Новый луч надежды

Девушка судорожно выдохнула и улыбнулась, закрыв глаза. Мягко положив ладонь на дверь, словно дотрагивается до Сириуса, она произнесла: — Привет, чемпион. Она постоянно его так называла. Каждый раз, когда он страшно бесился, проиграв в Квиддич. Когда с его помощью забивали последний квоффл. Когда он выигрывал в дуэли, да и в любой другой момент, когда у него что-то получалось. Блэк всегда был для нее чемпионом. — Римус сказал, что ты в замке, — она буквально почувствовала его ухмылку за дверью. — Не знал, что тебе когда бы то ни было будет интересно преподавать. Она попыталась открыть дверь, которая, очевидно, не поддалась. Алохомора не подействовала, и девушка отошла, судорожно продумывая пути высвобождения Блэка. — Рей? — обеспокоенно позвал Сириус, постучав. — Ты еще здесь? — Да, Блэкки. Я здесь. Девушка не понимала, как, имея такой взбалмошный, отчасти даже буйный, просто несносный временами характер, она может сохранять холодный рассудок именно в этот момент, когда второй раз решается судьба человека, помочь которому еще 12 лет тому назад ей не удалось. Возможно, потому, что она помнила ошибки прошлого: мало того, что она не спасла Сириуса, так угодила за решетку сама. Но сейчас Рейчел «включила» Римуса и начала думать, что бы сделал он в этой ситуации. Взрывать дверь – опасно, могут услышать. Перебирать кучу заклинаний, чтобы открыть дверь, — долго. И тут ее озарило. «А что если думать не как Римус? Что если думать, как Джеймс и Сириус?». — Сириус, дай мне время! Я скоро тебя вытащу! — крикнула девушка и побежала к лестнице. — Что? Рей! Рей! Подожди! Не уходи! Побудь со мной еще хотя бы минуту… — последнюю фразу Блэк произнес, по сути, в никуда, ведь в коридоре уже стало тихо. Он сел возле двери, поджав колени к груди, и уставился на полную луну. Сириус и представить себе не мог, что спустя столько лет снова услышит ее голос. Он был уверен, в какой-то момент даже убедился, что, как только его бросили в одну из камер Азкабана, их судьбы разошлись навсегда. Конечно, не было и дня, чтобы Блэк не задумывался о Рейчел. Но падкие до счастливых воспоминаний дементоры со временем поспособствовали тому, что Сириус перестал ее вспоминать. Это не значит, что он забыл. Нет. Он помнил. Просто никогда не вспоминал. Потому, что боялся. И потому, что ему становилось невыносимо больно. Он окинул уставшим взглядом кабинет Флитвика и тут же вспомнил, как они с Джеймсом однажды чуть его не разгромили. Как пару раз отбывал здесь наказания, как он брал дополнительные уроки у Флитвика на 5 курсе, когда провалялся месяц в Больничном Крыле с серьезным заболеванием легких. Рейчел еще тогда постоянно пробиралась к нему ночью, чтобы принести газет, сладостей и пару раз даже огневиски. Несмотря на дикий кашель, боль в горле, пропущенные матчи и розыгрыши, он был очень счастлив. — Сириус! Он вздрогнул, когда услышал свое имя, и посмотрел в окно. Блэк осторожно подошел к нему и увидел Рейчел на метле, которая держалась за одного из близнецов Уизли. Сириус тут же распахнул железные створки, впуская в комнату прохладное дыхание ночи. — Поймаешь? — задорно спросила девушка, приготовившись прыгнуть. Фред подлетел поближе к окну, и девушка юрко в него нырнула, схватившись предварительно за руки Блэка, и с его помощью втиснулась внутрь. — Мы сразу знали, что вы не так просты, как кажетесь, — хмыкнул Джордж. — Еще встретимся, мисс Рейчел! — крикнул Фред, отсалютировав. — Спасибо, ребята! Живее уносите ноги, пока вас никто не заметил! — шикнула Рейчел в окно и улыбнулась близнецам, махнув им рукой. Благо, ребятам не пришлось что-то долго объяснять, и они помогли ей, по их словам, просто потому, что она классная. Она вынужденно созналась кое в чем, пока они летели до башни с поля для квиддича, но открывшиеся подробности не испугали их, а наоборот заставили восторженно крикнуть одновременно «круто!». Проводив взглядом спускавшихся в тени деревьев ребят, Рейчел обернулась. Ее встретил удивленный взгляд сильно исхудавшего, осунувшегося Блэка. Его лицо, словно обтянутое бледной кожей, постарело на несколько лет, но сохранило благородные черты и было по-прежнему красивым. Длинная борода сбивалась в клочья, местами даже пробивались седые волоски, но в глазах, ставших тусклыми, как утренняя дымка тумана, до