Сказка о Сером Волке

Часть 1

Считал ли я себя трусом? Вряд ли. Было ли мне страшно? Однозначно, да. В моей голове внезапно сошёлся пазл и фразы, слова, намёки и факты сложились вместе в одно целое. Жизни Елены ничего не угрожало со стороны Кощея: ему она нужна была живой и максимально здоровой. Возможно, он собирался посадить её в клетку, но это клетка будет золотой, в которой с Елены будут сдувать пылинки и чистить пёрышки. Но были и те, кому Елена мешала. От неё исходила угроза, о которой она сама — на это я надеялся, — ничего не подозревала. Она была тем самым молодильным яблоком, которое так нужно было Кощею. И так претило его противникам. За нами следили. Это я понял относительно быстро. Хотя мне никогда раньше не приходилось уходить от преследования и я об этом вообще не думал, но не заметить машину, следующую за нами по пробкам города, было сложно. Самое позднее на третьем повороте я заметил тёмный внедорожник и еще через пару поворотов удостоверился в том, что он едет именно за нами. Это всё могло быть совпадением, если бы этот самый внедорожник едва не переехал меня на парковке торгового центра. Сначала я решил, что это люди Снегирёва, но очень быстро отбросил эту мысль. Ему это было незачем делать, тем более так топорно. У него были совсем другие возможности. Уж он с его супер-сказочными лакеями мог устроить слежку незаметно. Реакция Жанны только подтвердила мои сомнения: это были не его люди. Весь день я старался вести себя настолько беззаботно, насколько это было возможно. Пугать Елену раньше времени не стоило… Но когда мы вернулись в дом Снегирёва, адреналин, переполнявший меня, выплеснулся наружу. В кабинете Снегирёва горел свет, хотя на улице было еще светло. И слышались голоса. Возможно, нужно было хотя бы постучаться, но об этом я подумал слишком слишком поздно. — Зачем нужна была слежка? — прорычал я, не обращая внимания на присутствующих. В комнате было пять человек: сам Снегирёв сидел за большим дубовым столом, сбоку в кресле, закинув ногу на ногу сидел Ян и рядом еще один молодой человек, у стены стояли двоё охранников. Они дернулись с места при моём появлении, но Снегирёв лишь поднял руку, и те сразу вернулись в режим ожидания. — Во-первых, перестань ломать мой стол, — спокойно произнёс Кощей, глядя на мои руки. Сам того не заметив, я вцепился в столешницу… когтями, оставив на ней глубокие дыры. — Во-вторых, еще раз и спокойней: какая слежка? Ты о чём? — За нами следили, — выдохнул я уже более спокойно. Снегирёв поднялся и жестом показал всем выйти из комнаты. Только Ян каким-то непонятным мне образом понял, что надо остаться… Как только дверь закрылась, Снегирёв оперся на стол, сложив руки на груди. — Рассказывай, — произнёс он, заметно нахмурившись. — Да, собственно, это всё, — пожал я плечами. — За нами следили: сначала внедорожник, потом люди по торговому центру… — Вам удалось уйти от слежки? — на этот раз спросил Ян. — Естественно, — хмыкнул я, слишком самоуверенно даже для себя самого. Снегирёв довольно усмехнулся: — Даже не сомневался в тебе… Это были не мои люди. Поверь, моих бы ты не заметил. — Я так и подумал, — выдохнул я. — Папараци? — поинтересовался Ян неуверенно. — Вряд ли, — Снегирёв покачал головой. — Про этих я бы уже знал. В комнате повисла неуютная пауза. Мы все трое знали, что это означало. Если это были не люди Снегирёва, и не СМИ, то… Всё складывалось наинеприятнейшим образом. То, чего я боялся больше всего, было самым вероятным вариантом развития событий. А это означало, что Елена была в опасности. Сейчас, как никогда раньше. — Пожалуйста, не отходи от неё ни на минуту, — с заметной тревогой в голосе произнёс Снегирёв. — Это не приказ, Сергей. Это просьба. — Конечно, — пробубнил я, сбитый с толку: Снегирёв обращался ко мне по имени, а это не предвещало ничего хорошего. — Как будто меня надо об этом просить. Снегирёв вопросительно посмотрел на сына, словно тот понимал больше, чем он сам, но Ян только пожал плечами. — Волки! Пойди пойми их! Елену я нашёл в саду: она сидела на скамейке, укутавшись в плед, и слушала музыку. Уже темнело, но было еще достаточно светло для фонарей. В таком свете она казалась невероятно бледной. И я её напугал… — Не подкрадывайся так, — выдохнула она испуганно и рассмеялась. — Ты точно как волк, тебя не слышно и не видно. — До поры до времени, — я уселся рядом с ней на скамейку. — А потом сопротивление уже бесполезно, — хмыкнула она наигранно. — Ты не особо и сопротивлялась, — так же наигранно ответил я. — Очень даже, — Елена серьезно посмотрела на меня. — Но я вообще хотела спросить, как ты выжил? — В смысле? — Я слышала, как ты кричал на Снегирёва, — шёпотом уточнила она. — Глупости, — отмахнулся я. — Я не только выжил, но еще и получил распоряжение не отходить от тебя ни на минуту. Елена тихо рассмеялась, но ответила мне тем же, как только я коснулся её пальцев. Под пледом, разумеется: сейчас точно было не время показывать истинный характер наших отношений. — Так уж ни на минуту? Ни днём, ни ночью? — поинтересовалась она. — Конечно, — уверил я её. — Я очень ответственно подхожу к своим обязанностям.

