Ядерная война

Следующие дни слились для отряда в одну суетливо вьющуюся ленту событий. Даже у Чонгука мозг начинал трещать от объема новой информации. И хотя сразу было понятно, что за пару дней вряд ли получится разузнать о Тэгу все, северяне даже примерно не представляли себе обширность трагедии. Такой спокойный и молчаливый на поверхности, под землей город буквально бурлил, как закипевший котел. Казалось, не было Последней войны, не было ядерных взрывов, перекопавших землю, не гибли тысячами люди. Просто в один прекрасный день все жители разом решили перебраться в туннели метро. Ну, захотелось им так. Подземные станции стали новым домом невероятному количеству совершенно разных людей. Здесь можно было встретить и сообщества технарей — причем не абы каких, а самых что ни есть профессиональных, в мастеровых комбезах, насквозь пропахших железом и машинным маслом; и веганов, питающихся травой и, по слухам, разговаривающих с растениями. Да какое там, всего в паре-тройке переходов от бункера Мона располагалось целое подземное кладбище, обслуживаемое угрюмыми людьми в тяжелых балахонах и белых, смахивающих на венецианские, масках. Станции, на которых жили только летчики или военные врачи. Станции наркоманов, коммунистов, слепых, мутантов и даже ангелов! И особенно полюбившееся Намджуну сообщество, занимавшее целую ветку метро, — Приморский альянс. Все эти люди, существа и растения продолжали жить, любить, ненавидеть, размножаться и воевать. Особенно воевать. И хоть агрессия прописана в человеческом организме на уровне аминокислот, Чонгук иногда позволял себе надеяться, что Последняя война смогла сплотить выживших. Омега ошибалась. Жаль. На фоне обстановки поступок Мона с каждым днем казался Чону все более удивительным. Его любопытство и участие были неподдельными, настоящими. И он не просто помогал незнакомым, в общем-то, людям. В какой-то момент, подчиняясь своим таинственным умозаключениям, он решил ехать в Суел с ними. Вот так просто утром за завтраком выдал: — Нам, что вы скажите, если я попрошусь с вами в Суел? Кан, в этот момент как раз с причмокиванием наслаждавшийся столь редким кофе, подавился напитком и закашлялся. Капитан, прикидывающий в уме, что еще им необходимо в дорогу и хватит ли у них на все патронов, перевел на парня непонимающий взгляд. — Что ты сейчас спросил? — Я спросил, могу ли я отправиться с вами в Сеул? — Мон отставил в сторону алюминиевую кружку. Над столом повисла тишина. Даже Донхен, в очередной раз любовно приводивший в порядок снайперку, замер с отведенным в сторону шомполом. Лис засмеялся было, но моментально скис под угрюмым взглядом капитана. — Ты, видимо, шутишь? — протянул Намджун и, заметив наглую улыбку и уверенный взгляд Мона, с выдохом провел ладонью по лицу. — Не шутишь. Так. И что же тебя натолкнуло на такие мысли? — Ничего конкретного, — усмехнулся Мон, скрестив на груди руки. — Всего лишь инстинкт самосохранения. По моим рассказам и тому, что вы сами видели-слышали, понятно, — в королевстве не все спокойно. В подземке намечается заварушка. И нехилая. Тут и дауну ясно: жить хочешь — пора делать ноги. — И ты думаешь, что с нами будет безопасней? — угрюмо спросил капитан. — Не безопасней. Но это хоть какое-то движение, — парень глотнул из кружки чая. — Если вы идете в Сеул, значит, там есть жизнь. Если там есть жизнь — я смогу найти себе угол. — Нет, Мон. Нет, — Намджун мотнул головой. — Это не увеселительная прогулка. У нас есть задача… — Мне не важно, зачем вы туда идете, — перебил капитана парень. — Несете ли что-то, охраняете ли кого-то, просто идете убивать, — плевать. Не задавать лишних вопросов — на это мне хватит мозгов. Вы не такие уж плохие попутчики. Ну и вместе всяко веселей. По скривившемуся лицу Намджуна было понятно, насколько сильно ему не нравится эта идея. Усмехнувшись, Мон решил выложить последний козырь. — У меня есть чем оплатить билет до Сеула. Капитан вновь взглянул на парня. Всего лет на пять постарше его бойцов, но котелок явно варит лучше, чем у некоторых. Быстро соображает, имеет четкое представление о субординации, хоть иногда и позволяет себе лишнего. В том ночном бою и последующей прогулке вел себя вполне профессионально. С ним можно сработаться, и в любой другой ситуации Намджун взял бы его с собой, не задумываясь. Возможно, даже сам предложил бы присоединиться к отряду. Но сейчас его мучили сомнения. — Ты понимаешь, что это нечто должно быть настолько нам необходимо, чтобы я просто не смог сказать «нет»? — спросил капитан и тут же понял — он попался. Улыбнувшись во все зубы, Мон подхватился на ноги. — Вы тут как-то говорили, что вам нужны колеса. Надевайте химозу. Идти тут всего пару шагов, но поверхность есть поверхность.

