Ты не достоин моей любви, Адриан Агрест

Маринетт рвано втянула ноздрями влажный воздух. Горячий пар клубится в ванной комнате, собирался на поверхностях в крупные капли и медленно стекал вниз. Голубые глаза с безмолвным ужасом наблюдали за алым бутоном, который крупным пятном осквернял белоснежное тонкое предплечье. Плотно свернутые листья еще не раскрылись и были похожи на кровавую рану. Он торчал прямо из ее кожи, как мрачное предзнаменование приближающейся кончины. Дюпен дрожащим кончиком пальца прикоснулась к цветку. Такому прекрасному и идеальному, будто его создал ангел. Упругий бутон бархатистой розы покачнулся от прикосновения. По телу пробежала тревожная волна. Она не успела заметить, когда он вылез, словно это произошло всего за одну ночь. С мокрой темной пряди громко упала капля, растворившись в горячей воде высокой ванны. Маринетт медленно перекинула ногу через бортик и встала на махровый коврик, спуская воду. Вокруг было удушающе тихо, словно все звуки растворились в мрачной атмосфере. На нетвердых ногах она подошла к длинному зеркалу, украшающему дверцу шкафа. В миг похолодевшей рукой, Дюпен протерла запотевшее стекло. В отражении на нее глядела невысокая болезненная девушка, с бескрайней тревогой в глазах. Она медленно повернулась, внимательно осматривая тело. Еще одно кровавое пятно было обнаружено на ребрах. Второй бутон более явно возвышался над тонкой кожей, и уже начал распускать свою верхушку. Девушка скользнула пальцами и по нему, просто чтобы убедиться в реальности происходящего. Нежные лепестки колыхнулись в ответ. У Мари подкосились ноги и она тяжелой грудой слабого человеческого мешка, из костей и мышц, упала на колени. Дыхание смерти любовно пощекотало затылок. Ей действительно не спастись… Терпкое отчаяние вцепилось в израненную душу. После того, как Адриан отшил ее на балконе, прошла целая неделя. Ее бренное естество прожило целых семь дней, с острыми осколками вместо сердца. Казалось, лишь стебли ханахаки поддерживали хрупкие кусочки, заставляя дальше функционировать. Семь чертовых дней она не видела Агреста, хотя искала его повсюду. Он приходил в изнурявших снах, покрывал ее тело горькими поцелуями и заставлял ненавидеть белый свет, когда нужно было просыпаться. Он мелькал в ленте новостей, озаряя ее яркой улыбкой с  фотографий, даже газеты пестрили заголовками с его именем. Он был везде, но не рядом. Она чувствовала себя последним грешником, коего не касался божий свет. Маринетт не могла есть, спать, заниматься любимым делом. Лишь посещала занятия и возвращалась домой, в родное болото разочарования. Хлоя повторяла, что Адриан отверг ее лишь из-за опасения, связанного с манией отца. Тикки убеждала, что если бы он к ней совсем ничего не испытывал, она ощущала бы адскую боль, которая раньше поглощала с каждым приступом болезни. Но в голове на их доводы бился обидный вопрос - почему? Почему нельзя продолжить общаться в тайне от его отца, если причина в нем? Почему нужно было поступать так жестоко?  Всю неделю она хотела найти ответ в его взгляде, коротком намеке или незначительном движении, но он просто не появлялся на занятиях. Преподаватели не задавали вопросов, и Мари снова почувствовала горечь непричастности. Он мог так легко ее покинуть, а она ничего не сможет с этим сделать. Буржуа узнала, что Адриан очень занят семейными делами и потому временно перешел на домашнее обучение. После этого в мыслях наступила долгожданная тишина. Тишина принятия того обстоятельства, при котором она может и не увидеть блондина до самой своей скоропостижной смерти.  – Ты должна попробовать еще раз. – очередной раз повторяла Хлоя, застав Дюпен в туалете после занятий. – Зачем? – брюнетка тогда вытерла салфеткой окровавленный рот. – Он знает о мои чувствах. И что из этого вышло? Она видела в глазах Буржуа реку сожаления, выходящую из берегов. И бесконечный поток мыслей, ищущий выход.  Дюпен вынырнула из воспоминаний, и  смахнула мокрую прядь с лица. Что ж, по-другому и быть не могло. При всей осведомленности о скверном характере Агреста, пытаться его влюбить и ждать взаимности? Девушка накинула на тело легкий халат, и взяла полотенце, дабы промокнуть волосы. Теперь ей нужно выйти к Тикки, и делать вид, будто она не обнаружила вырвавшиеся бутоны. Мари знала, как сильно это расстроит квами, которая и так уйму сил тратила на поддержание ее жизнеспособности. Убедившись, что шелковые рукава достаточно закрывают столь нелицеприятное зрелище, Дюпен толкнула дверь, выпуская в свою комнату облако горячего пара. – Ты хочешь есть? – мягко взъерошив волосы полотенцем, Мари пыталась вспомнить, готовила ли мама свежее печенье. Тикки было необходимо часто питаться, в связи с последними событиями. – Да не особо.  