Глава III: Визит Дамблдора
20 августа 2020 г., 19:14
POV Гарри Поттер
Воздух в комнате заметно пропитался тревогой, пока Гарри поднимался по лестнице к тете, а Тонкс шла за ним, на всякий случай держа палочку наготове. Сколько Гарри знал эту женщину, Андромеда всегда была самоуверенной и мужественной: казалось, ничто и никогда не сможет задеть её. Однако сейчас она выглядела обеспокоенно — Гарри на мгновение показалось, что в её взгляде отчетливо читается чувство вины. Она провела их в гостиную и, оказавшись внутри, перед глазами мальчика предстало зрелище, которое несколько выбило его из колеи. Его крестный был чем-то расстроен, хотя, по правде говоря, это расстройство походило больше на праведный гнев, который мужчина старался скрыть, но получалось плохо. Кроме Сириуса в комнате был ещё один человек, которого Гарри никогда прежде не видел, но слышал очень многое. Он был высоким и худощавым, а его серебристые волосы и борода были настолько длинными, что спокойно выступали в роли пояса для мантии. На кривоватом носу сидели очки-полумесяцы, сквозь которые он посмотрел на Гарри своими пронзительными голубыми глазами. Человек двинулся в сторону мальчика: звук каблуков эхом раздавался по всей комнате, а пурпурный плащ развевался всего в нескольких сантиметрах над полом. Гарри уж было решил, что всё хорошо, когда пожилой мужчина заговорил: — Гарри, какая приятная встреча… Однако хороший настрой Поттера мгновенно улетучился, когда Сириус рявкнул, поднимая палочку: — Стой там, где стоишь и не приближайся к Гарри, пока я не пойму, почему Андромеда сочла необходимым привести тебя сюда! Мальчик не понимал причину такого враждебного настроя Блэка к этому человеку, но автоматически последовал его примеру, поднимая перед собой палочку — он привык во многом подражать крестному и полностью ему доверял. Мужчина посмотрел на него с легкой грустью в глазах и, засунув руку за пазуху, достал оттуда волшебную палочку, которая, казалось, была покрыта маленькими бусинками. Гарри искоса увидел, что и Тонкс была готова в любой момент обороняться. Однако, к их общему удивлению, спустя минуту старик убрал свое оружие, совершенно по-дружески раскинув руки в стороны: — Сириус, пожалуйста, я пришёл сюда для того, чтобы поговорить. — Нам не о чем говорить, Альбус, — прорычал Сириус. В такие моменты он особенно напоминал пса, отстаивающего свою территорию. — Много лет назад я уже сказал Хагриду, что ты не заберёшь Гарри. Он останется со мной. — Да, — мужчина по имени Альбус согласно покачал головой, — Хагрид мне всё сказал. Поверь мне, Сириус, я искал тебя и мальчика не для того, чтобы биться за попечительство. — Тогда что тебе надо? — прошипел Блэк. — Сириус, мальчик мой… — начал было говорить пожилой волшебник, но тот резко прервал его: — Не смей меня опекать! — взревел он. — Сириус, — произнесла Андромеда, вставая между Гарри, Сириусом и Альбусом, — позволь Дамблдору продолжить. Я бы не сказала ему, где находится дом, если бы у него не было какой-то важной информации. — Ладно, — тихо произнёс Блэк под гнётом тяжелого взгляда Андромеды. Он опустил палочку, и крестник, как и Тонкс, тут же последовал его примеру. Гарри невольно подметил странное состояние Дамблдора: он будто боролся с собой, прежде чем начать что-либо говорить. На мгновение мальчику показалось, что он увидел в глазах мужчины некое беспокойство и тревогу. Он наблюдал за тем, как старик оглядывает гостиную, словно рисуя в голове карту дома, и Гарри очень не понравилась эта мысль. Однако он был резко выдернут из своих размышлений, когда Альбус заговорил вновь: — Это довольно конфиденциальный разговор… Я считаю, что он должен проходить только между тобой и мной, Сириус. — Что бы ты ни хотел сказать, уверяю тебя, я доверяю своей семье и они могут остаться здесь. — Дело не в доверии, Сириус… — начал было Дамблдор, но его снова прервали. — Или вся моя семья остаётся, — потребовал Блэк, — или можешь уходить отсюда. — Сириус, я вынужден настаивать, — и, уже по обыкновению, старику не дали продолжить. — Я больше не участвую в этих чёртовых играх, Альбус! — прорычал Блэк. — Я не пешка в этой игре, с меня хватит. Мне плевать на твоё всеобщее благо, слышишь? Я забочусь о Гарри! На лице Дамблдора отразилась тень отчаяния и, тяжело вздохнув, он рухнул на ближайший стул: — Хорошо, но учтите, что этот разговор будет не особо приятным, особенно для тебя, Гарри. — Я справлюсь, — с намеком на вызов ответил мальчик. Он был готов ко всему.***
