Сказка о Сером Волке

Часть 1

Не было печали, купила баба порося Казалось бы, чем больше у тебя информации, тем легче оценить ситуацию и понять, как действовать. А вот и нет! Чем дальше мы погружались во всю эту историю, тем меньше было понятно, что нам делать. Сначала я думал, что старик обладает какой-то магией. Правда, с самого начала я решил, что мне подсунули какой-то чудо-травы, от чего у меня начались галлюцинации, только потом я пришел к идее с магией, когда мой брат подтвердил, что видит то же самое, что и я. Уже этот факт сложно было принять. Я бы понял, если бы об этом говорила моя мама, которая всю жизнь верила во всякую нечисть. Себя же я считал прагматиком и реалистом. Но реальность оказалась гораздо загадочней, чем я предполагал. Потом появилась Жанна, и всё непонятное начало обретать более-менее четкие линии. Мир поделился на людей и сказку, выделив злодея. И этого злодея хотелось поймать, поколотить и заточить в клетку. Это в лучшем случае. В худшем: четвертовать, повесить и посадить на кол. Не обязательно в этой очередности. А теперь появился загадочный Аверьян с его голливудской улыбкой и непривычным для простого смертного именем. И злодей внезапно перестал выглядеть таким уж злодейским, превратившись из самого страшного на планете существа в отчаявшегося старика, ищущего из последних сил возможность сохранить свою жизнь. Мне даже в какой-то момент стало его жаль. Не на самом деле, но я поймал себя на мысли, что не осуждаю его поступки. Не так, как осуждал бы раньше. Кроме того, все эти знания и внезапно свалившиеся на голову новости никак не помогали понять, как жить дальше, делать вид, что ничего не знаешь, мимикрировать в мире людей, ходить на работу, как раньше, и главное — не выдавать себя. Что делать с тем фактом, что в мире существуют не только фантастические существа, но и практически обычные люди — по меньшей мере внешне — которые могли становится прозрачными, создавать собственных двойников. Даже подумать было страшно о том, что они еще могут и умеют, о чём даже никто не догадывается. И, конечно, что мне делать с собственным умением превращаться в зубастое, волосатое чудовище, пожирающее людей. И если на всё это было гораздо больше вопросов, чем ответов, и вряд ли в ближайшее время это изменится, то в одном я мог получить ответы здесь и сейчас… Елена уставилась на меня так, как будто я приставил к ее виску пистолет. Может быть, не стоило спрашивать так в лоб? Может надо было как-то подготовить её к этому разговору? Но теперь было поздно отступать, да и положа руку на сердце, даже подумав сутки, я вряд ли внезапно стал бы знатоком женщин, особенно таких тургеневских барышень тонкой душевной организации. Нельзя сказать, что я жил монахом и не имел дел с противоположным полом. Очень даже наоборот. Только вот ни одни отношения не держались достаточно долго для того, чтобы стать чем-то серьезным. Всё дело в том, что я не умею держать язык за зубами и говорю то, что приходит на ум. Собственно, сейчас я делал тоже самое… — Прости, я не собирался вот так на тебя нападать, — попытался хоть как-то исправить ситуацию я. — Ты устала сегодня и наверняка хочешь отдохнуть, а не… Прости. Я считал себя взрослым и вполне уверенным в себе человеком, но в этот момент мне стало страшно. Не так как бывает страшно перед дракой, когда чешутся руки, ты знаешь, что тебе наваляют, но остановиться уже не можешь, потому что внутри бурлит коктейль из задора и адреналина. Не так страшно, как когда идешь признаваться родителям, что завалил все экзамены сразу и тебя выгнали из университета без права восстановления, потому что ты готовился к соревнованиям и вообще тебе фиолетово на мир финансов и ты не хочешь идти по