Сдернув с головы махровую ткань, Дюпен ошарашено уставилась на супергероя, с важным видом просматривающего открытую веб-страницу монитора. На экране компьютера красовалась личная станица Адриана, которую Мари забыла закрыть. Честно говоря, она и не собиралась ее закрывать, ведь даже не догадывалась о неожиданном визите. – Нуар? – брюнетка не видела его уже кучу времени. Бражник вел себя тихо, а ежедневные патрули они проводили по очереди, с намерением облегчить забитый график друг друга. Напарник скучающе листал фото блондина, иногда в презрительном прищуре придвигаясь ближе к экрану. – Что ты здесь делаешь? Кот оттолкнулся ногой от угла тумбы и кресло заскрежетало колесиками, отъехав от стола. – Вспомнил о твоем намерении найти доблестного рыцаря, – парень нахально закинул руки за голову и потянулся, разминая спину. – вот и решил по пути узнать как успехи. Дюпен неуютно переступила с ноги на ногу. Она не хотела никого видеть, особенно когда сама прибывает в разбитом состоянии. Девушка почувствовала, как по коже пробежал холодный ветерок, и заметила открытое окно. Ее посетила заманчивая мысль заколотить ставни, дабы больше никто не мог застать ее врасплох в собственной комнате, одетой в халат на голое тело. – Я не искала никакого рыцаря, – Мари раздраженно сложила руки на груди, стараясь как-то скрыть отсутствие белья. – и не настроена с тобой болтать. Уходи. Нуар криво ухмыльнулся и внимательно ее оглядел, на доли секунды задержав взгляд на голых ногах. – А вот внушительная коллекция выдуманных историй про страстную любовь, говорит о обратном. Маринетт болезненно поморщилась, коротко посмотрев на книжные полки. Сплошные выдумки. Холодные принцы и равнодушные графы из романов, которым она так симпатизировала, в реальной жизни ни разу не смогли бы проявить любовь. Их сердца -  куски айсберга. И уж точно они бы не решились совершить написанные подвиги, ради милых инфантильных дам. – Если кому-то во всем Париже и грозит опасность, то точно не мне. Иди выполнять свою работу. – устало выдохнула девушка и села на софу, плотно сжав колени.  Нуар весело крутанулся на стуле, отчего пара шарниров жалобно скрипнули. – Я бы не был так уверен. Клянусь, на момент моего прихода в твое окно уже стучалась акума. – герой, в подтверждение своих слов, кивнул в сторону смятой горстки на компьютерном столе. Мари увидела там раздавленную чернокрылую бабочку. – Как мило. – сухо ответила она. На самом деле, Дюпен даже диву давалась, как это в комнате еще не порхают толпы акум, с ее то состоянием. – Дай подумать, это из-за него? – черный коготь указал на фото Агреста, он стоял там в белой теннисной форме и с широкой улыбкой подкидывал ракетку в воздух. – Не твоего ума дела. Еще раз говорю, уходи.  Нуар отрицательно показал головой, отчего бубенчик на его шее звонко брякнул.  – Не могу. Я супер герой, и пока ты под опасностью заражения акумой, никуда не уйду. Маринетт едва не скрежетала зубами. У нее уже были планы на этот вечер. Например, повздыхать над фотографиями Адриана в соцсетях, пытаясь хоть как-то заглушить боль разбитого сердца и упреждающие уколы ханахаки. А еще, она собиралась написать прощальные письма родителям и друзьям. Эта мысль прочно поселилась у нее в голове буквально пару дней назад. Хотелось как-то объяснить в записке, почему такое произошло, и насколько сильно она их любит. Возможно соврать, что тяжело заболела, но не собиралась никого расстраивать и скрывала. Уходить, ничего не объяснив, не хотелось. Тем более что мастер Фу пообещал забрать ее в домик на окраине города, когда станет слишком худо, чтобы Мари могла спокойно встретить смерть. Письма он передаст сам, когда все закончится. Но у нее в комнате сидит наглый черный Кот, мешая исполнить задуманное. – Со мной уже все хорошо. – как можно убедительнее ответила Мари. – Я видел тонну сопливых салфеток под кроватью… – Ты лазил у меня под кроватью?! – повысила голос девушка, сжав кулаки. Одна мысль о том, что парень шарился в ее комнате, пока она была в ванной, приводила в ужас. Нуар развел руки в стороны: – Должен был убедиться, что ты в порядке. – Под кроватью? – ее возмущению не было предела. – А где еще могут прятаться расстроенные девчонки? – Кот выпучил глаза, будто сказал абсолютную истину. – Хотя, возможно я перепутал с детьми. Мари обреченно сжала переносицу, глубоко дыша. Ее настигло стойкое ощущение, что Нуар над ней подшучивает, особенно оно подкреплялось веселыми искрами в его глазах. Девушка покачала головой и легла на софу, решив его игнорировать. В конце концов, он не получит от нее желаемой реакции и уйдет. Маринетт закрыла глаза, чувствуя вновь нарастающую тоску в груди. Наверное, если б акума все же ее настигла, она бы тот час сорвалась с места и побежала к дому Агреста. И заставила его страдать, так сильно, чтобы само естество запомнилось могильной пустотой.  