Тасманийский дьяволёнок

После школы мне захотелось затусить. Вот прямо как прошлой весной, когда даже максимально лояльный к загулам отец забеспокоился, потому что я три дня дома не появлялся. Да я и не спал тогда примерно столько же, вроде. Нет, ну а чего ещё будет хотеться после семи уроков три дня подряд? Только свободы, крепкого алкоголя и красивых девушек. И повыебываться тоже. В школе важного завтра не намечается, так что в пизду ее, Тимур едет отдыхать! До вечера я все подготовил, чтобы точно не дергаться двое суток — пожаловался в беседу одноклассников, что плохо себя чувствую, написал семейному врачу, чтобы сделал больничный на три дня, скинул на почту физичке реферат, который должен был сдать в конце недели. Съездил подстригся, вытряхнул из шкафа теплую кожанку, потому что уже не лето, мать его за ногу. Написал отцу, спросил, не нужен ли ему «ягуар» в ближайшие пару дней. Конечно, не нужен, но мало ли, взъебнет так же, как мне, а тачка занята. Я люблю это спорт-купе, красивое как произведение искусства, вылизанное, с подсветочкой — идеальное. Вместо разрешения взять машину мне на карту капнуло ещё пять нулей, видимо, отче понял, что я еду развлекаться. Выехал я в шесть. Как раз в самые пробки, чтобы посидеть в шикарной машине подольше. И внимание, конечно, обращали, я улыбался и подмигивал симпатичным девочкам. И только посмеялся, когда за обмен улыбками одной из них начал высказывать парень, сидящий рядом. И зачем ревновать? Она же не ко мне пересела, просто ответила улыбкой на улыбку. Но вечер обещает быть приятным, тут сомнений нет. Как раз к восьми доеду до первого бара, потом поеду в клуб, потом… Потом — куда ветер дунет. Точно поеду покататься ночью, по свободным дорогам, чтобы прочувствовать все лошади. Удобно откинувшись в кресле, я полистывал ленту, дымил электронкой, а то такой салон жалко провонять сигаретами. И попалось видео от Пашки, интересненько. Я даже выпрямился. Он залез на капот своей бэшки! Да он же ее чуть ли не собственным языком вылизывает, каждая коцка как серпом по яйцам — и вдруг он на ней? Танцует? Ебена мать… Удивительно плавно двигаясь, Паша танцевал на капоте своей любимой машины под «Холодно». Я протер глаза, на всякий случай. Этот любитель шаффла танцевал спокойненько и больше в моем стиле, гибкий же, зараза, хотя обычно ведёт себя как корабельная сосна, а музыка, походу, орала на всю — с его-то аудио, для которого пришлось ещё один аккумулятор ставить, это неслабо. Как-то ванильно, тут должен быть Максим, иначе зачем все это представление с сопливой песней? Кадр сместился наверх, к четвертому этажу. Да, это их дом, именно тот, где они живут, куда мало кого допускает территориальный Пашандрий. В окно выглянула светловолосая макушка. Вот как, это серенада? Ой, пиздец, вот же он втюрился… Просто втюхался по уши, как ещё сказать? Такого он ещё ни для кого не делал, просто ни для кого. И чем его так зацепил Макс, боже мой, это же невозможно. Походу, будь это разрешено — он бы уже женился. Надо же было так вляпаться в самом начале жизни, а как же погулять? Не-не, я пока к такому не готов, не созданы Тасмановы для моногамии. Одно дело — завести пассию и быть с ней, не влюбляться же до соплей и, не дай боже, на всю жизнь. Но Пашка!.. Теперь я точно уверен, что у него с Максом все серьезно. Всех голубей во дворе распугал музлом, хотя и сами они те ещё голуби… И вообще, не тру, я не согласен. Надо было дождаться снега, чтобы тексту песни соответствовать, а то как-то невпопад получилось, учить и учить его ещё выебываться. Написал папа, так что я не без удовольствия отвлекся от безрадостных дум о безнадежной глупости своего лучшего друга. Он попросил заехать в один бордель и перевезти наличку в два бара, раз уж я еду в центр. Ну я что, курьер какой? Эксплуатация труда несовершеннолетних! Но