боялись поднять глаза на могучие силуэты гостей. Тем не менее Кальт, чью голову закрывал шлем, поймал на себе множество взглядов какой-то невысокой, чересчур напудренной женщины средних лет. Если бы она только поняла, что космодесантник прекрасно всё видит… Однако по-настоящему внимание Кальта приковало нечто иное. Другие гости. Всего их было трое, и стояли они несколько левее. Держались обособленно, будто одним своим существованием отталкивая от себя всех окружающих. Безмятежные аристократы вряд ли знали о том, кто ещё наблюдал вместе с ними за парадом. Для них же самих так было лучше. Но Кальт видел инквизиторов до сего момента лишь дважды, и то вскользь, а тут они стояли практически на расстоянии вытянутой руки. Его руки… Он отчасти даже завидовал капитану Тонносу, о чем-то негромко разговаривающему с одним из инквизиторов. К сожалению, они разговаривали по закрытому вокс-каналу, что весьма огорчало Кальта, но таков был порядок. В конце концов он рядовой космодесантник, к тому же не желающий быть кем-то ещё. -Время идет, Занн. Я требую объяснений. Да, я осмелился, ибо имею право. Инквизитор, чьё лицо закрывал капюшон, приподнял к нему голову. -Конечно, капитан Тоннос. Я знал, что рано или поздно вы всё же спросите меня прямо, и этот момент настал. Что ж, не будем ходить вокруг да около. Скажу прямо. Мне нужна помощь ваших братьев, капитан. Дело серьёзное и срочное — иначе бы я не обратился в подобной манере к столь древнему и уважаемому Ордену, как ваш. -Оставьте лесть нашим гостям и им подобным, инквизитор. Признаюсь, я не думаю, что вы лжете, как свойственно людям вашей породы. Пока все звучит складно. К нам действительно нечасто обращаются в подобном тоне. Так что за дело? -Благодарю за доверие, — агент Золотого Трона Терры кивнул. Как-то понуро, будто обреченно. Тоннос это заметил. — Генокульт, капитан. Здесь, буквально под нашими ногами. Капитан пятой роты задумался на несколько мгновений. Занн с интересом наблюдал за ним, всматриваясь в благородное лицо, покрытое множеством боевых шрамов. -Вы правы, — отозвался наконец Тоннос, отведя взгляд обратно на парад. — Дело действительно серьёзное. Даже малый генокульт несет в себе смертельную угрозу. К тому же, как астартес, могу сказать, что одна только мысль об наличии подобное мерзости на верной Императору планете заставляет душу вскипать от гнева. Мы должны искоренить это чистейшее зло, в любом случае. Как можно скорее. Но меня интересует вот ещё что — почему же вы не обратитесь к Караулу Смерти? Ведь это больше его прерогатива. -Караул не может быть везде и всегда, капитан. Ближайший его контингент находится в соседней звездной системе, а ждать я не намерен. Я собираюсь подавить этот культ в зародыше, пока он не пустил свои гнилостные корни в этот мир. -Понял вас. — Так значит вы согласны поддержать мое дело участием пятой роты? -Не совсем. Инквизитор вопросительно поднял бесцветную бровь, ожидая объяснений. Тоннос охотно их дал: -Всё не так просто, инквизитор. Вы же знаете, в этом же секторе находится Зельгард, попавшая под удар Вечного Врага, и ситуация там критическая… -Да-да, я знаю, — отмахиваясь, невежливо прервал капитана Занн. — Сводки поступают ко мне ещё быстрее, чем к вам, — не сочтите это за грубость. Просто факт. Тоннос кивнул. -Как бы то ни было, я получил множество сообщений с Зельгарда, и намерен помочь. Запрос об отправке туда пятой роты уже направлен магистру Данте, и я жду ответа. Если честно, не думаю, что он откажет. Но с другой стороны…не могу отказать и я. Сейчас скажу вам очевидную вещь, инквизитор, но она объяснит мою мотивацию. Империум в осаде. Битвы вспыхивают вокруг него снова и снова. Везде одни враги, и мы, космический десант, никак не можем оказаться в стороне. Повторюсь…подобной инопланетной мерзости нет места на наших мирах. Я выделю вам несколько бойцов, и в случае успеха вашей миссии они тут же отправятся вслед за своими братьями на Зельгард. Согласны? -Скольких вы готовы оставить? Тоннос на мгновение задумался. -Четверых. Кальт еще раз проверил боевое снаряжение, осмотрелся. Ему до сих пор не верилось в то, что его направили на столь особое, опасное задание. Все сражения до этого были по сути обыденными, одними из сотен тысяч, но это… Настоящая спецоперация под крылом Священной Инквизиции! Кальт кипел изнутри, желая проявить себя в лучшем свете. К тому же, их врагом был генокульт, и с этим врагом ему ещё не доводилось встречаться. Ему