Глава XI: Воспоминания Тома
28 сентября 2020 г., 21:49
POV Майкл Корнер
Майкл зевнул, пытаясь отогнать подступающую дремоту. Прошло уже два дня с тех пор, как Гарри свалился с метлы, и, к замешательству многих, он до сих пор не очнулся. Мадам Помфри и Дамблдор утверждали, что беспокоиться не о чем, поскольку жизненные показатели Гарри стабильны, и дементоры не «одарили» его поцелуем, но Майкл никак не мог унять беспокойное чувство внутри себя, поскольку никто — по крайней мере, насколько ему известно — не впадал в кому после встречи с этими существами. Для него всё это было странным. Всю свою жизнь, начиная с детства, он не подпускал людей близко к себе, считая их скучными и простыми, теми, на кого не стоит даже тратить время. Однако ему не хотелось быть одному, поэтому вместо общения он решил заняться шалостями и розыгрышами, пытаясь заглушить в себе чувство одиночества. До Гарри у него никогда не было настоящего друга. А теперь он в коме, и никто, казалось, не понимал, почему. Майкл был умён, он бы даже осмелился назвать себя самым умным волшебником своего возраста, готовым отбросить свою лень ради лучшего друга и попытаться найти причину нынешнего состояния Гарри. Пробравшись в Запретную часть библиотеки Хогвартса не без помощи Фреда и Джорджа, он стал читать столько книг о дементорах, сколько представлялось возможным. Из них он узнал о том, что дементоры неубиваемы, о том, что первый дементор появился, когда была построена тюрьма Азкабан и то, что единственное, чем можно от них защититься — заклинание Патронуса, но в книгах не было ни единого объяснения тому, почему Гарри так медленно поправляется. Близнецы присоединились к нему, прочитав несколько книг, Астория засыпала в библиотеке несколько раз после того, как читала ужасающие описания, даже Невилл вызвался помочь. Однако никакого толку не было — подобная информация отсутствовала. Библиотека быстро опустела, поскольку совсем скоро должен был наступить комендантский час. В уме он прикидывал, кто сейчас присматривает за Гарри. Обычно Майкл приходил к нему с утра, Фред, Джордж и Анджелина — во время обеда, а уже после появлялись Астория или профессор Люпин, заскакивающий к нему между занятиями. Корнер был очень удивлен, увидев однажды Люпина в сопровождении огромной чёрной собаки, и, когда он спросил об этом у профессора, он объяснил Майклу, что в маггловском мире Гарри завёл себе пса, и то, что профессор читал, что иногда домашние животные могут ускорить выздоровление своего хозяина. Майкл плохо справлялся со всем этим, но Астория чувствовала себя гораздо хуже, чем он. Ни для кого из тех, кто знал их обоих, не было секретом, что Гарри стал для девочки старшим братом, защищающим маленького львенка. Майкл глубоко вздохнул, испуская раздраженный выдох. Он — гений, Гарри — его друг, и он должен сделать всё возможное, чтобы помочь ему, но вместо этого, изучая всю информацию, появляется больше вопросов, чем необходимых ответов. У Майкла громко заурчало в животе, и он вспомнил, что пропустил приём пищи, потеряв счёт времени за исследованием литературы. Как раз перед тем, как он уж было открыл новую книгу, парень услышал голос, окликнувший его: — Майкл? Он резко обернулся, увидев перед собой девушку, о которой слишком много и часто думал. Сьюзен Боунс стояла посреди библиотеки, а на её лице виднелось озабоченное выражение. Учитывая недостаток сна, он подумал, что улыбка, которую он послал девушке, была не очень обнадеживающей: — Привет, рыжик, что такое? — Я просто пришла проведать тебя, — ласково произнесла она. — Я слышала