Просто жить

      Кайло ещё издали приметил перекошенный, обветшалый домик, спрятавшийся среди густых деревьев в самом конце улицы. Последние несколько миль они шли пешком — в какой-то момент угнанный спидер устало «крякнул» и заглох посреди дороги, не желая продолжать движение. Пришлось оставить его в одном из дворов у многоэтажных серых домов, ничуть не отличающихся друг от друга. Видимо, строители Терры не любили усложнять себе жизнь, придумывая разнообразные постройки. То ли дело Набу или Корусант… Рену не верилось, что совсем скоро они наконец покинут Терру. И тогда любимые пейзажи знакомых планет уже не будут казаться такими далёкими и недосягаемыми. В который раз ему мерещится, что «выход» совсем близко?.. Он даже не мог подсчитать, сколько дней они в сумме провели здесь, сначала тщетно пытаясь зарядить амулет, а затем применить его по назначению. Куда любопытнее оказалась цель его применения, а точнее цепочка ожидаемых и не очень событий, наконец приведшая их к старому полуразвалившемуся дому на краю лесопарка. Ведь изначально Кайло раздобыл реликвию, чтобы разрушить Связь с джедайкой… Теперь же она оказалась полностью открыта с обеих сторон, и впервые за долгое время никто из них не стремился захватить контроль или принудительно влезть в чужие мысли. Наступил абсолютный «мир» в ментальной борьбе за личные границы. Так что свою первоначальную цель амулет потерял ещё в тот момент, когда Сила выбросила их на улицу ночной Терры. Затем реликвия превратилась в очевидный путь «домой», но стала меняться уже сама цель их возвращения. Как для Рей, так и для него самого. От такого логичного и привычного «поймать и привести девчонку к учителю» до «убить старого смердящего сарлакка самым жестоким способом». Терра просто взяла и перевернула весь мир Кайло с ног на голову. И не только его… Рей шла совсем рядом, всё ещё притихшая, но уже не такая отстранённая. Она больше не терзала себя догадками и сожалениями, но и не проявляла свойственной ей активности. Что, в принципе, было не удивительно, учитывая количество времени, проведённого без сна и сносной пищи. Если бы не известие об опасности, нависшей над Леей и всем Сопротивлением, Рен без раздумий провёл бы ещё хоть одну ночь в их скромной каюте прибрежного хостела, послужившей им временным пристанищем. Но время, как и всегда, было на исходе… Пока местоположение Сноука было известно, нельзя было медлить ни минуты. При дневном свете дом показался ещё более перекошенным и облезшим, а без мягкого жёлтого сияния из окон и вовсе заброшенным. Одну из стен, наклонившуюся в сторону земли, подпирал деревянный брус, местами проеденный насекомыми. Одному Рий’е известно, каким образом держалась данная конструкция. — Ты уверен, что мы пришли в нужное место? — Рей неуверенно переминалась с ноги на ногу, разглядывая через прикрытую калитку старый дом. — В тот вечер я был немного не в себе, но не настолько, чтобы не запомнить дорогу. — Рен Силой толкнул деревянную калитку от себя, и та тонко скрипнула, разворачиваясь на петлях. Они медленно прошли внутрь дворика, заросшего высокой, пожелтевшей и сухой травой. По-видимому, хозяева дома не слишком тщательно следили за участком, если у этой развалюхи вообще были хозяева… Ветер заставлял траву колыхаться в разные стороны, создавая иллюзию движения. Будто волнующийся после бури океан. Рей с любопытством рассматривала старенькое кресло-качалку, покрытое облупленной жёлтой краской, когда Бен поднял сжатый кулак, собираясь постучать в закрытую дверь. Однако стука так и не последовало: дверь слегка отворилась, впуская в дом поток прохладного колючего ветра. Сперва ему показалось, что именно сквозняк и стал причиной образовавшейся лазейки, но затем дверь распахнулась ещё шире, и на пороге показалась низенькая сгорбленная старушка с полностью седыми волосами, собранными в тугой пучок на затылке. — Здравствуйте, молодые люди! — Её сморщенное лицо просияло точно так же, как в тот вечер, когда она увидела собственного внука. — Очень рада видеть вас, заждалась я уже… — Здравствуйте… — Рей удивилась столь радушному приёму, в то время как Бен лишь коротко кивнул в знак приветствия. — Ваш внук, он здесь? — Магистр решил сразу перейти к делу. — О, Дэнни скоро приедет сюда. Он уже собрал свои вещи, как я его попросила, и полностью готов к дальнему путешествию. Вы ведь пришли забрать его? — Женщина миловидно улыбнулась, чуть сильнее сжимая ручку входной двери в попытках не выдать волнение. — Пока что пройдёмте в дом. Я думаю, нам есть, о чём поговорить. Рей и Бен удивлённо переглянулись, одновременно начав сканировать пространство при помощи Силы. На первый взгляд ветхий и неприглядный дом оказался полон тайн и сюрпризов…