***

Лишь поднявшись из-под земли, Намджун окончательно понял, насколько удобно расположился Мон. Позади выхода из бункера высилось огромное здание причудливой формы — его фасад изгибался посередине, как бумеранг. В нескольких метрах впереди, окруженный баррикадой из разнообразных обломков с «егозой» проволокой поверх, тянулся в небо самодельный ветряк. Правее располагался небольшой, поросший пожелтевшим бурьяном огородик. Дальше виднелись корпуса то ли ангаров, то ли складов. И все это богатство окружала двухэтажная стена старых павильонов. По форме огороженная территория напоминала сектор мишени для игры в дартс. — Крепость, — глухо пробормотал Кан. — Нам, это ж самая натуральная крепость! — А ты не хреново устроился, Мон, — протянул Намджун. — Не жалуюсь, — хохотнул парень, поправляя респиратор. — Пойдемте, тут недалеко. Идти и вправду пришлось всего ничего, до здания, ранее принятого капитаном за склад. За высокой дверью из листа тонкого железа вход закрывал клапан из прорезиненной ткани. Вжикнув молнией, Мон юркнул в помещение. — Добро пожаловать в драконью пещеру с сокровищами! — проговорил парень, застегнув за спутниками клапан. — Не стесняйтесь, можете снять москитолы, тут воздух чистый. И сам подал гостям пример, стянув респиратор. Намджун скептически посмотрел на улыбающегося парня, но противогаз все-таки снял. Воздух в помещении оказался немного затхлым, с химическим запашком. — Систему фильтрации наладил? — поинтересовался Кан, причмокивая губами, будто пытаясь распробовать воздух на вкус. — В общем-то это не моя заслуга, — хмыкнул Мон и потопал в глубь ангара. — Но мы тут по другому поводу. Где-то в темноте он щелкнул переключателем. Лампы под потолком недовольно загудели и начали разгораться. — Бабку твою да из-за угла коромыслом! — пробормотал прапорщик, всеми силами удерживая челюсть от падения куда-нибудь в район метро-2. Перед ними, оплетенный паутиной разнообразных проводов, стоял старый добрый советский грузовик — ГАЗ-66. «Шишига» подверглась основательному тюнингу. К переднему бамперу прикручена лебедка, на окнах — жалюзи из полос металла. Сама кабина и кунг по кругу обварены пластинами железа. На крыше расположилась дополнительная надстройка с бойницами, напоминающая одноместную башенку. Кабину с кунгом соединял гофрированный резиновый коридор, закрытый привареннымц решетками, — судя по всему, помещение внутри было единым. Все свободные ниши и место под грузовиком заняли разнообразные баки, генераторы и множество других неидентифицируемых приспособлений. — Знакомьтесь с моим питомцем, — хохотнул Мон, довольный произведенным эффектом. — Ты сам все это смастерил? — проговорил Намджун, переводя взгляд от улыбающегося парня обратно на машину. — Нет, конечно! Я ж — неуч, даже школу окончить не успел, — Мон хлопнул махину по кузову. — Мне мистер До подсобил. До Мэй, сосед мой. Правда, тут еще вопрос, кто кому помогал… — Грузовик на ходу? — Нуууу, — протянул парень, оглядывая подведенные к машине провода. — В общем, да. По мелочи наладить кое-чего осталось. Загрузить водой, провизией, и в путь. Капитан со вздохом посмотрел на прапора, надеясь, что тот подкинет ему мысль, как бы выкрутиться из сложившейся ситуации. Но Бэкчон уже нетерпеливо мял руки, глаза его горели. — Нам, — прошептал Кан, — без вариантов.