я заткнул недовольства электронкой, купленной на отцовские деньги, поправил рукав куртки, купленной на отцовские деньги, отложил телефон, купленный на отцовские деньги, включил поворотник в отцовской машине и поехал по отцовскому поручению. Деньги к моему приезду упаковали, но я все равно пропустил через счетную машинку, потому что лучше перебдеть. Не хватило двух купюр. Мило улыбнувшись, я подпёр голову кулаком и приподнял брови, чтобы Давид объяснился сразу. Давид заволновался, даже слегка вспотел, пересчитал ещё раз. Поклялся, что все должно быть нормально. Я сидел и продолжал молча улыбаться. Это немного. Но как часто такое происходит? Даже если просто ошибка — это компрометирует. Уж за прибыль папа со своих сутенеров всю пыль вытряхивает. Бормоча, что точно все считал, точно-точно, он взялся пересчитывать руками, очень заметно дрожащими, я тоже считал глазами. Я бы списал это на волнение пойманного на горячем, но, во-первых, Давид работает давно, на хорошем счету, а во-вторых — он просто боится оказаться закопанным заживо где-нибудь в лесополосе, как было с его предшественником. Правда, предшественник проебался крупнее — пользовался одной из девочек и нечаянно задушил. Но папины методы не сильно ранжированы по степени ошибки, для всех примерно одинаковые. Оказалось, просто три купюры были в чем-то липком, не хочу даже знать, в чём именно, и накрепко слиплись. И хорошо ещё, что это обнаружилось в начале толстой пачки, а не ближе к концу. Странно только, что машинка не выплюнула это, но теперь результат оказался верным. Я убрал деньги в рюкзак, сказал Давиду купить новую, попрощался и оставил его отходить от нервяка. С администраторами баров все было более гладко, завёз половину налички в один, во втором сел поужинать. И тут же прилетела просьба передать кое-какие бумажки Пашке, вернее, получить его живую подпись. Я поворчал, но вслух, письменно просто согласился, как послушный сын. Администратор принес мне уголок со свеженапечатанными листами, я же написал гашишнику с вопросом, где он есть. Если дома, то неудобно, не хочется во дворы лезть на такой машине. Но нет, длинный повез Макса погулять, так что мы договорились пересечься в его клубе. Когда я приехал, народу было уже довольно много, а Пашка восседал на одном из диванов с неизменным кальяном, как шах-падишах — полулёжа развалился, локоть на спинке, трубкой поигрывал и хозяйски обозревал свои владения. Мне хотелось потанцевать, но не хотелось особо влезать в их свидание — они и так редко вдвоем куда-то выбираются, всегда компания образовывается. Судя по тому видео, сегодня у них романтик, пусть развлекаются сами. Я приземлился на соседний диван, заказал себе безалкогольный "шмель", потому что планировал быть за рулём до утра, как минимум, передал бумажки гашишнику. Он прочитал, явно сверил какие-то цифры, глядя то в верх, то в низ страницы, подписал и вернул мне. — Останешься? — почти по губам прочитал я, за музыкой толком не было ничего слышно. Я покачал головой, потому что решил просто выпить стаканчик, подождать Макса, чтобы поздороваться, и свалить. Отчитался отцу, что бумажки подписаны, он попросил оставить их в любом борделе по пути, потому что нужны утром. А потом я обратил внимание на то, что Пашка-то не здесь. Он целенаправленно смотрел куда-то в зал, попыхивая кальяном. Проследив за его взглядом, я включил камеру и почти полминуты снимал его непривычно мягкий взгляд, задумчивые мелкие затяжки и мечтательную, хоть и малозаметную улыбку. А потом перевел телефон в нужную сторону, снимая танцующего Макса. Конечно, блять, куда бы он ещё так влюбленно и томно смотрел. Демонюка, блять. Иногда мне даже жалко беднягу, если он решит уйти, длинный его не отпустит, пока сам не захочет расстаться. Ничего не предвещает, конечно, я к ним достаточно близок, чтобы