POV Дамблдор
Дамблдору никогда прежде ни приходилось ощущать себя загнанным в угол, но, стоя перед объединёнными против него Блэками, он понял, что этот момент настал. Поэтому мужчина и пытался взвесить в уме все преимущества и недостатки того, что собирался рассказать Гарри и Сириусу. Он считал, что раскрытие правды будет сопряжено с огромным риском, но выгода от того, что Поттер вернётся в школу и будет находиться прямо под его носом, стоила того. Он рассказал им о том, что его подозрение о возвращении Волан-де-Морта подтвердилось; о том, что он, скорее всего, создал крестраж. При упоминании этого имени все присутствующие — кроме Гарри, — вздрогнули. Дамблдор продолжил, упомянув, что вероятнее всего был создан не один крестраж, а несколько. Конечно, он не стал говорить о своем главном подозрении: о том, что одним из них является сам Гарри. Через какое-то время речь зашла о самом интересном. О пророчестве. «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца… и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы… Один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца…» Дамблдор глубоко вздохнул, закончив свой рассказ; он прекрасно знал, что Сириус выучил это проклятое пророчество наизусть так же, как Ремус, Лили и Джеймс. Шрам в виде молнии на лбу Гарри был прямым доказательством о том, что мальчику суждено победить Волан-де-Морта, суждено — как считал Дамблдор, — умереть, делая это. Старый волшебник с болью в сердце наблюдал, как Гарри медленно поднимает пальцы ко лбу; по крайней мере, его порадовало, что мальчик оказался не глуп и сразу понял, о какой метке идёт речь. Дамблдор потрясенно наблюдал за тем, как Сириус проявляет отеческую заботу к мальчику: теперь в мужчине нельзя было узреть и тени того безответственного хулигана, много лет назад учившегося в Хогвартсе. — Гарри, ты весь дрожишь, как ты? — Именно поэтому я предпочитал оставить наш разговор в тайне, мы его напугали… — теперь Сириус был не единственным, кто без всякого стыда перебивал старика: — Напугали? — усмехнулся Гарри. — Нет, я дрожу не от страха, а от предвкушения. — Предвкушения? — удивленно переспросил Дамблдор, пытаясь скрыть своё беспокойство. Он чувствовал, что у мальчика вот-вот произойдёт магический стихийный выброс. — Волан-де-Морт! — воскликнул Гарри, от чего Нимфадора заметно вздрогнула. — Если он действительно вернулся, то я рад, что я оказался тем, кто победит его. Он убил мою семью, лишив меня родителей, и я обязан убить его! Я думал, что мне придётся добиваться справедливости, расправляясь с Пожирателями Смерти, а тут вот как оказывается: Волан-де-Морт возвращается из мёртвых, чтобы умереть от моих рук. Очень интересно. — Гарри, — успокаивающе произнёс Дамблдор, — ты еще юн и не понимаешь, о чём говоришь. Волан-де-Морт — не тот противник, к которому можно относиться легкомысленно. Это самый могущественный тёмный волшебник, которого довелось узреть всему волшебному миру. Ты даже близко не готов к тому, чтобы сражаться с ним на равных. — Я и не говорю о том, что готов сделать это прямо сейчас, — ответил Гарри. — Мы даже не знаем, где он находится. Я просто продолжу тренироваться, буду становиться сильнее и выносливее, а потом прикончу его раз и навсегда. Дамблдор повернулся к Сириусу в надежде, что тот скажет, насколько опрометчиво всё это звучит, но увидел лишь то, как