стопам старшего брата. Было ощущение, что меня вытолкнули из самолёта. И забыли дать парашют. Мне всегда говорили, что надо сначала думать, потом говорить… Но думать еще никогда не было моей сильной стороной. Я внезапно осознал, что задал вопрос, на который не хочу знать ответ. Но как говорится, слово не воробей. И вопрос не воробей. И вообще ничего не воробей, кроме воробья. — Погоди, — Елена схватила меня за рубашку, словно пыталась удержать. — Я… я просто не ожидала тебя здесь увидеть. Ты меня напугал. — Ага, на то я и злой и страшный Серый Волк, в поросятах знаю толк, — вырвалось у меня. — Что? — Ничего, прости, я несу бред, когда нервничаю, — признался я. — Ты нервничаешь? — Елена удивлённо посмотрела на меня. Она была ближе, чем мне хотелось бы в этот момент. И от неё пахло чем-то сладким… — Немного. Но… нам не обязательно говорить об этом. — О том, что ты нервничаешь, или о том, зачем я тебя… — Поцеловала? — усмехнулся я сам себе. Мы же взрослые люди, почему не можем поговорить о взрослых вещах?! И смех, и грех, ей Богу! Я так не волновался даже в старшей школе, когда первый раз приглашал одноклассницу на свидание! Она мне, кстати, отказала. Но это точно не было причиной, почему я так вел себя сейчас. Почему я себя так вел, я понимал очень даже хорошо. Не отдавал себе в этом отчёт, но понимал. Вернее почувствовал. Где-то на уровне подсознания. Еще тогда, в том самом кафе, где я первый раз заговорил с ней, зная, что мне предстоит с ней сделать, мне хотелось кричать «беги, девочка, беги поскорее!». Возможно ли такое? Еще недавно я, скептик, как я есть, сказал бы, что всё это ерунда, и что такого не бывает, что это все гормоны и примитивные инстинкты. Но теперь… Теперь я знал о существовании совсем другой материи, других струн вселенной. И потому для меня не выглядело странным, что в тот момент мне казалось, что меня словно привязали к ней красной атласной лентой. И почему меня не покидало ощущение, что с момента нашей первой встречи мир накренился, сместив точку притяжения к этой хрупкой, похожей на дюймовочку, девушке с полным отсутствием инстинкта самосохранения. Можно ли это назвать любовью с первого взгляда? Вряд ли. Потому что где-то внутри меня была абсолютная уверенность, что это была далеко не первая встреча… — Потому что… — выдохнула Елена и отпустила руку, выпустив мою рубашку, а вместе с рукой и взгляд. — Потому что я подумала, что если мне суждено выйти замуж за человека, которого вообще не знаю, то… то хотя бы мой первый поцелуй должен быть с тем, кто мне дорог… — То есть… это был твой первый… Погоди-ка… — Ты серьезно хочешь обсуждать моё пуританское воспитание?! — Елена сердито посмотрела на меня и тут же залилась красной краской. — Совершенно нет, — ответил я, стараясь не улыбаться во все тридцать два зуба. — Я просто подумал, что если так, то второй может быть с тем, кому дорога ты. Собственно, не только поцелуй… Что бы нам не предстояло, я не собирался отдавать её кому бы то ни было, будь то Кащей или бармалей, или сам царь-царевич. Не теперь, когда я осознал свои собственные чувства. И когда знал о её. Не теперь, когда мог держать её в своих руках, целовать и чувствовать, как бьется её сердце. Не теперь…

Часть 2