Она медленно шла к своей влюбленности крохотными трепетными шагами, узнавала его, жалела, восхищалась стойкостью.  Он всегда маячил где-то на горизонте мыслей, а на самом деле находился за пределами вселенной. И только ее ошибка в том, что она переоценила свои силы. На душе скребли кошки, пока Мари сожалела о том, что он выбрал не любовь, а играть по правилам сумасшедшего отца. Дюпен запоздало почувствовала, что ее пальцы ног аккуратно сжимают. Девушка приоткрыла тяжелые веки. Нуар сидел на коленях у подножия кушетки. Мягкие блики светильника отражались на латексном костюме, выгодно подчеркивая выступающие мышцы плеч и груди. Неоновые глаза мерцали из-под ресниц. Когтистые пальцы нежно массировали ступни, снимая напряжение. Маринетт медленно моргнула. На его месте ей почудился Адриан. Всего на секунду. В своей свободной белой рубашке, с привычно уложенными волосами и сексуальной ленивой улыбкой. Он бы мог быть здесь, наполнять воздух своим ароматом и едкими шуточками. У Нуара же , наоборот, шкодливо растрепанные волосы и отсутствие улыбки. А еще он молчал, будто стыдливо. Казалось, что ее мысли проникли в воздух, и он каким-то образом их услышал. Мари тоже молчала. Агрест запер ее в клетке одним жалким поцелуем и забрал с собой ключ.  Жестоко. – Если вы с Леди Баг каждого так охраняете от акум, у меня много вопросов. – хрипло сказала девушка, наблюдая как его пальцы ловко надавливали на чувствительные точки. Нуар лукаво улыбнулся, неоновые глаза влажно блеснули в ночи. Мари прикусила щеку изнутри. Он ведь здесь только из-за того, что его мучает сила Плагга? Очевидно, если сила исцеления облегчает нападки безумных мыслей, Маринетт, полностью пропитанная магией Тикки, для него как блаженная панацея.  Никому она на самом деле не нужна. Кот ощутимо сжал лодыжки, от чего по телу пробежала приятная волна расслабления. Девушка вновь прикрыла глаза. Ей хотелось сбежать от этого всего. Убежать и забыть подчистую. Забыть супергероев, квами, силы, приравниваемые к божественным. Забыть Агреста, его невыносимые глаза, крепкие руки, желанные губы. Ничего этого не знать, и жить счастливо. Нуар перестал массировать ей ноги и переместился к изголовью софы. Положил руки ей на плечи и мягко сжал, разминая. – Не расстраивайся, Принцесса.  Еле ощутимый поцелуй коснулся щеки. Маринетт открыла глаза, и посмотрела прямо в неоновую бездну. Нуар подбадривающе ухмыльнулся и продолжил массировать плечи. Светлые пряди очерчивали острые скулы, закрытые маской. Губы сохранили изгиб озорства, не позволяя оторвать от них взгляд. Это ничего не значит. Он просто нуждается в ее магии.  Только в магии. А она нуждается в свободе. Маринетт приподнялась на локтях и быстро поцеловала его в губы. Сердце пугливо сжалось и встрепенулось взволнованным разрядом. Невыносимые мысли приостановили свой ход. Зеленые глаза заволокло ртутной поволокой, а красивые губы слегка приоткрылись, впуская глубокий вздох. Мари испытывающе смотрела ему в лицо. Ее вселенная разрушалась, а смерть скрежетала косой, идя следом. Все в этом мире потеряло смысл, так пусть хоть она будет свободна в своих чувствах.  Дай мне забыть его. Хоть на секунду. Нуар навис над девушкой. Позволь спрятаться в твоей тени. Черный коготь мягко скользнул по щеке, нежно поглаживая. Затем спустился к губам, очертив их изгиб. – Не самый лучший способ для девушки избавиться от стресса. – Кот продолжал гладить ее лицо, не позволяя себе большего. – Ты же должен защитить меня от зла. – выдохнула Мари, прикрыв глаза и наслаждаясь приятными прикосновениями. Она вытянула руку и погладила его по щеке, большим пальцем задевая губы. Хотела бы она, чтобы это были губы совсем другого человека. Того, который снится ей каждую ночь, заставляя утром сходить с ума от одиночества. Нуар сдался. Он сдвинулся к середине кушетки, оказавшись с Маринетт лицом к лицу, и мягко ее поцеловал. Девушка положила руки на сильные плечи, притягивая ближе к себе. Их языки сплелись в неведомом жарком танце. Сердце мгновенно затрепетало, будто само желало избавиться от ядовитых шипов. Мари чувствовала его глубокое дыхание на щеке, и тоже, не разрывая поцелуй, выдохнула через нос. Блондинистая прядка тут же защекотала щеку. Чувство дежавю резануло раскаленным лезвием, и брюнетка крепче вцепилась в его плечи. Как погибающие цепляются за последний шанс.  