рука Блэка заботливо легла на плечо мальчика. — Хорошо сказал, Гарри. Если В… Волан-де-Морт вернулся, я буду сражаться с тобой бок о бок, как и Ремус. Мы сделаем всё возможное, заставим его заплатить за то, что он сотворил с Лили и Джеймсом. — Ты мой младший брат, Гарри, — сказала Тонкс, схватив Поттера за другое плечо. — Я с тобой в любом деле заодно. — Я согласна, — бесстрашно ответила Андромеда. — Семья Блэков может самостоятельно постоять за себя. Дамблдор и вообразить не мог, что однажды перед ним предстанет подобная картина. Он с неверием наблюдал за тем, что происходит в гостиной. Нимфадора Тонкс, вероятнее всего, была слишком мала во времена Первой магической войны, но она должна хорошо помнить те кровавые бойни, разворачивающиеся в те времена. Тем не менее, благодаря своей преданности Гарри, она легко решилась противостоять Волан-де-Морту. Даже Андромеда, всегда принимающая нейтральную сторону, но поддерживающая Орден Феникса, согласилась помочь мальчику, когда придёт время. Старый волшебник и не думал, что у Гарри окажется такая группа поддержки в том, что он собирается сделать. Это заставило Дамблдора ощутить ещё большую тревогу. — Я пришёл сюда с предложением, — через какое-то время заговорил Дамблдор. — Я думаю, что сейчас самое подходящее время для того, чтобы Гарри начал обучаться в Хогвартсе. — Для чего? — хмурясь, спросил Сириус. — Это же третий курс. Я, Ремус и Андромеда можем подтвердить, что Гарри превосходит программу обучения этого курса. Ему нет смысла находиться в Хогвартсе, если Тёмный Лорд действительно вернулся, как ты и сказал. — Сириус, — спокойно произнёс Дамблдор, — я всё понимаю, и твоё волнение вполне обоснованно, но Хогвартс — это именно то место, где Гарри должен находиться. Ему нужно учиться заводить друзей, настоящих друзей, как это было у вас с Джеймсом и Ремусом. Он нуждается в надлежащем обучении. Ремус может стать его наставником в школе, а я буду его обучать всему, что знаю сам. Хогвартс — самое безопасное место для мальчика, и, даже если Волан-де-Морт будет знать о его местоположении, он не сможет ступить на территорию школы; Гарри будет под моей защитой. Я, конечно же, не хочу умалять ваши старания, но, если Волан-де-Морт действительно вернулся, он всё равно найдёт ваш дом. Неужели вы думаете, что вы сможете справиться с ним самостоятельно? Сириус стиснул зубы: и он, и Дамблдор уже знали ответ. Это был даже не риторический вопрос; когда-то Сириус и Джеймс уже сражались с Тёмным Лордом дважды, и оба раза они едва ли избежали смерти. — Я не могу, — прошептал Сириус, опустив взгляд в пол. — Я пообещал Лили и Джеймсу, что позабочусь о Гарри. Я не могу просто взять и отправить его в Хогвартс, как какое-то пушечное мясо… — Сириус, — успокаивающим тоном произнесла Андромеда, кладя руку на его плечо, — Гарри там будет не один. Мы можем купить домик в Хогсмиде, не очень большой, просто место, где мы могли бы быть рядом с ним, если что-то понадобится. Кроме того, Дамблдор прав: он — единственный человек, которому под силу справиться с Волан-де-Мортом один на один, и Гарри будет обучаться под его руководством, если уж ему и вправду суждено избавить наш мир от гнёта Тёмного Лорда. — Хогвартс нужен Гарри, — тут же заговорила Нимфадора. — Я люблю его, но я не могу быть его единственным другом. Ему нужны узы дружбы, в конце концов, они сделают его гораздо сильнее. Как только я закончу своё обучение, я поговорю с Грозным Глазом. Может быть, он сможет приставить меня к Гарри. Сириус сжал руку в кулак, а затем, успокоившись, расслабился и повернулся к Гарри: — Чего ты сам хочешь? — спросил он. Дамблдор почувствовал, какой напряженной становится обстановка в гостиной. Для совершения его плана ему просто необходимо согласие Гарри. Старому волшебнику было нужно, чтобы Гарри находился под его присмотром, чтобы он завязывал дружеские и, возможно, любовные отношения, подпитывая ту магию, которой