Зеркальный лабиринт

— Ля, ля, ля-ля-ля! Дверь резко распахивается и, судя по звуку, с силой ударяется о стену. Хельга выпрямилась по стойке смирно и затаила дыхание. Ей едва удалось спрятаться. Впопыхах место было выбрано не самое удачное, о чем Хельга уже тихо начинала жалеть. Ну, а какие еще могут быть мысли, когда в нескольких сантиметрах от твоего лица с грохотом хлопают дверью?! Пусть Хельга этого не видела, но слышать было вполне достаточно. После второго удара, вероятно, закрывшего её, Хель в полной мере ощутила себя едва не прихлопнутой мошкой. Она стояла тихо и неподвижно, словно маленькая играющая в прятки девочка. Такая маленькая и наивная, искренне верящая, что её не видно за шторой. Хотя, кажется, оно так и было. Плотная темно-зеленая ткань тянулась до самого пола, полностью скрывая Хельгу. Да и к тому же место, где она стояла, было глухим углом, который закрывала распахнутая дверь. Здесь не было ничего интересного, и вряд ли кому придет идея лезть сюда, во всяком случае, не в первую очередь. Но если её таки заметят, дать деру отсюда будет проблематично… — Трун-ту-ту-ру-ту-ту! Тем временем неизвестный продолжал напевать какой-то бессвязный мотивчик, расхаживая по кабинету и чем-то громко бряцая в такт (пусть и попадая через раз) тому, что он, вероятно, называл мелодией. От этой какофонии непонятных звуков, стуков и завываний виски Хельги болезненно заныли, каждое новое «бряц» отдавалось звоном в ушах, уже готовых засохнуть, свернутся в трубочку и с радостью сгореть в камине вместо той чертовой зеленой книжки. Если это был какой-то оригинальный способ выудить её из укрытия, то Хель со всей уверенностью признает его самым мучительным и жестоким. И ведь даже ушей не закрыть, что бы хоть как то скрыться от этого… кхем… «шедевра». — М-да… Ну и мрачненький же домиш-ш-ш-шка! Я бы тут и дня не проторчал! — громко заявил горе-певец. Меж тихих похихикиваний, в голосе были слышны придурковатые, словно по-детски звучащие нотки. — Ой… а что это тут у нас? М-м-м? «Да что это, черт возьми, за цирк?!» — Хельга, конечно, была даже слегка польщена тем, что кто-то разделяет её мысли касательно дома (а еще больше тем, что этот «кто-то» перестал петь), но во всем остальном происходящее вызывало лишь сильнейшее негодование. Помнится, на одном из прошлых заданий приходилось гнать куда подальше так называемых «веселящих призраков». Это ребята в целом безобидные, но тех, в чьем доме они поселятся, ждет постоянный неконтролируемый смех, и о спокойствии можно забыть, рядом с ними все кажется таким веселым и смешным, хуже, чем под дурью. Так там-то она была готова к неимоверному количеству приколов, какие были ей уготованы призрачными шутниками. Волей-неволей насмеялась так, что еще долго живот болел. Но здесь-то совершенно иная ситуация. Серьезный дом, серьезные проблемы, серьезные (некоторые, вроде дворецкого, даже слишком) люди. И тут в кабинет врывается какой-то поющий весельчак, который для Хельги был, как говорится, подобен роялю в кустах. Кто он? Что он тут забыл? Откуда взялся? Да и, судя по завываниям, этот «рояль» давно никто не настраивал. Хель постепенно погружалась в раздумья, все еще вполуха слушая не самые тихие звуки возни в кабинете, открывания и закрывания ящичков, которыми «рояль» гремел не тише, чем дверью. Дабы собраться с мыслями, она попыталась переключить свое внимание на что-то другое. Например, на… шторы! Хельга задумчиво рассматривала зеленые узоры на шторах. Кто-то говорил, что девушки различают множество цветов и этим всем выносят мозг? Ну что же, похоже, Хельга была не из их числа. Зеленый он и по другую сторону зеркала зеленый — где темнее, где светлее. Линии на ткани сплетались в причудливые узоры, во всяком случае такими они должны были быть, смотри она на них с лицевой стороны. Отсюда же они были чем-то похожи на символы какого-то из магических языков. А что, если? Спустя пару мгновений на лице Хель появилась едва заметная усмешка. «Вот же ж… Валентайн. Куда здесь не глянь, наткнешься на секреты!» Пусть отсюда Хельге не было видно всех знаков, но увиденное привело её к очень интересной мысли. Осталось только подождать хорошего момента, что бы проверить это. — Ого! А это я пожалуй ос-с-с-ставлю себе!   