Парень навалился на нее, вдавливая своим весом в кушетку. Дюпен тяжело выдохнула, чувствуя пробуждающееся возбуждение внизу живота. Холодный порыв ветра навеял невыносимо знакомой запах, легкие сдавило, но она не могла вспомнить, где же его чувствовала. Будто что-то мешало ей узнать столь очевидный аромат. Кот запустил пальцы в ее влажные волосы и потянул их назад, вынуждая Мари откинуть голову. Горячие чувственные губы впились в тонкую шею, сбивая дыхание. Она гладила его мощную спину, вырисовывая пальцами сильные изгибы. Нуар разместил ноги между девичьими бедрами, задев коленом чувствительное место. По телу пробежал слабый разряд, и тихий стон сорвался с алых губ. Кот тут же замедлился, будто прислушиваясь. Дюпен глубоко вздохнула. Она раньше не решалась на подобное, поэтому тонкая полоска страха проскользнула на задворках разума. Одно дело, когда сам себя удовлетворяешь, и совершенно другое, когда это делает другой человек. Мягкие поцелуи парня словно успокаивали, старались отвлечь. И Мари постепенно расслабилась, сжимая его крепкие руки. Нуар согнул ее ноги в колене и закинул себе на талию, не оставляя между разгоряченными телами ни миллиметра. Дюпен чувствовала, что краснеет от столь откровенной позы. Шелковый халатик окончательно задрался, и теперь она прижималась своим лоном к его костюму в районе паха. Нуар кончиком когтя поддел ворот голубого шелка и оголил ее плечо, жадными поцелуями покрывая ключицу. Ткань сползла еще ниже, открывая часть упругой груди. Маринетт смущенно зажмурилась. Между ног разгорелся настоящий пульсирующий пожар. Она чувствовала его возбуждение. Член под костюмом ощутимо выпирал, слегка задевая ее клитор. Дюпен всеми силами сдерживала желание потереться о него, между ног пробежала влажная капля и Мари не удержалась, слегка вильнув тазом. Нуар прерывисто вздохнул. Широкая ладонь сжала грудь, слегка поглаживая пальцем выпирающий сосок. Маринетт рвано застонала, стиснув его бедра от удовольствия. Она и не знала, что это так приятно. Другой рукой Кот потянулся к поясу на халате, но девушка тут же схватила его за запястье. Неоновые глаза вопросительно взглянули в голубые, пока его язык щекотал набухший сосок. Мари не смогла отвести взгляд, не понимая, как можно выглядеть настолько сексуально. Нуар дерзко улыбнулся, оголив белоснежные зубы и небольшие кончики клыков, продолжая языком беспощадно теребить набухший бугорок. Его слюна медленно скатилась по груди, невыносимо опаляемая горячим дыханием. – Не снимай. – прохрипела девушка, чувствуя, как здравый смысл напрочь выветривается из головы. Супергерой едва не увидел цветы. Хотя, что поменяется? Даже узнай он о ее личности - она все равно обречена. Нуар не задавал лишних вопросов. Это ей и нравилось. Парень плавно покачивал бедрами, распаляя обоих. У Мари закружилась голова, напряжение между ног возрастало, а грудь сладко ныла под его умелыми движениями. Девушка запустила пальчики в светлые волосы, перебирая золотистые пряди. Такие же, как у Адриана. Она прикусила нижнюю губу, чувствуя душевную боль, смешанную с физическим удовольствием. Его кожаные ушки слабо дернулись на еще один ее тихий стон. Парень приподнялся, отчего Мари смогла увидеть коварную улыбку. И как она раньше не замечала, что Нуар довольно красив? Он аккуратно провел пальцами по ее внутренней части бедра, сорвав с нежных губ еще один трепетный вздох. Медленно, ловя каждую ее эмоцию, Кот погладил половые губы. Разряд возбуждения пробежал вверх по телу. Всепоглощающая истома заполнила все мысли. Дюпен попыталась сжать ноги, но он держал свои колени широко разведенными, не позволяя ей это сделать. Легкие поглаживания переместились ближе к малым половым губам, словно давая привыкнуть к новым ощущениям. Мари сладко застонала, непроизвольно дернувшись. Почти щекочущее движение поглощало, манило, заставляло желать большего. Дюпен поерзала бедрами, заливаясь краской. Ей это все было в новинку, и она была безумно благодарна Нуару, что он не делал на этом акцент. Один из пальцев как бы случайно зацепил горошинку клитора, и Мари выгнула спину. Ошеломляющее удовольствие ударило в голову. По коже побежали мурашки, а губы так и остались широко раскрытыми в несовершенном вздохе. Нуар провел средним пальцем по входу во влагалище, и девушка заметила, как на костюме в слабом свете лампы блестела оставшаяся влага. Румянец перешел на шею, и она едва не закрыла лицо руками, желая скрыться от тлеющих угольков изумрудных глаз.  – Так быстро намокла… – хриплый голос парня грозился утопить ее в стыде. Блондин придвинулся ближе, снова нависнув над ней, черная маска красиво ловила редкие блики света. Рука, оставленная между их телами вновь нежно погладила клитор, размазывая смазку и делая ощущения вдвойне приятней. Мари удивилась, как у Кота получилось ни разу не задеть ее когтем. Он начал целовать тонкую шею, влажно посасывая. Дюпен ерзала под ним, не зная куда себя деть от накрывающего удовольствия. Она то хватала его за плечи, находясь на грани связи с реальностью, то сжимала край кушетки, думая, что теряет сознание. Мари чувствовала напряженный член, который упирался ей бедро и, набравшись смелости, скользнула ладошкой по накаченной груди вниз, рядом с его рукой. Нуар сладко прикусил ее шею, слегка застонав, когда девушка начала массировать выпирающее место. Он толкался бедрами навстречу ее ладони, опаляя кожу горячим сбившимся дыханием. По телу пробежался разряд приближающегося пика удовольствия, и Маринетт поняла, что начинает терять над собой контроль.  – Я… ах – слова застряли в горле, когда еще одна волна распалила пожар в груди. Нуар ускорился, своими замысловатыми узорами цепляя самые чувствительные точки. Его большой палец очерчивал круги на взбухшей горошине клитора, пока остальные гладили изнывающий вход во влагалище.  Волны стали подступать чаще, а парень крепче прижал извивающуюся брюнетку к софе. Она прерывисто хватала ртом воздух и едва сдерживала стоны, не зная куда себя деть от его ловких пальцев.  И когда ожидание стало нестерпимым, мощный блаженный разряд взорвал сам воздух, окутав Мари долгожданным спазмом. Перед глазами заплясали светлые пятна, и девушка елейно застонала, подставляя шею раскаленным поцелуям. Сердце бешено стучало в ушах, пока Дюпен тщетно хваталась за частички самообладания. Своими ногами она крепко сжимала бедра Нуара, подаваясь навстречу его сводящим с ума пальцам. Головокружительное исступление постепенно отступало, регулируемое замедляющимся движениям парня. Маринетт расслабленно приоткрыла глаза и тут же наткнулась на жадный взгляд блондина, ловящего каждую ее эмоцию. Дюпен восхищенно смотрела на него в ответ, в голове не нашлось подходящих слов, поэтому она лишь нежно гладила его твердый член через костюм, пытаясь восстановить дыхание. – Ты великолепна… – зачарованно проговорил Нуар, и мягко прильнул к ее приоткрытому рту, вовлекая в поцелуй. Он крепко сжал оголенное бедро и Мари почувствовала, как по коже размазывается ее влага, подкрепляя тлеющее возбуждение. Ей хотелось еще. Больше ошеломляющего удовольствия. Больше жадных поцелуев, касаний, страстных взглядов. Девушка скользнула языком в его рот, притягивая ближе к себе, хотя куда еще ближе. Мягко прикусив его нижнюю губу, она убрала руку от члена и начала тереться об него мокрым влагалищем, пробуждая новый огонек удовольствия и размазывая смазку по ткани костюма. Мари ни разу такого не делала, лишь читала, как сказал Кот, в выдуманных историях про страстную любовь.  Парень низко застонал и с влажным чмоком резко прервал поцелуй. Тяжелое дыхание, обжигающие осколки изумруда и растрепанные волосы - Мари запомнила каждую мелочь, вопросительно смотря на разгоряченного блондина. Тот лишь слабо улыбнулся, отстраняясь еще больше и впуская в их тесный мир между телами натиск прохладного ночного воздуха. Дюпен неуютно вздохнула. Вязкий зеленый взгляд медленно ласкал ее тело, задерживались на лихорадочно вздымающейся груди и розовых коленках, слегка подрагивающих после оргазма. Нуар выбрался из ее захвата, напоследок нежно пороведя когтями по бедру. – Мне пора. Мари слабо поняла, что он имеет в виду. И лишь когда парень встал на ноги, криво улыбаясь, брюнетка растерянно запахнула халат и села на кушетке. – Ты уходишь?  – Теперь, в этой комнате имею плохие намерения только я. – Кот криво улыбнулся, поправляя кожаный пояс так, чтобы многозначительно выпирающий член оказался плотно прижат к телу и незаметен. – Но я… – девушка вязко глотнула, наблюдая как его обтянутые латексом мышцы красиво подчеркивает теплый свет. На глазах все еще оставалась мутная пелена желания, поэтому Мари постаралась ее сморгнуть. – не против. Нуар низко хохотнул, обнажая кончики острых, едва заметных клыков. Он направился к распахнутому окну. Вздымающаяся пена штор окутала мужественный силуэт, скрывая его из вида. – Не разбивай мне сердце, Принцесса. Я прекрасно знаю, что ты хочешь не меня. Черная фигура растворилась в проеме, оставляя после себя легкий аромат духов, как страстное ночное наваждение. *** Девушка сидела в учебном кафетерии и тяжело вздыхала, очерчивая пальцем ободок стакана. Теперь у нее было две проблемы: отсутствие Агреста и страх столкнуться с Нуаром. Она молила Бражника не злодействовать еще хотя бы пару дней, чтобы привести мысли в порядок. Несомненно, их маленькая шалость у нее в комнате помогла ослабить тугой поводок жизненный обстоятельств. Но теперь Мари не представляла, как будет спокойно разговаривать с ним в виде Леди Баг, зная о произошедшем. Это событие настолько плотно отпечаталось в ее памяти, чего она не ожидала, что теперь во снах ее начинал страстно целовать Адриан, а доводил до исступления супергерой. Дюпен корила себя за излишнюю впечатлительность, ища спокойствие на дне очередной чашки кофе. – Маринетт! – девушка удивленно перевела взгляд на приближающегося Лука. Друг торопливо обходил забитые столики, дружелюбно махая ей рукой. Они не общались с того самого момента, когда он заявил о том, что знает ее тайную личность. Парень отодвинул свободный стул и