Глава XXXI: Душа Блейза
2 февраля 2021 г., 05:36
POV Гарри Поттер
Гарри нервно задрожал, когда Дамблдор сообщил ему о том, что вызвал Невыразимцев в свой кабинет, чтобы обсудить с ними лечение Блейза предстоящим летом. Это означало, что частное Больничное крыло не будет охраняться, и это их единственный шанс, когда они с Дафной могут попытаться спасти её друга. Поначалу мотивы Гарри были довольно эгоистичными. Он хотел встречаться с Дафной, этого нельзя было отрицать, но спасение её друга стало не просто препятствием на пути к её сердцу. То, как её глаза опускались всякий раз, когда речь заходила о Забини, и она пыталась сохранить свою маску, глубоко ранило его. Нагрузка, которую она испытывала, отчаянно пытаясь помочь своей подруге, заставило Гарри почувствовать, что спасение Блейза — это не просто миссия для него, это что-то гораздо более личное. И всё же, когда он, Дафна и Трейси пробирались по пустующим коридорам, в то время, когда все студенты общались в Большом зале за обедом, Гарри не мог избавиться от ощущения, что все его органы скручивает в тугой узел. Он видел все исследования, что проводила Дафна: груды записей, кучи книг, но было трудно собрать что-то большее, чем теории, особенно, когда дело касалось того, чего раньше никто прежде не делал. Несмотря на все исследования, не было безопасного способа вернуть потерянную и расколотую душу. Частное Больничное крыло, расположенное на уровень выше обычного, заставило Гарри похолодеть. Он и прежде никогда не был большим поклонником больниц и всего, что с ними связано, и, если бы Гарри своими глазами не видел Комнату Смерти, он бы сказал, что созданное Невыразимцами исследовательское пространство было настолько близко к ней, насколько это возможно. Отвратительные зелья из удалённых глазных яблок, плавающие в банках почки и всё ещё бьющиеся сердца в сосудах заполнили полки в витой комнате. Окна были плотно завешены чёрными занавесками, не давая лучам солнца пробиться внутрь, и только слабый свет, исходящий от голубой лампочки, освещал комнату. Однако, несмотря на запах крови, витавший в воздухе и лёгкое дребезжание от неоновых флаконов, украшавших комнату, здесь было только одно, что полностью заполняло пространство — койка, окруженная серым занавесом, на котором виднелись руны. — Что это за чертовщина? — спросила Трейси дрожащим голосом. — Это какой-то кошмар. — Ты можешь это прочесть? — нахмурившись, спросил Гарри у Дафны. — Я не узнаю эти руны. — Они не Скандинавские, — растерянно ответила девушка. — Они Египетские, я не так хорошо ими владею, но, по-моему, первая строка — это сигнальная руна. — Значит, если мы прикоснёмся к занавесу, — осторожно спросил Гарри, — они сразу же об этом узнают, — Дафна кивнула, и парень крепко сжал руки в кулаки. — Черт возьми, — прошептал он. — Я пришёл сюда не для того, чтобы меня прогонял какой-то знак. Гарри успокоился, увидев, как Дафна согласно кивнула, а затем, повернувшись к Трейси, он произнёс: — Трейси, запри дверь. Дафна, нарисуй любые руны, которые ты сможешь вспомнить, чтобы замедлить Невыразимцев. Мы не сможем двигаться, когда погрузимся в сознание Блейза, и нам нужно как можно больше времени, — Гарри вздохнул. — А теперь… Кикимер! — Хозяин Гарри позвал Кикимера, — ответил домовик, поклонившись. — Как Кикимер может служить наследнику благородного дома Блэков? — Невыразимцы, — начал Гарри. — Сейчас они в кабинете директора, но, когда я задёрну занавес, они сразу же направятся сюда. Мне нужно, чтобы ты задержал их, но, если будет риск, что ты пострадаешь, ты немедля уйдёшь, хорошо? — Хозяин Гарри действительно беспокоится о безопасности Кикимера. Кикимер благодарен, что у него такой хозяин, как Гарри Поттер. — Ты служишь мне, Кикимер, это моя работа — заботиться о тебе, — сказал Гарри, слегка улыбнувшись. — А теперь, иди. Выиграй для нас как можно больше времени. Домовик низко поклонился, а затем с хлопком исчез. Гарри сел на пол, приняв медитативную позу и начал очищать свой разум. У них был только один шанс, и он не посмеет потерпеть неудачу. Прошло около пяти минут прежде, чем Гарри повернулся к Дафне и спросил: — Мы готовы? Он наблюдал за тем, как Дафна, до конца изучив свои руны, медленно кивнула. — Задерни занавес.***