***

      Рей не могла понять, каким образом постройка, снаружи казавшаяся полностью неустойчивой и кривой, внутри оказалась вдруг просторной и очень даже уютной. Возможно, здесь не было так же комфортно, как в гостях у Дейзи, но и не было так же жутко, как в хижине лесных терранцев. Простой и скромный интерьер внушал спокойствие и приятное ощущение защищённости. На небольшой прямоугольной тумбе громко засвистел какой-то округлый прибор, дымясь и о чём-то сигнализируя. — Чайник как раз вскипел, сейчас заварю для вас малиновый лист, только-только поспел. — Старушка поспешно нажала на круглую кнопку посреди тумбы и прибор перестал свистеть, постепенно затихая. Из шкафчика, висевшего на стене, она так же ловко достала красивые маленькие чаши, очевидно предназначенные для питья. Даже у Дейзи дома не было такой красивой и изысканной посуды… — Присаживайтесь, чувствуйте себя, как дома. — Женщина поставила на овальный деревянный столик две изящные белые чашки с горячим напитком и жестом руки пригласила их сесть на плетёные кресла. — Ох, совсем позабыла представиться. Меня зовут Одри Браун, но можете звать меня просто Одри. — Я Рей, а это Бен. Очень приятно познакомиться, — негромко произнесла Рей, когда они с магистром синхронно опустились в кресла с разных сторон стола, чётко напротив друг друга. Бен бросил предостерегающий взгляд в её сторону, но не стал возмущаться через Связь. — Как же быстро летит время… — В одно мгновение у бабули Одри на глазах навернулись слёзы, а руки мелко задрожали. Она резко вскинула указательный палец, одновременно извиняясь и выражая просьбу дать ей прийти в себя. — Я ведь знала, что этот день настанет. Давно уже знала. — Одри, откуда вы знали, что мы придём к вам? — Рей продолжала сканировать пространство на наличие Силы, но никаких очевидных признаков так и не обнаружила. Бен сидел подозрительно тихо и, казалось, вовсе расслабленно. Либо он что-то знал, либо, как и она сама, пытался уловить хотя бы мельчайшие вибрации. Женщина аккуратно села на обтянутый пёстрой тканью стул и расправила на коленях смявшийся фартук. Не нужно быть форсъюзером, чтобы разглядеть очевидную тревогу, отразившуюся на её побледневшем лице. Одри явно собиралась с духом, чтобы поведать им нечто сокровенное. Глубоко вздохнув и расправив плечи, старушка наконец открыто взглянула на них, замирая на месте, и начала свой рассказ: — Пожалуй, следует поведать всё с самого начала, чтобы вы лучше поняли. Я не знаю, поверите вы мне, или нет… Но я слишком устала ждать и бояться, скрывать себя, а затем и Дэнни от всего мира. Как ни странно, история моя началась ещё задолго до моего рождения. Если верить рассказам моей ныне покойной прабабки, то начало моей истории было положено несколько веков тому назад. Некогда богатая и знатная герцогиня Кейси О’Браун из-за определённых обстоятельств потеряла свой значимый статус и была вынуждена покинуть стены родного дома далёкой Британской Бирмы, отправившись в дальнее плавание в поисках укрытия. Она была настоящей беглянкой, без единого гроша за душой: родители и муж-герцог изгнали Кейси, после того как девушку уличили в связи с подозрительным незнакомцем, прибывшим в колонию из далёких жарких стран. И вот, после долгих месяцев плаванья, корабль наконец доставил её в Новый свет, где практически сразу родилась её первая и единственная дочь — моя прапрабабушка. У Кейси и так была нелёгкая доля: с утра до вечера приходилось работать на плантации, а тут ещё и девочка с малых лет начала пугать её своим странным поведением. Она утверждала, что может «общаться» с отцом, который «улетел» на неведомом воздушном шаре далеко-далеко. Кейси