Бесконечное лето. Круги на воде

Маленький храм на окраине Санкт-Петербурга. Типовой новодел из бетона, построенный, чтобы окормлять паству там, где не сверкает за окном Исаакий. Я люблю новые храмы. Да, в них нет истории, нет «намоленности», но мне и не надо. У меня измеритель благодати все равно не работает. Не чувствую я ее, благодать эту. Ни простую, ни сжиженную. Позвольте представиться. Семен Петрович Чистяков. Говорят, истории, подобные моей, могут случиться исключительно с Семенами. Но начнем с начала. Я алтарник в небольшом храме на окраине Петербурга. А еще подвизаюсь быдлокодером в небольшой айти-компании. Мне двадцать пять лет, и я бородат. Как сложилось, что циничный человек с шутками про сжиженную благодать подвизается в алтаре? В церкви на самом деле и не такое случается. Быть христианином — не значит ходить все время с грустным таблом и поучать людей. Люди не дураки. Сами разберутся. Выбегаю из храма, накинув куртку поверх облачения, оставив недоумевающего батюшку на помазании. Ну, Бог даст, там без меня справятся. А я забыл выключить утюг. Нет, серьезно. Я банально не выключил утюг. Вот что значит поторопился. Ну, не беда. Если соседи до сих пор не названивают, значит, не так все плохо. Бегу под уклон по замерзшему тротуару. Мимо проносится предпраздничная суета. Это у нас Рождественский пост, а люди готовятся к Новому году. Кругом гирлянды, красота. Только я бегу выключать гребаный утюг. Подлетаю к перекрестку. Мигает желтый, загорается красный. Не успел. Меня обгоняет детская коляска, вылетает прямо на пустую дорогу. Слышен рев грузовика. Коляска останавливается в центре проезжей части. Рвусь вперед — лишь бы успеть, вытолкнуть из-под машины. Крик мамаши, визг тормозов, плач ребенка. Я успеваю. Коляска на противоположной стороне. Ноги путаются в стихаре, спотыкаюсь. Удар. Лежу на асфальте. Вокруг суета. Раздается плач, кто-то матерится, женщина визгливо просит вызвать скорую. Надо мной склоняется девушка в летнем платьице. Кажется, у меня предсмертные галлюцинации. Я вижу кошачьи ушки и хвостик. — Ты пойдешь со мной? — Зачем? — Нужно спасти заблудшую душу. Я понимаю, что это не человек. Но кто она? Ангел? Или бес? Неужели на воздушных мытарствах меня соблазнят спасением страждущих? Шепчу: — А не обманешь? Устало вздыхает. — Могу прочитать Иисусову молитву. Такая гарантия устроит? — Вполне.