Часть вторая
30 июля 2020 г., 23:37
Стайлз смотрит на нее так, будто видит призрака. Они смотрели друг на друга целых две минуты, и она не уверена, раздражена ли женщина, с которой он держится за руки, или она просто не обращает внимания.
— Лидия?! — Стайлз говорит с недоверием в голосе.
— Стайлз, — выдыхает она его имя. — Что ты делаешь в Нью-Йорке? — она спрашивает, не зная почему, может быть, она просто выигрывает время, чтобы подумать об оправдании, чтобы рассказать ему о ребенке рядом с ним, который является точной копией его.
— Я живу здесь, — отвечает Стайлз. — Что ты здесь делаешь? — Немного резок, но она заслуживает. Она оставила его без единого слова.
— Я тоже здесь живу. — Она немного нервничает.
Вот теперь ее сын решает вступить в разговор:
— Мамочка? Кто он? — спрашивает Бен, глядя на нее с приглушенным тоном чуть выше шепота.
Лидия не знает, что ответить. И говорить правду сейчас звучит катастрофически неправильно (не только потому, что они посреди тротуара, но и потому, что ее маленькому мальчику пять лет, и она думает, что у него нет эмоциональной способности справиться со всем этим сразу) и начать бегать и никогда не оглядываться назад — это невозможно, поэтому она просто говорит самую смутную вещь за всю историю:
— Это Стайлз, детка, — и, да, она не собирается ничего покрывать, и одновременно бесится, потому что он определенно захочет узнать, кто такой Стайлз, и она не знает, что скажет, но следующие слова Бена заставляют ее замерзнуть и гореть внутри в то же время.
— Привет, Стайлз! Я Бен, ну, точнее, Бенджамим Мартин-Стилински. Ты друг моей мамы? — Бен очень вежливый, представляет себя Стайлзу, и она проклинает себя за то, что воспитала в своем сыне такие хорошие манеры. И мысль о том, что сын представился отцу, заставляет ее сердце болеть.
И прежде чем у Стайлза появится шанс ответить, блондинка, которая все время держит его за руку, говорит:
— Подожди секунду, Стилински? — Подозрительно говорит она, — Это не твоя фамилия? — Спрашивает многозначительно, глядя на Стайлза.
Стайлз, который теперь смотрит на своего ребенка, как будто его только что избили последней книгой о Гарри Поттере прямо в лицо несколько раз.
Стайлз открывает рот, чтобы сказать что-то, спросить что-то, потребовать что-нибудь, когда она его прерывает, потому что она действительно не знает, что сказать, и страх в ее глазах определенно проявляется, потому что выражение его лица немного смягчается.
— О’кей, сейчас не место и не время говорить об этом, так как мы опаздываем и также создаем проблемы, стоя здесь, так что поговорим об этом позже, — говорит она немного раздраженно, отчаянно пытаясь оторваться от этого разговора.
— О, черт возьми, нет! Тебе это не сойдет с рук, — говорит Стайлз, практически крича на нее: — Мне нужно знать, кто он.
— Стайлз, ради любви к Богу, нам нужно идти, и совершенно очевидно, кто этот ребенок, — раздраженно говорит блондинка.
— Хорошо, Боже! Вот мой адрес и номер, — говорит Лидия, давая ему карточку с данными, — позвони мне позже, и мы поговорим об этой ситуации.
— Отлично! — Говорит Стайлз и берет карточку из ее руки, но не сводит глаз с их сына. Она знает, что он сейчас чувствует. И она знает, что ему должно быть больно позволять ей уйти с человеком, которого он только что «встретил», но, вероятно, это человек, которого он любит больше всего в мире. Ей понадобилось всего три секунды, чтобы влюбиться в их сына.
— Ладно, увидимся позже, пока, — а затем она практически бежит, как можно быстрее вытащив ребенка из этого разговора.
— Так, мама? — Наконец, после пяти минут быстрой прогулки Бен говорит. Они почти у ворот его школы.
— Что, зайка? — Лидия говорит, как будто она не знает, каким будет его следующий вопрос.
— Это человек, Стайлз, мой папа? — он робко спрашивает
— Детка, мы поговорим об этом позже сегодня, — говорит она с легкой улыбкой, — теперь ты опаздываешь в школу, так что будь немного терпеливым. Ты можешь сделать это для мамочки?
— Хорошо, мама, но ты должна пообещать, что скажешь мне, действительно ли он мой папа. — Бен говорит твердо, с произношением, действительно продвинутым для его возраста, но он — ее сын, так что никаких сюрпризов тут нет.
— Да, детка, я обещаю. Хорошего дня, я приду за тобой позже.
— Пока, мамочка, я люблю тебя, — говорит Бен, уже убегая к своим друзьям, которые ждут его у дверей школы.
— Пока, дорогой, я тоже тебя люблю, — вздыхает Лидия.
Это будет невероятно долгий день.