банально было интересно, как они выглядят, на что способны, и главное — как их эффективнее всего можно уничтожить. Да и плазменной пушкой до этого он орудовал крайне редко. А тут инквизитор Занн расщедрился, выделив своему «особому отряду» лучшее, что у него только было. Когда Кальт взял пушку в руки и недоверчиво её осмотрел, инквизитор, словно прочтя его мысли, тут же отозвался: -Она высочайшего качества, десантник. Надежная. Подобные модели держат у себя Механикус, во время войны пуская их в ход. Кальт посмотрел на инквизитора. -А ты не знал? — негромко усмехнулся Занн. — Лучшее они оставляют себе. Даже в отношении вас, лучших передовых солдат Империума, они порой проявляют неслыханную жадность. Для Кальта это стало откровением, но виду он не подал. Он вообще не особо доверял Занну, и, кажется, остальные братья разделяли это чувство. Все благодаря капитану Тонносу, который заранее провел им довольно подробный, но максимально возможно сжатый инструктаж. Он объяснил (как подозревал Кальт — несколько предвзято), о том, что инквизиторам нельзя доверять. Каждый из них себе на уме, а дарованная им Троном власть порой опьяняет их, делая даже более опасными, чем истинные враги Империума. Отдельного упоминания стоил и сам Занн. Капитан признал, что даже в их базе данных об этом инквизиторе известно крайне мало. Свой сан он получил в достаточно солидном возрасте, когда-то странствовал с вольными торговцами…. Открыто сражался против аэльдари, раскрыл парочку скрытых культов Хаоса и один культ генокрадов. Очевидно, он обладал неким опытом в борьбе с отродием тиранидов…и является своего рода белой вороной в стане себе подобных. Его нелюдимость по отношению к коллегам вызывала подозрения в душе Тонноса, чем он и поделился с подчинёнными. Ну а затем последовали подробные объяснения насчет генокрадов, в ходе которых Кальт быстро понял, что они такой же грозный враг, как и многие другие. «Жаль, что мы не одиноки во Вселенной» в очередной раз с горечью подумал он. Но была во всей этой ситуации и приятная сторона. К их четверке, в которую помимо него входил Роарий, Эдор и Финеас, присоединился ещё брат-библиарий Натан. Это известие несказанно обрадовало всю боевую группу. Натан вызвался добровольцем, едва узнав об угрозе генокульта, и капитан долгое время противился, отказывал, приводил доводы о том, что на Зельгарде его сила куда нужнее, но в конце концов вмешался сам магистр Данте. Через астропатический сигнал он передал свою волю: пусть Натан поможет братьям на Ксарале. Спорить с магистром Тоннос не мог, да и не хотел. Подобно остальным капитанам Ордена он безмерно уважал Данте. Позднее, когда Натан ушел, капитан спросил: -Почему, магистр? У нас не так много братьев-библиариев. Каждый из них на вес золота, вы сами это понимаете. Астропатический хор передал его вопрос. Ждать пришлось около десяти минут. Ответ оказался сжатым, до грубого сухим: -Чутье, капитан. После нескольких сотен лет жизни, наполненных только войной, начинаешь полагаться на него увереннее, чем когда-либо. К тому же Ксарал важный мир. Его производственная мощь и людские ресурсы впечатляющи даже по меркам миров-ульев. Его осквернения и уж тем более падения нельзя допустить. Сделай всё, что в твоих силах, чтобы помочь местным структурам Империума. Так Тоннос и поступил. Последнюю часть дороги до точки миссии Кальт чувствовал некий неприятный зуд в затылке, словно там завелась стая назойливых насекомых. Они крутились в его голове, путали мысли, меняя их своими, мешали думать… Он будто слышал чужой голос, но очень, очень тихо. В какой-то момент это начало тревожить Кальта, но вскоре отдалённый шёпот стих и всё пришло в норму, оставив в душе кровавого ангела крайне неприятный осадок. Они высадились под аркой огромной сточной трубы. Под ногами текла мутная грязная вода, уходящая за их спины и образуя своего рода водопад. Транспортный челнок улетел, появился другой. Кальт с братьями оглянулись. В дурно пахнущую воду ступил инквизитор Занн со свитой. Его сопровождала личная небольшая армия в лице шестнадцати штурмовиков. Все отлично вооружены. В основном, конечно, хеллганами, но Кальт заметил ещё огнемёты, плазма-пушки, гранатомёты. До сих пор Кальт лишь слышал об прославленных штурмовиках Инквизиции, и теперь, видя их воочию, мгновенно увидел в них грозных, умелых солдат. Правду говорят про штурмовиков Империума: после космодесанта, они — самые грозные бойцы человечества. Кальт так же