Это не наша война

Дженни сейчас сидела попивала чаёк в спальне Розэ. Условия тут им русские дали, конечно шикарные. Большая кровать, тумбочка, огромный шкаф, а всё дорогое и позолоченное. Чеён сейчас сидела и жаловалась на своего делового партнёра. — Ну вот я не могу! — в который раз повторила девушка. — Он, он, он вообще! Джендык, ты понимаешь, что он не видит во мне никого, кроме ребёнка, которого надо защищать?! Он обо мне заботиться, но… — Но вам обоим это не нравится, — договорила Дженни. — Да! Но когда я проявляю инициативу быть самостоятельной, он не даёт мне принимать решения самой! Я у него всегда вторая! Он не относится ко мне на равных! — В ком-то проснулся феминизм, — пошутила подруга. — Ну, а что в этом плохого? У меня, если можно так сказать, Чимин главней. И он тоже заботится. Но при этом я не ощущаю себя второй. Я иду рядом. — Потому что у него был выбор в тот день! — Розэ поставила кружку на тумбочку. — Защитить тебя и получить по морде, или наплевать на твои крики и не помогать. А меня буквально спихнули Хосоку! Ты не понимаешь, не понимаешь! — Давай взглянем правде в глаза, Чеён, — Ким сделала паузу. — Та нашла себе заботливого папика. — Чего?! — удивилась Пак и повысила голос. — Максимум, строгий отчим, который меня терпеть не может! — Ну как хочешь, — ответила Дженни и откусила печенье. — Вот жишь вредный плющ, — ругнулся Джей-Хоуп, наблюдая через камеру видеонаблюдения за спальней девушки, и слушая разговор через прослушку. — А было между вами что-нибудь такое прекрасное, романтичное? Он проявлял себя как герой? — Ну-у, — протянула Пак. — Если считать то, насколько он заботится обо мне на опасных заданиях… Что мы частенько делаем… — Продолжай, — Джендыки коварно улыбнулась. — Его подстрели в бок, из-за того что он прикрыл меня… Тогда мы спрятались на сене и он так держал меня… И Джей провёл меня через поле битвы, прикрывая меня от выстрелов. Сам при этом получил три пули в левую руку… — Ох и дура же ты, Розэ, — подвела черту Ким. — Согласен, — подтвердил Хосок и переключился с женских сплетен про себя на реальную работу. На следующий день. Лена встала рано утром и решила проверить один клишированный момент всех кино. Действительно ли, что если не закрыть дверь на щеколду в ванной, её откроет твоя будущая вторая половинка? На часах семь утра. В планах проваляться в ванной до девяти, одеться и тихо отодвинуть щеколду и ждать своего принца. Ну, а что, вдруг сработает. В конце концов, не зря же так часто везде где можно обыгрывают эту сцену. Тёплая вода расслабляет и уводит в небытие. В забвение, далеко-далеко за грани реального пространства. Ты лежишь и балдеешь. Потому что можешь. Наконец, наступает половина девятого, и Лена встаёт, одевается. Открывает щеколду, и только сейчас начинает спускать воду. Ждёт минуту. Ждёт две. На третью слышит шаги и чье-то недовольное бурчание. В ванну заглядывает Тэхён. С видом спалившегося вора, который не ожидал, что он вообще вор. — И как ты это объяснишь? — пафосно говорит Лена, закинув ногу на ногу и скрестив руки. — Извини, — парень в шоке стоит и смотрит на происходящее. — Я не думал, что тут кто-то есть, да и дверь открыта, да и вообще я только что встал и не думал ни о чём, — протараторил Ким. Елена несколько секунд сохраняет пафосный и задумчивый вид судьи: «казнить или помиловать». Но не выдерживает, и заливается искренним девчачьим смехом от абсурдности всей ситуации. И с мыслью: «жаль, что в жизни не работает клише, когда ты встаёшь утром и весь при параде», уходит к Дженни. Дженни, в свою очередь, уже привела себя в порядок и разговаривала с Розэ. Опять о Хосоке. — Доброе утро, дивачки-и-и! — улыбается Ленка. — Доброе, — откликается Ким. — Ты что-то хотела? — Да, хотела, — отвечает она, и смотрит в камеру, улыбаясь Джей-Хоупу. — О чём вы тут разговоры ведёте? О парнях? — Да, о них, — пристально смотрит Чеён. — Я к вам с неожиданным спором, — начинает русская и берёт в руки фотографию Хосока и Розэ с какого-то задания. Замечает маленький радио жучок и сжимает его в руке, чтобы кое-кто не услышал суть спора. — Если мне удастся украсть внимание всех троих парней, каждая из вас даёт мне по две с половиной. Если выиграет кто-то из вас — получит от меня деньги. — Да запросто! — радостно вскрикивает Чеён. — Ты не сможешь нас уделать! — Не недооценивай меня, — ухмыляется Кузнецова. — Результат вечером. Я ушла приводить план в действие, — она пожимает руку Пак и убегает. Первый на очереди — Чимин.