наградила Поттера его мать Лили, принеся себя в жертву. Всё это было нужно для того, чтобы однажды, встретившись лицом к лицу с Волан-де-Мортом, Гарри смог одержать победу. Казалось, что прошли часы, но на деле — всего пара секунд, когда Гарри наконец произнёс: — Я согласен. — Ты уверен? — недоверчиво спросил Сириус. — На тебя никто не давит, понимаешь? Забудь о Пророчестве, ты ничего не должен волшебному миру. Ты и так дал им достаточно, сам того не осознавая. — Я справлюсь, Сириус. В конце концов, я же твой крестник, — улыбнулся Гарри. — В учебниках, которые я читал, упоминалось, что Дамблдор — сильнейший из ныне живущих волшебников, и уж если мне придётся столкнуться с тем, кто убил моих родителей, я хочу быть готов. Маленькая улыбка превратилась в задорный смешок, пока Дамблдор слушал, как Гарри успокаивает своего крестного: — Кроме того, Хогвартс — это то место, где мой отец встретил мою маму. Кто знает, может быть там я встречу следующую Леди Поттер-Блэк… На лице Сириуса появилась улыбка и он по-отечески обнял Гарри. — Я не смогу быть там рядом с тобой часто, Министерство всё ещё считает, что я ответственен за гибель Лили и Джеймса и, судя по тому, что мне рассказала Тонкс, меня также обвиняют в твоём похищении. Для меня будет редким событием вылазка в Хогсмид и, вероятнее всего, всё своё время я буду проводить здесь, поскольку только в этом доме я могу быть свободным. Но, Гарри, всякий раз, когда тебе нужно будет поговорить со мной — просто пришли за мной Кикимера, хорошо? — Я знаю, Сириус, — произнёс Гарри. — Ты вырастил меня, чтобы я мог твёрдо стоять на собственных ногах, и я тебя не подведу. Я сделаю всё возможное, чтобы доказать миру, что ты невиновен, и никому не позволю смотреть на тебя, как на преступника. Блэк кивнул мальчику, а затем повернулся к Дамблдору, угрожающе зашептав: — Ты будешь обучать его, будешь подсказывать в меру своих возможностей, но, если я хоть раз услышу, что ты пытаешься им манипулировать, я позабочусь о том, чтобы Гарри больше никогда не увидели в Англии, и я расскажу всему волшебному миру о том, что некогда великий Альбус Дамблдор упустил их Избранного героя. Больше никаких игр. Теперь это не твоя война, это война Гарри. Злость заклокотала внутри старика. Это всегда была и будет его война. Он был лидером светлой стороны, единственным волшебником, которого так боялся Волан-де-Морт. Дамблдор никогда не считал себя чрезмерно гордым, хотя, по правде говоря, гордости в нём было больше, чем он сам думал. Тем не менее, он добродушно кивнул Сириусу и произнес: — Конечно, Гарри является важной фигурой в окончании войны. Ремус и я позаботимся о том, чтобы мальчик был готов, когда придёт его время. Сириус нехотя кивнул, а затем достал из кармана письмо Дамблдора и протянул его Гарри: — Это для тебя, мальчик мой. Добро пожаловать в Хогвартс, мистер Поттер.***
POV Гарри Поттер
Если бы Гарри знал, что свидание с Райли будет последним разом за последние два месяца, когда он сможет повеселиться, то уделял бы больше внимания поцелуям на сеансе, нежели просмотру самого фильма, но, увы, оглядываться назад было уже поздно. С тех пор, как Гарри узнал о Пророчестве, Сириус увеличил часы обучения до одиннадцати. Физическая подготовка стала гораздо более жесткой, а вся теория была вычеркнута из его учебного плана. Практика стала единственным, что теперь имело значение. Поначалу Гарри валился с ног от усталости, но теперь, спустя три месяца, несмотря на физическую и магическую истощённость, он мог дойти хотя бы до кровати. Мальчик делал всё возможное, чтобы подготовиться к исполнению мести за убийство родителей, но урон, который наносился его телу, был просто катастрофическим. Часть Гарри с нетерпением ожидала начала обучения в Хогвартсе, ведь там наверняка будет не столь тяжело. На дворе стояло тридцатое августа. Гарри проснулся в десять утра, удивившись тому, что впервые за все эти месяцы