Потерянная душа

Нико и Джейсон шли по направлению к озеру. Солнце уже село, и над лагерем темным покрывалом раскинулось ночное небо, на котором одна за другой зажигались звезды. Перси, Аннабет и Магнус остались в гостиной Большого дома, чтобы поделиться с Хироном информацией, касающейся Триумвирата, испытаний Аполлона и черт знает чего еще. Джейсон, который, кажется, все же чувствовал свою вину за то, что умер без разрешения, вызвался объяснить все Нико лично – в более уединенной обстановке. Хирон был только рад избавиться от агрессивного сына Аида хотя бы на какое-то время и облегченно вздохнул, да и остальные возражений не выказывали. Нико украдкой рассматривал Джейсона. Последние несколько дней Нико преследовал образ Джейсона из видения, и ему просто необходимо было заново изучить каждую его черту. Светлые волосы были чуть длиннее, чем он помнил, а глаза не скрывались за стеклами очков и отливали лазурью. – Ты теперь носишь линзы или тебя покусал радиоактивный паук? – Что, прости?.. – Джейсон удивленно моргнул – видимо, Нико оторвал его от обдумывания каких-то очень важных мыслей. – Очки, – пояснил Нико. – А, ты об этом, – улыбнулся Джейсон. – Насколько я понял, всем, кто попадает в Вальгаллу, положен такой вот апгрейд. Старые шрамы пропадают, зрение улучшается, а мышцами обрастают даже те, кто ни разу в качалку не ходил. Хорошие бонусы, если не брать в расчет, что нужно умереть для того, чтобы получить эти плюшки. – Ты теперь еще больше на Стива Роджерса похож, – ухмыльнулся Нико. – О, да перестань. Если ты снова будешь называть меня… – КАПИТАН АМЕРИКА. – Нико… – У ВСЕХ ИСТЕРИКА. Джейсона сложило пополам, и Нико тоже не смог удержаться от смеха. Лео всегда называл сына Юпитера Суперменом – оно и немудрено, учитывая способность Джейсона к полету, но Нико всегда сравнивал его со Стивом Роджерсом – и внешне они были похожи, и чувство справедливости у обоих было обострено до предела. После того, как Джейсон убился, спасая друзей, Нико только утвердился в своем мнении. Джейсон все еще широко улыбался, а в уголках его глаз залегли тонкие сеточки морщинок – как было всегда, когда он слегка щурился. Плечи его расправились, и он уже не выглядел таким напряженным – наверное, все же не стоило бить его в челюсть. – Я подумывал извиниться за это, – Нико указал на подбородок Джейсона. – Но когда оказалось, что я сломал об тебя руку, мне как-то расхотелось. – Тебе правда не нужно этого делать, – чуть помолчав отозвался Джейсон. – Когда я узнал, что Лео жив, то никак не мог определиться, чего я хочу больше – обнять его или убить на месте. Черт, мы ведь даже не встретились. – Если тебя это утешит, то у нас тут была очередь «ударь Лео», так что за свои фокусы он получил сполна. Уверен, вам еще предстоит увидеться. И тогда, боюсь, уже он захочет врезать тебе. Они устроились на берегу у самой воды. Ветер шелестел травой и пускал легкую рябь по поверхности озера, отчего отражающиеся в нем звезды мерцали и искрились, напоминая крошечных светлячков. – Я даже не знаю, с чего начать, – вздохнув, проговорил Джейсон. – Начни со своей смерти, – откликнулся Нико. – Хоть я и знаю все подробности. – Я не думал, что все будет так. Вернее, не думал, что ты почувствуешь… – Джейсон запнулся и, как показалось Нико, смутился. – Ты ведь знаешь, как это работает. – Но нас в тот момент разделяла не одна тысяча миль. – Джейсон, – Нико не был уверен, что ему следует это говорить – в конце концов он не хотел углублять чувство вины Джейсона, ведь именно оно, несомненно, сейчас и съедало его изнутри. – Если какую-нибудь бабулю в Нью-Йорке переедет машина, я этого не почувствую. Но если это будешь ты – в Нью-Йорке, Сиднее или еще где, я узнаю. Я не могу осуждать тебя за то, что ты сделал – это твой выбор и ты пожертвовал собой, чтобы спасти других. Ты не был бы Джейсоном Грейсом, если бы поступил иначе. – Твой отец говорил, что ты меня искал, – опустив голову, произнес Джейсон. – С тобой говорил мой отец? – перебил его Нико, удивленно вскинув брови. – Лучше я все расскажу