Воодушевленный взвизг рояля вырвал Хель из раздумий и заставил вздрогнуть. Очередной хлопок ящика, тихое «бряц-бряц» и смех. Кажется, еще минута-две и мозг Хель окончательно расплавится от этого… этого… Хельга уже даже не знала, как описать происходящее, во всяком случае без мата. «Кого-то он мне напоминает. Кажется, он похож на…» Внезапной мысли помешал резкий удар в живот, буквально впечатавший её в стену. И всё-таки мошку-Хель прибили. Глаза Хельги широко открылись, и из её рта вырвалась беззвучная ругань. На мгновение удар полностью вышиб из происходящего. Как вдруг… Бдыщь! Звяк! — Альфис, мать твою! Где-то за дверью послышался уже знакомый голос так надоевшего Хельге дворецкого. Похоже, без публики Густав не блистал красноречием. Звук очень быстро приблизился, и дверь вновь открылась. Благо здесь нашелся хотя бы один человек (или нет?), который не устроил покушения на Хельгу с дверью в качестве орудия убийства. Но судя по топоту, влетел в кабинет Густав быстрее разъяренного единорога. — Ты можешь хотя бы один день ничего своим долбаным хвостом не цеплять?! — после очередного вскрика Густав резко затих, лишь что-то тихо бубнил под нос. — Пальма… сука… земля… повсюду… и мне это все убирать… ну какого?!.. боже… блять… хренов ящер… Значит, рояль был ящером? Это проясняло некоторые вещи, особенно его манеру шипеть некоторые слоги. Но все же что-то в нем было подозрительным. Большинство ящеров те еще интроверты, они живут тихо, и их редко можно увидеть в городе. Да и сами они обычно спокойные и тихие, хотя, конечно, могли быть и исключения. Но все же что-то тут не так. Внезапная возня в кабинете дала Хельге немного времени, что бы прийти в себя. Она изо всех сил пыталась сохранять исходное положение, борясь с желанием грохнуться на пол, свернуться в клубочек и выдать такой богатый матерный запас, какого еще мир не слышал. Кривясь, сжимая руки в кулаки, мысленно умирая от оставшихся после удара ощущений и в очередной раз мысленно «благодаря» шефа за то, что отправил её в этот дурдом. Хотя… ведь в каждой ситуации есть что-то позитивное? Может, и здесь что-нибудь найти выйдет? Например… Не одна Хель сегодня страдает. Пальме вон тоже досталось. Сначала в ней тушили какую-то книжку, а затем её ждала трагическая смерть от хвоста свалившего её ящера. Ну что же, паркет ей пухом… Еще… Что еще? Что? Неужели больше никаких плюсов?! Стоп… а ведь Густаву придется все это убирать! На лице Хельги заиграла злорадная улыбка. «Так тебе и надо!»  Определенно, на данный момент самый большой плюс. — Упс-с-с… — рояль, вернее, Альфис растерянно зашипел и с очередным «звяк» откинулся на подоконник. Теперь у Хельги тоже появилась возможность увидеть его, пусть и боковым зрением, насколько шторы позволяли. Уже хоть какой то прогресс. — Ну с-с-с кем не бывает. Морды она не видела, но остальное выдавало в нем типичного представителя своего вида. Хвост, покрытые чешуей лапы с когтями, которые он упорно заводил назад, словно пряча что-то от Густава. Что, Хель так и не увидела. На самих лапах красовалось немало блестящих браслетов с различнейшими подвесками. Так вот что звенит и бряцает каждый раз, как он лапами дрыгает. «Черт! Только не смотри сюда, прошу!»  Возможность рассмотреть ящера конечно была не лишней, но вот возможность быть пойманной была очень некстати. Им было достаточно просто повернуть головы в сторону угла и всё — конец. Вернее, может, и не конец, но так легко уйти отсюда она уже не сможет. Послышался стук туфель Густава, он медленно подходил в окну. — Значит так… — Густав замолчал, заставляя тем самым Хель напрячься еще больше. Он был совсем близко. Совсем рядом. Хель даже казалось, что она слышит его раздраженное дыхание. А в голове лишь одна мысль: «Черт! Черт! Черт! Черт! Черт!..» — …Во-первых, слезь с подоконника, — Густав сделал шаг назад, а следом за ним из поля зрения Хель пропал и Альфис. Кажется, они отошли от окна. К дворецкому же вернулся его уже такой знакомый Хельге спокойный голос. — Во-вторых, зачем ты пришел? Шуметь было нельзя, но где-то глубоко в мыслях Хельга облегченно выдохнула. «Пронесло…» — Прос-с-сто хотел сообщить тебе отличные новост… Гудок телефона. Альфис резко замолкает, а затем смеется. Хельге нужно всего пару секунд, что бы осознать, чей именно телефон зазвонил… — Похоже, у нас гости!