***

Этот же день. Томмот. Виктория уже несколько дней вынашивала месть для Чонгука. Ей понравился злой Гуки, но он не довёл дело до конца. Значит Вишневская сделает то же самое. Ну и заодно, самой будет ужасно интересно довести парня до белого каления. Да провернуть всё так, чтобы он не смог никак ответить. Решено — Викусик будет делать то, что должна уметь каждая уважающая себя женщина — приготовить вкусный ужин и соблазнить мужчину. А лучше, два в одном. Ну, а так как в шкафу одни штаны и джинсы, ей придётся топать в магазин. Томмот не очень-то и большой город, но что-нибудь точно найдёт. Заодно купит продукты для воистину, коварного ужина. А Мин Юнги слушал посла из деревни Сокджина. У него судьба сложилась лучше всех — он не был опасным шпионом, не вступал в никакой отряд, не был лидером в бандитской группировки и не выступал в убогом китайском баре. Он стал обычным колхозным мужчиной, даже «жёнушку» себе нашёл. Обосновались они в гостях довольно красивой русской девушки Натальи Соболевой. Места хватило, так как с наступлением военного положения в России, куча народу с восемнадцати ушли в армию. Ким был мужчиной нарасхват. К самому Джину Мин пока никак не может наведаться, но уверен, когда-нибудь он выйдет из рутины и отправится к нему гости. Посол вещал об очень хорошей жизни в этой небольшой деревеньке. Пофиг, что это село. Не город, значит деревня. Сокджин который раз призывал Юнги оторваться от своей скучной работы и приехать. Он, в отличие от остальных, во всей красе познал тяготы и радости русской жизни, работая с июня на огородах. Старший мембер нахваливал традиционную русскую кухню и обычаи, но Шуга пока не мог вылезти из бумажной рутины и позволить себе такое долгое путешествие. Пока доедешь, пока поживёшь, пока обратно потопаешь. А уже август на дворе, три месяца не виделись. Сранная война, какого хрена китайцы напали именно в тот день, когда BTS наконец добрались до РФ с концертом? Безобразие! А вот Чонгук страдал бездельем. Даже то, что он зам Юнги, не прибавляло ему работы. Скорее наоборот — Шуга-хён боится что-либо доверять Мелкому, боясь что напортачит. И чё Гуку делать? Пра-авильно, морочить себе мозги всякой ерундой. И ерунда вертелась у него в мозгах третий день. И имя ей — Виктория. Чон младший называл её иногда Тория или Рия, потому что ему никто не сказал, что Виктория сокращённо Вика. Хотя об этом знали все воины и Юнги-хён. А Вишневской самой нравилось, как к ней обращается парень — так официально, что-ли. Чонгук проворачивал в голове события трёхдневной давности. Как он тогда прижал её к стенке и зарычал, находясь на расстоянии поцелуя. Чон даже не отдавал себе отчёт в тот момент. Пока она буквально ответила на его вопрос, который подразумевал не буквальный ответ. Парень никогда раньше не замечал, что запах сочных овощей может быть таким притягательным. Мелкий даже не задумывался, что эти тёмные карие глаза можно напугать, а потом утопиться в них, как в горьком шоколаде. Чёрт, это слишком странно. Ну что, Чонгук, ты познал вкус влюблённости, о которой пел долгие семь лет?

