The Meaning of Geranium (Значение Герани)

Это 21 глава из 24! Мы уже в финале! Прим. Автора: Вы знаете, что в фильмах о супергероях/шпионах редко показывают кровь и все драки чистые? Этого здесь не будет. Также, для пояснения, в то время как США считают первый этаж тем, что находится на уровне улицы, Великобритания называет первый этаж вторым этажом. Где я могу, я использую британские условности. Итак, Большой зал и вестибюль в Хогвартсе находятся на первом этаже. (в Европе и Великобритании система нумерации этажей в любом дом начинается с так называемого "нулевого этажа" — ground floor, который в США, как и у нас называется первым.)

***

Люди часто думают, что, поскольку гриффиндорцы храбрые, то они ожидают, что все остальные тоже будут храбрыми и последуют за ними в бой. Однако это большое заблуждение. Гриффиндорцы не любят драться, и им особенно не нравится, когда кто-то еще дерётся и становится на пути опасности, ты сошёл с ума? Немедленно отойди! Зайди внутрь и запри дверь. Гриффиндорцы встретятся лицом к лицу с любым монстром только для того, чтобы людям, стоящим за ними, не пришлось этого делать. Они спасут вам жизнь, а затем накричат на вас, когда вы попытаетесь отплатить им тем же. Это объясняет то, что, когда шесть гриффиндорцев отправились на Падлмирскую арену, чтобы одолжить хранившиеся там профессиональные метлы, они всю дорогу спорили о том, что всем остальным не нужно туда идти. Пока только Оливер, Анджелина и Алисия выигрывали благодаря тому, что у них были волшебные палочки, в то время как у остальных их не было. - У меня есть молоток, - настаивал Ли Джордан. - У тебя кухонный молоток, и при взмахе у него отрывается головка, Ли. - И тебе чуть не оторвали руку, - добавила Кэти. - Говорит девушка, которой гарпия разорвала грудь. - Это было проклятие, идиот, и она уже зажила. - Заткнитесь, вы, - Приказал Оливер своим лучшим командирским голосом, - Вы тут только в качестве наблюдателей, пока мы берем метлы. Вы не идёте. - Конечно идём! Мы не отпустим тебя одного, - Кэти обернулась так быстро, что её конский хвост взмахнул, как кнут. - Я сказал "нет". - Ты больше не капитан, Оли. - У меня есть молоток! - В последний раз, Ли, - начала говорить Анджелина. Она устала и была сыта по горло Ли Джорданом, но она также очень беспокоилась о нём. Он был таким бледным и таким слабым, когда рухнул у их двери. Анджелина плакала всю ночь, пока они ждали, доживёт ли он до утра. - Нет, правда. У меня есть молоток. Посмотри. Он весь блестящий и красивый, - Он поднял руку, держащую блестящий новый молоток, на котором все еще висел ценник, - Мне нравится ручка. У него хорошая рукоятка, которая не скользит. - Йоу, у меня есть метлы, - сказала Элизабет, которая знала Оливера до того, как он стал капитаном, и поэтому чувствовала, что ей не нужно так много его слушать или ждать, когда он скажет, что делать, - И еще есть снаряжение Хранителя. Я думаю, мы могли бы взять шлемы и нарукавники. Ещё я возьму себе биту. - Возьми ещё мячи, - крикнула Кэти прежде чем кто-либо попытался её удержать, - Мы всегда можем бросить в них квоффлами. Однажды я попала Кассиусу Уоррингтону прямо в лицо. Это было великолепно. На следующий день Снейп снял с меня двадцать баллов, но мне было всё равно.

***

Перси даже не мог представить, выживут ли они после этого. Но если выживут, он возьмёт отпуск. Где-нибудь, где тепло и тихо, где он мог бы весь день лежать и читать. Он даже не был уверен, что вернётся. Может быть, он останется там, откроет бар. Это была такая милая картинка. Намного приятнее, чем та, что была у него перед глазами. Тьма, мрак, ночь, холод и все монстры, собирающиеся перед Хогвартсом. Не то чтобы он был там и видел что-либо из этого. Это было эхо. У него все ещё были видения в виде маленьких быстрых вспышек, и он думал, что это было почти в реальном времени. Волшебники окружают Хогсмид (это было примерно сейчас) Хогвартс в огне (это было через четыре часа и не должно было произойти) территория вокруг замка залита кровью (уф, да, это произойдёт, вероятно, через два часа), гигант с заостренными зубами и ожерельем из костей (сейчас) смотрит на Хогвартс с вожделением и обжорством. И пока Перси все это видел, он стучал в дверь особняка Уолдена Макнейра. Он откроет дверь сам, потому что убил последнего домового эльфа и не удосужился заменить его. Он пришел бы со своей волшебной палочкой, но он провёл вечер, попивая огневиски и развлекая двух дам, так что у него не было ясности в голове. Дверь открылась, Перси нанес удар и немедленно отступил обратно на улицу, не проверяя, попал ли он, потому что ожог на кулаке подсказал ему, что попал. Удар был несильным, но он с удивлением обнаружил, что йога действительно немного привела его мышцы в тонус. Через шесть часов у Макнейра будет отек, а под глазом синяк.