сих пор горел огонек, который отчаянно боролся за жизнь. В его обезумившем взгляде читалась доброта и нежность, с какой он провожал ее в день, когда они виделись в последний раз. Что-то больно кольнуло ей в самое сердце. За окном лениво тянулись тучи, наплывая на большую молочную луну. Где-то вдали выл волк, и Рейчел задней мыслью поняла, что это был Римус. Но спрашивать об этом она не хотела. В комнате время словно остановилось. Они смотрели друг другу в глаза и боялись проронить хоть слово, нарушив прекрасный момент долгожданной встречи. — Я должна была вытащить тебя, Блэк. Прости меня. Прости, что не получилось, — прошептала она, пока глаза застилала плотная пелена слез. — Ты сделала для меня больше, чем кто-либо другой, Рейчел, — он грустно улыбнулся, почему-то тоже шепча. — Прости, что подвел тебя тогда. Когда выяснилось, что предателем оказался Питер, Сириус бросился на его поимку, чтобы растерзать мерзавца. Рейчел была на задании от отряда мракоборцев и умоляла его дождаться ее или Римуса прежде, чем совершать необдуманные поступки, но Блэк не послушал. Он отправился вершить правосудие в одиночестве, ослушавшись призыва друзей, и был в итоге схвачен. Почему-то сейчас Сириус сторонился девушку и переводил глаза в сторону, неловко схватившись за локоть. В сердцах она боялась, что Блэк ее разлюбил или не хотел видеть, потому что она напоминала ему о том страшном времени ареста, заключения в ММ и смерти Поттеров. — Я вытащу тебя отсюда, — уверенно произнесла Рейчел, не позволяя нарастающей волне паники накрыть ее с головой из-за отсутствия какого-либо плана. — Ты не обязана этого делать, — она почувствовала, как его же слова причинили ему боль. Он сел на самый край парты и взглянул на свои почерневшие ногти. — Я понимаю, что не в праве чего-то у тебя просить, но… ты можешь побыть со мной до тех пор, пока… — он запнулся, так и не окончив фразу. — Я буду с тобой, Сириус, до самого конца, — она подошла к нему поближе и аккуратно дотронулась до его плеча, заставляя обернуться. Во впалых глазах с глубокими темными кругами под ними она разглядела сожаление и страх, потому, сглотнув, убрала руку, из-за его взгляда подумав, что сделала что-то лишнее. — Как ты не свихнулся в Азкабане, Сириус? — поспешно перевела тему девушка, сев напротив него. Она поджала губы и болтала в воздухе ногами, старательно отводя глаза. — Я просто знал, что не виновен, и постоянно об этом думал, — он усмехнулся, потирая большим пальцем костяшки кулака левой руки. — Не самая радостная мысль, какой обычно питается та падаль из тюрьмы. И… злился, что потерял тебя. Рейчел смотрела в пол, представляя его в одинокой камере, пока по коридорам, подобно призракам смерти, слоняют дементоры в ожидании новой жертвы. Услышав последнюю фразу, она непонимающе подняла глаза и нахмурилась. — Я хочу, чтобы ты знала, что я не виню тебя, Рей. Я и сам понимал, что ты не обязана меня ждать. Да и что значит ждать в моем случае, — он хохотнул, заставив ее сердце сжаться в тиски. — Хотя во мне и теплилась глупая надежда снова быть с тобой вместе, которая буквально сводила меня с ума, я пытался тебя отпустить. И твой отец лишь подтвердил, что я был дураком, раз правда на что-то рассчитывал. — Мой… отец? — Да. Он пришел ко мне однажды, может, через три года, может, через пять. К тому моменту я потерял счет времени, — Сириус смотрел в пол, укутавшись в лохмотья, которые мешком висели на его исхудалом теле. — И рассказал, что ты… что ты одумалась. Помирилась с ним, устроилась в министерство. Удачно вышла замуж. Словом, поняла, что с таким, как я, тебе не по пути, — он печально посмотрел на девушку, прочистил горло и перевел взгляд на распахнутое настежь окно, вглядываясь в завораживающую темноту ночи. Рейчел заметила, как в свете луны блестят его глаза. — Я надеюсь, что ты правда счастлива, Рейчел. Девушку передернуло. Гнев страшной бурей поднялся внутри, заставляя тысячи мурашек рябью разбежаться по коже. Она из последних сил пыталась унять эмоции, но правая рука забилась в истерике, и Рейчел была не в силах остановить ее негодование, как и свое. Это был единственный раз, когда она пожалела, что не находится в одиночной камере Больницы Святого Мунго, так как проклятый крик от несправедливости и злости застрял у нее где-то в горле и отчаянно