Вспомнить прошлое

— Я вернусь. Второе занятие будет намного сложнее — так что готовьтесь, — сказал мужчина и протянул Гермионе пузырек с зельем, восстанавливающим память. «Это опять оно? — подумала она, — Нет! Только не это!» Грейнджер вспомнила его противный вкус, она вспомнила, как все ее тело жгло после того, как она выпила его, но то, что она вспомнит кусочек ее жизни — мотивировало ее снова выпить зелье, мотивировало ее забыть о вкусе, забыть о боли. Она решительно встала со стула, подошла к Снейпу, взглянула уверенным взглядом ему в глаза, тяжело вздохнула и залпом выпила все содержимое стеклянного сосуда. В следующую же секунду жидкость серого цвета покинула маленький стеклянный сосуд и оказалась во рту у Гермионы. Зелье громко зашипело, словно закипевший чайник, Гермиона поморщилась. Она испытала те же ощущения, что и в первый раз, тело так же сильно жгло, но казалось, что сейчас было больнее все это испытывать, словно она выпила двойную дозу этого зелья, словно в этом зелье был так же замешан какой-то сильнодействующий, доставляющий страдания яд. Грейнджер с трудом удержалась, чтобы не выплюнуть все, что находилось у нее во рту. Она вспомнила свою цель, поэтому не остановилась и терпела. Терпела, пока все резко не прекратилось. За секунду боль исчезла. Это очень напугало Гермиону, не ожидавшую такого. Она удивленно выпучила на мужчину глаза. Тот не дернулся с места и лишь молча наблюдал за Грейнджер. Та медленно ухватила себя за живот и присела на мягкую кровать, пытаясь осознать странность произошедшего. В прошлый раз боль мучила ее до последнего, она чувствовала неприятные ощущения на протяжении трех дней, а сейчас все как рукой сняло. Было странно. Но даже несмотря на это, спокойствие не посетило девушку, она наоборот начала ощущать большую тревогу. — Не ожидал, что в этот раз Вы стерпите боль без лишних скандалов и слез, — медленно и размеренно прошипел Северус. Он говорил так сладко, что Гермиону клонило в сон. Она почувствовала, как потеряла точку притяжения, как провалилась в невесомость, как ее тело рухнуло и куда-то стремительно падало, в темноту, в бездну.

***

Она подняла свои руки и посмотрела на них. Сейчас они казались для нее какими-то странными, какими-то ненастоящими, словно ей пришили руки от куклы. Она начала шевелить пальцами и наблюдать за тем, как они не слушались ее и делали движения, которые она не хотела делать, она не могла остановить это. Ее полностью парализовало. Она стремительно падала вниз животом к верху, не видя и не распознавая ничего вокруг. Она даже не заметила, как голос Снейпа перестал слышаться и повторяться в ее ушах. «Смерть? — подумала Гермиона, — Но почему? За что? Я же еще ничего не сделала для этого мира? Почему она забирает меня?» Неизвестная для Грейнджер темнота тоже начала пропадать и сменяться белым светом. Ее снова начало клонить в сон. Она начала слышать мужской холодный голос, но этот голос не был спокойным, в нем было полно тревоги, в нем было полно… Страха? Нет. Точно не страха. Паники? Нет. Точно не паники. В нем было полно сожаления и жалости, в нем было полно желания помочь. С каждой секундой этот голос становился все громче и громче, но Гермиона не могла полностью очнуться от странного состояния, она продолжала находиться словно между мирами, витать в белом свете, лететь теперь уже не вниз, а вверх. — Грейнджер! Грейнджер проснитесь! — слышала Гермиона. Это повторялось у нее в голове, разносилось эхом по белой бездне. Не зная, что думать и что чувствовать, Гермиона признала свою смерть. Она улыбалась, она не хотела, чтобы та видела ее страх, ее печаль, Гермиона была даже благодарна судьбе, что позволила встретить ей Снейпа. Он был ее спасением, хоть и на такой короткий промежуток времени, хоть она и видела его всего второй раз «в жизни».