***

Они были такими большими… Этого следовало ожидать, само слово говорило об этом, гиганты! Но каким-то образом слышать это и видеть это было совсем по-другому. Вы слышали "гиганты" и знали, что они большие, огроменные, но мозг не мог по-настоящему представить, насколько они могут быть большими. Они пришли, вооружённые дубинками и булыжниками, грубым оружием, но их рукам на самом деле не было чуждо что-то особенно технологичное и утонченное. Каждый содрогался, думая, что они могли бы сделать с луком. Следует сказать, что Хогвартс не был красивым замком. Распределение башен было слишком неравномерным, структура асимметричной, окна были разбросаны по стенам, как запоздалая мысль, и в некоторых местах были двери, открывающиеся наружу, некоторые лестницы никуда не вели, а у башни Прорицаний, похоже, вообще не было основания. Она просто появилась из группы башен поменьше, которые, вероятно, поддерживали ее в вертикальном положении. В Хогвартсе не было ничего от царственных и чистых линий замков, которые обычно доступны для посещения, но, хотя он выглядел так, словно был спроектирован сумасшедшим, он также очень походил на крепость. Более трехсот окон и дюжины дверей, и всё же все они казались недоступными. Волан-де-Морт, должно быть, знал это. Большинство детей на самом деле не замечали, насколько Хогвартс похож на цитадель, слишком занятые попытками запомнить меняющийся рисунок движущихся лестниц и коридоров или слишком пораженные зачарованным потолком в Большом зале. Но ребёнок, которым когда-то был Волан-де-Морт, сделал это, конечно, он сделал. Он также заметил, что это осталось незамеченным всеми остальными, и он воображал себя единственным, кто понимает сумасшедшую планировку замка. Это было не так. Гарри было что рассказать о линиях, разделяющих внешнюю и внутреннюю части замка; мародеры узнали о секретных туннелях, которые тянулись прочь, как корни, как будто Хогвартсу нужно было, чтобы они росли; близнецы глубоко понимали условия, из-за которых лестница вела в одну сторону, а не в другую. Итак, Волан-де-Морт был не единственным, но это правда, что он был одним из немногих, и что он хорошо знал замок. Вот почему он послал гигантов первыми. Грубых, неотёсанных, он не ожидал, что они принесут ему победу, но они откроют путь через лес для других существ, более разумных и утонченных. Они также откроют для него внешнюю оболочку замка. Дюжина гигантов - максимум, что им удалось заполучить за такой короткий срок, - должны быть в состоянии взломать двери замка. Они уже пересекли половину леса. Одна из них, женщина (насколько можно было догадаться об их поле), откинула голову назад. У нее были каштановые волосы, очень спутанные, которые выглядели как земля в лесу, как ковер из сухой травы. Она поднесла руку к лицу, а когда опустила ее, то с удивлением обнаружила, что на ее ладони кровь, темно-красная, темнее человеческой. Только моргнув, она поняла, что ей в глаз попала стрела. Никто не услышал стрелу. Они также не услышали те, что последовали за ней. Как будто ночь забрала нечто большее, чем зрение, забрала слух и обоняние тоже. Стрелы продолжали лететь, как дождь, быстрые капли, которые свистели над гигантами. Лицо великанши покрывали красные полосы, и через некоторое время она споткнулась и упала. Она пыталась встать, ослеплённая, но всё ещё сильная, пока окончательно не упала и больше не поднялась. Кентавры не использовали камни или палки. Они использовали луки, и они были быстрыми и неумолимыми. Они не могли остановить гигантов в одиночку, но они постарались затруднить их продвижение и продолжали преследовать их. Двенадцать великанов первыми пересекли чары на другой стороне леса, прямо в том месте, которое показал им Ромасанта (хотя любое другое сработало бы), только восемь добрались до открытой площадки перед замком, и из них двое были слепы и должны были полагаться на указания своих товарищей. - Все входы заблокированы и защищены, профессор, - сказал Рон Уизли. Он не позволял себе фамильярности со старшими, но он также больше не обращался "сэр". Уважительное "профессор" было для всех, сокращённое до "проф" в зависимости от настроения. - Все, мистер Уизли? - Рональд. Вы знаете, что я хранил ваш секрет уже много лет. - Мистер Уизли, - повторил Северус, произнося каждую букву и несколько других, которых обычно там не было. Это вызвало улыбку на лице Рона, - Как вы думаете, двери смогут противостоять штурму всю ночь? Рон колебался. Он мог хранить много секретов, но Рон не был лжецом. Двери были снабжены укрепляющими чарами и защитными заклинаниями, но даже они могли сломаться при наличии времени и достаточной силы. - Что ж... В конце концов... - Тогда выбери одни, я полагаюсь на твоё здравое суждение и профессора МакГонагалл. Ослабьте там защиту... - О! Понятно! Если они увидят, что дверь вот-вот откроется, они соберутся вокруг нее. Мы могли бы получить несколько хороших ударов сверху, если они у нас будут... - Я думал о том, когда одна из них неизбежно треснет. С таким же успехом мы могли бы выбрать меньшее зло и выбрать, какая дверь доставит нам меньше неудобств. - Да... Нас могли бы поджидать люди прямо с другой стороны. Если мы впустим одного из них и сразу же убьем его, это будет всё равно, что снова заблокировать дверь. Может быть, тогда главные ворота... - Скажите МакГонагалл, она с этим разберётся. А потом, мистер Уизли, я думаю, вам лучше пойти спать. Вам тоже, мисс Лавгуд. Луна не выглядела так, будто хотела ложиться спать, но, поскольку это была её идея, она не сопротивлялась. Она сказала со свойственной ей пронзительной ясностью, что к тому времени, когда они выяснят, как снять блокирующие людей чары, и Пожиратели смерти зайдут внутрь, они будут измотаны борьбой со всеми нечеловеческими существами и не смогут сопротивляться. Поэтому они организовали смены для сна продолжительностью в два с половиной часа, и, поскольку они думали об этом, она приказала домовым эльфам расставить бутылки с водой по укромным уголкам замка вместе со случайными нескоропортящимися закусками. Заснуть было нелегко, потому что дюжина гигантов, приходящих к твоим дверям, никоим образом не способствовала глубокому и безмятежному сну. Но Северус разговаривал с профессором Слагхорном, говоря что-то вроде "содержит 17%", как будто он желал кому-то смерти всех его родственников, чтобы они могли рассчитывать на помощь зелий, не будучи впоследствии слишком сонными для боя.