от Невилла, что большую часть свободного времени ты проводишь здесь. Я не увидела тебя в Большом зале за ужином, поэтому немного забеспокоилась. — Я в порядке, — солгал он, — мне просто нужно кое-что выяснить. Должно быть, я упускаю что-то важное, иначе всё это не имеет никакого смысла. — С Гарри всё будет в порядке, — сказала Боунс уверенным тоном. — Хотел бы я быть в этом уверен так же, как и ты, — вздохнул Майкл. — Ты же знаешь, что он мой лучший друг. А сидя вот так, не имея никакой информации, я чувствую себя неудачником. Сьюзен подошла к нему. Майкл наблюдал за тем, как она медленно отодвигает стул, подсаживаясь и заставляя его смотреть ей в лицо. Он почти сразу же почувствовал, как вся его тревога ослабла, когда посмотрел в ее янтарные глаза. — Ты не неудачник. На самом деле я очень тобой восхищена. Я всегда знала, что ты очень умен, потому что поняла это ещё тогда, во время наших занятиях по ЗОТИ на первом курсе, когда ты почти сразу же понял, что с профессором Квиреллом что-то не так. Видя всё это, и зная, как ты усердно стараешься, это правда восхищает, и ты не должен стыдиться того, что что-то не сразу получается. — Я всё ещё не придумал, как ему помочь, — устало произнёс Майкл. — Мерлин, ты бы знала, как я ненавижу чувствовать себя таким беспомощным. Все эти умственные способности ни к чему, если… — Остановись, — произнесла Сьюзен, взяв его за руку, — просто сделай глубокий вдох, ладно? Когда ты в последний раз ел что-то нормально, не считая перекуса на ходу? — Ну, — ответил Майкл, почесав затылок, — пару дней назад. — Ладно, сначала мы придумаем, что ты можешь съесть, — спокойно произнесла девушка, — потом ты немного поспишь, а завтра мы приступим к сбору информации. — Мы? — с замешательством спросила Майкл. — Корнер, ты мой друг, — произнесла Сьюзен с улыбкой. — Конечно же я помогу тебе. Только давай сначала поедим. — Рыжик, ты ведь знаешь, что ужин уже закончился? — улыбнувшись, произнёс Майкл. — А ты знаешь, что кухня Хогвартса находится рядом с гостиной нашего факультета? — усмехнулась Боунс, — Пойдем, я знаю путь.***
POV Дафна Гринграсс
Дафна легла на кровать, чувствуя, как всё её тело сковывает напряжение. Она пыталась убедить себя, что ей абсолютно плевать на состояние Поттера, что, к её большому неудовольствию, стало причиной празднования в общей гостиной Слизерина. Что-то в этом всё равно беспокоило её. Она тайком изучала книги про дементоров, но не так, как её сестра, Долгопупс, близнецы Уизли и Корнер; она больше времени уделяла влиянию дементоров на человека со стороны психологии. Тем не менее, во всех книгах и исследованиях не было написано о том, что человек может впасть в кому, если дементор не «одарил» его поцелуем. Фадж появился в Хогвартсе при первой же возможности, сбивчиво оповестив всех о том, что произошло с Гарри и о том, как Министерство обеспокоено сложившейся ситуацией, но Дафна не видела в его речах ни единого смысла. Её больше беспокоило постоянное напряжение, видневшееся на лице её младшей сестры. Была одна явная причина, по которой Дафна никогда бы не смогла попасть на Гриффиндор. Она много раз пыталась извиниться перед свой сестрой, постоянно откладывая этот момент, борясь со страхом, что это может вылиться в ещё большую ссору или, что ещё хуже, ей придётся признать вслух свою неправоту, которую она в глубине души уже признала. Астория не ела, под её глазами пролегли глубокие темные круги, свидетельствовавшие о сильном недосыпе, и, сколько Дафна себя помнила, её сестра всегда была улыбчивым ребенком, однако теперь улыбку на