сел напротив брюнетки. Вид у него был помятый. – Привет. – недоуменно ответила она, сбитая с толку неожиданным собеседником. – Я, эм… – Лука немного стушевался под внимательным взглядом. – Увидел, что ты уже пятнадцать минут гипнотизируешь стакан и подумал, может тебе нужна помощь? – Со стаканом? – усмехнулась Дюпен. Наконец, за столь долгое время он набрался смелости подойти. Она часто ловила его взволнованные взгляды, стоило им оказаться недалеко друг от друга. Но Мари не собиралась упрощать ему задачу и подходить первой. – Нет. – преподаватель рассмеялся, откинув голову назад. В его глазах отразилось облегчение, он явно переживал о ее состоянии, и как она отреагирует на его компанию. – Как ты вообще? Девушка непринужденно пожала плечами: – Ну-у. Я по уши в дерьме. В прочем, как и всегда. Добродушная улыбка соскользнула с лица парня. Он обеспокоенным взглядом смотрел на девушку, аккуратно сжав ее ладонь. Дюпен почувствовала незримый прилив поддержки. – Я написал на их домашнюю почту, с запросом передавать Адриану учебный материал через однокурсников. – тихо сказал Лука, уперев локти в стол. – Но получил ответ, цитирую: «Месье Куффен, в век продвинутых технологий Адриан может изучать любой курс с помощью сканов методичек, которые остальные преподаватели без проблем уже предоставляют.» Маринетт удивленно отпила из чашки остывший напиток. Раньше она непременно бы разозлилась на непрошенную помощь, но теперь лишь поразились искренним побуждениям. Брюнетка заправила за ухо темную прядь, и мягко улыбнулась. – Спасибо, конечно, но это больше не имеет смысла. Адриан отверг меня.  Лука возмущенно выпучил глаза и несколько раз открывал и закрывал рот, словно рыба на суше. – Что?   Дюпен неопределенно поджала губы. Куффен придвинулся еще ближе, и понизил голос до едва различимого в шуме кафетерия. – Он знает, что ты…? – Нет, конечно. – тут же воскликнула брюнетка, вскинув брови. – Ни в коем случае! – Так может было бы лучше сказать? Знай он кого отвергает и что из этого выйдет… – То все равно не сможет меня полюбить. Это должно быть искреннее чувство. – прервала доводы Мари, пригубив горький кофе. – Давай не будем переливать из пустого в порожнее. Если хочешь спросить, что я буду делать дальше - не знаю. Вопрос закрыт. Лука понимающе кивнул, но в его глазах до сих пор отражалось чернильное разочарование. – Как там Алья? – перевела тему Мари, украдкой косясь на бывшую подругу, сидящую в паре столов от нее. Роуз и Джулека что-то воодушевленно рассказывали ей на перебой. – Лучше бы подошла и сама спросила. – уколол Куффен, состроив многозначительный взгляд. – Она не хочет со мной общаться. – коротко ответила Дюпен. – Почему? – Алья - прирожденный репортер, от которого лучшая подруга скрывает слишком большую тайну. Вот наше судно и дало трещину. Куффен что-то сочувствующе промычал и внимательно посмотрел на брюнетку. – Если тебе будет одиноко, знай, ты всегда можешь поговорить со мной.  Мари добродушно кивнула, нежные огоньки заблестели в голубых глазах. Лука был теплым пледом. Мягким, окутывающим, и готовым закрыть в своих объятьях от бренного мира. Он в самый неожиданный момент всегда приходит на помощь, будь то проливной дождь, приступ удушья от ханахаки, либо потребность сблизиться с Агрестом. Они не являлись закадычными друзьями, но крепкое плечо всегда незримо ощущалось рядом.  По нему она тоже будет скучать. *** Маринетт рассеянно всматривалась в редкие лица посетителей небольшой кафешки на набережной. Солнечные лучи отражались от столов, украшая потолок тонкими бликами. Ошеломительный аромат имбирного печенья щекотал ноздри, пока девушка в очередной раз оглядела помещение. Она договорилась встретиться с Хлоей, поэтому девушка не ожидала такого количества посетителей в кафе. Обычно Буржуа выбирала безлюдные места, либо арендовала целое помещение, дабы не раскрывать их дружбу. За рукав рубашки аккуратно кто-то дернул, и Мари, обернувшись, едва успела подавить рвущийся наружу смех. На нее смотрела черноволосая девушка, со стрижкой под каре, и огромными очками-стрекозами без стекол. Невзрачная одежда и несколько нарисованных веснушек никак не могли скрыть высокомерие одногруппницы, отражающееся в голубых глазах. – Хл… – Хельга. – тут же поправила Буржуа, будто во всем Париже только дочь мэра может носить имя «Хлоя». Дюпен скептически вздернула бровь, но все же присела на соседний стул, разглядывая девушку. – Выглядишь… необычно. – подавилась смехом брюнетка, смотря на дорогие серьги одногруппницы, которые она не посчитала нужным снимать. – Почти слаженный образ. – Ты даже не представляешь, чего мне стоит сидеть в столь безвкусной одежде. – недовольно скривилась Хлоя. – И по какому поводу мы в сегодня собрались, Хельга? – уточнила Дюпен, заказывая какао с маршмеллоу. Одногруппница