***

У Перси были часы. Сходив за молотком и обнаружив, что на самом деле было на три часа позже, чем он думал, он нашёл немного времени, чтобы быстро заскочить к себе домой и взять часы. По традиции каждому волшебнику на его семнадцатилетие дарили часы. Как это часто случалось в его семье, день рождения Перси затерялся между другими событиями. Сначала это был чемпионат по квиддичу (Чемпионат мира по квиддичу, но Перси не обращал особого внимания на такого рода детали), а затем был турнир Трёх волшебников, и он только начал свою многообещающую карьеру в Министерстве. Даже он не обратил внимания на дату. Но в ту ночь к нему пришёл Билл и вручил ему небольшую коробочку, потому что Билл всегда всё знал. Это были часы, не очень дорогие, но больше, чем, вероятно, могли позволить себе их родители. Перси пришел к выводу, что Чарли также помог купить их и, возможно, даже выбрал модель. Циферблат был зелёным, а браслет был из искусственной драконьей кожи (что могло быть выбором Билла или Чарли). Они были не очень красивыми, и Перси не хотел надевать их, потому что они не подходили к его официальной мантии. После Кубка по квиддичу он пошёл и купил себе другие, черные, узкие и очень незаметные, а эти оставил в ящике стола. Но теперь, когда ему понадобились часы, он выбрал именно эти и надел на запястье. Было чуть больше десяти, и здесь было темно и холодно. Когда стрелки часов были в зеркальном положении, было немного жарче, и вокруг было несколько огней, которые делали темноту еще более темной.