списывала такие причуды дочери на детское воображение, но Луиза упорно игнорировала просьбы матери прекратить сочинять небылицы. Со временем она и вовсе стала в жутких деталях предсказывать некоторые события, которые затем по описанному ей сценарию в точности повторялись в реальности… К сожалению, позднее Луиза не выдержала такого бремени и вскоре после появления на свет дочери, моей прабабки, покончила с собой… Одри прерывисто вздохнула, будто сожалела о случившемся, как о чём-то, что можно было предотвратить, но ей не удалось. Кайло и Рей внимательно слушали старушку, всё больше погружаясь в её историю. — …Кто был отцом моей прабабушки, история умалчивает. Её, как и меня, звали Одри Браун. После случившегося с Луизой, Кейси убрала из фамилии приставку, надеясь избавиться от собственного прошлого. Будто бы одна буква в фамилии могла что-то решить… Она боялась, что Одри, как и Луиза, будет видеть прошлое или будущее, но девочка не обладала подобным даром. Кейси растила внучку в строгости, то и дело попрекая когда-то совершёнными поступками матери. Она зачем-то в подробностях рассказывала ей о странностях Луизы, что произвело неизгладимое впечатление на маленькую, тихую девочку. Одри поклялась бабушке, что ни в коем случае не допустит повторения истории Луизы, если когда-то в будущем у неё родится дочь. И она действительно родилась: Эмили Браун, или просто моя бабушка… Эмили рано начала ходить, говорить, читать и в целом развивалась очень быстро. Но никаких видений, никаких особенностей или других проявлений «дара» за ней не замечалось. Пока в один прекрасный день Эмили не сдвинула бетонную плиту, грозившую придавить парочку котят, при помощи силы мысли… Стоит ли говорить, как перепугалась пра! После случая с плитой им с мужем пришлось перебраться подальше от города, на самую его окраину. Именно тогда они построили собственными руками этот дом, в котором вы сейчас находитесь, и каждый день ходили пешком не один десяток миль, чтобы прокормить семью. Всё ради того, чтобы спрятать Эмили подальше от любопытных глаз. Когда бабушка выросла, она отправилась в город, на поиск «собственного предназначения», пообещав матери скрывать свой дар. К тому моменту муж Одри скончался от болезни, и она не смогла в одиночку отговорить дочь. Эмили ушла и вернулась обратно лишь спустя десять лет, с маленьким ребёнком на руках — моей матерью, Молли Браун. Она оставила мою мать здесь, вместе с пра, а сама вновь ушла, так и не вернувшись обратно. Пра говорила, что Эмили всегда выглядела очень одинокой и, в конце концов, осталась одна. Судьбу Луизы никто из них действительно не повторил, но от этого их собственная судьба не стала менее печальной… Наверное, я вас утомила? Бабуля Одри понимающе улыбнулась, глядя на глубоко задумавшуюся Рей. — Нет, что вы! Я никогда не слышала ничего подобного… Чтобы человек настолько подробно и глубоко знал историю своей семьи и своего происхождения. — Рей ни капли не лукавила — она была в неподдельном восторге. — Что ж, история всё равно уже наполовину рассказана. Мы с вами приблизились к её самой любопытной части. …Моя мама, как и пра, не обладала даром, и Одри решила не рассказывать ей о нём вовсе. Гораздо позднее она поведала мне, что порой её посещали ужасные мысли, — никогда и ни под каким предлогом не отпускать Молли в город, чтобы род О’Браунов наконец прекратил своё существование. Кстати говоря, Одри была единственной женщиной нашей «проклятой» династии, у которой был муж и официально закреплённый брак. По какой причине она не стала менять фамилию — она мне так и не призналась… Так вот, на чём я остановилась? Ах, да, про мою маму взаперти, на самом отшибе города. Как вы уже поняли, ничего у пра не получилось: она не смогла так жестоко поступить с внучкой и в конце концов стала отпускать её в город. В итоге отца я своего не знаю, и никогда не знала. Мама не говорила о нём ни слова, даже не вспоминала. Прабабушка его ни разу не видела и слышать про него не хотела. Конечно, ведь по его вине появилась я… Очередная «про́клятая» девочка семейства Браунов. Мама-то ничего не подозревала, но Одри следила за мной и днём, и ночью. Только и ждала, когда же я наконец