Часть 2

Признаться, я не думала, что Снегирёв так воспримет претензии Сергея. Он, безусловно, в гневе был ужасен. Я бы не хотела его иметь в числе врагов. Даже без превращения в огромного волка… Было в нём что-то очень холодное. Ледяное. Как лезвие ножа. Холодное и опасное. Словно в природе существовало два человека, два Сергея. Один из них был мрачный и отстранённый, с хмурым взглядом и ледяными глазами. К такому на улице вряд ли кто-то подойдёт спросить, как пройти до станции метро. Даже без всех его татуировок и пирсингов он выглядел устрашающе. Ровные, безупречные, словно вычерченные по линейке черты лица казались какими-то неземными. Сказочными. И иногда он рычал… И был другой… Таким он был только, когда мы оставались наедине. С мелкими смешливыми морщинками в уголках глаз, забавно торчащими клыками, невероятно тёплыми руками. Такой милый и иногда нелепый. И когда он говорил, его голос переливался как тёплые волны. А еще в такие моменты мне казалось, что он как-то особенно пахнет. Чем-то сладко-терпким и тёплым одновременно. Тем вечером случился самый странный разговор в моей жизни. Самый странный и даже устрашающий. И всё же он сделал меня очень счастливой. Было уже поздно. За окнами горели фонари и было очень тихо, охранники перестали бродить по территории вокруг дома. Я принимала душ, Сергей читал что-то, сидя у окна. Я слышала стук в дверь, потом голоса — сначала приглушенные, потом всё громче и громче. Во втором говорящем я распознала Яна, но слов разобрать я не смогла, а потому поспешила одеться и выйти, пока они друг друга не поубивали. Если честно, я не была уверена, кто из них победил бы в этой битве, а проверять не очень-то хотелось. — Вы чего? Что-то случилось? — спросила я, едва закрыв за собой дверь в ванную комнату. — Случилось! — Сергей швырнул книгу об стену, перевернув и ночной светильник на прикроватной тумбе заодно. — Ты только послушай, что он предлагает. Сергей уселся в кресло, скрестив руки на груди, выдохнул… уже знакомым мне заметным облаком холодного воздуха. Кажется, я начинала догадываться, откуда берется этот холод. — Я предлагаю не отказываться от свадьбы, — совершенно спокойно выдал Ян, но прежде, чем я успела что-то ответить, подошёл ко мне ближе: — Пожалуйста, послушай сначала, почему и зачем, а потом принимай решения. — Ты хочешь сделать её марионеткой в собственных играх, — я и не заметила, как Сергей оказался в буквальном смысле между мной и Яном. — Я хочу найти решение проблемы с минимальными потерями для нас всех, — выдохнул Ян. — Подожди, — я взяла Сергея на запястье: он был так напряжен, что я буквально чувствовала, как пульсирует кровь в его венах. — Дай ему сказать… Тем более… — Что? — совсем не по доброму Сергей оскалился, глядя на меня. — Боюсь, что выбора у меня всё равно нет, — произнесла я то, что все мы и без того знали. Сергей выдохнул, словно сдаваясь, и отшагнул. Теперь, оставшись лицом к лицу с Яном, я уже не была столь уверена в своих словах. — Послушай, — спокойно начал Ян, он выглядел так, как будто очень хорошо обдумал каждое слово, которое собрался сказать. — Я знаю, мы собирались не допустить этой свадьбы. Она не нужна ни тебе, ни мне. Но она нужна отцу. И не только из-за перспективы получить свежую кровь. С тех пор, как прошёл слух, о том, что Кощей сдает позиции, появилось много желающих занять его место. — Это так страшно, — пробубнил Сергей: он стоял у окна, скрестив руки на груди, заметно недовольный происходящим. — Поверь, Кощей — не самое страшное зло, что бы не утверждали упрямые слухи, — Ян устало покачал головой. — И вы не хотите знать, что будет, если Кощей окончательно уйдёт от власти над сказочным миром. — Мир во всем мире? — ехидно усмехнулся Сергей. — Не для людей, — Ян ответил такой же ехидной улыбкой. — Как ты думаешь, кто следит за всем этим сбродом кикимор и леших, которым за огромное удовольствие было бы выпотрошить весь род человеческий? Мы