её лице было сложно увидеть, и Гринграсс тошнило от всего этого. Она понимала, что, очевидно, ей следует помочь Астории. У Гарри полно людей, которые могут позаботиться о нём, но её беспокоило то, что о её сестре, кроме неё, никто не позаботится. Наконец, собравшись с духом, она вскочила с кровати, принимаясь расчесывать волосы. — Куда ты собираешься? — спросила её Трэйси, лежа на своей кровати. — В Больничное крыло, — ответила девушка. — Повидаться с Поттером? — ухмыльнувшись, спросила Трэйси. — Нет, — твердо ответила Дафна, хотя ей было трудно отрицать тот факт, что Поттер засел в её мыслях с тех самых пор, как она увидела его с Асторией в Астрономической башне. — Ты так сильно влюблена в него. Может, пора уже признать это? Ты, черт возьми, постоянно о нём говоришь и украдкой поглядываешь на него. Ты даже критикуешь всех девушек, которые с ним флиртуют. Как ты там назвала Браун?.. — Заткнис, Трей… — начала было Дафна. — Как там… бездарная, полуголая или Бимбо? — начала перечислять Дэвис, заставив Дафну гневно проворчать. — У меня просто был плохой день, это никак не связано с Поттером. — Ага, поэтому ты просто так накинулась на девушку, которая клеится к парню, на которого ты всегда пялишься, притворяясь, что ненавидишь его, — произнесла Трэйси с ухмылкой. — Признайся, что хоть ты и называешь его высокомерным, но какой-то части тебя это очень нравится. Парни, которые не уверенны в себе или заикаются, когда пытаются с тобой пофлиртовать, раздражают тебя. Тебе не нравится Малфой, потому что он слишком хвастливый и многое другое, но Поттер не такой, он просто уверен в себе. Мне кажется это очень забавным. — Что ж, я рада, что ты находишь высокомерие Поттера забавным, — горячо отозвалась Гринграсс. — Мой поход в Больничное крыло не имеет к нему никакого отношения. — Конечно, не имеет, — игриво подмигнула Дэвис. — Не задерживайся там допоздна, а то люди могут что-то не то подумать. — Трэйси, — вздохнула Дафна, — он в коме. — Ты когда-нибудь читала «Спящую красавицу»? — рассмеявшись, спросила Трэйси, отчего Дафна закатила глаза. — Неважно, — ответила она, и, под хихиканье подруги, Дафна отправилась искать младшую сестру, и, хоть девушка отказывалась себе в этом признаваться, она планировала навестить Поттера, но исключительно в целях наблюдения. До лазарета было далеко, но Дафна задержалась на кухне, решив прихватить что-нибудь на случай, если Астория проголодалась. Она немного беспокоилась о том, как будет возвращаться в общую комнату, не потеряв при этом очки, но в данный момент это не имело значения, поскольку сперва нужно убедиться, что с Асторией всё в порядке, и если с Дафны всё же снимут очки, то так тому и быть. По правде говоря, Дафну одновременно беспокоила и вдохновляла забота Тори о Гарри. Эти двое знакомы всего около четырех недель и все же у них была очень тесная дружба, на которую сестрам пришлось потратить несколько лет. Она не была уверена, как так вышло, но Гринграсс уже начала считать способность Поттера так легко заводить дружеские контакты суперсилой. Выкинув эту мысль из головы, она открыла двери в лазарет, увидев в отдалении койку, тумбочка которой была завалена сладостями, цветами и прочей ерундой. Однако Дафну привлекло больше не это, а человек, лежащий на той самой койке. Гарри Поттер был героем для многих девочек, и Астория тоже не осталась в стороне. Дафна обычно смеялась, когда девочка приносила ей книги о нём, чтобы та ей почитала. Но этот парень, лежащий на койке, бледный как привидение, совсем не походил на того героя, коим его изображали в