POV Дафна Гринграсс
Дафна чувствовала себя так, словно участвовала в гонках. Никогда прежде она не относила себя к тем, кто нарушает правила, хотя, конечно же, она их нарушала, но то, что они сейчас собирались сделать, без сомнения, было преступлением. Тем не менее, образ её подруги, убитой горем, разрушил все сомнения — она обещала ей, что спасёт Блейза и, если это приведёт к тому, что её задержат, то так тому и быть. Несмотря на то, что Дафна была невысокого мнения о многих людях, она безоговорочно верила в уровень легилименции Гарри, и, что самое удивительное, сомневалась больше в своих способностях. Она сделала всё, что смогла: начиная от прочтения книги, которую дал ей Гарри и заканчивая той, которую она позаимствовала у Малфоев, и, конечно же, теми книгами, которые Гарри брал для неё в Запретной секции, пользуясь своей мантией-невидимкой. Однако неудача не была вариантом исхода событий — они либо добьются успеха, либо умрут, пытаясь спасти Блейза. Дафна слишком любила Трейси, и ей было больно видеть, как она страдает. А Блейз, несмотря на то, каким раздражающим порой он бывал, был её другом. Она не подведёт, они уже совершили невозможное с Гарри, когда убили ранее считавшихся бессмертными дементоров. Дафна наблюдала за тем, как Гарри, сосредоточившись, отодвинул занавес. От представшего перед ней зрелища она тихо вскрикнула, в ступоре глядя прямо перед собой. Её друг неподвижно лежал на койке: его обычно плотное лицо теперь было как тонкая бумага, некогда чётко очерченные скулы пропали, а из-за его истощенного состояния можно было увидеть строение его черепа. Его мышцы атрофировались, а когда-то стройные руки теперь были похожи на кости, обтянутые кожей. Флаконы с кровью, взятой у Блейза, стояли на прикроватной тумбочке, крошечные надрезы усеивали его обнажённый торс, и каждый из надрезов был подписан, словно он был не более, чем подопытной крысой. Когда Дафна последний раз видела Блейза, он выглядел совершенно здоровым, словно просто дремал. Теперь же на его лице была надета кислородная маска, а магический аппарат поддерживал его сердцебиение. Ярость наполнила её сердце, и она услышала, как Трейси, дрожащим голосом, прошептала: — Что же они с тобой сделали?.. Дафна в гневе сжала кулаки, когда она подумала о том, как ей хочется увидеть этих монстров, выдающих себя за тех, кто хочет помочь, за деятелей науки, но из этого гневного состояния её вывел удивительно спокойный голос Гарри, хотя его глаза тоже пылали яростью. — Сейчас не время, — произнёс он, мягко положив руку на её плечо. — Нам нужно сосредоточиться. Дафна кивнул в знак согласия, и, выпустив свой гнев одним глубоким выдохом, она принялась успокаивать свой разум. Повернувшись к Трейси, которая теперь в отчаянии стояла на коленях перед койкой Блейза, она увидела, как та аккуратно держала его истощённую руку. Девушка посмотрела на Гарри, и он успокаивающе улыбнулся ей, протянув руку с рунами. — Ну… ничего не происходит. — Крылатик, — мягко сказала девушка. — Если это не сработает, и мы… — Сработает, — ухмыльнулся Гарри. — В конце концов, лучше всего мы можем делать невозможное. Слабая улыбка появилась на лице Дафны, и она вложила свою руку в его, сосредоточившись на магическом проявлении. Как и тогда, когда они впервые сделали это в лесу, ошеломляющее чувство тепла пронзило её тело, а руны на руках засветились ярко-синим светом. Слабое белое свечение исходило от их тел, словно защищая, а затем она подняла голову, смотря в глаза Гарри, которые стали голубыми. Он в последний раз улыбнулся ей, а затем, кивнув, они оба повернулись к Блейзу. — Легилименс, — тихо произнёс Гарри, и они с Дафной провалились в темноту.***
POV Блейз Забини