***

Дни потянулись своим чередом. Прапорщик с Моном часами пропадали в ангаре, колдуя над грузовиком. Остальные парни под командованием Намджуна совершали вылазки в метро или на поверхность. После пары инцидентов брать с собой Чона они перестали — на людных станциях омега становилась слишком нервной, что грозило бойцам проблемами. Контакт с жителями осложнялся в том числе и тем, что капитан приказал придерживаться легенды, будто они — жители удаленного областного бункера. Вот так, без подробностей. И ни слова о далеком южном Муане. Закончив с починкой комбеза, омега откровенно маялась от безделья. Бункер был исхожен вдоль и поперек, но ясности в вопросе личности Мона это не добавило. Иногда Чонгук втихомолку выбирался на улицу, поднимался по полуразрушенным лестницам института и с высоты осматривал город. И с каждым днем все больше приходил к неутешительному выводу — Тэгу ему не нравился. В нем всего было слишком. Слишком много построек, пусть часть из них и снесена почти под основание. Слишком много людей, зарывшихся в землю, как крысы. Слишком много живности, порой невероятной настолько, что она просто не могла появиться сама по себе. Все-таки генные мутации по большей своей части вещь предсказуемая. Твари же, населявшие город, явно были результатом скрещивания видов, и порой — не двух-трех, а доброго десятка. Насколько бы причудлива ни была фантазия природы, на подобные извращения она просто не способна. Вот и в этот раз, пока альфы ушли по своим невероятно важным делам, Чонгук выбрался на излюбленную крышу. Погодка откровенно не задалась — небо хмурилось, моросил холодный дождик. Повисшая в воздухе водяная взвесь не позволяла рассмотреть что-либо дальше десятка метров. Она создавала иллюзию стен; низкое серое небо почти ощутимо давило на плечи. Омега начинала скучать по безграничным просторам Юга, по вольному ветру, запутывающемуся в корявых веточках карликовых берез. Там он чувствовал себя свободной, иногда даже позволяя себе верить, что сам властвует над своей жизнью. А здесь он будто в клетке. Особенно теперь, когда с его лица свалилась маска. А спокойствие, уверенность в собственных силах потрескались и разлетелись, как черепки разбитой вазы. Давно омега не чувствовала себя настолько оголенной, беззащитной перед людьми. Постояв еще немного, Чонгук спустился обратно в бункер. На пороге ее встретил угрюмый капитан. — Где ты был? — грозно отчеканил он. Омега мысленно усмехнулась. Не поверил. Ни единому слову об озере не поверил. — Бегал, — огрызнулся он и протиснулся мимо мужчины. — Постой, — буркнул Намджун, схватив Чонгука на локоть. — Дело есть. Отнеси парням в гараж хавчик. Набычившись, охотник дернул рукой, высвобождаясь. — Я в официантки не нанимался… — А я не нанимался в няньки! И все равно с тобой вожусь. Смирись, милый, иногда приходится делать то, чего не хочется. Чонгук буравил капитана взглядом. Верхняя губа его едва заметно подрагивала, будто омега хотела что-то сказать или просто зарычать. Но в итоге она лишь цокнула языком и повернулась к мужчине спиной. — Ладно, — раздраженно кинул охотник через плечо, уходя по коридору.