выбрала себе молочный коктейль. – Увидела, что ты, наконец, оживилась. – воодушевлено ответила девушка. – Поэтому решила срочно развеяться. Маринетт глубоко вздохнула. По пытливому взгляду девушки было понятно, что она хочет от нее ответов. Нового плана действий, как минимум. – Слушай, – кашлянула Дюпен. – если помнишь, ты сама мне на банкете сказала, что если Адриан меня отошьет, я смогу спокойно прожить остаток дней, перестав изводить себя мыслями о нем. Хлоя нетерпеливо покачала головой: – Да, но тогда все было слишком расплывчато, теперь я уверена, что он к тебе испытывает чувства! – Я не успею. Буржуа с сомнением нахмурила брови, не совсем понимая смысл сказанных слов. – Может узнать у вашего Мастера, что должен сделать Адриан, чтобы тебя излечить? Если он все же влюблен, и даже поцеловал тебя, то почему ты не излечилась? – Я спросила. – Мари благодарно приняла горячую кружку какао из рук официанта. Хлоя испытывающие смотрела на нее, посасывая трубочку ванильного коктейля. – Пару дней назад я заглянула к нему, после патруля. И выяснилось, что окончательно спасти меня может только любовь. Самоотверженная и чистая. Влюбленность перекрывает болезненные симптомы, но процесс идет дальше. Дюпен указала глазами под стол, и Хлоя послушно откинулась на стуле, опустив взгляд. Брюнетка закатила край свободного рукава, ровно так, чтобы только Буржуа смогла увидеть алый бутон, прижатый к бледной коже. Девушка подавилась воздухом, и шокировано приоткрыла рот, с ужасом смотря на Мари.  – Какого хрена… – выдохнула она. – уже? – Я бы умерла давным-давно, если бы не сила квами. – девушка спустила рукав, вернув руку на стол. – Чертова жизнь!  – ругнулась Хлоя. – Неужели всё в пустую… – Я бы так не сказала. До ханахаки я жила совершенно обычно. В родительском гнезде, не сталкиваясь с проблемами больше, чем закончившиеся нитки или плохая оценка за реферат. Когда появилась Леди Баг, обязанностей прибавилось, ровно как и ответственности, но я продолжала жить в своем коконе. Ошибки можно было оставить по приходу домой, а люди любили только за то, что ты делаешь как надо. Я столько раз брала ответственность за чужие жизни, но совершенно забивала на свою… Хлоя грустно опустила уголки губ. – А тут, мою душу испещрило столько эмоций и ран, что могу с уверенностью сказать - я, наконец, почувствовала жизнь.  Одногруппница тяжело вздохнула. Мари на секунду показалась, что светлые глаза слегка покраснели, но это длилось ровно несколько мгновений. – В пекло это всё. – выдохнула Хлоя, горько улыбнулась. – Ты самая классная девушка, которую я когда-либо встречала. А Адриан просто слепой козел.  Маринетт тихо рассмеялась, хлебнув какао. – Я и не особо расстраиваюсь. Похоже, я уже устала переживать по поводу ханахаки и вымаливать крупицы его внимания. В конце концов, я не видела его уже кучу времени, и мне становится легче. – И чем собираешься теперь заняться? – осторожно спросила Буржуа, постукивая ногтем по высокому стакану. – Буду готовить почву к своему уходу и поддаваться плотским утехам, которые не успела вкусить за свои годы. – дерзко стрельнула глазами Мари, тряхнув головой. – В конце концов, один друг как-то мне сказал, что нет ничего плохо в том, чтобы плыть по течению, когда не в силах ничего изменить. – Могу посоветовать пару мальчиков, хороших в этом деле. – тут же сказала Хлоя, приободрившись бойким настроем одногруппницы. – Искуснее Адриана, конечно, не встречала, но есть знакомые ничем не отстающие от него. Мари неопределенно пожала плечами и сдержала хитрую улыбку. – Спасибо, конечно, но с этим я уже сама справлюсь. К тому же, есть один парень, готовый помочь мне в этом деле. – Что-о? – рот Хлои смешно вытянулся от удивления. – Так ты уже…? Кто? Наш препод, который глаз с тебя не спускает? – Нет! – возмущенно шикнула Мари. – Просто один знакомый, который спас меня от нападения акумы, пока я страдала разбитым сердцем. – Это что… Кот Нуар? – упавшим голосом прошептала Хлоя.  Маринетт смущенно прикусила губу, вспомнив образ напарника, ласкающего ее шею. Она и сама была в шоке, но будучи опьяненной оглушительный болью, его поцелуи в тот момент стали спасительным лекарством. – Ахренеть! – задохнулась от удивления Буржуа. – Вы ломаете моё представление о чисто платонических отношениях супергероев. Подумать только, Кот Нуар утешает Леди Баг с своих объятиях. Многие вас, конечно же, шипперят, но чтобы это оказалось правдой! А как у вас получилось заняться сексом в костюмах? Там по вашему желанию появляются отверстия? Или вы знаете личности друг друга? Хлоя тихо и безостановочно тараторила, в возмущении вскидывая руки. Маринетт с каждым ее словом все сильнее вгонялась в краску. Стало даже интересно, если бы Кот тогда не остановился, Плагг бы действительно сделал специальное отверстие за неимением в костюме ширинки? И как вообще на такое отреагируют квами?  – Нет, мы не знаем личности друг друга. –  Мари решила остановить бурную фантазию Буржуа, пока она не подкинула чего похлеще дырок в костюме. – Он тогда был с Маринетт. – И давно вы общаетесь? – глаза Хлои горели жгучим интересом. Она даже позабыла про молочный коктейль, едва не спихнув его со стола рукой. – Ну… – Дюпен стыдливо прищурила глаза, неловко улыбаясь. – Это была наша вторая встреча как супергероя и обычной девушки. – Ты отдалась ему на второй день знакомства??? – Хлоя повысила голос и настолько сильно выпучила глаза, что Мари за переживала, как бы они не выпали из орбит. Несколько посетителей с соседних столиков уставились на девушек, светясь любопытством. Дюпен толкнула пол столом ногу одногруппницы, призывая быть тише. – Ничего я не отдалась! – грозно прошипела Мари. – Просто мы поцеловались, и он немного…  Ей не хватило воздуха, когда перед глазами вновь всплыли воспоминания вчерашнего вечера. Как его язык делал что-то невозможное с ее грудью, пока длинные пальцы ласкали промежность. Внизу живота стянулся тугой узел и она решила сегодня не закрывать окно, если Нуар передумает и вновь решит зайти. Испытывающий взгляд Буржуа спустил с небес на землю. – В общем, мы еще не дошли до того самого. – кашлянула Мари, чувствуя, как жар захлестнул щеки. Хлоя расплылась в хитрой улыбке. – Что ж, ты продолжаешь меня поражать, Дюпен-Чен. Телефон Буржуа пару раз пискнул входящим уведомлением, и девушка взяла в руки мобильник, быстро печатая ответ. – Черт, меня потеряли. – кинув на стол пару купюр, одногруппница поднялась и надела серое простенькое пальто. – Я на такси, могу поддбросить тебя по пути. Дюпен задумчиво допила последний глоток какао, украдкой заметив, что Хлоя оплатила оба напитка. И тоже поднялась. – Я пройдусь, мне как раз нужно до Мастера. Девушки вышли из кафе, решив подождать такси на улице. Мари прищурилась и подставила лицо теплым солнечным лучам, наслаждаясь хорошей погодой. Это ее последняя весна, и хотелось бы взять от нее максимум. – Что? – тихий вздох сорвался с губ Хлои, и Маринетт приоткрыла глаза, проследив за ее недоуменным взглядом. Недалеко от них на набережной припарковалось два автомобиля премиум класса. Дюпен, не зная чему тут удивляться, покосилась на Буржуа. – Эта машина… – начала дочь мэра, как вдруг лакированная дверца одной из них открылась. Дорогой строгий костюм, знакомое черное пальто, аккуратно уложенные волосы - у Маринетт на секунду перехватило дыхание. Адриан Агрест вышел из машины, держа в руке увесистый кейс для документов. Неделя страданий больно уколола сердце. Холодная капля пота пробежала по спине, точно острое лезвие ножа. Марионетка своего отца. Жалкий трус. Он сделал свой выбор. Бутоны внутри жалобно заныли, требуя хотя бы одного короткого взгляда на слабую девушку и Мари крепко стиснула ладони, стараясь заглушить это чувство. Блондин обошел автомобиль и открыл боковую дверцу. Дальше все шло как в замедленной съемке. Тонкая женская рука ложится в его протянутую ладонь и миниатюрная брюнетка с раскосыми черными глазами выходит из машины, сдержанно улыбаясь в ответ. Пару шагов, но они не спешат расцеплять руки. Водитель второго автомобиля забирает у Агреста дипломат и передает сидящей на заднем сиденье статной женщине. – Цуруги. – едва слышно шепчет Хлоя, так же как и Маринетт оторопело следя за развернувшейся картиной. Парочка медленно подошла к машине, и Адриан развернул к себе девушку. Оставив на ее щеке мягкий поцелуй, под недовольным взглядом незнакомой женщины, парень помог брюнетке сесть на заднее сиденье и плотно закрыл дверь. Так вот оно что. Оказывается, у него уже есть любимая. Медленно вздохнув, Мари почувствовала, как у нее от обиды сжалось горло. Чертово сердце не могло принять очевидную истину - Адриан никогда ей не врал. Она действительно ему не нужна и не интересна, а то, что было на балконе, лишь проявление жалости на прощание. Легкое влюбленное помутнение с его стороны, но свое сердце он уже отдал другой. Маринетт оглянулась на Хлою, что продолжала молчать. В небесных глазах горела точно такая же боль, как в ее собственных. Хлоя любила его довольно долго, и наверняка хотела, чтобы это было взаимно. Дюпен подбадривающе сжала ее плечо. Буржуа мгновенно скрыла эмоции, вскинув подбородок. – Что ж, все было давно предопределено. – девушка сняла бутафорские очки, заметив приближающееся такси. – Не знаю, на что я надеялась. Наверное, будь это ты, а не Кагами, мне было бы не так больно. – Вы знакомы? – спросила Маринетт, засунув холодные руки в карманы легкой куртки. – Лично - нет. Но это главные партнеры Агреста-старшего. – Хлоя подошла к такси и плотно сложенный мужчина открыл ей дверь. – Очевидно, он, наконец, выбрал Адриану невесту.