просился наружу. Она часто дышала с закрытыми глазами. Затем, вспомнив про припрятанный Северусом пузырек во внутреннем кармане мантии, достала его и за один присест выпила до дна. Сириус настороженно наблюдал за тем, как она опустошила баночку, кинула ее с окна и со всей силы стала бить судорожной рукой в стену рядом, закусив губы, чтобы не разораться. — Рейчел! Рей! Рей, успокойся! — Сириус пытался схватить девушку за руку, но та упорно продолжала колошматить по камню, приговаривая себе под нос всевозможные проклятья. — Рей! — Нет! — крикнула она, не сдержавшись, и выдернула руку. Краем глаза она заметила огненно-алую прядку волос. — Ты понимаешь, что из-за моего отца у тебя не было открытого суда! Из-за него тебя на пожизненно упекли в Азкабан, даже не удосужившись найти хоть одно доказательство в твою пользу! Эту чушь, что я якобы одумалась, наплел тебе отец, чтобы сделать еще больнее! И все это тебе пришлось пережить лишь потому, что ты связался со мной! — девушка последний раз со всей силы ударила кулаком стену, разбив правую костяшку в кровь, и отвернулась, припав к стене. Слезы градом полились из ее глаз от злости, немощности и непростительного предательства отца. Кажется, только в ту секунду она по-настоящему поняла, что чувствовал Сириус, когда намеревался убить Питера. Она почувствовала, как сильная рука поворачивает ее за плечо. Поддавшись, она начала разворачиваться, наспех утирая не останавливающиеся слезы тыльной стороной руки. Ее настигла вторая волна не до конца выплеснутой ярости в секунду, когда она лишь мельком увидела ужасную робу на Сириусе, и замахнулась для нового удара по стене. Однако ее остановил настойчивый поцелуй в губы, заставив ее буквально обмякнуть в объятиях Блэка. Он прижал девушку к себе еще сильнее, и слезы хлынули новым быстрым потоком из глаз. — Так, значит, я еще могу жениться на девушке, которую люблю? — немного отстранившись, спросил он у Рейчел, лицо которой немного опухло от слез. — Я жду этого уже 14 лет, — судорожно всхлипнула она. Блэк, наверное, был единственным, кто знал, как ее успокоить. Она грустно улыбнулась. — Пообещай, что больше не оставишь меня одну, Сириус. Он взял дрожащую руку в свои ладони и посильнее ее сжал. — Поверить не могу, что ты здесь, — прошептал Сириус, коснувшись губами еще вздрагивающую руку девушки. — Увидеть, спустя столько лет, Гарри и тебя было большим подарком судьбы, Рейчел. Я и не надеялся встретить вас обоих перед тем, как я… — Заткнись, Блэк! — девушка вспыхнула, ударив его наотмашь по груди. — Сбежав, я взял билет в один конец, Рей, и знал, на что иду.       — Я не сдамся без боя! Я больше не дам ничему плохому случиться! Даже если для этого мне потребуется убить своего отца! — она опасно сверкнула глазами. — Я не позволю забрать тебя снова. Я что-то придумаю! И не надо пялиться на меня так, будто ты смирился со своей участью, убери эту беспомощную улыбку со своего лица! — она снова ударила его, и тут же была притянула за руку для крепких объятий. Он вдохнул аромат ее волос и улыбнулся, зарывшись в ее макушку. — Ты сказала Гарри? — О чем? — недовольно пробубнила девушка, фыркнув. — Думаешь, он будет рад узнать, что я – его беглая… — Бомбарда! — разрезал умиротворенную тишину чей-то торопливый крик, и стена, где располагалось окно, взорвалась, беспорядочно раскидывая вокруг каменную крошку. Сириус и Рейчел закрыли лица от мощного потока камней и закашляли от пыли, разгоняя ту руками. В образовавшемся наспех проеме витали верхом на Гиппогрифе Гарри и Гермиона, растрепанные и явно торопившиеся. Они приземлились посередине класса, быстро спрыгнули с Клювокрыла и помчались к немного оглушенной взрывом, ошарашенной паре. — Сириус! — запыхавшись, закричал Гарри, подбегая к крестному. — Уходи! Забирай Клювокрыла и спасайся! Скорее! Сириус обернулся на стоявшую за его спиной девушку и поднял брови, подбадривающе кивнув. Рейчел сбивчиво вздохнула, проглотила комок волнения и вышла из-за Блэка, обнаруживая свое присутствие. — Привет, Гарри, — смущенно сказала она, почесав за ухом. Поттер нахмурился, не узнав в профессоре Рун низкую блондинку. — Я Рейчел. Рейчел Хабберт. Та, имя которой ты увидел на Карте. Она подошла поближе к нахмурившемуся мальчику, бросившему непонимающий взгляд на Сириуса, который крепко держал девушку за руку. — Я задолжала тебе разговор, — глубоко вздохнула она в нерешительности. Ее пугала реакция Гарри на правду, которую она собиралась раскрыть. — Так это ваше имя изображено на кубке победителей клуба дуэлей? — вклинилась в разговор явно удивленная Гермиона, сделав шаг вперед. Она, казалось, также сразу поняла, о чем ведет речь незнакомая для нее девушка.       