***

Якутск. Вечер. Хосок был крайне удивлён тем, что Лена нашла прослушивающее устройство, о котором не догадывалась Розэ. К слову, жучок она оставила на месте и никому о нём не рассказала. Разве что, когда встретилась с Джеем хитренько улыбнулась. Он ждал вечера, ведь у этих девушек намечается что-то грандиозное. И он ни за что это не пропустит. Чимин и Тэхён ходили в полнейшем неведении. Они в основном отсыпались и разговаривали с Хосоком обо всём, что могли обсудить. Ни тот ни другой не заметили странного поведения девушек. Розэ и Дженни, по всем законам соблазнения пошли в салон красоты и по бутикам. Денег у шпионки хватало, так что можно было попробовать самое дорогое, но в этом не было необходимости. Главное, чтобы выглядело классно. На часах восемь вечера и две участницы гёрлз-бенда решают действовать. Вся компания парней сидит в рабочем кабинете Джея, который уже освободился от новой порции монотонной работы. Шпион купил им новую одежду, и поэтому выглядели они довольно классно. Чимин сидел в чёрной рубашке и модных штанах (дырявых). Тэхён был в зелёной футболке и белых штанах, и с очечами на глазах. Которые раскрылись в удивлении и соскользнули вниз, когда вошли девчули. По всем законам жанра, конечно же длинное платье с разрезом от бедра, распущенные вьющиеся волосы и херова гора аксессуаров. Цвета нарядов они выбрали по цветам тех, на кого были нацелены стрелы. У Дженни платье чёрное, а у Розанны мягкого мятного цвета. И конечно, как же без декольте. Неглубокое, довольно умеренное, но всё же декольте. Хосок был поражён. Этот цветочек никогда бы просто так ради своего «папика» не вырядился. Даже пуговицы на своей белой рубашке Чеён всегда застёгивала до последней. А тут такое. Ну как же не посмотреть. Пак видел Дженни в самых откровенных нарядах, и уже особо не удивлялся. Но как это подано сейчас — длинные рукава, всё ужасно блестящее. На руках полупрозрачные перчатки, и в зоне груди тоже тонкая ткань. Её тёмные волосы очень аккуратно уложены и вскручены, так и хочется их потрогать на ощупь. А Тэхён пялится, потому что может и ждёт Лену. В чём же придёт она? А она входит в кабинет и от неё ужасно вкусно пахнет какими-то пряностями. А когда девушки поворачиваются, чтобы взглянуть… Лена чихать хотела на инстинкт размножения. Она надавила на инстинкт любви к вкусной еде. Об этом свидетельствовал фартук, перепачканный мукой и какими-то сладостями. А запах булочек, или чего-то мучного перебил дорогие духи Ким и Пак. Животы подали знак, а Кузнецова, ухмыляясь, сказала: — Вам сначала булочки или тортик? Может пиццу? Или ваше это кимчи на русский лад? — Всё сразу, всё сразу! — откликнулся Ви. — Хосок, ты не представляешь, как классно она готовит! — Серьёзно? — удивляется парень. — Да я тебе отвечаю, — подтверждает Чимин. — Ну давай, мы ждём, — Джей пристально смотрит на Лену, впрочем, как и остальные. Когда прислуга приносит невероятно вкусные блюда и глаза парней приковались ко всему яству, Розэ поняла, что их спор проигран. Но для полного провала не хватает отклика ребят. Тэхён вообще предатель сраный, сразу налетел на поджаренных перепёлок и ел это с таким восторгом, что даже Дженни ужасно захотела это попробовать. Хосок кушал кимчи, а Чимин пристрастился к булочкам. Лена стояла с невероятно самовлюблённым лицом. — Ну что я могу сказать, — начинает шпион. — Это лучшее кимчи на русский лад, да и вообще кимчи, которое я когда-либо ел. — Ес, — радуется девушка, а лицо Розэ становится всё кислее и кислее. — Это невероятно вкусно! — говорит Чимин, а Ви просто показывает палец вверх, ему влом сейчас отвлекаться от такого вкусного ужина. — Ди-ива-ачки! — протягивает Ленка. — Где мои деньги? — Агрх! — рассержено мычит Чеён и протягивает пятитысячную купюру, и за себя и за Дженни. — Мани-мани-мани, йа! — поёт девушка. — А я что говорила? — Ты что, не ради нас? — наконец прожевав, немного грустненько спрашивает Ким. — Да кому вы нахрен спёрлись, ради вас ещё целый день возле плиты стоять, — смеётся Кузнецова. — Во-во, я тоже не в восторге, — Пак смотрит на Джея, который ехидненько смеётся. Путь к сердцу мужчины…