заметил четырёх людей, отличавшихся от штурмовиков и сопровождавших инквизитора. Ближе всех стоял некто, облачённый в пластинчатую, легкую броню. В одной руке он держал силовой клинок, в другой — болт-пистолет. Судя по фигуре, это был мужчина. Лицо его закрывал шлем. Слева от Занна находилась, несомненно, сестра битвы. Её фарфорово-белый доспех словно сиял в окружающей тьме сточного туннеля. Кальт не сильно разбирался в символике Адепта Сорорритас, но приглядевшись, понял, что она принадлежит ордену Серебряного Покрова. Держалась сестра строго, обособленно, даже гордо. «Интересно, каково Занну держать в свите одну из так называемых Дочерей Императора?» подумал Кальт. «Ведь инквизиторы по большей части знают правду, разве нет? Что Император — не Бог, но величайший из людей. Как легко они, похоже, лгут фанатичным сестрам битвы, что сопровождают их в странствиях. Правда стоит все же признать, что подобный союз достаточно эффективен, в большинстве случаев, — пусть и построен на лжи». По другую руку от инквизитора стоял грозного вида техножрец с силовым топором наготове. Лицо механикуса представляло собой металлическую глухую маску. Кальт видел, как под серыми одеяниями он прятал ещё что-то. За спиной техножреца грозно застыло несколько механодендритов. Несколько поодаль боевую стойку приняла молодая девушка, почти лишенная доспехов. Броню ей заменяло темно-зеленое широкое одеяние. Кальт заметил на её лице несколько странных татуировок, предположительно, имеющих своё значение. Темные волосы девушки были собраны в хвост и украшались едва заметным красивым ободком из серебра. Из оружия при ней был только меч. Первую минуту космодесантник не понимал её роль в отряде — что может такой хрупкий, незащищенный человечек противопоставить грозным генокрадам? Однако вскоре он понял, что эта девушка, чем-то похожая на Занна, — псайкер. Инквизитор приблизился к космодесантникам, представил свою свиту. Человек в легком доспехе оказался первым аколитом и по совместительству телохранителем Занна: его зовут Керр. Достопочтимая сестра представилась как Фелиция, а техножрец угрюмо пробурчал о том, чтобы к нему обращались не иначе как к Даззману. -А вот та молодая девушка — тоже мой аколит. Она псайкер, и зовут её Агна. Кальт кивнул, неспособный понять, что за странное, неприятное чувство испытывает, стоя рядом с инквизитором. Ясность привнёс брат-библиарий Натан: -Благодарим за то, что представили своих спутников, таких же верных слуг Трона, как и мы, инквизитор Занн, однако позвольте кое-что спросить. -Конечно. -Вы пария, верно? Пустой? Мужчина усмехнулся уголками губ под глухим капюшоном. -Верно, брат-библиарий. Твоё острое ментальное восприятие не могло тебя обмануть. Кальт недоверчиво покосился на инквизитора. -А разве они существуют, брат Натан? Я считал их всего лишь вымыслом. -Я тоже, — поддержал друга Роарий. -Но как видите, братья, они вполне реальны, — отозвался библиарий и сделал слабый шаг назад. -Моя аура не так сильна, как могла бы быть, — тем более для кого-то твоего уровня. Так что можешь не опасаться. Занн даже позволил себе сухую улыбку. Кальт вновь подумал о том, что не может даже примерно понять, сколько же лет инквизитору. Возраст на его худом, изможденном лице словно застыл. Ему можно было дать и двадцать, и тридцать, и сорок лет. Натан кивнул в ответ, будто бы став спокойнее, и произнёс: -Мне, похоже, и правда остерегаться нечего, а вот вашей ученице… -Поэтому она стоит поодаль. Тебе тоже лучше сохранять дистанцию. Вся группа очистки устремила взгляд в непроглядную тьму туннеля. -Так начнём же, пожалуй. Давайте покончим с этим как можно быстрее — у меня еще есть некие дела, — с нагловатой усмешкой произнёс Занн и дал знак штурмовикам. Операция началась. -Я читал в сводке миссии, что нас будут поддерживать арбитры и некая леди-инквизитор Елена Клаусвиц, — нарушил тишину Натан, пока отряд очистки двигался вглубь туннеля. Говорил он по внутреннему закрытому вокс-каналу. Я тоже об этом читал, подумал Кальт. -Верно, — ответил библиарию Занн. -Хотелось бы уточнить их готовность. — Мы вошли с восточного туннеля в подулей святого Себастьяна Тора. Досточтимая леди-инквизитор Клаусвиц со свитой последует туда с южного туннеля. Мы должны встретиться в точке тридцать девять. -Таков план, — кивнул библиарий. -И я получил три минуты назад известие о том, что она уже выдвинулась. Её тылы прикрывают арбитры. Я бы сказал, что нам помогает небольшая