знать, что никто никого не удерживает и не абьюзит, но всякое бывает. Выложив сторис с этим видео, я подписал "найди себе того, кто будет смотреть на тебя так же", допил коктейль и засобирался. Всё-таки, такие планы были масштабные, а только дела-дела-дела делаю. Скоро как отец уже буду, не смогу приехать ни в одно развлекательное заведение, чтобы работа о себе не напомнила. Максиму я только помахал, отметив про себя, что он довольный, счастливый и вообще похож на того, кого хорошенько любят. Помню, сначала я охуел. Вот просто охуел и некоторое время не мог выхуеть. А потом понял, что, раз Пашка спокоен — значит, все обдумал, принял для себя решение и будет ему следовать. Это же он, господи, какие ещё нужны аргументы? Если ему взбрело — все, конец света. Помнится, подсел он на джоли джампинг, да крепко — пока руку не вывихнул. И понравился ему видос, как на них через машины перепрыгивают, он взял у своего отца "феррари", потащил меня на трек, посадил за руль и велел на него ехать не меньше чем на сотке. Я знал, что он прыгнет, знал, что все будет нормально, но все равно не мог не зажмуриться, потому что пытался задавить лучшего друга по его же просьбе. Отбитый, чертяка, как есть отбитый. Выбросив из головы всяких геев и пидорасов, я далеко не поехал и зарулил в отцовский клуб. Эх, потанцую, пообжимаюсь, пусть вечер будет интересным! — Тимур Тимурович, — администратор выскочил откуда-то из-за плеча, пока я искал себе место на балконе, подобострастно сложил руки, — вас проводить к столику? Я хотел сказать, что сам найду, но потом заметил, куда он смотрит. На первом этаже на одном из диванов восседал охуительно занятой сегодня вечером папаня. Вот значит как, да? Ребенка по делам отправил, а сам с блядями? Ну ладно, с одной. Пока что. Но это нечестно! Впрочем, обламывать ему все веселье я не собирался. — Нет, я поеду в другое место, — вздохнул я, натягивая обратно только что снятую куртку, — раз он тут, так ещё и с же-э-э, бля! Это же девчонка из моей школы! На год меня младше! Я ее хорошо запомнил, потому что она выступала на линейке в этом году, сочная девочка. Но девочка! А он ее очень даже недвусмысленно за плечи обнимает, коленку вон гладит. Пиздец. Статья! И как проглядел? У него отличная чуйка, профессиональная, а с несовершеннолетними он никогда не связывается. Я просто не могу это так оставить! Я пометался, не зная, как быстрее ее от него убрать, потому что через толпу ползти долго. Написал ему, даже позвонил, но слишком шумно, не услышал, а телефон у него не в руке. Пиздец, что делать? Он же ее уже практически лапает! Благо, мои панические перетаптывания по балкону привлекли внимание телохранителя, который сидел за соседним столиком. Я знаками показал ему, чтобы пнул отца глянуть в телефон. Он подошёл к папе, что-то ему на ухо сказал, показал на меня. Я помахал телефоном и без лишних ужимок показал крест из предплечий. Ахтунг, блять! Дангер! Папа приподнял брови, но все же нашел среди бокалов на столе телефон, глянул сообщения. И отшатнулся от десятиклассницы, как от ладана. Прогнал ее, непонимающую и недовольную, и перекрестился. А вот чтобы не креститься, надо глаза разувать! Выполнив свою благородную миссию, я вывалился в прохладу осеннего вечера и поехал искать себе какое-нибудь ещё пристанище. Утром у нас состоится серьезный разговор о том, как некрасиво эксплуатировать труд несовершеннолетних и, предположительно, любимых детей. Что за гулянка у меня такая, что только и ныкаюсь от знакомых? Хоть в Питер езжай! Хотя не удивлюсь, если и там кто-то найдется. Третий по счету за сегодня клуб порадовал меня, вроде бы, отсутствием близко знакомых лиц. Веселья ради я навернул клюквенной сангрии с энергетиком, раз уж пить не собирался, потанцевал один. Может, найти кого-нибудь для танцев в вертикальной и