встал так рано. Ещё более любопытным оказался для него аромат бекона, разносившийся по всему дому. Брюнет медленно оделся, натянув на себя серые штаны и белую футболку, а затем, с палочкой в руке, выскользнул из комнаты по направлению к кухне. Он ожидал какого-то нападения или подвоха, но вместо этого увидел растрепанную Тонкс, хозяйничавшую за кухонной плитой. Одета она была в клетчатые пижамные штаны и мятую черную футболку с надписью «Metallica». Гарри опустил палочку, но не убрал её и, немного посмотрев на развернувшуюся перед ним картину, он вопросительно окликнул девушку: — Тонкс? — А, Волшебник Гарри, — Нимфадора обернулась и улыбнулась мальчику. — Доброе утро, малыш. — Что ты здесь делаешь? — спросил он. Он думал, что его сестра должна была быть на обучении для Мракоборцев, и совсем не ожидал, что она вернётся так скоро. — Где Сириус и твоя мама? — Они с моим отцом отправились на осмотр коттеджей в Хогсмиде, — пожала плечами та, — а значит, я пока за главную. — Это потому что Ремус сейчас занят подготовкой к Хогвартсу, правильно? — Между прочим, — начала говорить она притворно обиженным тоном, — я вполне способна следить за домом. В конце концов, я уже практически обученный и сертифицированный Мракоборец. Едкий запах начал заполнять воздух, что вызвало на лице Гарри ехидную ухмылку. — Ага, сертифицированный Мракоборец, у тебя бекон горит. — Вот дерьмо! — воскликнула Тонкс, быстро выкладывая со сковородки кусочки бекона на сервировочную доску. Гарри не смог удержаться от смеха, когда Тонкс повернулась к нему и с игривым возмущением произнесла: — Ха-ха, очень смешно! Ешь давай, у нас слишком много дел на сегодня, нужно подготовить тебя к школе. Сейчас быстренько позавтракаем и отправимся в Косой переулок. Гарри покорно кивнул, стараясь удержать волнение, зародившееся в его груди от мысли, что скоро он начнёт обучение в Хогвартсе. Неожиданно Тонкс кинула ему кепку, которую Гарри получил, когда впервые посетил маггловский баскетбольный матч — Сириусу уж очень интересно было посмотреть на обычные, неволшебные виды спорта. — Зачем она мне? — непонимающе спросил Гарри. — За тем, чтобы ты держал свой шрам прикрытым, — сказала Тонкс, на что Поттер сразу же начал обороняться. — Послушай, Гарри, я знаю, что этот шрам многое значит для тебя, но мы не должны объявлять волшебному миру о твоём возвращении раньше, чем это запланировано. Гарри что-то пробурчал себе под носом, недовольно тыкая вилкой в яичницу. Тонкс бросила на него сочувствующий взгляд, и оба принялись за поедание пищи. Он помог сестре вымыть посуду после трапезы и, когда с этим было покончено, вызвал домовика. — Кикимер! — Да, господин, чем может служить Кикимер благородному дому Блэков? — кланяясь, пробормотал эльф. Гарри улыбнулся, глядя на него сверху вниз. В отличие от Сириуса, его отношения с домовиком были более-менее дружелюбными — насколько это было возможно. Конечно же, все началось с того, что Кикимер не стеснялся в выражениях, начиная от недостойного наследника, порочащего честь и заканчивая грязной полукровкой. Но всё изменилось, когда Гарри попросил помощи у домовика в изучении гримуара семьи Блэков. Сначала Кикимер упорно сопротивлялся, но Гарри, хоть и не был чистокровным волшебником, всё равно усердно трудился, чтя традиции этой семьи. Он ненавидел других Блэков за то, что те, во времена Первой магической войны, встали на сторону Волан-де-Морта, но все же отчасти понимал, что чувствовал Кикимер, потеряв свою семью. Эти двое хоть и не были друзьями, но эльф по крайней мере перестал извергать из себя оскорбления в адрес Гарри из уважения к его усилиям в изучении семейных заклинаний Блэков. — Кикимер, не мог бы ты трансгрессировать меня и Тонкс в Косой переулок? Мы не очень хотим, чтобы нас обнаружили. — Конечно, господин, — поклонился домовик. — Кикимер живёт, чтобы служить благородному дому Блэков… И все трое исчезли с громким хлопком.