***

Жар-птицы были потрясающе красивыми существами. Они также были очень похожи на обезумевших гиппогрифов в огне, что означало, что они были агрессивными, злобными и в огне. Если смотреть им в глаза, неизбежно вспомнится цитата о взгляде в бездну, за этим последует пожелание о том, чтобы это были не глаза, а бездна, потому что ответный взгляд бездны был более успокаивающим, чем глаза птицы. Доставить их из Гибралтара в Плимут, а оттуда в Хогсмид, было непростой задачей, в результате которой восемь человек получили ожоги различной степени тяжести, плюс один волшебник потерял палец на левой руке. Птицам путешествие не понравилось, и теперь они были готовы к драке. - Мы бы предпочли, чтобы они нанесли ущерб строениям, - сказал Селвин, которому выпала честь наблюдать за развертыванием сил напротив Хогвартса в течение первых нескольких часов, - Но, если бы они смогли нацелиться на людей, то тоже было бы великолепно. - Конечно, - сказал гибралтарец, которому было поручено привести стаю. Он надеялся, что всё закончится, как только он прибудет в Плимут, и продолжал размахивать куском пергамента, который нужно подписать, чтобы он мог уйти, но вместо этого он был вынужден отправиться дальше на север со всё более раздраженной стаей. Он не был готов к этому. Он определенно не был одет для этого. В Англии было холодно и стояла неподходящая сырость, и он приехал в шортах и шлёпанцах, потому что из окна его спальни действительно было видно побережье Африки, и никто не сказал ему, что теперь ему придётся стоять в грязном холодном поле на окраине британского городка. Птицы разделяли его разочарование, которое они демонстрировали, ковыряясь в прутьях своих клеток и пытаясь покусать любого, кто подходил к ним близко, - Они также могут спеть тебе песню Кэмерона и починить радио, пока мы ждём. - Из твоих слов я должен сделать вывод, что это будет невозможно? - спросил Селвин, выделяя гласные, чтобы подчеркнуть, что он гораздо лучше воспитан, чем жалкий волшебник рядом с ним. - Просто укажи им направление, в котором ты хочешь напасть, - сказал волшебник, которому было наплевать на акценты и ударения, а также на то, как выговаривать букву Х, - Когда закончишь, позови их обратно с помощью флейты, - он протянул упомянутую флейту так быстро, что Селвин инстинктивно взял ее, хотя и не собирался, - Удачи. Птицы закричали, чем-то среднем между криком орла и сошедшим с рельсов поездом. Волшебники очистили зону и отошли от клеток, которые исчезли. Гибралтарский дрессировщик согласился задержаться немного дольше и бросить несколько угощений в направлении замка, чтобы птицы улетели туда. После этого он ушел. Как ему и обещали. Как только клетки исчезли, жар-птицы расправили крылья, длинные, острые, золотистого цвета, но почему-то меньше напоминающие золото, а больше кинжалы. У них были крылья, похожие на ножи, и всё же им каким-то невероятным образом удавалось подниматься в воздух. Они взлетели в считанные секунды, визжа и время от времени выпуская языки пламени. Когда они поднялись, одна из них оторвала кусок забора за железнодорожной станцией и бросила его в волшебников, которые только что освободили их. Эти животные были довольно умны и довольно озлоблены.

***

- Грюм! Как ты мог? Это же бедная невинная птичка! - Не говори чепухи, эта бедная невинная птичка только что унесла с собой трубу магазина Зонко. - Но только после того, как ты напугал её. Это было правдой, Грюм направил струю ледяной воды на когти жар-птицы, что заставило её снова взлететь, задев упомянутую трубу и отломив крылом кусок соседней крыши. Птица уронила трубу на скамейку, расплющив ее, и сделала два полных круга, прежде чем выбрать другую крышу, чтобы приземлиться. Селвин и его люди последовали за ним, обнажив волшебные палочки, и каждая вторая пара глаз в деревне также проследила путь гигантских сумасшедших птиц в огне. Орден Феникса мог свободно ходить по окраине Хогсмида, куда они аппарировали, по затемненным улицам к черному ходу "Кабаньей головы". Аберфорт буркнул что-то в знак приветствия, когда они вошли. Незадолго до восьми вечера прибыл Селвин, в плаще и маске, очень похожий на Пожирателя смерти, хотя ему пришлось снять маску, чтобы его могли ясно слышать. Его сопровождали несколько Пожирателей низкого уровня, и вместе они сообщили населению Хогсмида, что деревня закрыта и что они должны оставаться дома и оказывать помощь, если потребуется. Они наложили Круцио на первого человека, который возмутился, чтобы показать, что они настроены серьёзно. Затем они захватили железнодорожную станцию, выставили охрану и проверяли огороженное поле за ней, и они заставили мадам Розмерту открыть для них "Три метлы". Все выглядело так, будто они кого-то ждали, большое количество кого-то. Они также произнесли заклинание, чтобы оно предупредило их, если кто-то аппарирует в деревню. Аберфорт видел все это и не стал дожидаться прибытия гигантов, прежде чем отправить патронус с сообщением для Ордена. Он отправил это Кингсли, потому что Кингсли был прирожденным лидером, а также Грюму, потому что он был профессиональным выживальщиком, и даже если все остальные участники были убиты за последний год (он не знал, как это могло случиться), выживание Грюма было гарантией. Он сказал им, что деревня охраняется и что им придется аппарировать за ее пределы. Затем Аберфот взял ведро с зерном, замоченном в вине, и рассыпал его по всей восточной стороне деревни. Орден аппарировал во двор Визжащей хижины. Они решили закрыть ее в тот год, когда думали, что Блэк и Люпин попытаются что-то предпринять в Хогвартсе, так что они были знакомы с этим местом. Она была на возвышенности, недостаточно, чтобы дать им хороший вид на Хогсмид, но они могли видеть крышу железнодорожной станции на другой стороне деревни. Они могли видеть блеск различных заклинаний и движение. Не людей или недавно прибывших существ, но они могли видеть движение, суматоху, которая возникла на станции и которая распространилась вокруг нее, когда Пожиратели смерти сосредоточили силы в разных направлениях. В самой деревне было очень темно и очень тихо. - Мы должны ожидать засады, - сказал Грюм, - Они будут ждать людей, пытающихся войти или выйти. Помните, наша первоочередная задача - добраться до Хогвартса. Если кто-то падёт, мы продолжим. - Вот тебе и братские узы, - пробормотал Наземникус Флетчер. Рядом с ним Артур и Молли Уизли держались за руки. У них было двое детей в Хогвартсе. Двое детей и армия, стоящая между ними. - Если с ним что-нибудь случится, - сказал один из кузенов Бузины, тот, что страшный, указывая на другого, милого, - и ты не остановишься и не поможешь, я заставлю тебя пожалеть о каждом прожитом дне. - Всё будет в порядке, я уверен, - Сказал милый кузен Бузины, тот, что шепелявил и который не выглядел так, будто ел змеиные головы на завтрак. Эммелина Вэнс поспешила разрядить обстановку, и они начали спускаться с небольшого холма, держась подальше от главной тропы. В любую другую ночь их можно было бы увидеть, дюжину взрослых, идущих в ряд, но луны не было, и поэтому они могли затаиться. Вскоре почти у всех в деревне в любом случае испортилось бы ночное зрение. Раздался визг (Тонкс сказала: "Кричат как старушка!"), и в небо взмыла стая жар-птиц. Орден остановился как вкопанный, глядя на них, затаив дыхание, с замиранием сердца. Они были до боли красивы, эти птицы, жестоко красивы, и они направлялись в Хогвартс, где их когти, крылья и огонь были бы так же опасны, как самый ловкий волшебник. Но они не полетели в Хогвартс. Одна из них снова взвизгнула, кудахнула и спустилась на деревенскую площадь, где начала ковырять землю, царапая её когтями и оставляя глубокие борозды. Другие птицы последовали за ней, приземлившись по всей улице. Абсолютно никто не смотрел в их сторону, пока Орден пробирался в деревню. Они без проблем прошли по темным улицам, и когда им пришлось перейти более широкую, где их могли заметить, одного простого заклинания, заставляющего одну из птиц двигаться, было достаточно, чтобы все смотрели в небо, а не на них. - Они не могут попасть в Хогвартс, - сказал им Аберфорт, в его голосе звучала смесь веселья и презрения, - Снейп и Кэрроу наложили заклинание, отпугивающее людей, и теперь их друзья-Пожиратели смерти не могут прийти к ним на помощь.