армия местных законников. -Семьдесят человек, да. Для арбитрес это действительно вполне серьёзные силы, но с генокрадами нельзя быть легкомысленными. Жаль, что мы не можем задействовать силы Астра Милитарум или СПО — это может посеять панику среди простых людей. Им не следует знать о кошмарах, обитающих у них под самыми ногами. И будем надеяться, что не узнают. -Иронично, — внезапно вставила слово сестра Фелиция. — Жаль, что ближайшая база-монастырь Сестринства находится в другом полушарии Ксарала. Мои сёстры не столь мягкотелы, как простые прихожане. Им бы хватило духу. Я считаю, обывателям Ксарала не достаёт праведного гнева и истовой веры в Бога нашего, Императора. Тогда они даже с радостью встретили бы такую гнусность, как генокрады. -Нельзя судить людей за то, что они люди, — спокойно отозвался Занн. -Но их можно воспитывать, — упрямо ответила сестра битвы. — И даже нужно. Разве не в этом суть нашей веры? Мы должны стать подобны праведным маякам, что осветят дорогу тем, кто пребывает в невежестве и страхе. Наставить слабых на путь истинный, на путь выживания, проложенный для всего человечества Вечным Богом-Императором. В чем же я не права, Занн? Во многом, подумал Кальт. Безумно многом. Сама суть её мировоззрения в корне не верна. Но его братья терпеливо молчали, не вмешиваясь, и он следовал их примеру. -Мы на опасной спецоперации, Фелиция. Давай оставим философские рассуждения на потом. Или у тебя есть конкретные предложения насчёт того, как можно более успешно изничтожить инопланетную мерзость, против которой мы сейчас идем войной? -Никак нет, инквизитор. Занн помолчал несколько минут. В это время их отряд продвинулся ещё дальше, разгоняя мрак сточного туннеля светом подствольных фонариков. -Отряд леди-инквизитора Клаусвица докладывает об первом огневом контакте. -Генокрады? — мягко спросил Натан. -К сожалению, нет. Обычная мутантская шваль, обитающая в подульях. Восемь особей, все уничтожены. Брат-библиарий кивнул. Задумался на какое-то мгновение, после чего спросил: -Инквизитор, а почему бы и меня с братьями не подключить к вашему вокс-каналу? Мне не совсем нравится то, что именно вы получаете всю информацию. -Закрытая линия моей организации, десантник. Извини, не могу. Не имею права. Или просто тщательно пытаешься скрыть какие-то собственные секреты, мелькнуло в голове Кальта. Отряд продвинулся ещё глубже. Своды туннеля стали слишком высокими, теперь их было не разглядеть. Поток сточной, мутно-зеленой воды ослаб, однако по-прежнему жутко смердел. В какой-то момент они вошли в наиболее широкую часть подулья…и похоже, самую заброшенную. Кругом виднелась коррозия, следы чьих-то брошенных ночлежек, символы на стенах. Натан приблизился к одному из них. Рядом лежал грязный дырявый спальный мешок, в котором явно давно никто не лежал, а также виднелись истлевшие поленья, след крохотного костерка. -Не могу понять значение данных изображений, — констатировал Натан, притронувшись к одному из символов и всматриваясь в него. -Это как раз то, что мы ищем, — ответил космодесантнику Занн. — Это знак так называемого «Истинного Императора». Так генокрады ошибочно нарекли то, чему решили поклоняться. Мы на верном пути. Я уже буквально чувствую кожей присутствие этой мерзости. Натан нахмурился, отвернулся. Кальт, стоящий неподалёку, ощутил знакомую дрожь в пространстве вокруг себя — это его брат-библиарий активировал свои силы, дабы «прощупать» местность. -Я тоже что-то ощущаю, инквизитор. Готовьтесь, братья. Час расплаты близок. За ближайшим поворотом оказалось несколько силуэтов в рваных балахонах. Они развернулись на свет фонарей и Кальт увидел, что это обычные мутанты, не генокрады. Уродливые псевдолюди, с ярко выраженными, буквально кричащими отклонениями, что навсегда закрыли им путь обратно, в лоно чистого человечества. Штурмовики, шедшие первыми, незамедлительно открыли огонь. Небольшой туннель озарили лазерные росчерки, и каждый выстрел находил свою цель. Кто-то из мутантов попробовал броситься на обидчиков, но большинство побежало в другую сторону. Далеко уйти им не удалось. Кальт оказался приятно впечатлён. Опять же, слухи дело неблагодарное, но даже космодесантники не поспели за реакцией штурмовиков, пусть те и шли первыми. Пожалуй, Кальт смог бы под конец этого расстрела сделать пару завершающих выстрелов, но в том уже не было никакого смысла. Солдаты инквизитора прекрасно справились сами. Это приободрило космодесантника. С такими