книгах. Он выглядел слабым и сокрушенным, и по какой-то причине это взбесило девушку. Как может парень, вечно флиртующий с ней и сводящий её с ума, выглядеть таким образом? Ей хотелось подойти к Поттеру, встряхнуть его, накричав за то, что он так глупо дурачится, но, к сожалению, всё это не было шуткой; даже мадам Помфри не знала, что с ним. На какое-то мгновение Дафна ощутила беспокойство за Мальчика-Который-Выжил. Однако это ощущение исчезло, когда она увидела человека, ради которого пришла сюда. Ее круглые большие глаза были заплаканными, а черные, как смоль волосы, некогда красиво лежащие на спине, сейчас были стянуты в тугую косу, настолько небрежно сделанную, что у Дафны защемило сердце. Ее младшая сестра сидела на стуле рядом с койкой Гарри, проверяя влажное полотенце, лежащее у него на лбу и держа в другой руке стопку карточек. Когда Дафна подошла чуть ближе, она услышала, как Астория бормочет себе под нос что-то, комментируя карточки, и это выглядело бы забавным, если бы не тон, которым она всё это произносила. — Это от бабушки Невилла, ты, вероятно, захочешь прочитать позже, — затем она начала кидать карточки в мусорное ведро. — Письмо от поклонника, письмо от поклонника, приглашение в кладовую для метел, какое-то признание в любви, письмо от поклонника. О, письмо от самого Министра, вероятно, что-то важное. — Сортируешь его почту? — вмешалась Дафна. Астория резко обернулась и Гринграсс увидела, насколько всё же сильно уставшей выглядит девочка. — Не подкрадывайся так ко мне, черт побери. — Прости, — произнесла Дафна, взяв стул и подсаживаясь поближе к сестре. — Я знаю, что ты не успела поужинать. Ты, должно быть, проголодалась. — А почему тебя это волнует? Боишься, что от голода я умру раньше, чем от родового проклятия? — проворчала Астория. — Астория, не говори так, — твердо ответила Дафна. Она всегда слишком заботилась о своей сестре, узнав о ее болезни, но, видимо, Астория только что проговорилась, насколько сильно её раздражала опека старшей сестры. — Да, мы поссорились, но не забывай о том, что я всё ещё люблю тебя. И это родовое проклятие не убьет тебя, я сделаю всё, чтобы тебе помочь. Я обещаю. — А что ты принесла поесть? — Астория скованно посмотрела вниз. — Какие-то сандвичи с мясом и рукколой, их домовики сделали на кухне, — ответила она, доставая из сумки еду. — Они, правда немного помялись, но на вкус должны быть очень хороши. — Спасибо, — грустно улыбнулась девочка, откусывая кусок сандвича. — Я уже хочу, чтобы Гарри поправился. Я скучаю по разговорам с ним, в гостиной Гриффиндора совсем скучно без него. — С ним все будет в порядке, малышка, — сказала Дафна, сжав плечо сестры. — Темный Лорд не смог его убить, так что я сомневаюсь, что у дементора вообще были шансы сделать это. — Даф? — легкая улыбка появилась на лице девочки, но затем её лицо вновь стало серьезным. — Да? — Прости меня, у меня было много времени на подумать, пока я сидела здесь, и я поняла, что Гарри был прав. Ты правда просто пыталась быть хорошей сестрой, и я не должна была злиться на тебя за то, что ты пытаешься защитить меня. Я просто… я… — Я понимаю, — сказала Дафна, обняв девочку и позволив её голове устало опуститься на плечо, — ты не хочешь жить в страхе из-за проклятия. Ты хочешь получать удовольствие от жизни. Я не должна решать, с кем тебе общаться, а с кем нет, и, учитывая мою репутацию, у меня всё равно плохие советы касательно дружбы с кем-либо. — Я говорила об этом с Гарри перед тем, как мы с тобой поругались, — продолжила Дафна. — Он сказал мне, что ты упрямая и