***

Томмот. Лежит через желудок. Виктория сейчас наводила окончательный марафет. Юнги она предупредила, что это будет необычный вечер, а вот Чонгуку никто ничего не сказал (снова), и она ждёт не дождётся его реакции на появление Вишневской. Обедали они всегда только втроём, так как самые близкие и проверенные, для остальных солдат была другая прислуга (хотя они уже реально обрусели походу, если не особо жалуются). Вика почмокала губами, размазывая равномерно ярко-персиковую помаду, и в последний раз посмотрела в зеркало, довольная собой. Свои русые волосы, отдававшие серебром, она в кои-то веки распустила из своих привычных тугих косичек и красиво завила. Вика перелопатила все статьи про то, какие девушки нравятся золотому макнэ, но всё равно сделала всё по-своему. Вика всегда носила свободную чёрную одежду, закрывающую всё полностью. Ибо есть всякие Юшенги, которые клюют на красивых цыпочек, да и вообще девушек в «Ди-эф» гораздо меньше, чем парней, так что прятаться и от них приходилось. И вообще, какого хрена она должна подстраиваться под идеальный тип Чонгука? Он вообще по кореянкам, так что если пытаться ему угодить, всё равно ничего не выйдет. А вот свести его с ума по-русски… О да, это определённо то, что нужно. А русские женщины считаются одними из самых красивых и горячих баб. Так почему же это не продемонстрировать нашему маленькому мальчику роковую красоту российской женщины? Макияж был очень броский, яркий, в традиционном русском стиле. Длинное вечернее платье красного цвета с конечно же, глубоким бюстом. Третий размер, как никак, можно и повыпендриваться. Наконец, бросив на зеркало мимолётный взгляд, она настраивает себя на победу. В глазах играет кошка, а все солдаты поворачиваются ей вслед. Каблуки и длинные, упругие ноги с мышцами только кажутся безобидными и манящими, на деле же тебе может прилететь этой ногой прямо в лоб. Бёдра умеренные, но их так же элегантно подчеркнуло платье. Наконец, она заходит в зал, где обычно втроём кушают. Прислуга уже принесла яства. Мин Юнги бросает короткий взгляд на девушку, и подмечает, что сегодня она превзошла саму себя. Чонгуку не сидится на месте. Он смотрит то на довольное лицо Виктории, то немного вниз, тоже на неё. Ему становится не по себе. — Ничего себе си-и, — случайно оговаривается Чонгук, чуть не спалившись. — Годня обед, — парень ловко выходит сухим из воды в этой ситуации. Но Вика знает, это пока. Шуге тоже интересно, что будет дальше. Красивой походкой от бедра она подходит разливать чай. Мину наливает стоя с прямой осанкой, в то время как к Чону младшему наклоняется, что бы он просто не смог не заметить справа от себя шикарное декольте. — Приятного аппетита, Гукки~и, — шепчет ему на ухо Виктория. — Н-не за что, — шокированный парень еле выдавливает их себя эти слова. Юнги наблюдает за этой картиной и чуть ли не смеётся. Руки Чонгука вспотели, на лбу выступила испарина. Ему хотелось смотреть туда, на бюст, но он прекрасно понимал, что это неприлично, оттого и было плохо. Но Вика не Вика, если не доведёт дело до финала. — Ты же не против, если я сяду здесь? — коварным, томным зазывающим голосом спрашивает она. — Н-нет, садись, — Чон нервничает и вытирает лоб салфеткой. Вишневская садиться по левую руку от Мелкого так близко, насколько может. Все приступают к еде, но парень может только ковыряться вилкой. Аппетит совсем пропал. Перед глазами только это декольте. Парень чувствует, что что-то не так, и его щёки наливаются красным, и он пулей вылетает из зала, поблагодарив девушку за вкусный обед. Он бежит в свою спальню и, даже не закрывая дверь, падает на кровать, мыча от эмоций в подушку. — Ты сегодня в ударе, — смеётся Юнги. — Красотка в ударе, — добавляет Вика и ржёт со всей дури, совсем не так привлекательно, как смеялась бы в этот день при Чонгуке.