Рейчел, усмехнувшись, кивнула. — Да, было дело… — Лучшая на курсе по Заклинаниям. Давала фору даже Джеймсу когда-то, — кивнув на девушку, гордо добавил Блэк, и улыбнулся. — Так, значит, вы…       — Я училась на одном курсе с твоими родителями, Гарри. Мы дружили одной небольшой компанией много лет, а вот с этим товарищем меня даже угораздило завязать отношения, — Рейчел пальцем указала на Блэка, который тут же возмущенно воскликнул: — Эй! — В общем, после школы мы все вместе вступили в Орден Феникса, а потом твоя мама родила тебя, и ты был таким маленьким, таким хорошеньким… — начала лепетать девушка, все дальше уходя от темы. — Рей отчаянно пытается промямлить, что она не только была страстно влюблена в меня, лучшей подругой твоих родителей и была с ними до последнего дня, но и то, что по совместительству является твоей крестной матерью, так как Лили могла доверить тебя только ей. Гарри высоко поднял брови и провел руками по растрепанным волосам, пытаясь переварить услышанное. Получается, его мечты о том, что эта девушка подарит ему новую, счастливую жизнь, обретают реальность… он кинул задумчивый взгляд в пол, искренне обрадованный новостью о появлении в его жизни двух молодых людей, которые по-настоящему его любили. Рейчел же восприняла его реакцию, как неприязнь, и кинула встревоженный взгляд на Сириуса. Где-то внутри засосало под ложечкой, когда Гарри решительно на нее взглянул, и мысленно готовила себя к отказу принимать таких непутевых крестных родителей. — Почему ты пряталась все это время? «Ну, все. Это последний проверочный вопрос. Сейчас он узнает и разочаруется», вспыхнула ярким светом в голове у девушки тревожная мысль. Но она пообещала быть честной с мальчиком, потому, вздохнув, выпалила быстрее, чем смогла сформулировать про себя: — Потому что сбежала из психушки. Мой отец отправил меня туда после того, как я днями и ночами пыталась противостоять заключению Сириуса в Азкабан. Он упек меня туда, боясь пошатнуть высокое положение в обществе. — Твой отец – сэр Хабберт, судья Визенгамота? — охнула Гермиона, инстинктивно схватив Гарри за предплечье. — Он самый, — бросила невесело девушка, вяло улыбнувшись. — Тот еще фрукт. Тем не менее, Гарри, я понимаю, что мы с Сириусом – пример далеко не идеальной родительской пары, но если ты когда-нибудь захочешь… Рейчел не успела закончить предложение, оказавшись в крепких объятиях своего милого Гарри. Она ждала минуты, когда сможет, наконец, прижать его к себе, с того самого момента, как впервые увидела его в коридоре Хогвартса, и сейчас она, зажмурившись и всхлипнув, обняла его в ответ, чувствуя, как сильно бьется его сердце. — Гарри! — поторопила его Гермиона и указала на дверь, где неожиданно послышались голоса и быстро приближавшиеся шаги. Они быстро залезли на гиппогрифа, который, недовольно тряхнувший головой, как по сигналу расправил большие серебристые крылья и оттолкнулся сильными ногами для прыжка. Покружив над замком пару минут, они резко спикировали вниз, заставив учеников завизжать от страха, и приземлились неподалеку от Запретного Леса, чтобы оставить ребят. — Я обязательно заберу тебя, Гарри! Как только будет возможность! — услышал он крик Рейчел, которая махала ему на прощание, вновь поднимаясь ввысь на величественном Клювокрыле. Гарри провожал их грустным взглядом, не в силах поверить, что, только обретя родных, будто снова их теряет. Он почувствовал прикосновение тонких пальцев Гермионы на его плече и немного обернулся. Поттер обнял подругу, судорожно вздохнув. Он закрыл глаза и улыбнулся, отгоняя от себя навязчивую мысль, что с ними может случиться что-то плохое. Гарри признался лишь себе в том, что не был готов потерять свою семью еще раз тогда, когда только-только их нашел и уже полюбил. Будто прочитав его мысли, Гермиона шепнула на ухо другу, прежде чем потянуть его за руку к замку: — С ними все будет хорошо, Гарри. И он правда захотел в это поверить.