продолжишь стоять на своём, то, что ты взрослая девочка, которая сама может о себе позаботиться, и он пообещал мне, что не допустит того, чтобы с тобой что-то случилось, — старшая Гринграсс сделала паузу, когда встретилась взглядом с Асторией, — но я не поверила ему. Я до сих пор не понимаю, что он за человек на самом деле, но после того, что я видела в Астрономической башне, я думаю, что я могу ему доверять, хотя разум кричит мне об обратном. — Так это была ты? — спросила Тори. — Почему ты ушла? — Я пришла, чтобы утешить тебя после того урока по Трансфигурации, — начала Дафна, — но мне показалось, что я не слишком сильно была нужна тебе, учитывая присутствие Поттера. — Ты всегда будешь нужна мне, — прошептала Астория, — ты же моя старшая сестра. Иногда ты бываешь чертовски заносчивой, но я не представляю жизни, в которой нет тебя, — младшая Гринграсс на мгновение остановилась, оглядев Гарри. — Я думаю, что мне нравится проводить с ним время потому что он понимает меня, понимает, какого это — быть другим, никогда не имея права выбора, пусть он и не знает о моем родовом проклятии. Он просто… я не знаю, я не могу подобрать подходящее слово. Он… — Вдохновляет? — предложила Дафна. Астория безропотно кивнула, а Дафна, улыбнувшись ей, заговорила: — Я вспомнила о том, как мы с тобой читали разные истории и строили теории о том, как же работает магия. Мы играли в воображаемые игры, связанные с политикой и представляли, как уничтожаем Малфоев. Я даже помню, как ты меня ранила, и я позволила тебе провести над собой эксперимент, учитывая твои знания неотложной маггловской помощи. Улыбка появилась на её лице, когда Дафна вспомнила, как Астория поранила ей руку и наложила на неё «Неоспорин» и пластырь, интересуясь тем, как сработает маггловская медицина. Или когда Дафна пошутила о том, что было бы, если бы Малфои ввязались в схему Понци [1] оставшись без гроша в кармане. Но Астория прервала её воспоминания, вновь заговорив: — Знаешь, он же Мальчик-Который-Выжил... Я даже и половины не знаю из того, что он пережил в своей жизни, но, когда я вижу, что он не сдаётся и идёт напролом, для меня это многое значит. Он храбрый и справедливый, и он верит в меня, Дафна. Каждый раз, когда я борюсь с чем-то, он никогда не позволяет мне опускать руки. Он заставил прекратить гриффиндорцев издеваться надо мной за то, что ты учишься на факультете змей, — произнесла она со слезами на глазах, — и я просто хочу, чтобы он проснулся, чтобы я могла сказать ему, что я получила «Превосходно» за заклинание Авифорс, с которым он мне помог. Я просто хочу, чтобы он был в порядке и все вернулось на круги своя. Он мне как старший брат, Даф, я чувствовала, что разваливаюсь на части, думая, что потеряла вас обоих. Дафна крепче обняла сестру, позволяя осознанию их крепкой дружбы с Гарри засесть ещё глубже в её сознание. Иногда Поттер понимал Асторию лучше, чем сестра, и ей было очень жаль, что малышка думала, что потеряла целых двух людей, которыми дорожила больше всего. — Я никогда тебя не брошу, — прошептала Дафна. — Ты моя младшая сестричка до самого конца, и не важно, когда он будет. Я постараюсь меньше контролировать твою жизнь, но ты не можешь просить меня не беспокоиться за тебя, это у меня в крови — забота о тебе. Астория обняла сестру так крепко, что на мгновение Дафне показалось, что у неё треснули ребра. На мгновение воцарилась тишина, и они молча сидели, наблюдая за Поттером. Так продолжалось до тех пор, пока, не расцепив объятия, Астория протянула Дафне шоколадку. — Это на случай, если Гарри проснётся. Профессор