проявлюсь. В мои неполные шесть лет я увидела странный сон, которым поделилась с дорогой пра. Тогда она лишь грустно усмехнулась, сразу смекнув что к чему, а я в тот день узнала, что являюсь потомственной «ведьмой», обладающей «даром». Мне повезло — я всего лишь иногда видела и до сих пор вижу вещие сны, но не более. Впоследствии прибавилось ещё кое-что, но об этом я скажу чуть позже. На тот момент я не знала, повезёт ли так же и моей внучке… Поэтому, когда пра умирала, я пообещала ей, что никогда не свяжусь с мужчиной и не буду рожать детей. Кто-то должен был решиться на этот нелёгкий шаг, и я подумала, что возьму на себя эту ношу. Какой же наивной и глупой я была в пятнадцать лет… — Должно быть, это ужасно… — Рей тяжело вздохнула, на секунду представив себя на месте Одри. Что бы чувствовала она, отрекаясь от собственного будущего, от собственного счастья во благо незримой цели… — Я была молода и импульсивна. Пообещала бедной старушке невесть что, а потом мучилась из-за этого всю жизнь. Ведь совесть у меня отменная, в отличие от способности здраво мыслить… — Женщина поудобнее расположилась на стуле, откидываясь назад на жёсткую спинку. Она выглядела слишком довольной, учитывая все обстоятельства. — …Ровно через год я встретила Калеба. В первый раз. Он был чуть постарше меня, года на три, не больше. Невысокий и худощавый, с пронизывающим тяжёлым взглядом из-под тёмных густых бровей неправильной формы. При этом он вечно шутил и рассказывал невероятные истории. Мы встретились на рынке, когда он пытался уболтать торговца рыбой на лишние два килограмма в обмен на какие-то фрукты, которые Калеб называл «мейлурун». Я никогда не видела таких фруктов, навсегда запомнила их приторный сладковато-кислый вкус… Калеб сперва показался мне очень странным, но я сразу почувствовала с ним что-то вроде... связи. С ним было легко и свободно, мы будто общались без слов. Я поняла, что мы ещё встретимся, и не раз. Это была не просто мимолётная встреча. И он тоже это понял. Понял и исчез на долгие пять лет. Всё это время меня посещали невероятные сны с его участием. Поначалу они выглядели как отчаянные попытки с моей стороны докричаться до Калеба через невидимую толстую стену. Спустя множество попыток мне удалось привлечь его внимание. Калеб тянулся ко мне навстречу, и с тех пор мы начали узнавать друг друга. Сны были слишком реалистичными, не такими, как мои обычные видения. Порой мне казалось, что мы общаемся с ним наяву, находясь совсем рядышком. Стоило лишь покрепче закрыть глаза и подумать о Калебе, как перед глазами появлялось милое сердцу лицо... «Это же... Оно!» — Рей выразительно покосилась на Бена, пока Одри замолкла, самозабвенно погрузившись в омут воспоминаний. «Не будем делать поспешные выводы, но ты права. Похоже, она говорит про Связь...» — Рен подозрительно прищурился, рассматривая морщинистое лицо старушки. Одри вдруг встрепенулась, покачав седой головой, и продолжила: — В следующий раз мы встретились по-настоящему около кинотеатра. Понятия не имею, что я забыла тем вечером в центре города, да ещё и около кинозала, в котором ни разу-то и не была… Калеб заметно возмужал и изменился, но его забавные шутки и чувство юмора остались при нём. Во снах я видела лишь очертания его образа, без особых подробностей, но наши редкие разговоры... Даже подумать не могла, что смогу когда-либо кому-то настолько довериться и открыться. Встреча наяву оказалась даже лучше, чем во сне, и я полностью пропала. Если до кинозала у меня и были какие-то сомнения насчёт реальности и серьёзности всего происходящего, то тем вечером они полностью отпали. Это был лучший вечер за всю мою жизнь: мы просто гуляли по ночному побережью и рассматривали небо, усыпанное звёздами. Мы могли болтать на любую тему, не опасаясь, что иллюзия разрушится в один момент. Я буквально ощущала, как две линии наших жизней сплетаются в тугой, неразрывный узел. В тот же момент я увидела падающую звезду и без задней мысли загадала встретиться с ним в реальности ещё хоть раз. Скажу вам заранее: звёздочка попалась волшебная, моё желание исполнилось… Женщина кротко улыбнулась, смотря одновременно куда-то вдаль и глубоко внутрь себя. — …Ну, а