верными, сильными союзниками они и правда могут… Внезапно откуда-то из темноты в противоположную от отряда сторону побежало еще два силуэта. Хромые, медленные мутанты, как успел заметить Кальт. Он хотел было двинуться вслед за ними, но остальные стояли, словно вкопанные. -Что-то здесь нечисто, — негромко произнёс Занн. -Предположение? — нагловато спросил Эдор. -Интуиция, десантник. Агна, попробуй прощупать ту область. -Я уже сделал это, инквизитор, — хмуро отозвался Натан. — Чувствую приближение множества врагов. -Значит, это ловушка, причем достаточно наивная. Но они явно не ожидали, что с нами будет библиарий. -Тем хуже для них, — подвел итог Эдор, поднимая тяжелый болтер. И всё же генокрады появились внезапно. Подулей был их домом, они знали все его тайные лазы, все укрытия, все проходы. И атаковали людей со всех сторон, осознав, что их примитивная ловушка не сработала. Они появились из мрака, уродливые, жуткие, и…чужие?.. Их нечеловечески вытянутые черепа резко контрастировали с порой почти человеческими лицами. Правда Кальт быстро про себя отметил, что все же ни один человек, даже охваченный самым праведным на свете гневом, не будет так зол. Одно из главных отличий между людской расой и видами ксеносов заключалось в том, что у человека почти всегда была цель, ради которой он сражался: защита родного дома, своих близких, честь, слава. Тогда лицо его искажалось осмысленным гневом. Злоба чужих, в свою очередь, есть ничто иное, как часть их самих, их природы. Они созданы такими. Такими они и обречены умереть. Так успел подумать Кальт, убив первых двух генокрадов меткими выстрелами из плазма-пушки. Вокруг него разразился фирменный хаос, свойственный почти любой битве. От былого преимущества группы очистки не осталось и следа — её просто окружили со всех сторон. Раздались выстрелы, зарокотали целые очереди, рычали и выли генокрады. Их дикие нечеловеческие вопли перекрыл боевой клич брата Натана: -Кровью Императора и Сангвиния, братья!!! Вперед, в атаку! Кальт успел убить еще двоих, прежде чем обезумевшие, дикие ксеносы приблизились к нему вплотную. Космодесантник рывком закинул плазма-пушку за спину, вынул силовой клинок из ножен. Первым же ловким выпадом насадил ближайшего генокрада на лезвие. Тот забарахтался, начал молотить руками воздух. Его дикая, необузданная напористость приятно впечатлила Кальта, ибо пока что эти ксеносы убивались достаточно легко. Немногим сложнее поганых предателей из Имперской Гвардии. -Это не чистокровные генокрады! — объявил Занн, обезглавливая одного из них. — Но будьте осторожнее! Они наверняка не одни! Кровавые Ангелы и сами это понимали. Их база данных по генокрадам, как подвиду ксеносов, была ничуть не беднее, чем у инквизитора. Над местом схватки взметались молнии и огненные волны — старались Агна и брат Натан. Разумеется, библиарий был куда сильнее, и это ощущали все, включая генокрадов. Не прошло и двух минут с начала схватки, как по доспехам Кальта забарабанили короткие автоганные очереди. Весомого урона нанести они не могли, но раздражали знатно… Кальту немедленно захотелось прикончить стрелков. Разрубив еще двоих генокрадов одним мастерским выпадом, он заметил, как несколько культистов запарывают ножами одного из штурмовиков. Бойца окружили со всех сторон и зарезали, словно свинью. Он упал в сточную, мутно-зеленую воду, вмиг придав ей бледно-красные тона. Еще одного штурмовика застрелили. Пробили мощной очередью шлем, отчего голова разлетелась в разные стороны кровавыми ошмётками. Разумеется, отряд нес потери, но генокрадам явно приходилось ещё хуже. За считанные минуты их погибло слишком много, больше половины. Кальт уже предвкушал победу, чей приятный вкус огорчала неожиданная лёгкость её достижения. Враг оказался слишком слаб — какая честь в победе над ним? У Кальта не было возможности оглядываться, но он отчётливо чувствовал, как рядом бьются свита инквизитора и его боевые братья. Финеас косил строй генокрадов комби-болтером ничуть не хуже, чем Эдор с его тяжелым болтером. Роарий предпочёл обычную модель болтера, и со свойственным ему мастерством умертвил уже никак не меньше десятка ксеносов. На глазах у Кальта он ударом своего оружия повалил генокультиста на спину, придавил ногой и добил выстрелом в голову. Но смертоноснее всех, конечно, был брат-библиарий Натан. Он обходился без оружия дальнего боя, которое на самом деле могло ему даже мешать. Психосиловой меч в руке библиария буквально