Только любовь

Долгое время Хью раздумывал, чем порадовать Шарлотту. Ему хотелось, чтобы она развеялась и отвлекалась от проблем, набралась вдохновения и сил, но идти на школьный осенний бал, о котором в недавнем разговоре упомянул Томас, девушка отказалась. Она с трудом выдерживала в школе половину дня, а находиться там ещё и вечером — увольте. — Не передумала? — спросил Хью, когда фильм на экране ноутбука уже близился к концу, а внучка доедала виноград с широкого блюда. За последние несколько дней Шарлотта слышала это вопрос где-то полсотни раз, но всегда отвечала сдержанно, так как понимала, что дед хочет как лучше. Мужчина знал, что внучка практически не общается ни с кем из класса, но не терял надежд на то, что Лотта наладит отношения с ребятами. — Нет, — шатенка уверенно замотала головой и обняла деда, — мне и тут хорошо. Она любила, когда им удавалось устраивать семейные просмотры фильмов. Это сближало, ведь после они всегда обсуждали просмотренное кино, делясь впечатлениями. Конечно, если фильм относительно новый, то Хью частенько бурчал, что герои ведут себя слишком распущенно, хотя картина этого даже не требует. В большинстве своем, Лотта соглашалась с ним, так как тоже не понимала излишнюю эротичность — фильм должен захватывать мысли, а не глаза. — Теперь мне даже совестно, — неожиданно засмеялся дед, погладив внучку по спине. — Отлипни-ка на секундочку. Девушка непонимающе отпустила мужчину и вернулась в исходное положение. Пенсионер только хитро улыбнулся и нагнулся в сторону, вытаскивая что-то шуршащее из-за дивана. — На-ка, — он протянул ей пакет. — Я боялся, что ты что-то заподозришь, поэтому так спешил домой, что забыл про красивую упаковку. Надеюсь, ты простишь мне это. Шарлотта вдруг подумала, что забыла про свой день рождения, но до него ещё несколько недель, а других поводов для подарков она не видела. Под внимательным взглядом дедушки она вытянула из пакета аккуратное светло-зеленое платье с полупрозрачными длинными рукавами. — Нравится? — с надеждой спросил мужчина. — Очень красивое, — шатенка попыталась улыбнуться, ведь наряд был действительно чудесным, но она вдруг поняла, для чего это всё, — но я ведь сказала, что не собираюсь идти на бал. — Я и не гоню тебя туда, — Хью продолжал сказочно улыбаться. — Иди примеряй. Скоро Кайл зайдет за тобой. — В смысле? — Ишь, какая любопытная, — с напускной строгостью сказал старик и начал выталкивать внучку с дивана. — Всё потом узнаешь, шуруй в комнату. Шарлотта не стала более ничего спрашивать и удалилась переодеваться, так как ей было достаточно услышать, что за ней придет Худ, а это не может не радовать. Она поразилась тому, что у деда глаз-алмаз, ведь платье село идеально. Моррис немного покрутилась перед зеркалом, причесалась и запоздало подумала, что из обуви у неё только кеды и кроссовки. Она порылась в шкафу и нашла коробку с черными ботинками на шнуровке — конечно, не идеал мечтаний леди, но лучше спортивной обуви. — Ну как? — она вышла из комнаты и покружилась перед дедушкой. — Похожа на маму, — тихо сказал он, чем вызвал у Шарлотты грусть в глазах. Не стоило упоминать о ней сейчас. — Хочешь заплету тебе косы? Девушка молча вернулась к себе, чтобы взять расческу и две небольшие резинки. Дед делал ей прически несколько раз в детстве, но, в основном, этим занималась бабушка. Шатенка удобно разместилась на полу, позволяя старику наводить красоту на её голове. Его сухие пальцы мягко перебирали волнистые пряди, мысленно отмечая, что зря всё-таки Лотта откромсала всю длину. Моррис прикрыла глаза, боясь заплакать, так как всё, что касалось её волос, было связано с бабулей, но неожиданно в голове всплыл образ одноклассника. С момента псевдоисчезновения деда Шарлотта практически не пересекалась с Томасом в школе, так как он отсутствовал на многих уроках, а когда появлялся — не пытался выйти с девушкой на контакт. Это не расстраивало шатенку, скорее, беспокоило, потому что ранее она никогда не обращала внимание на подобные вещи. — Глядись, — закончив работу, Хью протянул ей зеркало, которое предусмотрительно положил на диван рядом с собой. Вывернутые наизнанку косы смотрелись великолепно даже на её средней длине. Шарлотта имела кое-какие комплексы по поводу своей внешности, но сейчас подумала, что выглядит совсем неплохо. Вспомнилась