после того вечера Калеб снова исчез. И появился вновь лишь накануне моего тридцатого дня рождения. За столь долгое время разлуки сны становились всё реже и короче, а Калеб вёл себя всё более отстранённо и закрыто, словно что-то хотел скрыть от меня или же скрыть меня от кого-то. Мне было сложно и больно, сердце буквально рвалось на части, но я считала, что так будет лучше. Лучше для всех. Ведь я стойко сдерживала данное прабабушке обещание... вплоть до этой новой встречи. Когда я в очередной раз увидела его настоящего, не размытое видение, то сразу же поняла кое-что: мы видимся в последний раз… Одри выдержала паузу, смахивая слезинки, образовавшиеся в уголках глаз, и затем продолжила чуть тише: — Я до сих пор вспоминаю ту неделю, проведённую с Калебом. Мы были вместе целую неделю, зная, что это последние дни, отпущенные нашей близости. Я ни о чём не расспрашивала его, не просила давать какие-то заведомо пустые обещания, не молила его остаться. Мы просто были вместе, и это было так правильно. Мой многолетний обет рухнул, превратившись в ненужную труху. Я не помню, как именно он ушёл. Неделя просто пролетела, оставив меня одну с осознанием, что это конец. Я предала прабабушку, предала себя и своё глупое обещание, потеряла Калеба, а внутри меня горела новая жизнь… С замиранием сердца через девять месяцев я шла на встречу со своей дочерью, которая вдруг... оказалась сыном. Не передать словами моё облегчение в тот момент. Чтобы в роду О’Браунов родился мальчик!.. Совершенно обычный мальчонка, до боли напоминающий своими чертами отца. После рождения сына я перестала видеть Калеба и ощущать его присутствие в этом мире. Наш крепкий узелок развязался — болезненно, невыносимо, мучительно. Единственное утешение я находила в сыне; только из-за него мои руки не опустились, а жизнь продолжала медленно течь своим чередом. Через какое-то время мне подумалось, что проклятие разрушено, наконец что-то пошло не по «дьявольскому» плану. Да и мой сын, Сэмми, впоследствии не спешил заводить семью и детей, хоть я ему не рассказала ни слова о родовом бремени. Однако, когда он связался с той непутёвой девушкой, я, откровенно говоря, была не в восторге. Я всегда его баловала, слишком любила и не замечала нависшую над сыном опасность. Момент был упущен — он ступил на кривую дорожку, а новая пассия только завела его дальше в дебри. Уж не знаю, что они там пили или употребляли на протяжении нескольких лет, но Энн, эта девушка, умудрилась забеременеть, да ещё и родить здорового ребёнка. Меня сковали шок и ужас, когда Сэм пришёл сюда, с маленьким свёртком на руках, вдребезги пьяный… У меня родился внук, а я ни сном ни духом! И вы, наверное, понимаете моё состояние до того момента, как я узнала, что это именно внук, а не внучка. Вся жизнь перед глазами пронеслась... Сэм заверил меня, что это их первый и единственный драгоценный сын, о благополучии которого они, впрочем, не слишком рьяно пеклись впоследствии. Когда Дэнни подрос, то стал часто прибегать сюда и проводить со мной всё больше времени. Моя мать к тому моменту уже скончалась, я тут совсем одна жила и зимой, и летом, а с Дэнни всё как-то веселее… Но я слишком расслабилась, даже не думала, что за внуком нужно следить, высматривать признаки дара… Когда ему исполнилось шесть, он притащил со второго этажа шкатулку — прощальный подарок от Калеба. Дэнни рассказал мне «по секрету», что знает, чья это на самом деле шкатулка, но никому не расскажет, потому что его попросил во сне друг по имени Калеб… Я и так была вся седая, но, клянусь вам, поседела в тот миг ещё больше! Дэнни не просто унаследовал дар, нет… Он вобрал в себя всего по чуть-чуть, от каждой способности своих прапрабабушек. Целый год я наблюдала, как внук познаёт мир при помощи дара, даже не догадываясь, что он творит нечто невероятное. И вот, накануне его седьмого дня рождения, мне пришло видение: Калеб посетил меня во сне, впервые за долгие годы безмолвия, и сказал, чтобы я так не тревожилась, но была готова к возможной разлуке. «Если однажды тёмным вечером высокий, угрюмый мужчина приведёт Дэнни домой, то знай — вскоре он возвратится с девушкой, и нашему внуку предстоит покинуть дом