пел, и любой, кто осмеливался приблизиться к кровавому ангелу, вспыхивал ярким пламенем, словно спичка. По щиколотки в грязной воде сражалась сестра Фелиция, осыпая генокрадов очередями из болтера. Техножрец Даззман косил врагов меткими выстрелами радкарабина. За всё время схватки он ни разу не промахнулся. Пару раз к нему приближались враги, — тогда механикус одним могучим, умелым ударом силового топора крошил черепа вдребезги. Не думая укрываться за чужими спинами, сражался и инквизитор Занн. В основном он орудовал силовым клинком чудесной работы. Своего наставника прекрасно прикрывал Керр, который будто чувствовал, когда тому угрожала опасность. Инквизитор бился более чем умело, каким-то непостижимым образом всегда держась поодаль от Агны и Натана, благодаря чему людям-псайкерам ничто не мешало. Когда ксеносов осталось совсем немного, Кальт мысленно почти расслабился. Легкая победа, но главное, что честным гражданам Ксарала ничего не угрожает… -Перегруппироваться, быстро! — внезапно приказал Занн, отрубая очередному генокраду руку и толкая его плечом. — Донесение от Клаусвиц! Её уже окружили, и множественные цели движутся к нам!.. Кальт ощутил некий холод, идущий по туннелю. Явный след использования пси-сил. Но их источником служили не брат Натан или Агна. С северной части туннеля, туда, куда отряд изначально держал путь, появились еще генокрады. Более жуткие, менее похожие на людей. Многие из них начали стрелять на ходу, а возглавлял их высокий полуобнаженный мужчина с выгнутым назад черепом. В одной руке он держал металлический посох, в другой — лазпистолет. Его окружала некая ледяная аура, пугающая и отталкивающая. Кальт всегда ненавидел псайкеров-чужих. Зачастую ксенос уже сам по себе серьёзная проблема, но вот если он еще и колдун… Финеас вскинул комби-болтер, открыл огонь по скалящемуся псайкеру. Тот поднял ладонь и всех его собратьев, бежавших рядом, покрыло едва заметное поле, похожее на полупрозрачную плёнку. Чужак засмеялся. -Вы оказали нам услугу, забавные неверные. Мы как раз хотели проверить это несчастное поколение нашей паствы в деле, но оно оказалось совсем никудышным. Впрочем, оно сгодилось только для одного — принять на себя часть ваших патронов и хотя бы немного истощить. На отряд зачистки обрушилась мощная ментальная волна, и если бы не Натан и Агна, то всё оказалось бы совсем плохо. В очередной раз Кальт подумал о том, что им несказанно повезло, когда их брат-библиарий добровольцем вызвался на эту миссию. — Дайте мне возможность приблизиться к нему! — сквозь рокот с новой силой начавшегося боя приказал Занн. — И я заблокирую его силы! Ну же! Стены туннеля покрыла изморозь. Своды дрожали от выстрелов и разразившегося ментального боя. Кальт чувствовал, как у него даже немного спирает горло — настолько тяжелым стал воздух. Вспышки выброшенных пси-сил частично загораживали обзор, тоже мешали сражаться. Но на то Кальт и кровавый ангел, космодесантник, что обучен убивать даже в более тяжелых условиях. Ближайшего к нему генокрада, довольно крупного, повалила очередь тяжелого болтера Эдора. -Молодец, брат! Еще несколько тысяч павших ксеносов — и я даже начну тебя уважать! — пошутил Роарий, прикрывая Даззмана. Эдор в ответ только хмыкнул. Все почувствовали, как их хмурый, ворчливый брат улыбается. В то время как простые люди испугались бы при виде жутких, слишком чужеродных генокрадов, космодесантники из Ордена Кровавых Ангелов лишь усмехались. Страх по определению отсутствовал в их сердцах, а грозный, достойный враг — это всегда дополнительные честь и слава для их и без того гордого, славного Ордена. -Кровью Сангвиния! — проревел Кальт, нанося удар сверху по следующему ксеносу. Генокрад отразил атаку, выставив одну из пар своих длинных конечностей. Космодесантник не успел усмехнуться, как генокрад выпадом распорол ему левую щеку, пробив шлем. Брызнула кровь. «Да, вот теперь это серьёзный противник». К ксеносу-колдуну постепенно пробивался брат Натан. По пути к противнику он изничтожил четырёх генокрадов, и похоже, не собирался останавливаться. Он был воплощенным оружием, истинным кровавым ангелом, живым пророком воли Императора, величайшего из людей. В жилах Натана текла кровь самого Сангвиния. Чужак обратил всё свое внимания на библиария, обрушив на него всю доступную ему ментальную мощь. Натан стойко встретил её собственной защитой. В воздухе повисло стойкое ощущение того, что нечестивый генокрад, несмотря на