***

Часы показывали, что уже одиннадцать, ха, одиннадцатый час, но разум подсказывал ему, что это время бронзы и золота, и каким-то образом это имело смысл. После наступит время белого, серебристого и серого. Перси устал, и всё становилось размытым пятном. Он знал, что делать сейчас и что делать потом. Но этого было так много. Так много переменных, так много всего. Теперь он был почти уверен, что МакГонагалл переживет всё. Он не чувствовал, что это много значит, потому что МакГонагалл была воплощением здоровья и упрямства. В данный момент его больше беспокоил Флитвик, но он думал, что уже исправил это. Два кентавра собирались умереть или уже умерли. Он действительно сожалел об этом. Кентавры редко проявлялись в его видениях. Однако с детьми все будет в порядке. Спасибо Мерлину и Моргане и всем тем мертвым людям, которые, вероятно, на самом деле ничего не сделали, чтобы повлиять на текущие события, спасибо всем им за то, что кто-то догадался отправить Ремуса Джона Люпина с детьми. Он, как и Кингсли Шеклболт, был разумным и спокойным человеком, и его было бы достаточно, чтобы защитить лишнюю сотню детей, отправившихся с ним.

***

- Духи пришли поговорить со мной. Их послание обладало такой силой, что сотрясло мои комнаты! - Это был валун, Сибил, - объяснила МакГонагалл, - его кинул один из гигантов, осаждающих замок... Ты вообще в курсе? - Я… Конечно, но шок… У меня было видение монстра с красными глазами и тремя золотыми кольцами. - Это, должно быть, Гарпо-Три-Кольца, - заметил Флитвик со своего места у окна. Несмотря на то, что гиганты у главных ворот подвергались меньшим преследованиям (на данный момент), некоторые из них настаивали на попытке выломать двери на восточной стороне, несмотря на дождь проклятий, сыплющихся на них. На данный момент они наблюдали небольшой прогресс, все двери держались, и еще два гиганта пали либо от кентавров, либо от магии самого замка. Устроить гиганту падение было трудной задачей, но они были рады сообщить, что на данный момент считали это выполнимым. Раздался визг, за которым последовал свист, как будто холодную воду вылили в горячую кастрюлю. Затем раздались крики, громкие, испуганные и удивленные, доносившиеся с другой стороны коридора. Флитвик махнул МакГонагалл, чтобы она уходила, и снова уставился вниз, посылая что-то фиолетовое и острое в сторону одноухого гиганта. Флитвик назвал его Гумпо, и он надеялся придать немного симметрии его лицу. Когда Минерва подошла ближе, до нее донесся запах горелых волос и плоти. Позади себя она услышала, как Трелони вырвало. Запах был не из приятных, но она не могла обращать на него внимание, когда на полу лежали три человека и была большая лужа крови. - Глациус - произнес один из них, - боже, о боже. Чо Чанг стояла на коленях на полу, ее ноги и левая рука были в крови. Она ухаживала за Джулиусом Томпсоном, который получил серьезные ожоги. Джулиус Томпсон был еще одним когтевранцем, преуспевшим в трансфигурации, он заменил охотника в команде по квиддичу. Информация мгновенно пришла в голову Минерве, мелочи о мальчике, который был её учеником до прошлого года. Теперь он считался взрослым, достаточно взрослым, чтобы остаться и драться в первую смену и получил ужасные ожоги. - Все будет хорошо, - пробормотал Ричард Брент. Магглорожденный, Гриффиндорец, покинул Хогвартс пятнадцать лет назад. Он не был хорошим игроком в квиддич или в изучении трансфигурации, но у него был красивый почерк, который было приятно читать. Получил отлично по ТРИТОНам за заботу о волшебных существах, - Джулиус, все будет хорошо, ты увидишь. Со мной тоже все в порядке. У него не было левой руки. Глаза Минервы не обманули её, это была не игра света, у него не было левой руки. Ричард поднял глаза и посмотрел на нее ясным взглядом темно-зеленых глаз. Ничего похожего на зеленый цвет Эвансов, зеленый цвет Поттеров, его глаза были светлее и водянистее, и в этот момент они были абсолютно безмятежными и отсутствующими. - Профессор, - сказал он, - Всё в порядке, это даже не больно. Огонь закрыл рану, так что у меня не идёт кровь. Огонь поможет с этим. - О, мистер