и уйти с ними, куда бы они его ни забрали. Может случиться и такое, что мужчина не вернётся. Тогда Дэнни обречён вечно скрываться здесь, его будет ждать нелёгкая и трудная жизнь… Пока что будущее не предопределено, но борьба за свет продолжается. Будь сильной, и сила будет с тобой». Это всё, что сказал мне Калеб, и я отчётливо запомнила каждое его слово. Теперь я закончила: закончила свой рассказ и многолетние страдания. Я рассказала вам всё, что знала, и что должна была рассказать. Прошу вас только об одном: прежде чем назвать меня сумасшедшей старухой и убежать прочь, дождитесь, пока не вернётся мой внук. Та встреча с вами, молодой человек, очень его вдохновила. Он хотел вам что-то сказать, но вы так быстро покинули нас в тот вечер… Дэнни не знает, что вы здесь, и я уверена, он очень обрадуется! В домике повисла гробовая тишина. Рей смотрела куда-то в центр стола, накрытого белоснежной кружевной скатертью. Она пыталась разложить по полочкам всю полученную информацию, что оказалось процессом не из лёгких. — Вы сказали, отца вашего сына звали Калеб, — вдруг уточнил магистр, негромко кашлянув. — А его полное имя? Случайно, не Калеб Дьюм? — Стыдно признаться, но я никогда не спрашивала его полное имя… Мы говорили обо всём на свете, но только не об этом. — Одри смущённо принялась теребить край фартука. Она явно не ожидала такого вопроса. — Да и он как-то не интересовался моей фамилией. — Хорошо, — огорчённо хмыкнул Кайло, но затем его зрачки азартно расширились, и он схватился за карман брюк, нащупывая там знакомый предмет. На середину стола упали золотые кубики на цепочке. — Вам знакома эта вещь? — Секундочку… — Бабуля Одри придвинулась ближе, вытаскивая из фартука маленькие круглые очки, и нацепила их на кончик носа. — О! Да это же брелок Калеба. Он оставил его в придачу к шкатулке, когда покинул меня… Дэнни всегда любил с ними играть. Рей резко вскинула голову и пристально посмотрела на Бена, который удовлетворённо улыбнулся одними уголками губ. Он что-то знал. «Эти кубики — элитный пропуск контрабандистов на ежегодный слёт торговцев на Кантонике, в одном из казино Канто-Байта. У отца были точно такие же». — Перед глазами у Кайло возникла чёткая картинка — кожаные сапоги лесного терранца, смутно показавшиеся ему знакомыми. Он не сразу вспомнил этот образ, ведь видел их всего однажды и в детстве, на одном из контрабандистов, в том самом баре Канто-Байта. Тогда Хан тайком протащил его в казино, пока Лея была занята чередой политических собраний в правительстве. Встреча с послом аккурат совпала с ежегодным слётом, пропустить который мог только глупец. Самые выгодные сделки, самые редкие товары, все последние новости галактики… Рен навсегда запомнил ту поездку, равно как запомнил вылазку с матерью на лесистый Эндор. Получается, они с Рей были отнюдь не первыми туристами на Терре из «далёкой-далёкой». Кое-кто побывал здесь до них, да ещё и заметно «наследил». Рей чуть не подпрыгнула на месте, услышав эту чересчур громкую фразу через Связь. Её зацепили и отголоски воспоминаний Бена об этом слёте, и возбуждённое состояние от неожиданных открытий. От осознания происходящего кружило голову. «Кто же такой этот Калеб Дьюм, крифф его дери?» — Она покосилась на старушку, стараясь не выдать кипевшие внутри неё эмоции, но та либо действительно не слышала их, либо очень умело притворялась. «Это имя известно мне по спискам потенциально выживших джедаев после приказа номер шестьдесят шесть, разыскиваемых орденом. Список был составлен ещё во времена империи, и поднят орденом в статус приоритетного, после того как был обнаружен в архивах одного из имперских дредноутов. Остальное расскажу позднее, сейчас нам важно другое — дождаться мальчика и каким-то образом активировать амулет, чтобы…» — договорить Рен не успел, так как в дверь настойчиво и громко постучали, после чего послышался знакомый звонкий голосок мальчишки: — Бабуля, это я, открывай! Ты обещала мне сюрприз! Рей опасливо напряглась, но тут же расслабилась. В конце концов, это всего лишь ребёнок, пусть и с неведомым «даром». Тем не менее она с силой впилась пальцами в подлокотники плетёного кресла и выжидающе взглянула на дверь. Та