Утро — это возможность начать жизнь снова. Моя жизнь как будто началась заново этой ночью. Хотя, если честно, уже светало и ночью это можно было назвать едва ли… Но что было бесспорно, так это то, что моя жизнь развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла совсем не в том направлении, как было задумано. И это было прекрасно… Но просыпаться с ощущением, что кто-то на тебя смотрит, было очень странным. Особенно открыть глаза и обнаружить, что на тебя не просто смотрят, а рассматривают с каким-то нечеловеческим придыханием. Хотя, если смотреть на ситуацию трезво, он не был человеком. — Доброе утро, спящая красавица, — улыбаясь произнёс Сергей. В его голосе было что-то странное. Непривычно приятное. Похожее на урчание. Я даже успела подумать, что у меня что-то с ушами ввиду короткой, но очень интенсивной ночи. Но Сергей прокашлялся, видимо, тоже заметив, что что-то не так, как обычно. — Доброе, — неожиданно даже для себя пропищала я. — Звучит так, как будто ты не уверена, — рассмеялся Сергей. Была ли я уверена? Еще месяц назад я бы решительно отрицала даже такую возможность — провести ночь с человеком, которого я знала одну неделю?! Это было невозможным, невероятным, абсолютно неприемлемым. И тем не менее это случилось. И я ни на секунду не сожалела. — Уверена, — я попыталась звучать именно так, каким был мой ответ, но получилось у меня не очень. Сергей лишь улыбнулся в ответ. Он выглядел… уверенным? Кажется, я еще никогда не видела его таким. И дело было, конечно, не в том, что он был со мной в одной постели и это само по себе было непривычным. Он выглядел счастливым. И улыбался. Очень странно улыбался. — Что? — спросила я смущенно: вся эта ситуация была для меня крайне непривычной. — Ничего, — усмехнулся он, — я просто подумал… Интересно, как у нас обстоят дела с генетикой. — С генетикой? — Мм… Ты генетически человек, я — волк. Вопросы про «родила царица в ночь» и «неведому зверушку» становятся актуальными, как никогда, — рассмеялся Сергей. Не знаю, как в моей руке оказалась подушка и что заставило меня стукнуть его, но это только еще больше его развеселило. — Ты такая милая, когда смущаешься, — констатировал он сквозь смех. И тут случилось что-то странное: внезапно я почувствовала невероятную легкость в теле и в следующий момент увидела перед глазами какую-то странную конструкцию. Мне понадобилось пару секунд, чтобы понять, что я смотрю на кровать снизу… — Вот это я называю провалиться под землю от стыда, — всё еще смеясь, Сергей заглянул под кровать. — Как ты это сделала? Можешь обратно… телепортироваться? — Боюсь, что не знаю, как я это сделала, — призналась я. Сергей протянул мне руку и помог выбраться из-под кровати… Его, кажется, совершенно не удивило, что я провалилась под кровать, но я не могла понять, как это случилось. И это… нет, не напугало меня, в конце концов я увидела за последние дни столько всего сказочного и непонятного моему человеческому мозгу. Но я была растеряна. Сергей помог мне подняться на ноги, и я тут же оказалась у него на коленях. Его, казалось, совершенно не смущало, что мы не одеты, а я чувствовала себя не в своей тарелке. Что усугубилось в следующее мгновение: дверь в спальню открылась, и на пороге появился Ян. Он тут же отвернулся и, видимо, для пущей уверенности прикрыл глаза ладонью: — Прошу прощения, я не ожидал… Эм… В смысле, там… Там нас с тобой, Елена, ждут. Ты не могла бы одеться и спуститься вниз. Там отец хочет с нами что-то обсудить. — Конечно, — пропищала я уже из ванной. — Мне надо пять минут, не больше. — Можешь не торопиться, — уже более уверенно произнес Ян. — Я отвлеку отца, пока ты будешь готова. Они что-то говорили еще с Сергеем, но я уже этого не слышала: меня переполняло огромное множество эмоций, начиная от абсолютного смущения, заканчивая волнением по поводу предстоящей встречи. Когда я вернулась в комнату, мне оставалось только надеть что-нибудь нейтральное, чтобы не сильно привлекать внимание, Сергей ждал меня уже при параде. Надо сказать, что было очень непривычно видеть его в классической белой рубашке и брюках, с гладко зачесанными в хвост волосами, но он только пожал плечами. — Тут кто-то явно позаботился о том, чтобы