горизонтальной плоскости? Ладно, по ситуации посмотрю. — Тимур, привет! Да ебаный же рот! Обернувшись, я узрел свою одноклассницу Катю. Чего она тут делает, блять? Это заведение для совершеннолетних! Ну, и Тимуров. Я позволил пригласить себя к столику, где две моих одноклассницы и одноклассник отдыхали в обществе двоих парней постарше, мне, что странно, не знакомых. Заказал себе ещё безалкогольного, немного закусок, потому что проголодался, нашарил в карманах электронку. Посижу полчасика ради приличия и свалю в другое место, заебали меня эти прятки пополам с пятнашками! Мне пришло сообщение, причем от Пашки. Я-то думал, он будет занят весь вечер, но, видимо, и для лучшего друга время нашлось. На вопрос о планах я ответил, что хочу потусить, покататься, ещё потусить и вернуться домой не раньше полудня, а в идеале — полудня пятницы. Он попросил меня отвезти их с Максом утром, потому что планировал безбожно мешать в себе все, что содержит алкоголь. Ну а я и согласился, потому что в качестве награды подразумевался вкусный завтрак от Максима, кто ж откажется? Но почему я-то? Такси в Москве кончились? Чего меня все на этой неделе припахать пытаются? Ещё и те, кому хрен откажешь, блин. Меня вдруг ухватили за подбородок, попытались запрокинуть голову. Я краем глаза заметил алые длинные коготки и не стал сопротивляться, раз уж дама жаждет поцелуя — Тимур всегда готов. Поцелуй вышел, кстати, неплохим, хоть и вверх ногами, с привкусом мартини и апельсинового сока. — Привет, Дьяволенок, — мурлыкнула Лиза, устраиваясь у меня на коленях. — Привет, котенок, — отзеркалил я, приобнимая ее за талию, — набрасываешься на беззащитных, да? Она игриво похихикала в ладошку и экспроприировала мою электронку. Не обращая внимания на прихуевших соседей по столику, я отхлебнул ещё энергетика и запихал телефон в задний карман. Лиза, конечно, спутница на вечер так себе, она здесь администратор, так что в любой момент может умчаться по делам. Ну и трахать ее немного зашкварно, во-первых, ебется с кем попало без резинок, хочется самому целиком в презерватив залезть, во-вторых, она как-то встречалась с Пашкой целых три дня. Это было начало ее карьеры, они начали отношения по переписке, даже пересечься лично не успели, а она уже начала условия ставить, ну и была послана нахрен, что закономерно. И теперь ну как-то такое, такое... Но вот просто посидеть вместе — почему нет, приятная тяжесть девушки на коленях и красивое тело в объятиях всегда поднимают настроение. — Как настроение? — негромко поинтересовалась Лиза, пощекотала меня под подбородком. — Не знаю, так себе, — пристроив подбородок у нее на плече, я вздохнул, — хотел повеселиться, но то дела, то натыкаюсь на кого попало. — Ну да, я заметила, ты сегодня какой-то вялый, — рассеянно хмыкнула девушка, отпила из моего стакана. Я не понял, она ко мне пришла или просто отжать у меня курево и выпивку? И вообще, что значит "вялый"? Это что ещё за намеки такие? — Полегче на поворотах, женщина, — предупредил я, легонько ущипнув ее за бедро. Мы разговаривали негромко, наш междусобойчик никого не касался, так что компания болтала сама с собой. Но я все равно заметил, что Маша немного... Не в себе. Ей явно было нехорошо, даже в цветном свете было видно, что бледная, взгляд не фокусировался. По-моему, в бокале у нее Черный русский, нет? Не крепко ли? Я что-то не припомню за ней любви к таким жёстким напиткам. — Кать, — я немного наклонился вперёд, перебил щебет Лизы, но мне точно испортит остатки настроения, если кто-то рядом со мной будет блевать, — Маше норм? Катя с большим неудовольствием отлипла от плеча парня лет двадцати, как минимум. Вот же бессмертный, я точно знаю, что ей ещё семнадцать, неужели не боится статью огрести? Да, возраст согласия и все такое, но по такому делу сесть — как нехрен делать, никогда