***

Она закрыла глаза. Перед ней предстал красивый готический замок. Она шла вместе с толпой ребят. Всем было по одиннадцать и двенадцать лет на вид. Она зашла вместе с другими в большой роскошный зал. В воздухе парило тысяча свечей, все удивленно раскрыли рты и выпучили свои маленькие невинные глазки. Все, кроме Гермионы, которая презрительно смотрела на своих будущих сокурсников и посмеивалась над их удивленными, как ей казалось, от обыденных вещей лицами. Девушка увидела процесс распределения учеников по факультетам. Она увидела, как ей радостно хлопали гриффиндорцы, когда та спешила занять свое место за большим длинным столом. Она увидела смех, она увидела гордость, она увидела много всего. Но среди этой толпы ее внимание привлекли двое неотесанных мальчишек, что мило общались за тем же столом, за которым она уже давно сидела с гордым видом. Один из них был Рон, а другой Гарри. Грейнджер тут же вспомнила сцену в Хогвартс-Экспрессе, она вспомнила, как Рон неумело обращался со своей палочкой, она вспомнила, как Поттер был удивлен обычному легкому заклинанию починке очков. Сейчас в ее голове прокручивались различные заклинания, различные материалы, что она изучала до поступления в Хогвартс. Вернувшись к большому залу она посмотрела на преподавательский стол — за ним гордо и величественно сидели улыбающиеся педагоги, которые своими улыбками показывали свое расположение к ученикам школы чародейства и волшебства. И только один человек за их столом сидел с хмурым задумчивым видом. Он был одет во все черное, его длинные волосы, его глаза тоже были черными. Гермиона поняла — это Снейп. ЭТО СНЕЙП! Она знала его! Она видела его, когда еще была одиннадцатилетним ребенком! После данного осознания она снова начала теряться, снова начала куда-то стремительно проваливаться. Она снова начала слышать беспокойный голос Снейпа. Ей сейчас было намного приятней слышать его, когда она собственными глазами убедилась в том, что он и правда из ее прошлого, что она знала его, что то чувство, когда Гермиона смотрела на Снейпа и осознавала, что он ей знаком — не бессмысленно.

***

— Легилименс! — громко прозвучало где-то из вне и Грейнджер снова провалилась в свои воспоминания. Но сейчас это было не так, как раньше. Сейчас она чувствовала будто кто-то проник в ее душу, будто кто-то смотрит ее воспоминания, как в кинотеатре смотрят фильм. Она чувствовала, что кто-то шарится по самым сокровенным уголкам ее души, но это все равно не останавливало ее. Она без всякого отвращения с удовольствием вспоминала все моменты своей жизни. Снова она видела свою маму, своего отца, которого вспомнила совсем недавно, она увидела их заботу и нежность, после она снова оказалась рядом с Поттером и Роном, как она указывала им, как правильно поправлять очки, как она смеялась над рыжеволосым мальчишкой в поезде. Но потом от воспоминаний, что девушка испытывала в «прошлой жизни» она перешла к тем, что испытывала совсем недавно. Она видела свою первую встречу со Снейпом, как испугалась его, как потом с улыбкой и со смущением на лице вспоминала этот случай, как она трепетно относилась к маленькому кусочку черной ткани, оторванной от мантии мужчины, она снова видела его заботливый и теплый взгляд, его голос, его сладкий голос сейчас был музыкой для ее ушей. Самое лучшее ее воспоминание возникло перед ее глазами — как она после страшного сна обняла мужчину, как он ответил на объятия, как он крепко по-отцовски сжимал ее, пытаясь успокоить. Просматривая это все, она осознавала, она словно говорила это сейчас вслух, что она влюблена, что она влюблена в Северуса Снейпа, влюблена в него, увидевшись всего лишь два раза в «новой» жизни. Она была влюблена и, казалось, ничего не смогло бы разрушить это сильное, это крепкое, как скала, чувство. — Хватит! — прозвучал в ее голове мужской голос. Жадно хватая воздух, Грейнджер очнулась, она вскочила и столкнулась лбами со Снейпом, что удивленно смотрел на нее. Резкая боль во лбу не смутила и не остановила ее. Она поняла, что уже находится в реальности, что воспоминания прошли. Это странное и мерзкое послевкусие от зелья снова появилось, ей снова было неприятно, как в первый раз. Она четко помнила, что села на кровать перед тем, как отключиться, но сейчас она лежала на полу, а рядом с ней на коленях был ошарашенный Снейп, который не понимал ничего. Он вел себя так, будто видел и слышал все, о чем думала девушка. В эту секунду Гермиона вспомнила, как чувствовала чье-то присутствие у себя в голове и ужаснулась. Это был Снейп! Он проник в ее воспоминания. «Легилименс» — это то, что она слышала перед этим. Вероятнее всего это и было заклинания проникновения в мысли. «Черт! ЧЕРТ!» — думала Грейнджер, которую посетил огромный испуг. Она представить не могла и не хотела, что Снейп думал сейчас, но она была одновременно рассержена на него. Как он посмел вторгнуться в ее самое личное, хоть оно и связано с ним? Снейп сидел неподвижно на коленях. Его лоб покраснел от сильного столкновения с девушкой, но он не обращал на это внимание и лишь смотрел в пустоту, сквозь девушку. Он медленно поднялся, поправил свою мантию, развернулся и пошел к выходу. — Мне пора, — произнес он холодно и спокойно, но голос был немного хриплым и выдавал его небольшое волнение и огромное удивление. — Профессор, это не то, что Вы… — пыталась оправдаться девушка, но Снейп уже скрылся за входной дверью и громко хлопнул ей. Грейнджер схватила свою палочку и побежала вслед за профессором, она попыталась открыть дверь, хотя сама понимала, что это бесполезно, что ее снова заперли. Она никогда не могла открыть ее, так почему же у нее получится в этот раз? Тогда Грейнджер забила кулаками по двери, слезы лились ручьями по ее щекам. Одновременно в ней бушевали — стыд, страх, злость и чувство потери. Она думала, что если не предпримет что-то сейчас, то потеряет Снейпа. Потеряет его навсегда, он больше к ней не придет, подошлет кого-то другого вместо себя, ведь, как она сама убедилась, в Хогвартсе так много людей. — КАК ВЫ МОГЛИ! — кричала девушка. Вдруг она вспомнила то, что видела, пока она была без сознания. Она направила палочку на дверь и начала пытаться открыть ее. Она помнила словесную формулу отпирающих чар, но она не знала, как двигать палочкой, чтобы достичь нужного результата. — Алохомора! — бесконечно много произносила она, каждый раз меняя траекторию движения руки, в которой находилась волшебная палочка. Это было безнадежно. Гермиона сбилась со счета в своих попытках и в слезах ушла к себе в комнату. Она забилась в угол, обхватила свои колени и начала качаться взад-вперед, чтобы как-то занять себя, чтобы как-то успокоить. Она посмотрела на свой рабочий стол и увидела охапку учебников, принесенных Снейпом. Она вспомнила, как старательно они занимались, как он пытался ее научить чему-то. Она еще больше разрыдалась после этого. Она понимала, как это было неудобно и неловко — она влюбилась в того, кого видела два раза в жизни, она влюбилась в того, кто намного старше ее, она влюбилась в того, кто знал ее еще с одиннадцати лет. Грейнджер не знала, как мужчина относился к ней до потери памяти. Почему он так резко ушел после увиденного? Неужели он ничего не чувствует к Грейнджер? Неужели он больше не придет? Гермиона больше всего не хотела сейчас в жизни, чтобы Снейп узнал о ее настоящих чувствах, она не хотела этого, чтобы больше времени держать мужчину рядом с собой, но сейчас это произошло — он обо всем узнал и просто ушел. Ушел, и все. Опять Гермионе придется ждать девять дней — мучительных девять дней до их новой встречи. Но придет ли он вообще после такого?

