Нас бьют - мы летаем!

      — Фуллбастер, ну, зачем же так давить на Эльзу? — поинтересовался Лекс, зашедший в комнату. — Ведь ничего же не случилось.       — Да, кроме того, что ты прикончил десять человек! — с сарказмом сказала девушка.       — Это были вынужденные меры, — пожал он плечами.       — А было ли вынужденной мерой то, что ты, Лекс, не сказал мне, что я могу легко узнать адрес, прочитав газету? Почему ты солгал?       — Ты не спрашивала меня, можно ли как-нибудь ещё узнать, где живёт твой папаша, кроме как спросить у меня, — сказал Лекс. — Ты просто пришла ко мне и поставила перед фактом, что тебе нужен адрес. Вот и всё. Так что я не лгал тебе ни в чём.       На это ей даже ответить было нечего.       — То, что ты не сказал ей о газете — меня не очень волнует, — заговорил Фуллбастер. — Я даже могу закрыть глаза на то, что ты отвёл её туда, так как, в конце концов, это была её инициатива. Но… то, что ты пил её кровь… это другое дело. Ладно, она до такой степени хотела встретиться с человеком, которого считала своим отцом, чтобы что-то узнать, что была согласна на всё. Но ты… ты ведь знаешь, кому принадлежит Эльза. Она — моя! А прикасаться к тому, что принадлежит мне, никому не позволено!       — Как она может быть твоей, если ты даже истинной ценности её не знаешь? — насмешливо поинтересовался Лекс.       — Слушайте, а давайте я, вообще, сейчас уйду, а вы вдвоём поговорите о том, кому я там принадлежу и насколько я ценна? — вмешалась Эльза.       Если от её слов их совесть и не проснулась, то, по крайней мере, они попытались сделать виноватый вид. Неубедительно, но хоть что-то.       — А теперь, Лекс, — продолжила она. — Ты выполнишь своё обещание. Расскажи мне всё, что тебе известно.       — Ладно, — кивнул Лекс. — Только вам двоим, как и мне, придётся сесть, так как история будет довольно долгой.       Когда они все сели, Лекс начал рассказывать:       — Начнём с того, зачем я пришёл в «Хвост Феи».       — А как же профессиональная тайна? — поинтересовалась Скарлет.       — Так как дело касается тебя, Эльза, то я думаю, что могу об этом говорить. Тем более что вся эта история и так зашла слишком далеко.       — Дело касается меня? — изумилась она. — Каким образом? Только не говори, что тебе заказали моё убийство. Хотя, если бы это было так, ты бы убил меня ещё при первой нашей встрече.       — Речь в моём заказе, действительно, шла о тебе, — ответил Лекс. — Но… заказывали не убийство, а, наоборот. Моей задачей было защищать тебя.       — Защищать Эльзу? — переспросил Грей. — Если это так, тогда почему ты не защитил её в первый раз, когда на неё напал чешуйчатый монстр?       — С ней тогда был Акира. И этого было достаточно для защиты Эльзы. В конце концов, с Акирой мы были коллегами.       — Что ты хочешь этим сказать?       — Я сам об этом узнал совсем недавно. Выяснилось, что и меня, и Акиру наняла одна и та же личность. Нам обоим было дано одно задание — присматривать за Эльзой, — объяснил убийца.       — Не понимаю… кому могло прийти в голову нанимать киллера и демона для моей защиты?       — Того, кто нанял нас, зовут Ранг Белсерион. Тебе это ни о чём не говорит? — спросил Лекс.       — Ранг?! Я встретила его в своем родном городе, у могилы моей матери… Именно таким именем он назвался — Ранг. Он сказал, что является другом моей мамы, но я ему не поверила.       — Почему? — с неожиданным интересом спросил Лекс.       — Ну-у… молод он слишком для того, чтобы быть маминым другом. А ещё, про него ничего не смог выяснить Леон.       — То, что про него ничего не смогли выяснить — это неудивительно, — продолжал киллер. — А про то, что он слишком молод… Эльза, Рангу уже очень много лет. Если уж на то пошло, то он во много-много раз старше меня.       — Ты хочешь сказать, что он, как и ты, пьёт кровь демонов? — поинтересовался Грей.       — Нет. Ранг Белсерион и есть демон.       — Демон?! Но тогда почему он нанял тебя, раз ты пьёшь их кровь? — не понимала она. — И как ты решил взять заказ у демона? Почему не убил его?       — Ранг Белсерион — не моего полёта птица, — сказал Лекс. — Он — Высший демон, которого мне не убить даже через тысячу лет. А вот работать на него — это, вполне, возможно.       — Этот… Ранг… Белсерион на самом деле знал мою мать? Но, даже если и так, то почему он заботится обо мне? Почему нанимал кого-то для моей защиты?       — Разумеется, посторонних людей демон защищать не будет. Да и своих сородичей, в общем-то, тоже, — произнёс Лекс. — Исключение могут составлять лишь члены семьи, в чьё число ты и попала.       — В смысле?       — Что? До сих пор не дошло? — хмыкнул Лекс. — Ранг Белсерион и есть твой настоящий отец. Теперь, я думаю, понятно, почему он заботится о тебе. Родная дочь, как ни как.       — Этого не может быть, — отрицательно покачала она головой. — Ты сам сказал, что Ранг — демон. А у демонов и людей детей быть не может. Мне об этом, кстати, падший ангел говорил.       — Как так вышло, что ты родилась от такого союза — я не знаю, но это — факт, — ответил Лекс. — То, что ты — его дочь, можешь не сомневаться. Я пил твою кровь, а вкус крови демона не спутаешь ни с чем.       — Я не верю!       — Это — правда, что люди и демоны не могут иметь детей, но… ты как-то родилась. Найтуолкер этого не знал. Он думает, что твои способности — это результат какой-то мутации, только и всего.       — Какие ещё способности? Если ты о моей блокировке, то её у меня обнаружили только в «Хвосте Феи».       — Я рассказал тебе всё, что позволил рассказать Ранг Белсерион. Если хочешь узнать больше — тебе надо встретиться со своим отцом. Хотя… я не знаю, как тебе это сделать. Со мной он связывается только тогда, когда ему что-то нужно, — закончил киллер.       — Послушай, Лекс, — обратился Грей к Лексу. — Что будет, если я скажу, что Эльза не нуждается в твоей защите?       — Твои слова для меня — пустой звук. Во-первых, я отвечу, что Эльза ещё как нуждается защите и твоей ей будет явно недостаточно. А во-вторых, платишь мне не ты, а её папаша. Больше, чем он, ты мне не дашь, Фуллбастер, и, соответственно, запрещать мне ты ничего не можешь. Тем более что своих клиентов я не кидаю. Так сказать, берегу репутацию. Ну, думаю, тему для разговоров и ваших раздумий я вам дал, — встал Лекс. — Сказать мне больше нечего.       — Подожди, — остановила Эльза его. — Я хочу попросить… Когда увидишь Ранга, передай ему, что я хочу его увидеть.       — Ладно, передам.       — Думаешь, всё, что сказал Лекс — это правда? — спросила она Грея, когда парень ушёл.       — А у него был смысл врать?       — Не знаю. Всё это выглядит настолько фантастичным, что поверить чрезвычайно сложно. Но, если Ранг мой настоящий отец, то почему он появился только сейчас? Где он был, когда умерла мама, и где он был, когда меня держали в какой-то лаборатории?! И почему он мне ничего не сказал, когда я встретила его у маминой могилы?!       — Ты ждёшь, что я отвечу на твои вопросы? — скептически посмотрел на неё Грей.       — Нет. Просто мне нужно хоть что-то говорить, чтобы окончательно не сойти с ума, — вздохнула она. — Человек не может родить от демона — это факт. Но, что тогда получается? Либо кто-то врёт, либо я, просто-напросто, ошибка природы.       — Не смей себя так называть! — неожиданно резко произнёс Грей.       — Почему?       — Потому, что никакая ты не ошибка. Была бы ею — не стала бы моей подчинённой и… девушкой.       — Твоя самовлюблённость не знает границ, — усмехнулась она. — Знаешь, я, правда, хочу увидеть этого Ранга. Хочу знать точно — отец он мне или нет. Честно говоря, я даже рада, что Найтуолкер мне никто. Лучше совсем не иметь отца, чем такого. Хотя, я и считала его отцом все эти годы… Да что уж говорить теперь об этом.       — Кстати, ты в последнее время ничего странного не видела? — вдруг спросил Фуллбастер.       — Ты о чём?       — Ну, например, галлюцинации какие-нибудь или ещё что. Что-нибудь, что связано с твоим прошлым.       — Откуда ты знаешь?! — поражённо уставилась девушка на своего хозяина, вспомнив момент в комнате Лекса, когда она увидела саму себя.       — Значит, что-то было, — сделал вывод Грей. — Что ты видела?       — Сначала объясни, откуда ты узнал, что я могла что-то видеть.       — Ты будешь ещё после сегодняшней твоей выходки ставить мне условия? — с притворным удивлением поинтересовался парень.       — Если бы я не побывала у Найтуолкера, то ничего бы и не узнала! — огрызнулась Скарлет.       — Если бы ты не побывала у него, то мы бы, всё равно, это узнали, но другим способом! Тогда не пришлось бы мне ехать за тобой, угрожать твоему бывшему уже папочке и твой Лекс никого бы там не пришил. Ах да, чуть не забыл! В таком случае, тебе не пришлось бы поить Лекса своей кровью!       — Ладно-ладно, я виновата! Признаю, идея просить Лекса и идти к Найтуолкеру, была, мягко говоря, не самой удачной. Но прошлого-то уже, всё равно, не вернуть. Что сделано, то сделано.       — То есть, ты мне предлагаешь закрыть на произошедшее глаза и забыть об этом? Ну, уж нет. Я не могу спустить то, что ты ослушалась меня.       «Так и знала, что этим всё и закончится, — обречённо подумала она. — Но Грей своими тираническими замашками меня ужасно бесит! Интересно, смогу ли я когда-нибудь с этим смириться? Не знаю. Но, даже если мы и расстанемся когда-нибудь, то я, всё равно, останусь его подчинённой».       — И что же ты сделаешь? — вслух спросила девушка.       — Пойдёшь со мной на ужин к моим родителям, — ответил Грей. — Я хотел отказаться от этого приглашения, но… Так как ты терпеть не можешь вечерние платья, плохо знаешь правила этикета, путаешься в столовых приборах и вряд ли умеешь поддерживать разговор с людьми из высшего света… для тебя это будет достаточным наказанием.       — Знаешь, у тебя не только замашки тирана есть, но и замашки мазохиста. Ты ведь сам не ладишь со своими родителями. Получается, что ты и сам себя вместе со мной наказываешь.       — Потерпеть их один вечер труда не составит. Зато мне доставит огромное удовольствие видеть, как ты выпутываешься из какой-нибудь неловкой ситуации, в которую, наверняка, попадёшь.       — С тобой всё ясно, — вздохнула Эльза. — Но, может, ты мне ответишь, наконец, откуда ты узнал о видениях?       — Рассказал Кобольт. Сказал, что после того, как он влез в твою память, ты будешь видеть сцены из своего прошлого. Так, что ты видела?       А у неё в этот момент появилось какое-то неприятное чувство. Как будто что-то происходит неправильно. Не так, как надо. Наверное, это и означает чувствовать, когда твой хозяин что-то скрывает.       — Ты чего-то не договариваешь, — произнесла девушка. — Что?       — Я не думаю, что тебе стоит это знать.       — А может, я сама решу — стоит или нет? В конце концов, это ведь меня касается.       — Я уже сказал, что не стоит, — твёрдо сказал Фуллбастер. — По крайней мере, не сейчас. Хватит с тебя и того, что я тебе рассказал о том, что мне сказал Макао.       Спорить с Греем — это, всё равно, что биться головой о стену. Занятие болезненное и бесполезное. Поэтому, допытываться дальше она не стала. Когда он решит, что надо, тогда и расскажет. Ей же остаётся только ждать.       — Так, что ты видела? — спросил Грей.       — Саму себя. Такой, какой я была лет пять назад. Я была в какой-то грязной одежде, с пятнами, похожими на кровь.       — И что это могло значить?       — Если бы я знала. Но, может, всё прояснится, когда видение появится в следующий раз? По крайней мере, теперь я точно знаю, почему вижу своё прошлое.       — Не нравится мне всё это. А особенно не нравится интерес Лекса к тебе.       — Он же уже объяснил, почему он ходит со мной, — пожав плечами, ответила Скарлет. — Всё из-за того, что Ранг Белсерион нанял его.       — Называешь своего отца по имени?       — А как мне его ещё называть? Папой? Я его даже не знаю! И я ещё не до конца уверена, что он мой отец, несмотря на заверения Лекса, что это так. Зато теперь мне известно, почему Лекса привлекает моя кровь.       — Рад за тебя. А теперь, собирайся и поехали к моим родителям.       — А что? Этот дурацкий ужин уже сегодня?! — ужаснулась девушка.       — А ты как думала? Заодно узнаем, что понадобилось от меня моим родителям. Не каждый день они хотят видеть меня дома.       — Может, они просто хотят увидеть тебя, пообщаться?       — Солнышко, не будь такой наивной. Ты прекрасно знаешь о моих отношениях с родителями. Просто так они захотят меня видеть, разве что, лет через сто!       «Раз начал называть «солнышком», значит, уже не так сильно на меня злится. Но идти к родителям Фуллбастера… На том-то вечере нормально было, так как народу было много и с предками Грея мы, вообще, не общались. Только поздоровались и всё. А в этот раз это будет семейный ужин и разговоров не избежать. Чем же может обернуться этот, на вид, обычный семейный ужин?»