с Сергеем переглянулись: это был совершенно новый виток в развитии событий. — Так, помедленнее, — нахмурился Сергей. — Ты серьезно хочешь сказать, что Кощей охраняет людей? От таких как мы? Ян кивнул, на этот раз тепло улыбаясь. — Я знаю, он грубый и резкий, и, если честно, я сам его боюсь, но все эти годы, столетия, даже тысячелетие, именно он держал в страхе всё сказочное царство, потому что считал, что люди не должны от нас пострадать. — Я запуталась, — призналась я, присев на край кресла: от переизбытка информации закружилась голова. — То есть злодей совсем не злодей? И на самом деле он хороший? — Так далеко я бы не стал заходить, — хмыкнул Ян. — С годами он совершенно потерял грань между допустимым и нет. Но он точно не тот злодей, которого стоит бояться. — И причём тут свадьба? — поинтересовался Сергей, вспомнив о причине этого позднего разговора. — Ах да, — выдохнул Ян. — Эта свадьба должна быть знаком. Знаком того, что не все в мире сказок против Кощея, что он еще не потерял поддержку и что у него есть друзья. Влиятельные друзья. Сильные. — Сильные? Это ты про Елену? — Это я про тебя, — с горечью в голосе произнес Ян. — Ты тоже нужен нам. Ты, пожалуй, единственный, кого боятся не меньше самого Кощея. — Я? — с недоверием переспросил Сергей. — Цепной пес Кощея? — Однажды ты поймёшь собственную силу. И, уж можешь мне поверить, я не хотел бы в этот момент быть твоим врагом. А пока… Пока нам нужна эта свадьба. — Для этого она должна быть добровольной, — возразил Сергей растерянно, заметно сбитый с намеченной линии поведения. — Именно поэтому я здесь. Ян подошел ко мне и присел передо мной. — Послушай, я знаю, что это не то, чего ты хотела. И ты наверняка совершенно иначе планировала свою жизнь. Но я могу тебе гарантировать: этот брак будет только на бумаге и для демонстрации на публике. Я не притронусь к тебе и пальцем. И кроме того, Кощей очень — ты даже не представляешь насколько — богат. Ты станешь его наследницей. Подумай о своих родителях, ты обеспечишь их до конца дней всем необходимым и даже больше. — Ты хочешь её купить? — хмыкнул Сергей. — Я предлагаю ей сделку! — оскалился Ян. — Эта ситуация не нравится ни тебе, ни мне. Но я пытаюсь сделать её максимально приемлемой для всех. Мы подпишем брачный контракт, всё будет официально… — Я согласна, — выдохнула я. Меня не очень интересовали богатства Кощея. Но вспомнив о родителях, я вспомнила свой родной город, своих хоть и немногочисленных друзей, соседей, однокурсников… Обычных людей. Простых смертных. чьи жизни я могла помочь спасти. Таким странным способом. — Ты уверена? — осторожно переспросил Ян. — Нет, — честно призналась я. — Поэтому давай сделаем это всё побыстрее, пока я не передумала. — Спасибо, — облегченно выдохнул Ян, взяв мои руки в свои и приложил их ко лбу. Странный жест, полный тепла и… доверия. Проводив Яна до двери, я на пару секунд зажмурилась и лишь потом развернулась к Сергею: он всё еще стоял у окна, скрестив руки на груди. Его взгляд был абсолютно ледяным. Колючим. Мне стало не по себе… Собравшись с духом, я подошла к нему. — Я знаю, что ты недоволен, — неуверенно начала я. — Я знаю, что ты бы сделал иначе. Но я не ты, я не такая сильная. И я… Я не хочу быть причиной смерти миллионов людей. Сергей нахмурился и выдохнул облако холодного пара. — Не сердись, — мне казалось, что еще немного и я расплачусь. — Я… Я же не по-настоящему. Это только формальность. Только на бумаге. Я ведь… Ты… Не знаю, как я оказалась в его объятиях, но он прижимал к себе сильнее, чем это было бы приятно. Но сказать что-то против я не могла: слишком много тревоги было в его голосе. — Глупышка… Ты правда подумала, что я ревную? — он выдохнул и уткнулся мне в макушку носом. — Мне не нравится всё это. Очень не нравится. Помнишь — никому не доверять? — Я доверяю тебе, — уткнувшись носом ему в грудь пробормотала я. — И это единственное, что делает ситуацию терпимой.