со свистом распахнулась, и на пороге появился светловолосый потрёпанный парнишка лет восьми. Он восторженно уставился на гостей, широко улыбаясь. — Мастер Бен! Я так и знал! — Дэнни в нетерпении подпрыгнул на месте, радостно хохоча. — Дэнни, сколько раз тебе говорила, для дверей есть ключи! — Бабуля Одри неодобрительно покачала головой, рассматривая внука. «Мастер Бен?..» — Рей скептически вскинула бровь, оборачиваясь к магистру. Тот лишь практически незаметно пожал плечами, внимательно наблюдая за мальчишкой. — А тебя как зовут? Ты такая… необычная! — Очевидно, Дэнни обращался к Рей, отчего она смущённо улыбнулась. — Дэниэл Браун, где твои манеры? — голос Одри прозвучал гораздо жёстче, чем секунду назад, и мальчик тут же притих, усмиряя своё льющееся через край любопытство. — Нет-нет, он совершенно прав, — как всегда внезапно вклинился в диалог Кайло, а Рей смутилась ещё больше. — Дэн, ты помнишь этот амулет? Из другого кармана Рен достал реликвию и вытянул перед собой на ладони так, чтобы его можно было получше разглядеть. Мальчик внимательно осмотрел предложенную вещицу, и на миг его взгляд стал совершенно другим — осознанным и серьёзным. Рей, как и сам Бен, наблюдала за его мгновенными метаморфозами. — Да, вы обронили его тогда на улице, а я нашёл. — Наконец Дэнни оторвался от созерцания реликвии и снова широко улыбнулся. В этот раз на нём были весьма приличная бежевая футболка и тёмно-синие бриджи средней длины. За спиной у мальчика виднелся не по размеру большой рюкзак, набитый вещами. — Всё верно, ты прикасался к нему… — Кайло качнул головой, скорее соглашаясь с собственными мыслями. «И что нам делать дальше? Люк сказал связаться с ним, как только мы найдём всех, кто прикасался к амулету, но я не чувствую его в Силе…» — Рей взволнованно посмотрела на Бена, тревожась за Люка, Лею и всех остальных. С последнего появления проекции Скайуокера прошло достаточно много времени, и ситуация могла кардинально поменяться. — Я должен пойти с вами, ведь так? Вот что мы будем делать дальше, — Дэнни снова обратился к Рей, словно смог перехватить послание в Силе. В домике постепенно становилось темнее — вечер неспешно приближался, подгоняя уходящее солнце. На столик сквозь незанавешенное окно падали последние оранжевые узкие лучики. — Да, ты совершенно прав, Дэн, — неожиданно подтвердил его догадку магистр. — Нам с Рей нужна твоя помощь. — Вот это да! Ты слышала, бабуля? — Мальчишка подскочил к старушке и схватился за край её фартука. — Дэнни, теперь этот путь открыт для тебя. Ты можешь стать по-настоящему свободным, осуществить свои мечты… — Одри наклонилась к внуку и слегка потрепала его по светлой макушке. — Вы же возьмёте его? — она обращалась уже к Рей и Бену. В её голосе сквозила надежда на грани отчаяния. — После всего, что вы нам рассказали, мы просто не можем его не взять, — утвердительно кивнула Рей. «Бен, мы просто обязаны», — уже мысленно добавила она, с мольбой глядя на магистра. — К тому же, Дэн, нам действительно нужна твоя помощь, — ответил Кайло одновременно всем. Очередное безумное решение, принятое практически мгновенно и без колебаний. Мальчик крепче сжал бабушкин фартук, переминаясь с ноги на ногу. Ему явно не терпелось узнать как можно больше подробностей о новых знакомых, о месте, куда им предстоит отправиться. Но затем на его лице снова возникла несвойственная возрасту серьёзность, и он печально взглянул на бабушку. — Но как же ты, папа и мама? Мы же увидимся снова? Ты присмотришь за ними, пока меня не будет? — Дэн кинулся на шею к Одри и крепко прижался к ней всем телом. — Обязательно увидимся. Обещаю, что присмотрю за твоими родителями. — Старушка еле сдерживала слёзы, обнимая внука в ответ. Рей почувствовала острый укол боли где-то в районе груди. Она видела этого ребёнка и эту женщину впервые в своей жизни, но у неё возникло стойкое ощущение, что они знакомы не один десяток лет. Точно такое же как тогда, когда она увидела призрак Энакина в Силе. О случайности их встречи здесь и сейчас не могло быть и речи. На карниз подле окна запрыгнул серый лот-кот, прошмыгнувший через приоткрытую дверь. В эту секунду Рей вдруг ясно осознала — скоро они будут дома.