***

Северус вышел из роковой для него в данный момент квартиры и поспешил быстрым шагом вниз. Добравшись до безлюдного переулка, он трансгрессировал в Паучий Тупик. Во время своей дороги в это место он совершенно ничего не думал, он думал только о том, как поскорее вернуться домой, чтобы не слышать ненужных в данное время разъяснений и разговоров. Ему достаточно было на сегодня того, что он увидел. Снейп не чувствовал ни капли вины за то, что использовал легилименцию на Грейнджер, потому что в те минуты, в те секунды это могло спасти ей жизнь. В этот раз зелье странно подействовало на Гермиону, ее тело будто пыталось отвергнуть жидкость. Гермиона билась в конвульсиях, пока сама ничего не чувствовала и смотрела свои воспоминания. Снейп пытался спасти ее и понять, что с ней происходит. Сначала он подумал, что это было отравление. С собой у него был только безоар, поэтому он немедленно дал его девушке, но это не помогло. Тогда Снейп понял, что дело в том, что сейчас внутри Грейнджер. Он подумал, что та возможно сейчас внутри себя решает сама — остаться в живых или умереть, отказаться от оскверненной темными магами жизни. Поэтому, чтобы спасти ситуацию Снейп использовал то, в чем был хорош. Но он никак не ожидал увидеть то, что увидеть. Узнать то, что чувствует к нему Грейнджер. Сейчас он сидел на одном месте у себя в гостиной около получаса, просто смотря в одну точку и думая о произошедшем. Его же ученица любит его, ученица, которая не помнила, не знала его, которая видела его пару раз в жизни любит его. Почему? Потому что он единственный, кто есть сейчас в ее жизни? Но как она могла полюбить его? Он же старше ее на много лет, он ее профессор, который никак не имел цели завладеть ее молодым и невинным сердцем. Да, Северус тоже был не равнодушен к Грейнджер, но он был не равнодушен к ней потому, что хотел спасти ее, потому что посчитал это своим долгом, несмотря на то, что это задание от Дамблдора. Он ощущал отцовские чувства по отношению к ней, он доверял ей. Никому в своей жизни он так не доверял, кроме Дамблдора и Лили. Он думал, что Гермиона относится к нему, как к отцу, как к хорошему наставнику, но никак не ожидал, что она любит его, не как отца, а как мужчину. Но несмотря на странность этого, на невозможность и отрицание этого — это льстило Снейпу. Никто не любил его в этой жизни, как он думал. Он всегда был одинок, у него даже не было друзей, а тут он узнал, что шестнадцатилетняя девчонка любит его. Снейп не знал, что ему делать, что говорить при следующей встрече. Он хотел отказаться от этого задания, но ему было стыдно говорить об этом Альбусу. Поэтому он решил, что попробует выкарабкаться, что все-таки он придумает выход из данной ситуации.