по порядку. Чем больше Джейсон говорил, тем более невероятной казалась Нико его история. Вроде бы полукровок сложно чем-то удивить, за свою жизнь Нико повидал много всякой дичи – и это даже если не принимать в расчет казино «Лотос», где они с сестрой застряли на семьдесят лет, провалившись таким образом во времени. Джейсон очень детально пересказал встречу с Аидом и его слова об эйнхериях – кто бы мог подумать, что сферы влияния разных божественных пантеонов так причудливо переплетутся. Значит, Триумвират действительно гораздо опаснее всех других противников, если для победы над ним объединенных сил греков и римлян будет недостаточно. – Магнус договорился о встрече с Аннабет и помог мне выбраться из Вальгаллы – не то чтобы это было законно, – Джейсон поморщился, видимо, вспоминая подробности их побега. – А затем мы все вместе прибыли сюда, чтобы рассказать Хирону о нашем плане. Ну и… мне очень нужно было увидеть тебя. Нико оторвался от созерцания водной глади и переключил внимание на Джейсона. Все это время он слушал, не перебивая, и совершенно не знал, что ответить на последнюю фразу сына Юпитера. – Знаю, как жалко это звучит, и все же. Я не хотел причинять тебе боль и не уверен, что ты меня когда-нибудь простишь, однако буду рад, если ты меня хотя бы не возненавидишь, – еле слышно выдохнул Джейсон. – Ты же в курсе, что я сын повелителя мертвых? – спросил Нико и, получив в ответ недоуменный взгляд Джейсона, продолжил: – Я был зол на тебя, отрицать не стану, но в то же время я прекрасно понимал, что рано или поздно со смертью сталкиваются все. Я просто... не был готов. И уж точно не думал, что все обернется вот так. У тебя теперь вся вечность впереди, как и у твоей сестры. Джейсон не ответил, казалось, он что-то обдумывал, сосредоточенно рассматривая траву под ногами и хмурясь. Нико хотел расшевелить Джейсона, но не знал, как это сделать, поэтому просто осторожно стукнул его кулаком в плечо. – Земля вызывает Джейсона Грейса. Джейсон мягко улыбнулся, а затем, тщательно подбирая каждое слово, произнес: – Мы с Пайпер расстались несколько месяцев назад. Нико замер – к такому он точно не был готов. Они только что обсуждали Вальгаллу, план сражения с Триумвиратом, а теперь Джейсон резко сменил тему, и Нико не знал, куда заведет их этот разговор. – Знаешь, после встречи с Купидоном я все думал над его словами – они прочно засели у меня в голове. Нико скривился – в списке его нелюбимых богов Купидон занимал первое место с огромным отрывом. Этот любитель стрелять из лука без разбора раздражал его так сильно, что одна мысль о нем вызывала желание что-нибудь сломать. И все же Нико отчетливо помнил слова Купидона, адресованные Джейсону: «Ты все-таки нашел свою настоящую любовь. Или ты все еще сомневаешься в себе?» – Пайпер говорила, что дело в ней – отчасти так и есть. Она выбрала свой путь, и не скажу, что я был сильно удивлен, – продолжил Джейсон. – Однако, думаю, как дочь Афродиты, она видела, что я чувствовал все это время. Иногда понять и принять себя бывает сложнее, чем других. Нико ощущал на себе взгляд сына Юпитера, но боялся поднять глаза. Тогда, в Далмации, Джейсон был рядом, без него Нико бы не справился. А сейчас он не мог найти слов и отплатить Джейсону тем же. Сердце бешено колотилось, а в голове крутилась единственная эгоистичная мысль: «Пожалуйста, не продолжай». – Я ведь поначалу довольно много времени проводил в Лагере Полукровок… и с тобой, – после паузы добавил Джейсон. – И я был действительно счастлив. Только вот чем больше я пытался разобраться в себе, тем сильнее запутывался, отрицая очевидное. – Джейсон… – прошептал Нико, все еще глядя в землю. – Ну почему сейчас?.. – Потому что, видимо, мне нужно было умереть, чтобы понять, как сильно я тебя люблю. Знаю, что это все усложняет, и ты можешь ничего не отвечать… – Ради всех богов, Джейсон, заткнись. Нико резко вскинул голову, притянул Джейсона к себе и поцеловал, лишь краем затуманенного сознания отмечая, что, возможно, сейчас совершает самую большую ошибку в своей жизни.