Брент, - Она преодолела расстояние в два шага и заключила его в полуобъятие. У нее еще было время взглянуть на открытое окно, но там было темно и с улицы ничего не доносилось, - Я отведу тебя в лазарет. Сибил, ты там? Тогда возьми Томпсона. Чанг, если ты не ранена, посмотри, сможешь ли ты закрыть окно, нет, не беспокойся о великанах внизу, просто закрой его поплотнее. Давай. Она чувствовала лихорадочный жар плоти Брента даже через одежду. Он был в шоке, и Минерва подумала, что у нее, возможно, тоже начинается шок. Помфри поняла бы. Помфри и ее помощники и слава всем богам, что это была не только она, что она потратила недели на обучение новых людей, что она не была слишком гордой, чтобы признать, что ее недостаточно, чтобы позаботиться обо всех. - Сюзанна, - сказал Ричард Брент так, словно каждый слог причинял боль, - Она ... полукровка. Каштановые волосы, карие глаза, лучшая ул... улыбка в мире Прошло совсем немного времени, но оно казалось слишком долгим в этом проклятом замке с его тысячей коридоров. Одного лазарета было недостаточно. - Она р-работает с мадам…мадам… Пом… фри. Как вы думаете, профессор, вы могли бы оставить меня с ней? У меня не будет лучшего шанса поговорить с ней. Минерве захотелось плакать. Джеймс Поттер однажды сказал нечто подобное после драки. Несколько мальчиков постарше разбрасывались словом "грязнокровка". Он сидел в ее кабинете, слушал про потерянные баллы и просто спросил сквозь кровоточащий нос, думает ли она, что Эванс видела его. - Тебе придется быть хорошим пациентом, - ответила она Бренту, - Делай все, что она говорит. - Хорошо. Хороший совет.

***

- Три жар-птицы - это не стая, - сказал Северус. Верно, но трёх жар-птиц было достаточно, чтобы нанести большой урон и отвлечь их от атаки гигантов. Она приберегала заклинание на потом, но в конце концов Минерве пришлось оживить доспехи и статуи. Они не могли причинить гигантам особого вреда, но могли бросаться в них всякой всячиной, не опасаясь, что птицы оторвут их конечности. Жар-птицы, конечно, могли прорубаться сквозь камень, но не так легко, как сквозь металл. Мадам Помфри сказала, что с Ричардом Брентом всё будет в порядке. Ему не обязательно вернут руку, но он будет жить, и он не потерял сознание от боли, так что это хорошие новости. Минерва знала, что битва будет тяжелой и долгой, она знала, что люди пострадают. Она знала, и всё равно была удивлена и расстроена, когда это произошло. - Отдохни немного, Минерва, - сказал ей Северус, - Ты хорошо поработала. Пока доспехов будет достаточно - Я не могу. - Я знаю. Но если ты этого не сделаешь, когда снова настанет очередь детей, не будет никакого способа заставить их уйти отдохнуть. Они останутся сейчас одни. Сириус и Синистра будут с ними. Он умен, а она серьёзна. Все это имело смысл, за исключением того, что Северус хотел, чтобы она отдохнула и позволила детям в пять раз младше сражаться вместо нее. - Ты тоже, - В висках у нее пульсировала головная боль, но она жила с этим с тех пор, как первый Поттер приехал в Хогвартс, - Северус, ты тоже. Нельзя принимать решения, не выспавшись. - Если это то, что тебе нужно, чтобы отдохнуть. Для этой цели они использовали библиотеку. Большой зал был больше и использовался в прошлом с аналогичной целью, но он находился слишком близко к главному входу, вернее, к любому из входов. В библиотеке было довольно тихо, даже несмотря на то, что гиганты швыряли в стены валуны, и там, между учебными столами, они могли немного отдохнуть. Минерва все еще ненавидела себя за то, что ушла, но она также признала, что это была хорошая идея, когда увидела, как уходят шестой и седьмой годы. Они выглядели… ну, дело было не в том, как они выглядели, а в том, как они не выглядели. У них не было этого зажатого выражения изнеможения, этой усталости в крови и костях. Возможно, они вообще не спали, но они вышли из боя, так что теперь они выглядели спокойными и владеющими собой. Их не коснулся страх. - Мы всегда можем открыть дверь и спокойно сразиться с гигантами, - сказал Сириус, когда ему передали отчет о состоянии дел, - одновременно смогут зайти не более двух.