не докажет. Сам я пока что могу с таким не заморачиваться, но после совершеннолетия планирую, как и отец, с малолетками не связываться. Оказалось, Маше действительно не норм. И Катя, явно не планируя прерывать свое свидание, решила отправить ее на такси. — Лиз, найди машину, пусть отвезут, — распорядился я. Повезло им, что меня встретили, повезло. На меня все, кроме администратора, с таким скепсисом посмотрели, что сразу зачесались кулаки, — а что, пусть её посреди ночи какой-то левый мужик везёт? И просто высадит у дома и хер забьет? Пиздец вы, ребят. Тоже мне, сами не соблюдают элементарную технику безопасности, а потом вопли будут про изнасилование, похищение и прочие виды насилия, ага. Тоже мне, подруга называется, и не заметила сама ничего, и помочь не захотела. Лиза быстро нашла человека, велела ему отчитаться, когда передаст юную пьяницу в руки родителям. Вероятно, у нее будут проблемы из-за состояния нестояния, в котором она явится домой, но это меньшее из зол. А я решил, что с меня на сегодня хватит. Просто откинулся на спинку, дымил, пил, красивая девушка кормила меня канапешками и тарталетками, мурлыча всякое о работе, наших общих знакомых и прочей ерунде — и вот пусть так дальше и будет. Никаких больше дел, уж тем более, добрых. Дьявол я или кто? Пусть и младший. — Люстра классная, — поделился я, рассматривая сложную и витиеватую хрень с кучей мелких лампочек, которая свисала над нашим столиком, — хочу себе такую в кабинет. Свет равномерный и довольно яркий, самое то, чтобы с книжкой на диване поваляться. Только надо сделать так, чтобы более теплый был. — Думаешь, я в курсе, где покупали? — усмехнулась Лиза, весьма приятно почесывая меня по волосам. Я-то знаю, что она этим сидением на коленках и грумингом укрепляет полезные связи, а вот компаньоны мои, похоже, уже чего-то не того себе надумали. Хотя какая разница-то? — Если понадобится, я куплю этот клуб только чтобы люстру свинтить, — хмыкнул я, щурясь на вожделенную вещь. Хватил, конечно, но разве папа откажет, если я скажу, что хочу себе такой подарок на Новый год? Для простого подарка без повода как-то дороговато будет. Хотя, блин, он же явно злорадно повесит все управление на меня, но и прибыль всю отдаст мне — предлагал уже так сделать с одним из баров на семнадцатилетие. Такого счастья мне пока не надо, я ценю свою возможность делать восхитительное нихуя и только пожинать зелёные шуршащие плоды. — Нет, ну точно Дьяволенок, — хихикнула Лиза, упёрлась локотком мне в плечо, выпрямляясь, и поманила официантку, — тем страннее получаются слухи. — Какие это слухи? — поинтересовался я, но больше из праздного любопытства. Тасмановы — семейство слишком видное, чтобы про нас с папой не ходили слухи. Иногда даже самые невероятные, вот ведь фантазия у людей работает. Когда длинный начал настырно тыкать всем в нос свой каминг-аут, нашей с ним дружбе тоже быстро придали все оттенки радуги и голубизны. — Ну, что ты весь в страданиях от того, что тебя бросили, — прямо сообщила девушка, которая в силу профессии крутится в самом эпицентре потока слухов. Но вот такого варианта я не ожидал и заржал. Ай да Саша, ай да ядовитая зараза, удумала же! Не так уж много народу знает, что мы расстались, так что явно она сама эти слухи и пустила. Ну что ж, если она хочет поизображать, что Тасманов за ней бегает, как собачка, на коротком поводке, то пожалуйста, только я сильно сомневаюсь, что в эту фантастическую хрень кто-то поверил. Зато хоть развеселила меня, что ещё могу сказать. — Ой, да, — проскулил я, утирая выступившие слезы, — так страдаю, так страдаю, просто ужас, жить без нее не могу. — Ну вот и я подумала, что как-то это сомнительно, — усмехнулась Лиза, — может, пойдем ко мне в кабинет, я тебя утешу? Ой, не, боюсь я таких утешений, лечиться потом ещё... А то у