— «Мне холодно», — подумал парень. — «Я устал. Я хочу спать. Где я? Кто я? Это что, Ад? Пожалуйста, помогите мне!» Пустота — это всё, что у него было. Ни прошлого, ни настоящего, ни будущего. Только пустота, белый фон и звенящая тишина. «Как давно я здесь?» — задумался он. — «День? Месяц? Год?» — ничто не имело смысла, ничего не было ясно, парень просто был никем. И вдруг это случилось. Впервые за долгое время он услышал шум. —«Это шаги?» — спросил он себя в замешательстве. Его непонимание только усилилось, когда он услышал женский голос, зовущий кого-то. — Блейз! — а за ним последовал мужской голос. — Блейз! Где ты? — «Блейз?» — спросил парень себя. — «Это моё имя? Кто эти люди? Откуда они знают, кто я?» — Блейз! — снова позвал женский голос. — Где ты? Мы здесь, чтобы вернуть тебя домой! Трейси… она так переживает! Черт возьми, я тоже переживаю! Где ты? — Трей-си, — произнёс парень, словно знакомясь с этим словом. — Трэйси, — повторил он ещё раз, оттолкнувшись от земли и поднявшись на ноги. Земля словно казалась несуществующей, когда его рука прижалась к ней, и он почувствовал себя скорее дрейфующим в пространстве, чем стоящим. Но всё же, он заставил себя двигаться вперёд навстречу зовущим его голосам, чтобы услышать ответы, в которых он отчаянно нуждался. Свет продолжал нарастать по мере того, насколько парень продвигался в пространстве навстречу голосам, и, казалось, что это длилось уже несколько часов. Однако, в конце концов, он наткнулся на две фигуры, похожих на него. На них не было никакой видимой одежды, вместо этого, они, как и он, плыли, освещённые сияющим белым светом. У парня были изумрудно-зелёные глаза, растрепанные волосы и шрам в виде молнии на лбу. У девушки же, напротив, глаза были льдисто-голубого цвета и коса, сплетённая из светлых волос. Девушка, казалось, шокировано глядела на него, а затем он почувствовал, как она обхватила его, крепко сжимая в объятиях. Он почувствовал её слезы, но продолжал стоять в замешательстве, так и не притронувшись к ней в ответ. — Блейз, — прошептала девушка. — Слава богу, мы нашли тебя. Мы здесь, чтобы помочь, мы постараемся вернуть тебя. На мгновение воцарилась тишина, а затем парень проговорил: — Кто ты? И кто он такой? Он почувствовал, как она крепче сжала его в объятиях, взглянув в его лицо. Её собственное, казалось, было искажено болью, а затем он посмотрел на парня, на лице которого играла ухмылка. — Раньше такого не случалось, — он покачал головой. — Меня зовут Гарри Поттер. Эта девушка — Дафна Гринграсс, она — твоя лучшая подруга. — Даф-на, — повторил парень. — Я слышал это имя раньше и другое имя тоже, Трейси. Кто она? И кто я? — Трейси, — начала девушка по имени Дафна. — Она — наша подруга и твоя девушка. А ты… тебя зовут Блейз Забини. — Блейз За-би-ни, — медленно проговорил парень, отчаянно пытаясь понять, что происходит. — Что со мной случилось? Где я? — Мы в твоей душе, — заявил зеленоглазый. — Или, по крайней мере, я так думаю. — Касательно того, что случилось… — мягко произнесла Дафна. — Ты был ранен или что-то вроде того. Твоя душа была расколота, когда ты пытался защитить меня и Трейси. Мы здесь, чтобы собрать твою душу воедино. — Расколота? — прошептал парень, вспомнив прежде увиденные им осколки, которые лежали вокруг ямы в месте его упокоения. Он покачал головой, пытаясь успокоиться, а затем продолжил: — Идите за мной. Прошло много времени, а может, и нет, здесь оно не имело никакого смысла, пока они добрались до места, которое парень называл Тенью. Единственное тёмное пятно в белой пустоте. Это место пугало его, оно было чёрным, как ночной кошмар и что-то постоянно нашёптывало ему: ужасные вещи о его смерти, тихие крики наполняли его всякий раз, когда он приближался к этому пятну. На глубине этой чёртовой штуки лежали мерцающие осколки, до которых он никак не мог добраться. — Вот, что раскололось при нападении, — осторожно заговорил зеленоглазый парень, выглядывая за края Тени. — Похоже на то, — тихо вторила ему Дафна. — Хорошо, — ответил тот парень, натянув маску уверенности. — Подожди меня здесь с Блейзом, а я соберу осколки. Я вернусь через секунду, — парень наблюдал за тем, как зеленоглазый прыгнул в Тень. Однако его попытка продлилась недолго; раздались крики и его буквально выкинуло оттуда. — Гарри! — вскрикнула Дафна, подбежав к нему и проверяя