***

      В свете фонарного столба виднелись четыре совершенно разные фигуры, выстроившиеся в подобие круга. Дневной ветер стих, и воздух замер одним недвижимым пластом, будто поглощая в себя все окружающие звуки. «Фигуры» были настроены весьма серьёзно: все стояли молча, и каждый о чём-то сосредоточенно думал. — Наверное, нам всем следует взяться за руки, и кто-то один перевернёт амулет,— наконец предположила Рей, нарушая безмолвие. — По крайней мере, в первый раз он так и сработал… Дэнни напряжённо хмурил брови, рассматривая изумрудный песок внутри реликвии. Ему всё ещё не верилось, что эта вещица переместит их куда-то совсем далеко от дома. Настолько далеко, что они даже покинут пределы солнечной системы... Он всегда подозревал, что на других планетах есть жизнь, и мечтал однажды стать астронавтом, когда вырастет. Но путешествия по планетам представлялись ему за рулём какого-нибудь гигантского звездолёта, а не при помощи непонятных песочных часов. Бабуля Одри и вовсе отмахнулась от объяснений, куда же именно забирают её внука, не желая вникать в подробности. Она всецело доверяла себе, Калебу и своему видению. — Ты права, это может сработать. — Кайло достал амулет и аккуратно разместил его на ладони. Скайуокер так и не объявился, сколько бы они с Рей ни пытались найти его в Силе. Возможно, они могли обойтись и без помощи Дэнни, но Рей озвучила единственную мысль, вертевшуюся и у него в голове. На размышления не было времени, тем более мальчик решил покорно следовать своей судьбе, и Рен ни в коем случае не заставил бы его принять такое решение не по собственной воле. Обо всём остальном они подумают позже, когда окажутся в своём привычном мире. — Я всегда буду ждать вас в гости. Берегите себя и берегите моего Дэнни… — Одри больше не могла сдерживать слёз, ощущая близкую разлуку. — Обязательно! — поспешила заверить её Рей. Перед глазами в очередной раз возникла знакомая картина — она, маленькая и испуганная, кричит вслед удаляющемуся кораблю, на борту которого её родители. Прощание всегда приносит боль. — Дэн, встань между нами. Рей, возьми его за руку, — Кайло быстро раздал незамысловатые приказы, стараясь вести себя как можно более собранно. Внутри него всё горело от предвкушения. Рей слегка улыбнулась, крепко сжав в руке маленькую тёплую ладонь. Когда они в прошлый раз пытались вернуться, на душе были тревога и чувство, что она упустила нечто чересчур важное. Теперь же она, как и Бен, сгорала от нетерпения отправиться в путь. Рен осторожно взял руку Дэнни, продолжая держать амулет на ладони. Пока что ничего не происходило, но он чувствовал, как едва уловимо вокруг них шелохнулась Сила. Он чуть помедлил и слегка наклонил голову вбок, благодарно смотря на Рей. Они возвращаются. Возвращаются вместе, как она ему обещала. Рей заметила этот взгляд и успела ответить ему точно таким же, прежде чем Бен развернул ладонь, отпуская амулет. Изумрудный песок заискрился в темноте и принялся пересыпаться вниз тонкой неразрывной струйкой.