фотография матери из их семейного альбома, где она с такими же косами стояла в простеньком платье, держа в руках бежевый сверточек, в окружении счастливых дедушки и бабушки. — Дед, — её сияющие глаза вмиг погасли. — Платье наверняка очень дорогое, да? — Самое дорогое — это ты, — мужчина поцеловал её в макушку. Он прекрасно знал цену деньгам, понимал, как тяжело это всё даётся Шэрли, но он так хотел её порадовать, что потратить собственные накопления — пустяк ради её улыбки. Она повернулась и положила голову ему на колени. — Не помешал? — Кайл постучал по дверному косяку. Девушка встрепенулась и обернулась на голос: было странно, что они с делом даже не услышали шагов. Шарлотта поднялась с пола и, поздоровавшись, обняла Худа. — Верни её не позже одиннадцати, — Хью помахал пальцем в воздухе в грозно-смешном жесте. — Хорошо, — хохотнул парень, а Лотта только закатила глаза, чтобы не показать смущения. Всё это напоминало сцену из мелодрамы, когда девушка уходит на свидание. — Чем ты будешь заниматься? — спросила внучка, понимая, что дедушка снова останется один на целый вечер. — Схожу к мистеру Бо. Угощу его тыквенным пирогом, — соврал он. На самом деле, он собирался всё-таки попробовать что-то написать, так как в одиночестве легче собраться с мыслями, но сказал про соседа, чтобы внучка не терзалась чувством вины. — Отлично, — девушка улыбнулась и подошла к мужчине. — Спасибо, — на ухо прошептала она, обняв старика, и направилась за Кайлом к порогу. Как только дверь за парой закрылась, Худ взял подругу за руку. — Куда мы идём? — поинтересовалась Шарлотта, надеясь, что друг будет сговорчивее деда, и старалась дышать ровнее. — Кутить, шпуля, — отшутился он. Моррис подняла глаза на друга и улыбнулась. Выглядел он как всегда божественно, одновременно свободно и стильно: тёмно-синий пиджак поверх белой футболки, джинсы и кеды, а в воздухе неизменный шлейф Золотого секрета от Антонио Бандераса. — Мне нравится, когда ты в таком настроении. — Каком? — не понял Кайл. — Задорном. — С тобой я всегда такой, — он попытался сказать что-то приятное, а у девушки едва не остановилось сердце. В голову действительно закрадывались мысли о чем-то романтическом, но Лотта решила не спешить с выводами. — Давай наперегонки во-он до того перекрёстка? — прищурившись, брюнет показал пальцем вперёд. — Что за ребячество? — наигранно фыркнула Моррис и скрестила руки. — Я буду поддаваться, — парень начал упрашивать. Ему и вправду хотелось немного повеселиться, как в детстве. — Пф, — она закатила глаза, словно ей это совсем не интересно, а потом рванула вперёд со всех ног, смеясь и крича: — Мне не нужны твои уступки. Кайл широко улыбнулся: он даже не заметил, как Шарлотта отпустила его руку, а это ведь был её хитрый план. Он побежал за ней и быстро поравнялся с шатенкой, но решил не обгонять, так как его победа очевидна с самого начала, а неуклюже подхватил Моррис на руки, от чего она закричала и едва не попала ему в глаз, пытаясь ухватиться за шею. — Идиот! — крикнула Лотта, когда Худ пронёсся по перекрёстку на красный вместе с ней. *** Сангстер стоял недалеко от сцены в тесном костюме, усыпанном блестками, и старался дружелюбно улыбаться. Последние несколько дней выдались напряженными: тренер совсем загонял перед очередными соревнованиями, мама насела по поводу оценок, отец нервировал своими неискренними попытками наладить отношения. Томас подумал, что школьный праздник поможет ему отвлечься, но становилось только хуже. Толпа хаотично дрыгающихся людей, непонятные постановки, которые вызывали у всех смех, полупьяные одноклассницы, вечно требующие фото, на что Сангстер любезно соглашался, поддерживая репутацию. Он, конечно, не ждал, что Моррис придет на школьное мероприятие, но всё равно питал призрачную надежду на это. И в то же время парень понимал, что ничего хорошего из этого не вышло бы — он бы даже не посмел к ней подойти. На днях уже два одноклассника поинтересовались, почему Томас так часто стал находиться в компании Шарлотты, на что русоволосый отмахнулся, мол, он общается с ней так же, как со всеми, не более, но внутри насторожился. Сангстер дал себе чёткую установку — никто не должен узнать об их, пусть пока и минимальном, общении с Шарлоттой. Нельзя, чтобы кто-то в школе заподозрил что-то, иначе не избежать повторения истории.