***

- Есть какие-нибудь успехи? - спросил Селвин у своей подчинённой, ужасно уродливой горной ведьмы, которая заставляла его немного нервничать. Ее работа была хороша, в этом ей нельзя было отказать, но было что-то неправильное в волшебниках и ведьмах, которые не посещали Хогвартс. Все они, конечно, получили письмо, но все отклонили приглашение и предпочли остаться дома и учиться у старших. Кучка кровосмесительных извращенцев, скажет Селвин, если вы вдруг спросите. - Птицы наносят некоторый ущерб, - Ответила она ему. Три птицы, всего три жар-птицы из двадцати. Остальные всё ещё играли в Хогсмиде, а этот идиот дрессировщик отказался что-либо с этим делать, сказал, что ему нужно было только доставить их, что он и сделал, и что Гибралтар все равно частично независим, так что ему не обязательно слушать Селвина. После того, как Селвин применил к нему круцио, он проявил большую склонность к сотрудничеству, но правда оставалась в том, что ему пришлось загнать в клетки семнадцать расстроенных жар-птиц, прежде чем отправить их в Хогвартс. Вот что происходило, когда вы работали с людьми не той крови. - Да. А гиганты? - Ну, похоже, они находятся только в двух местах. - И это все? - Чего еще ты хочешь? Я не могу посмотреть в зеркало, место защищено. Все, что у нас есть, это стеклянные глаза твоих людей, будь они трижды прокляты. Она быстро сплюнула три раза. Селвину пришлось напомнить себе, что эта женщина, Гиллрей, разбиралась в проклятиях и диких существах, так что от нее была какая-то польза, даже если она боялась бинокля. Бинокля. Если гигантам до сих пор не удалось снести двери, они не сделают этого в ближайшее время без поддержки жар-птиц. Официально это не должно иметь значения. Приказы Селвина были ясны и просты: 1) Продолжайте нападать и истощайте их; 2) Разрушьте проклятие, удерживающее людей на расстоянии. Это было всё. Пока что он хорошо следовал плану в отношении первого пункта. После того, как они будут сражаться не менее пяти часов, они смогут начать со второго пункта, зная, что люди в замке не успеют вовремя отреагировать, чтобы остановить их. Это было просто… Ну, Селвин получил большую честь руководить первыми часами атаки. Он был удивлён. Он знал, что никто из Лестрейнджей этого не получит, потому что они были не в том состоянии, чтобы руководить кем-либо, кроме самих себя, но он думал, что Малфой будет заниматься этим. Вместо этого командование было отдано ему, и Селвин не был бы слизеринцем, если бы не хотел завершить всё к восходу солнца. Следуйте приказам Темного Лорда, выходите за рамки своих возможностей и преуспевайте, чтобы к тому времени, когда прибудут все остальные, Селвин мог положить сотню захваченных палочек к ногам Волан-де-Морта. Он не собирался одерживать быструю победу с кучкой тупых великанов и тремя невменяемыми птицами. Пришло время поддать жару и обрушить его на людей в Хогвартсе. Фигура речи, конечно, жара была последним, что они смогли почувствовать.