всю свою спесь, все же слабее; как страх постепенно охватывает его. Перед взором ксеноса предстали далёкие образы прошлого, когда Кровавые Ангелы были великим, смертоносным Девятым, одним из лучших Легионов еще зарождающегося Империума. Тогда их вел сам Великий Ангел, и во всей Галактике не существовало преграды, которую они не смогли бы преодолеть. Враги человечества дрожали при одном упоминании сынов Сангвиния. И внутри них не было той порчи, что точит на корню всю их генетическую линию вот уже много тысячелетий. Всё это узрел перед собой глашатай культа, осознавая близкий конец. Возмездие от руки постепенно вымирающих, но все ещё гордых, стойких потомков Сангвиния ледяной рукой стиснуло ему горло и сердце. Однако к тому моменту инквизитор Занн был серьёзно ранен в бедро, а Керр с переменным успехом пытался защитить его. Поврежденный шлем он уже давно откинул в сторону, и всем окружающим предстал облик молодого мужчины довольно свирепого вида. Подобно Агне, он так же почему-то отдаленно напоминал Занна… Фелиция давно билась только с помощью клинка. Даззмана теснили; он умело, но неумолимо отступал. Финеаса ранили в обе руки. Оставив комби-болтер, он бился парными силовыми мечами. Самого Кальта буквально покрыла целая сеть самых разных ран. Когти и огнестрельное оружие генокрадов мяли его доспехи, словно пластик. Привыкнув полагаться на верную силовую броню, Кальт чувствовал некое разочарование и злость. Да как эти поганые ксеносы смеют так легко пробивать одно из лучших изобретений всего человечества?! Разум Кальта начал накрывать будто бы туман… Мысли стали путаться, теряться… К Агне подобралась пара генокрадов. Девушка не успевала среагировать, как рядом оказался Роарий. -Не бойся, я рядом! Не теряй контроля! Агна кивнула, жутко нахмурилась. Похоже, слова Роария были не безосновательными — контроль действительно давался ей нелегко. Метким выстрелом Роарий снес одному из генокрадов голову. Отбросил опустевший до последнего снаряда болтер. Мгновение — и клинок в правой руке. Роарий отрубил второму подкравшемуся к Агне генокраду руку, и, не успев среагировать, получил три мощных удара в грудь. Когти чужого с хрустом вышли из его спины. Роарий захрипел, захлёбываясь кровью. Агна обернулась, неимоверным усилием воли обрушила на генокрада молнию. Ксенос завыл, затем зарычал, не желая умирать. Роарий, весь покрытый собственной кровью, рухнувший на колени, воздел клинок, отбивая следующий удар. Когти генокрада отрубили ему левую руку. Только после этого чужой пал. При виде раненного брата, ближайшего друга, Кальт окончательно утратил контроль. Для него навеки исчезла дорога назад. Кровавый туман заполнил собой весь его разум, стал голосом всего его естества. Теперь существовали только он и этот туман. Туман… И Ярость. Космодесантник заревел, будто дикий зверь, бросился на ближайшего генокрада, буквально порвал его в клочья. Ксенос перед смертью даже успел удивиться такой внезапно возросшей, дикой мощи. Охвативший Кальта недуг забрал с собой все мысли, заблокировав всё постороннее. Осталась лишь ярость, слепая и необузданная. В приступе злости он отбросил шлем куда-то в сторону, как нечто, сильно ему мешавшее. Все увидели лицо Кальта, перекошенное от безумной ярости, его губы, покрывшиеся густой слюной, широко раскрытые глаза, лишь на самом дне которых навеки застыли осколки былого рассудка. -Брат Кальт! Брат, остановись! — услышал он отдаленно чей-то голос. Кажется, Эдор. — Это не ты! Стой, приди в себя!.. В это мгновение Кальт забил мечом, словно дубинкой, еще одного генокультиста. Кровавый Ангел напрочь забыл, что в руке у него было оружие, забыл, как фехтовать. Им управлял лишь гнев. Кальт превратил ксеноса в кровавое месиво, постоянно тесня его невероятной физической мощью, помноженной на безумие. Сейчас он был сильнее, чем любой из его здравомыслящих братьев. Генокрад, не ожидавший от врага внезапного прилива сил, просто не мог выстоять. Кальт впился зубами ему в горло, оторвал огромный кусок мяса зубами. Его густая слюна смешалась с кровью чужого. Кальт воздел голову, нечеловечески завыл. -Где… Где я?! Не понимаю, не знаю! Но я должен мстить! Мстить-мстить-мстить-мстить-мстить! За мой Легион! Во имя моего отца! ХОРУС!!! Где ты, предатель?! Агна все же потеряла контроль над собственным даром. Её хрупкое тело стало обращаться во что-то нечеловеческое. Демон, быстро захвативший девушку, радостно загоготал. Вспышки энергии, покрывавшие