Люпин попросил дать ему плитку шоколада, так как сладкое помогает восстановить силы после встречи с дементорами. Я знаю, что его пробуждение маловероятно, но всё же... Дафна молча кивнула, принимая из рук сестры шоколад и наблюдая за тем, как девочка медленно скрывается в дверях лазарета. Она посмотрела вниз на пол и неожиданно вскрикнула, увидев большую чёрную собаку, лежащую рядом с койкой Гарри по другую сторону. Несмотря на то, что они только что помирились с сестрой, ей очень хотелось ударить Асторию за то, что та не предупредила об этом существе. Однако поняв, что собака спит крепким сном, Дафна вновь уставилась на Гарри. Поттер, которого она знала, был высоким, хорошо сложенным и раздражающе красивым, но тот парень, лежащий перед ней, был лишь тенью прежнего юноши, с которым Гринграсс имела небольшую беседу в чулане несколько недель назад. Она медленно промокнула его лоб и сменила тряпку, удивляясь, насколько холодным он был. Гринграсс буквально подпрыгнула, когда Гарри, спустя дни молчания, вдруг заговорил. Голос был грубым и невнятным, словно походившим на полусонную болтовню, но в его голосе сквозил испуг, когда он бормотал: — Том, Том, Том...***
POV Гарри Поттер
Гарри совершенно потерялся. Он чувствовал себя так, словно его не стало. Единственное, что удерживало его от мысли о том, что он мертв, это то, что он всё ещё не встретился со своими родителями. Да, он их видел, но это было совсем другое. Он вспомнил, как упал с метлы, вспомнил крики матери, леденящие душу, а затем всё померкло. Гарри больше не чувствовал, что он падает; теперь ему казалось, что он просто скользит над землей, что он смотрит какой-то фильм, настолько ужасный, что ему приходилось следовать за змееподобным человеком в черной мантии. Его глаза горели алым цветом, ногти были длинными и явно давно нестриженными, и стоял он перед местом, которое Гарри хорошо знал — Годрикова Впадина. Сириус и Ремус раз в год привозили Гарри в это место. Но это посещение было совершенно иным: было гораздо холоднее, и на месте дома не было никаких руин. Вместо этого этот ужасный «человек» ворвался в прекрасный отстроенный коттедж. Он услышал крики и увидел человека, очень похожего на самого Гарри, который кричал: — Лили! Хватай Гарри и беги! Петтигрю — предатель! Парень наблюдал за тем, как красивая рыжеволосая женщина взбегает по лестнице, а мужчина в очках, уворачиваясь от проклятий, пытается добраться до своей палочки, но ему никак не удавалось, и с оглушительным рёвом и зелёной вспышкой он упал навзничь. Гарри кричал в агонии, наблюдая за смертью своего родного отца. Он видел, как Джеймс отчаянно пытался остановить человека в плаще. Видел, как он, жертвуя собой, пытался выиграть немного времени для жены и сына. Он видел, как Волан-де-Морт прошёлся по телу его отца, словно это был обычный дверной коврик, и Гарри вдруг ужасно захотелось придушить его, но он не мог сдвинуться с места; всё, что оставалось — наблюдать. Он закрыл глаза, не желая видеть того, что произойдет дальше, но крики его матери, умоляющей о пощаде, о спасении жизни своего ребенка, были встречены тем же зеленым светом. Он видел убийство своих родителей воочию, наблюдая за ними как бы со стороны, не понимая, как это возможно и уж точно не зная, как это прекратить. Поттер словно попал в свой персональный ад, когда, открыв глаза, увидел, что Волан-де-Морт направил палочку на его маленькую версию и, прошипев, произнёс: — Авада Кедавра! А затем все вокруг побелело. Гарри снова парил в воздухе, но на этот раз он был в незнакомом для него