***

— Мон, слушай… А, черт. Подай плоскогубцы. Да, спасибо, — раздался скрежет металла, и в люке надстройки появилась довольная, перемазанная маслом физиономия Кана. — Все, вроде закончил. — Сейчас проверим, — парень скатился с крыши кунга и скрылся за дверью. Щелкнул выключатель. — Работает! — Мон спрыгнул на землю и подстраховал прапорщика. — Ну, так чего ты хотел? — Да так, по мелочи, — Кан пытался оттереть руки. Учитывая замызганность используемой им тряпочки, грязь только сильнее размазывалась по лапищам. — Я вот в толк не возьму, почему ты один живешь? Бункер вместит с полсотни человек, прилегающая территория приличная, — всем места хватило бы. — Да знаешь, — парень присел на ящик с инструментами и достал флягу, — как-то само собой вышло. Будешь? Мон протянул воду прапорщику. Благодарно кивнув, Кан принял флягу, сделал пару больших глотков и вернул емкость хозяину. — Если не в свое дело лезу, то так и скажи, — проговорил он, заметив, как разом осунулось лицо парня. — Мне чужие тайны без надобности. — Да какая тут тайна, — невесело усмехнулся Мон. — Были у меня соседи. Поначалу. Молодая семья с маленьким ребенком. Они во время удара как раз его в больницу везли. Пара стариков. Дед один… Забавный такой мужик. С прибабахом слегка. Учитель истории. Ребята примерно моего возраста. Мы вон даже огород сообразить пытались — раздолбили асфальт, натаскали земли. Думали, удастся что-нибудь вырастить… Были у меня соседи. Были… Теперь нет. В гараже повисла давящая тишина. Кан уже и сам был не рад, что расковырял все еще не зажившую рану в душе этого веселого парня. Хотя не было ничего удивительного в том, что и он кого-то потерял. В современном мире обнаружить даже крохотную крупицу информации о своих родных и знакомых — уже чудо. А встретить их живыми… Но человек — существо социальное. Вот и сбиваются чужие, казалось бы, люди в группы. Образовывают новые семьи. И теряют их вновь. Неловкое молчание прервал появившийся в дверях Чонгук. Что-то недовольно бурча, бухнул на столик пирамиду из связанных алюминиевых тарелок. — Садитесь жрать, пожалуйста, — рыкнула омега и, громко топая, зашла за грузовик. — А ты к нам не присоединишься, красавец? — посмеиваясь, поинтересовался Мон. Бэкчон, улыбаясь, начал развязывать тарелки. Гречневая каша с тушенкой, жареные грибы в соусе из чего-то непонятного и травяной чай. О настоящих ингредиентах трапезы лучше не задумываться. Пахнет вкусно, и ладно. Готовил, судя по всему, Чимин. Значит, как минимум, съедобно. — Даже если хотел бы есть, у меня бы от твоей рожи аппетит пропал, — отозвался из-за машины Чонук. — Ну, Чонгук, это уже явный перебор, — протянул прапорщик и, схватив ложку, тихонько обратился к парню: — Приятного аппетита. — Взаимно, — таким же заговорщицким голосом ответил Мон и продолжил уже громко, обращаясь к девушке: — Не слишком ты ласков к человеку, спасшему твою попку. — Черт тебя задери! — Чонгук показался из-за кабины. — Что я теперь, по гроб жизни тебе обязан за одну-единственную пулю? — Ну, строго говоря, не мне. Стрелял-то Таран… — Да хоть бульдозер! — …но простое человеческое «спасибо» ты мог бы из себя выдавить, — закончил мысль парень, красноречиво поглядывая на едва не пышущую паром омегу. Рука Чонгука уже потянулась к спящему в наспинных ножнах клинку, но тут она поймал укоряющий взгляд прапорщика. Выдохнув сквозь сжатые зубы, охотник, чеканя шаг, потопал к выходу из гаража. Но его схватили за руку. Тэхен притянул омегу к себе обнимая и поглаживая по спине, намекая ему этим, чтобы тот не сильно злился на этот счёт. Чонгук отстранился от Тэхена, натягивая распиратор на лицо. — Спасибо, — едва слышно буркнул Чонгук, выходя на улицу. В спину ему ударил заливистый хохот мужчин. Едва ли не бегом пересекая расстояние, разделявшее гараж и основное здание бывшего института топливной аппаратуры, омега придумывала десятки способов убийства один другого мучительней. — Мон, ну зачем ты подначиваешь нашу охотницу? — простонал Мон, смахивая выступившие слезы. — Видишь же, и без того психованная. — Я ж не со зла, — хохотнул парень, возвращаясь к еде. — Пусть лучше психует, чем замыкается в собственной раковине. По себе знаю. — И то верно.