Агну, приняли пурпурные тона. — Восславьте Темного Князя, наивные рабы! Ваш Ложный Император мёртв, и существует только великий Слаанеш! Лицо девушки-псайкера невообразимо исказилось. Прежние черты исчезли, кожа побледнела, а глаза стали огромными чёрными камнями, лишенными зрачков. Рот заполнился острейшими зубами, между которымискользил омерзительный язык. Демон воздел левую руку, и на месте испепелил двоих штурмовиков. Они погибли быстро и без особых мучений, однако их души пожрал Повелитель Удовольствий. Финеас прыгнул на одержимую сбоку, попробовал прорваться сквозь ментальный щит. Поле битвы озарили новые разноцветные сполохи. Варпово отродье лишь засмеялось с новой силой при виде усилий кровавого ангела. Ментальным выпадом оно повалило Финеаса в воду, стало испепелять пурпурным пламенем. -Проклятье… — прошипел Эдор, отвлекаясь от генокрадов и разворачивая оружие в сторону демона. Однако снаряды тяжелого болтера плавились прямо в воздухе, не достигая цели. Эдора почти охватила паника. Как спасти боевого брата? Они уже потеряли одного, нельзя потерять ещё… В воду стремительной молнией спрыгнул Кальт. Он все ещё стискивал в руке силовой клинок. Внезапно демон ощутил, как силы его куда-то исчезли. Пропали, будто их и не было. Его даже охватила некая боль, слабая, но очень неприятная. Он повернул голову и увидел Занна. Жутко хромая, инквизитор шел на него с мечом наготове. -Кто-нибудь, убейте эту тварь! Отомстите за мою дочь, ну же! Я блокирую его силы! Демон обернулся и приготовился к прыжку, как его повалил обезумевший Кальт. Слуга Слаанеш зарычал. -Отпусти меня, глупый смертный! Я вижу твою смерть! Ты УЖЕ мёртв! Так сдохни, сдохни!.. -Слуга Архипредателя. Закрой рот, — ровным, но полным искренней злобой голосом произнёс Кальт, занося меч и вонзая его в сердце тела Агны. Демона это не убило, и он ответил ударом мутировавшей правой руки в плечо космодесантника. Силовой доспех частично нивелировал удар, но лишь частично. Раньше это обеспокоило бы Кальта, но не сейчас. Вынув меч, он одним движением обезглавил одержимое демоном тело. За его спиной Натан в это время совершил то же самое в отношении колдуна генокрадов. Омерзительная голова ксеноса покатилась куда-то в темноту, забрызгивая всё вокруг нечестивой кровью. Библиарий обернулся, ринулся к братьям. Кальт не контролировал ни силу ударов, ни их цель, превращая тело Агны в кровавое нечто. Занн плакал, видя это, но подходить к обезумевшему космодесантнику — значит почти гарантированно расстаться с жизнью. Инквизитор кричал, прося кого-нибудь остановить потерявшего рассудок Кальта. -Это…стоило…нам…мира! Подлый предатель, как ты мог предать веру отца в тебя?! — вопил Кальт, продолжая уродовать тело девушки. От него уже остались одни кровавые ошмётки. Тут он ощутил чьё-то чужое прикосновение. Слабое, но уверенное. Готовясь убить непрошенного гостя, Кальт опустил взгляд и увидел Роария, едва живого. Его лучший друг с силой стискивал ему ногу уцелевшей рукой. -Брат…остановись. Это не твой враг. Зло внутри тебя. Борись с ним, борись… Наш изъян…не должен был коснуться самого идейного из нас… Не должен был затронуть тебя. Брат, очнись, ты не наш великий отец, ты… Над Роарием склонился Эдор. -Побереги силы, брат Роарий. Твои раны серьёзны, и крови ты потерял немало. Подумай о себе. -Но брат Кальт, мой друг… -Ты уже сам должен был понять. Его не вернуть, брат. Смирись. Он уже не с нами. -Нет, нет… Нет-нет-нет! Он еще сильнее сжал ногу Кальта, который застыл, словно изваяние. Занн, воспользовавшись его заминкой, оттащил то, что осталось от его дочери. По другую сторону туннеля послышались шаги. Приближался отряд очистки леди-инквизитора Елены. Тьму подулья снова нарушили лазерные росчерки штурмовиков Инквизиции. Генокрады отступали. Рядом появился Натан. -Хотя бы ты, брат-библиарий… Помоги Кальту! Он же наш брат! -Я не могу влиять на разум подобным образом, брат Роарий. А теперь тише, я помогу тебе. Я немного обучался биомантии и смогу остановить кровь. А ты, Эдор, пока посмотри, как там брат Финеас. Он тоже серьёзно ранен. Все трое почти одновременно бросили короткий взгляд на Кальта. В полузакрытых глазах Роария, закрытых шлемом, все еще теплилась надежда. Он отказывался верить в то, что Кальта охватила Чёрная Ярость. Эдор, уходя, покачал головой, а Натан стиснул зубы. -Прости, брат, — прошептал он. Кальт, потерявший слишком много крови и ментально опустошенный, безмолвно упал рядом.