отцовских работниц и то меньше мужиков за ночь бывает, чем у этой расчетливой красотульки. С такой — только после справки. — Да я поеду, хотел покататься по пустым дорогам, — увильнул я, как и всегда. Получив свой прощальный поцелуй, я попрощался с компанией и двинулся на выход. Ну, да, завтра есть риск через них спалиться, но больничный лист имеется, больше ничего для жизни мне не надо. Я тогда сразу их сдам и скажу, что они бухали в месте для совершеннолетних, а я вот, как хороший мальчик, пил безалкогольные коктейли, даже чек есть. Но, думаю, это не понадобится совершенно. К счастью, дальше все было без приключений. Я от души потанцевал, не встретив ни одного знакомого лица, насладился старательным минетом, с огромным удовольствием покатался на крутейшей тачке, встретил рассвет на набережной с крепким кофе, пофоткался, конечно. К условленному времени добравшись до дома Пашки, я своими ключами открыл дверь, чтобы не тревожить домофоном его похмельную голову. В квартире было ещё темно, проспал, что ли? Я осторожно, одним глазком заглянул в спальню. Ага, дрыхнет, спиной к двери повернулся и в ус не дует. И почему один? Ну, его проблемы. — Подъем! — рявкнул я, специально погромче. Длинный дернулся, с невнятным матом подскочил — и я со стыдом осознал, что нихуя он был не один, просто Макс спрятался там за ним, хотя уж за этим дрыщом спрятаться трудно. — Ебанутый или да? — грозно рыкнул Паша. — Доброе утро, Тим, — вздохнул Максим, потирая глаз, зевнул тихонько. — Доброе, — буркнул я, отворачиваясь. Не то чтобы мне стыдно, они даже оба одеты, если считать за одежду труселя, но если с Пашкой можно себя вести как долбоеб с одной клеткой мозга, то перед Максом уже как-то за это неловко. И я тут, типа, к парочке в спальню влез, тоже такое себе, хоть бы постучал, что ли... Мелкий ушел в ванную, прихватив одежду, а друг мой ненаглядный явно настроился на "ещё пять минуточек". Я нахрена в такую рань сюда тащился, чтобы он проспал и опоздал, что ли? — И как Макс с тобой спит? — начал я, чтобы он не засыпал. Паша недовольно приоткрыл глаза и заложил руку за голову. — Ты же как шипастый телеграфный столб, все бока мне отдавил, локтями своими тыкался. — Я вообще много чем в него тыкаю, — безмятежно улыбнулся длинный. Я протестующе взвыл и зажал уши, выметаясь, наконец, из чужой спальни в сторону кухни. Чайник хоть поставлю, что ли. Меня досыта накормили очень вкусным омлетом, сварили мне вкуснейший кофе, поблагодарили за помощь. Ну, это все сделала лучшая половина моего друга, сам он, как всегда, молчал и корчил хмурое ебало, несмотря на опохмел банкой пива. Но уже у машины мы осознали, что проблема имеет место быть — спорт-купе мое чудесное, красивое и технологичное, но двухместное. Так что до своей недалёкой работы Макс ехал на коленках у благоверного. Как? Ну вот как? Это ж все равно что на двух черенках от лопаты сидеть, у него же кожа да кости там в ляжках! Нет, я согласен, что сложен он хорошо и красиво, но ведь дрыщефанище же! Подкинув друга до универа, я осознал, что заняться мне больше нечем. Домой, что ли? Ой, ну и ладно, домой. Больничный уже есть, отосплюсь, завтра поиграю, почитаю, нахрен эту вашу школу. Дома меня ждал Йорик и милейшая лужа — совсем не в лотке. Не привык пока ещё, глупышка. Я попросил убрать это все, посадил мелкого на стол и выпустил крысок. Макс и Малфой были очень заинтересованы, котенок относился к ним настороженно, но уже буквально через десяток минут они играли вместе. Вот и отлично. Надо их как-то сдружить, чтобы никто никого не съел. Я искупался, забрал котика наверх и с ним вместе улёгся в кровать. Крошечный меховой комочек пристроился у меня рядом с рукой и мирно тарахтел, пока я перед сном немного листал ленту. Чудесный маленький пушистик, такой милый. И почему я раньше думал, что кошки скучные?