***

Через пару дней все приготовления были завершены. Перед самым отбытием Мон ненадолго пропал, сказав, что ему нужно попрощаться со знакомыми. Вернувшись, казался более задумчивым, чем обычно. — Что-то случилось? — поинтересовался Намджун, окончивший предстартовую проверку снаряжения. — Нет… Не совсем, — отозвался парень и ненадолго замолчал. — За мужиков неспокойно. Обстановка в подземке совсем накалилась. Как бы их не накрыло… — Лишний повод нам грузиться и отбывать немедленно, — ответил капитан, жестами приказывая бойцам поторапливаться. — Чтоб к чужой войне не припахали. — Да, вы правы, — Мон куснул губу. Беспокойство за друзей никак его не отпускало. Альянсы с веганами никогда спокойными соседями не были. А тут и вовсе пустились во все тяжкие. Быть войне в подземке. Если не сейчас, то к концу года точно. — Ладно, — парень вернул на лицо привычную задорную улыбку. — Погнали, товарищ командир. Я в кабине буду, как минимум, пока из города не выедем. За рулем Кан? — Он самый, — капитан хлопнул Мона по плечу. — Если сильно чудить начнет, осади его. А то одну машину он нам уже запорол… — Враки это все! — воскликнул прапорщик, забираясь на водительское сиденье. — «Козлик» изначально на ладан дышал! — Ну конечно, Бэкчон, — хохотнул Намджун. — Это вороги лютые тебе палок в колеса насовали. Ладно, с Богом. Настежь распахнув ворота гаража, Мон сорвал тканевый клапан. Ровно, довольно заурчал двигатель, и «Шишига» величаво выкатилась на улицу. Плотно закрыв за собой створки ворот, парень ужом юркнул в кабину. С легкой тоской он провожал глазами удаляющиеся стены ЦНИИТА. Но не зря говорили поэты — уходя, уходи. Закрывая за собой бункер, Мон оставил на складе пару банок провизии и бутыль с чистой водой. И короткую записку на столе: «Пусть это убежище станет вам новым домом, как некогда — мне». Вскоре институт затерялся среди таких же серых и безжизненных руин Тэгк. Мимо пролетели недостроенные станции «Бухарестская» и «Международная», отданные под кладбище метро. Точнее сказать, они пронеслись не мимо, а под землей. Но даже здесь, на поверхности, в воздухе витал едва заметный привкус гниения и смерти. А может, Мону просто почудилось. В этом районе города, за долгие годы ставшем ему почти родным, он знал каждый куст, каждый камень. Вздохнув, парень уверенно посмотрел вперед через лобовое стекло. — Так, сейчас направо. Так удобней будет пересечь КАД и выехать на Сеульское шоссе. — Как скажешь, насяльника! — прогундосил Кан и залихватски крутанул руль. Машина послушно повернула. Чем ближе они подъезжали к автостраде, тем больше остовов легковушек появлялось на дороге. Впрочем, проходимость грузовика позволяла отряду двигаться, почти не снижая скорости. — Там по пути как, проблем не предвидится? — спросил прапорщик, объезжая очередной разложившийся автомобильный труп. — В общем-то нет, — ответил Мон, поразмысливв. — Пара кладбищ, и только. Если пройдем их быстро, то случиться ничего не должно. Он через плечо заглянул в кунг. Бойцы с капитаном тихо разговаривали, хватаясь за закрепленные ящики, когда грузовик особенно сильно дергало на поворотах. Чонгук по-турецки сидел на полу, опустив голову и расположив на коленях ножны клинков. Что за мысли крутились в его буйной головке, наверное, не было известно даже Богу. Улыбнувшись, парень поудобней уселся на пассажирском сиденье. Поездка обещала быть интересной.