***

Сириус поудобнее схватился за оперение и дернул, заставляя Гиппогрифа полететь еще быстрее. Грифон, издав пронзительный рев, помчался высоко вверх. — Куда мы летим? — перекрикивая резкие порывы ветра, спросила Рейчел, крепко обхватив Блэка за корпус. — Увидишь! Держись! Они пролетали над непроходимыми лесами, аккуратно стриженными полями, заспанными городами и высокой толщей темно-синей воды. В светло-серых облаках потихоньку начало проклевываться запоздалое солнце, прогоняя с постоянно меняющихся природных пейзажей легкую пелену тумана. Паря высоко над землей, Рейчел впервые за 12 лет смогла почувствовать себя настолько свободной, что, подняв подбородок вверх, вдыхала промозглый утренний ветер, больно коловший нос, и распустила волосы. Пролетая над кусочком моря внизу, она облегченно вздохнула и прокричала протяжно «Да!», наслаждаясь мыслью о новом побеге и долгожданной встрече. Постепенно Гиппогриф, ведомый опытной рукой Сириуса, начал замедлять скорость и снижаться к высокому утесу. Коснувшись земли, он присел, позволяя путникам спуститься, и развалился на невысокой траве и положил голову на лапы, отдыхая после длительного полета. Девушка подошла к краю утеса и огляделась: в предрассветных сумерках тихо волновалось море, пуская белоснежную рябь волн под самый обрыв утеса. Голая мокрая земля, покрытая островками еще спящей травы, была пустынна в столь ранний час. Вид, который открывался на бирюзовую гладь воды, захватывал дух и заставлял дышать глубже и чаще. Она услышала приближающиеся шаги и с легкой улыбкой наполнила легкие свежим утренним запахом моря. — Помню, как тебе понравилось это место, — произнес Сириус ей на ухо и сел на землю, жестом приглашая ее присоединиться. — Так, значит, мы с тобой оба в бегах? — Да уж, сладкая парочка, — прижимаясь к Сириус ближе, ответила девушка и обняла его одной рукой. Они помолчали пару минут, наслаждаясь приятным морским бризом и тишиной вокруг, взявшись за руки. — Я не могу пообещать тебе ту жизнь, которую ты достойна, но даю слово, что сделаю все, чтобы ты была счастлива. Или ты собиралась, как и в прошлый раз, скинуть меня с обрыва, забрать Клювика и свалить в закат? — Читаешь мои мысли, Блэк, — Рейчел улыбнулась и потянулась к его губам. — Я буду с тобой, Сириус, что бы ни случилось. — Так, ты согласна выйти за меня замуж? — Неужели я дождалась этого! Римус мне рассказал, как ты выпил несколько рюмок огневиски, пару раз сходил в душ, надел в итоге штаны Джеймса, но струхнул и так ничего и не сказал! — девушка дернула головой и смерила парня насмешливым взглядом. — Так это значит да? — Если ты, наконец, станешь адекватным парнем! — запротестовала она, но не смогла сдержать улыбки. — Только если ты останешься прежней, — прошептал счастливый Сириус, глаза которого заблестели в лучах поднимавшегося солнца. Он притянул Рейчел поближе и накрыл ее губы нежным поцелуем, и оба на секунду представили себя вновь двадцатилетними подростками, которые сбежали от суеты войны в тихое укромное местечко на склоне воды, чтобы насладиться ничтожно короткими минутами покоя. Будто и не было тех страшных двенадцати лет разлуки, за время которой им пришлось пережить все оттенки страданий и боли. В эту секунду они были вместе, они были по-детски счастливы и спокойны, с жадностью наслаждаясь свободой и обществом друг друга. Но могли ли они тогда знать, какая нелегкая судьба выпала на их долю?