нам было что надеть, — хмыкнул он. — И этот кто-то явно тот же самый, кто выбирает одежду наследнику престола. Бьюсь об заклад, что в твоём шкафу тоже такая же скукота, как и в моём. И он оказался прав… Хотя я бы не назвала это скукотой, хотя бы по той причине, что мой личный гардероб, там, дома, в квартире родителей, выглядел точно так же: однотонные неброские блузки, строгие юбки, туфли на небольшом каблуке. Надо отдать должное, тот, кто готовил для нас одежду, по крайней мере угадал с размерами. — Ты похожа на учительницу начальных классов, — хитро улыбнулся Сергей, когда я наконец-то вышла к нему — в чёрной юбке по колено и голубой блузке. — А ты — на банковского клерка, — смущенно попыталась огрызнуться я в ответ, но Сергей только рассмеялся, как будто услышал самую смешную шутку на свете. — Если бы ты только могла себе представить, с каким трудом мне удалось избежать этой участи, — выдал он, просмеявшись. — Но об этом я тебе расскажу в другой раз, нас ожидает твой жених и будущий свёкр. Я только вздохнула… — Не волнуйся, Ян вообще не заинтересовался тем, что увидел сегодня в этой спальне. Кажется, он даже обрадовался. Внизу нас встретил один из телохранителей Снегирёва и молча проводил до дверей: в огромной комнате за не менее огромным столом из дерева сидели сам хозяин дома и Ян — так далеко друг от друга, как только это было возможно. — А вот и невеста, — почти по-отцовски улыбнулся Снегирёв и жестом пригласил меня занять место за столом. Замешкавшись, я едва не споткнулась о стоявший у двери пуфик и непременно бы упала, если бы Сергей не подхватил меня за руку. — Расслабься, — тихо на ухо сказал он, помогая мне встать на ноги. — В худшем случае можешь провалиться под стол и спрятаться там. Я попыталась не смеяться и поторопилась сесть рядом с Яном. — Простите, что заставила себя ждать, — вежливо, как требовало того моё воспитание, извинилась я. — Ничего страшного, милая, — отмахнулся Снегирёв. — Тебя можно ждать и целую вечность. От его голоса по спине пробежались мурашки. В нем не было ни толики угрозы или давления, но меня наполнило ощущение безвыходности. Словно мне пообещали, что добьются своего, даже если это займёт очень много времени. — Я бы хотел обсудить с вами предстоящее торжество, — заявил Кощей. — Мне бы хотелось обойтись без этого всего, тихо и незаметно для общественности, без лишнего привлечения внимания. Но вы ведь понимаете, что это вызовет только лишние сплетни и обсуждения. СМИ начнут искать подвох и непременно его найдут. — Поэтому нам не надо торопить события, — прервал его Ян. — Я всё еще считаю, что надо сделать всё более прозрачным: пару месяцев нам с Еленой стоит выходить в свет, на различные мероприятия, чтобы наша свадьба не вызвала никаких подозрений. — У меня нет на это времени, — отрезал Снегирёв. — Отец, ты сам себе роешь яму! — возмутился Ян. — Даешь лишние поводы усомниться… — Я знаю, но выхода у меня нет. — А что если я помогу? — донеслось из коридора, прежде чем в дверном проеме появился силуэт. Я с трудом верила своим глазам, но Жанна, одетая в строгий брючный костюм, завязанными в тугой пучок волосами и очками в тонкой оправе на носу, продефилировала через всю комнату к Снегирёву и подала ему руку, которую тот с улыбкой поднёс к губам и поцеловал. — Я думал, ты уже не появишься, — Снегирёв с явным облегчением выдохнул и откинулся на спинку кресла. — Ты же не думал, что я пропущу такое событие?! — усмехнулась Жанна и, лишь вскользь окинув меня взглядом, остановилась на Яне. — Свадьба самого царевича Аверьяна! Я себе не прощу, если не увижу это собственными глазами. Ян тяжело выдохнул и сжал губы так, что они побелели. Что-то странное творилось в датском королевстве…