месте, и Волан-де-Морта не было поблизости. Вместо этого парень оказался в маленькой комнате с двумя кроватями. Глянув в окно, он увидел, что здание было квадратной формы и с обветшалой штукатуркой. Мальчик, сидевший на постели, выглядел опрятно: у него были аккуратно расчесанные волосы, темные глаза и бледная кожа. Как и Гарри, он был выше, чем дети его возраста, и, взглянув на кровать мальчика, Поттер понял, что совсем скоро он перестанет в неё влезать. Внезапно дверь распахнулась, и на пороге появился ещё один мальчик, сжимающий в руке сломанную игрушку, в сопровождении седой женщины. — Том, Деннис сказал, что ты сломал его игрушку. Это правда? — Нет, мисс Коул, — сладко произнёс Том. — Я не хотел, я случайно споткнулся и упал на неё. Мне очень жаль. — Всё в порядке, Том, — произнесла мисс Коул. — Видишь, Деннис, это был несчастный случай, здесь ничего не поделаешь. — Это был не несчастный случай! — закричал Деннис. — Он взял мою игрушку и сломал её. Он сказал это за то, что я не убрался в его комнате, как он велел! Он сделал это нарочно! — Том? Это правда? — спокойно произнесла пожилая женщина. — Если я узнаю, что ты солгал, то я буду очень злиться. — Мне очень жаль. Если он хочет, он может взять любую из моих игрушек, я правда не хотел. — Видишь, Деннис, Том сказал, что ему очень жаль. А теперь пойдем, я посмотрю, как можно починить твою игрушку. Мальчик по имени Деннис продолжал сердито сверлить Тома взглядом, пока мисс Коул не вывела его из комнаты и не закрыла дверь. Но как только дверь закрылась, сцена тут же переменилась и пред Гарри предстало ужасное зрелище. Бедный Деннис, казалось, словно был парализован, когда Том приставил к его горлу заостренный кусок стекла. Гарри сразу понял, что с мальчиком что-то не так, но этого он явно не ожидал. — Я же предупреждал тебя, чтобы ты никому не говорил, правда? — тихо говорил мальчик, без злобы. — Т-Том? — испуганно вскрикнул Деннис, а на его постели тут же образовалось жёлтое пятно. — Помолчи, пока я не договорю, — прошипел Том. — Я же велел держать язык за зубами. Ты нарушил правило, и теперь ты поплатишься за это. — Что ты собираешься сделать? Гарри наблюдал за тем, как Том потянулся к фотографии в рамке, стоящей на прикроватной тумбочке мальчика. Денис с ужасом смотрел за действиями Тома: — Н-Нет, пожалуйста, Том, не надо, это же моя мама… у меня нет другой фот… Но прежде, чем Деннис заговорил, Том разбил рамку, втыкая осколок посередине фото и разрывая её в клочья. Бедный мальчик был весь в слезах: разорванные куски фотографии вспыхнули в руке Тома огнем, и безумная улыбка появилась на его губах. — Сиротам не нужны фотографии их семьи. Их хранят только неудачники. В следующий раз, когда ты настучишь на меня, я позабочусь о том, чтобы твоё наказание было в разы хуже. Прежде, чем Гарри успел осознать, что произошло, Том уронил осколок на пол, позволяя тому окончательно разбиться вдребезги, где уже лежала поломанная рамка от фотографии. И прежде, чем выйти за дверь, он с кривой усмешкой преподнёс палец ко рту, словно заставляя мальчика, лежащего в кровати, молчать. Тот лишь нервно покачивался и шептал: — Том, Том, Том... После стольких мучительных воспоминаний, неизвестно откуда появившихся в его голове, покачнувшись и задыхаясь, Гарри сел прямо и со слезами на глазах прокричал: — Том!
Примечания:
[1] Схема Понци - это мошенническая инвестиционная афера, выплачивающая старшим инвесторам деньги, собранные от новых инвесторов. Проблема такой схемы заключается в том, что в конечном итоге не все инвесторы получат выплаты.