***

- Я почти уверена, что защитные заклинания перекрывают секретные коридоры. Мы не сможем по ним пройти. - Не этот, - Аберфорт хмыкнул, - он существует только тогда, когда в нём есть необходимость. "Кабанья голова" была полна напряжения. Ни для кого не было секретом, что Аберфорту не нравился ни один из них, вероятно, потому, что они были связаны с его братом, а Альбус ему вообще не нравился. Помимо этого, многие из них работали на Министерство, а в "Кабаньей голове" было много событий, которые не одобрялись или были совершенно незаконными. Возможно, только возможно, это также было связано с тем фактом, что Аберфорт испытывал глубокую неприязнь к Аластору "Грозному глазу" Муди. Неприязнь вернулась с одинаковой силой, к всеобщему недоумению, потому что на расстоянии Аберфорт и Муди были очень похожи. - Кто эта девушка на картине? - спросила Молли, пытаясь разрядить обстановку. Девушка мягко улыбнулась её словам, прежде чем выйти за пределы рамы. - Моя сестра. - О? Я не знала, что у тебя есть сестра. Не думаю, что Дамблдор когда-либо упоминал о ней. Аберфорт хрюкал в ответ на все вопросы. Конечно нет, конечно же нет. Точно так же, как все называли его Дамблдором, но не его или её. Никто никогда не произносил её имени, только её любимый брат помнил её. - Уф... Становится прохладно, не так ли? - спросила Эммелин Вэнс, самая милая ведьма "двух войн". Поскольку Аберфорт думал об Ариане, он подумал и о том, что Эммелин ей понравилась бы. Она была милой, но так же никогда не боялась использовать свою палочку. Становилось прохладно. Это была зимняя ночь, так что её замечание не было особо полезным или умным, но из комнаты внезапно просочилось что-то, как будто кто-то нажал на кнопку. - Эй, - шепотом окликнула Тонкс, она повернулась к ним спиной и достала палочку. Хорошая девочка, Тонкс. Однажды она приняла облик Альбуса, пришла в паб и раздала наказание всем студентам Хогвартса, которые там ошивались. Аберфорт, конечно, видел всё насквозь, но ему понравилось зрелище страдающих студентов, - Окна покрыты инеем. Окна очень быстро покрывались инеем. Кингсли пытался выглянуть в них, оставаясь незамеченным. Муди просто смотрел вокруг своим немигающим ярко-голубым глазом. - Дементоры, - сказал он, - Больше дементоров, чем я когда-либо видел. Вскоре даже через заледеневшие окна они могли видеть темные фигуры, движущиеся по улице снаружи. Это было все равно, что видеть большое морское существо, плавающее подо льдом, и гадать, насколько оно все-таки огромное, как долго оно будет думать, если заметит тень над своей головой. - О, дорогой Мерлин, Джинни! - пискнула Молли. Она снова держала Артура за руку и, казалось, вот-вот упадет. Остальные были слишком старыми или слишком молодыми, чтобы иметь детей в Хогвартсе, но у Уизли там их было двое. Как раз в этот момент Ариана открыла дверь в деревянной стене, которая вела в замок. Присутствие дементоров было настолько неприятным, что вряд ли кто-то задумывался о том, насколько странным был туннель. Даже в мире магии секретные туннели обычно не появлялись в несущих стенах стене. - Идите, - сказал Аберфорт, - У всех есть кружки? Тогда идите. Все они много раз ходили по тропинке между Хогвартсом и Хогсмидом. Все они знали, что это занимает около часа. Передвижение туннелем могло занять больше времени.  Это может вообще не сработать, если он затрагивает защитные заклинания. Молли Уизли уже забежала внутрь, прижимая к груди кружку, которую дал ей Аберфорт, и выставила палочку. Все ушли, только Кингсли и Муди задержались достаточно надолго, чтобы поблагодарить Аберфорта и попросить его держать их в курсе событий в Хогсмиде. Они бежали, и бежали, и бежали, хотя самые реалистичные и закалённые из них знали, что им никогда не одолеть дементоров.

***

Хогвартс не был красивым замком. Хогвартс был архитектурным чудовищем. Если смотреть сверху или из леса, у него действительно был живописный профиль. Ночью очертания замка с его ненужным большим количеством башенок, остроконечных крыш и, без сомнения, тысячей окон были менее угрожающими, более живописными и странно очаровательными. Он производил впечатление большого, глупого и гостеприимного существа. (По вечерам и ранним утром Хогвартс выглядел как тюрьма, Гарри заметил это с первого дня. Восемь утра - неподходящее время для осмотра Хогвартса.) Прямо сейчас казалось, что замок был скалистым островом в сером море. Гиганты на некоторое время отступили, призванные звуком рога. Три жар-птицы тоже улетели на поляну где-то в Запретном лесу, где кто-то играл для них песню. Некоторые крыши дымились, длинные бело-черные завитки поднимались в небо. Ночью замок выглядел так, как будто это был скалистый остров в море, казалось, что на него вот-вот обрушится пенная волна. Плащи дементоров отливали серым, в такую ночь как в эту они были приглушённо-белыми.

***

Примечание переводчика: Так же работа выкладывается на АО3. Вот ссылка: https://archiveofourown.org/works/58328104/chapters/148549366 Так же подписывайтесь на мой телеграмм: https://t.me/+C5KXdy5UZlMzMDUy В нём я пишу о статусах работы ну и пишу о своей жизни... Поэтому жду вас. Прим. беты: отбечено