его на наличие травм и ушибов, но он лишь мягко улыбнулся ей и качнул головой. — Я в порядке, — сказал он, с трудом поднявшись на ноги. — Это оказалось не так просто, как я думал. — Это потому, что он не доверяет тебе, — заговорила Дафна. — Ты помнишь, что я говорила тебе о том, что это должен сделать кто-то, кому он доверяет, иначе ничего не получится? Это должна быть я. — Я ни за что не позволю тебе спуститься туда одной, — запротестовал зеленоглазый парень, схватив Дафну за руку и с беспокойством глядя на неё. — У нас нет другого выбора, — сказала девушка, а затем улыбнулась. — К тому же, я уже большая девочка и могу сама о себе позаботиться, — а затем парень почувствовал, как Дафна посмотрела на него. — Думаю, если ты пойдёшь со мной, я помогу тебе покинуть это место раз и навсегда. — Нет, я не хочу идти. Не хочу. Я не… — парень закачал головой. — Блейз, мне нужно, чтобы ты доверился мне. Клянусь жизнью, что я не позволю, чтобы что-то случилось с тобой, — Дафна мягко взяла его за руку. Он удивлённо посмотрел на неё, а затем медленно кивнул. В её присутствии ему было не так страшно. — Блейз, — тихо проговорила Дафна, когда они подошли к краю Тени. — Как ты думаешь, ты сможешь создать верёвку для нас? Парень напряжённо задумался, а затем толстая, туго завязанная верёвка появилась на краю Тени. — Гарри, не отпускай эту верёвку, — обратилась она к парню со шрамом. — Когда я потяну за неё, сразу же вытаскивай нас. Зеленоглазый кивнул, выражение беспокойства всё ещё не покидало его лицо. Дафна обняла его и прошептала: — Я вернусь, я обещаю. Хорошо, Крылатик? — Я буду крепко держать тебя, принцесса, — ответил тот с лёгкой усмешкой. Дафна, крепко ухватившись за верёвку, повела Блейза вниз.***
POV Дафна Гринграсс
Чем глубже они спускались с Блейзом вниз, тем сильнее ей хотелось, чтобы Гарри оказался рядом. Бездна походила на внутренности огромного дементора, а в её голове проносились мучительные мысли, прежде всего, связанные с Асторией. Тем не менее, единожды взглянув на лицо Блейза, наполненное страхом и ужасом, Дафна вырвалась из своих печальных дум. Она попыталась воспроизвести все счастливые воспоминания, связанные с Трейси и Блейзом, и, хотя они немного развеяли страх, лишь одно воспоминание полностью избавило от него — глупая улыбка, появившаяся на лице Гарри, когда они поцеловались второй раз. — «Чёрт бы тебя побрал» — с усмешкой подумала Дафна, и, подняв палочку, произнесла: — Люмос! — на конце древка загорелся огонёк света, но он никак не осветил окружающую тьму, и девушка, прокляв всё на свете, повернулась к Блейзу, который всё ещё дрожал от страха. — Кажется, нам придётся делать это в темноте. Блейз, посмотри на меня, пожалуйста, я не смогу сделать это без тебя. Когда они достигли дна пропасти, на лице темнокожего юноши появилась решимость. Тень, как называл её Блейз, была невероятно глубокой. Дафна подняла голову в надежде увидеть ободряющую улыбку Гарри, даже не смогла разглядеть яркий свет. Однако не было смысла сосредотачиваться на чём-то, чего она не могла изменить, и поэтому, набравшись решимости, Дафна, а вместе с ней и Блейз, принялись рыскать по дну в поисках осколков его души. Отсутствие ощущения времени в измерении души Блейза было кошмарным явлением для такой девушки, как Дафна, которая могла уследить за его течением даже лучше, чем некоторые часы. Она не была уверена, прошли секунды или часы с тех пор, как они опустились в яму, но, наконец, искра надежды заполнила её, когда она увидела слабый отблеск осколка его души. Дафна медленно подняла его со дна и увидела в отражении воспоминание Блейза о его первом поцелуе с Трейси. На её губах заиграла улыбка, когда она увидела, как он что-то произнёс, и, судя по всему, это была абсолютная чепуха — Дафна не могла этого слышать — а затем Трейси схватила его за галстук и, притянув к себе, поцеловала. Часть Дафны чувствовала себя виноватой за то, что увидела личное для них обоих воспоминание, но оно словно повысило температуру, сделав неуютную и холодную яму теплее. — Я не уверена, что ты должен сделать с ним, — произнесла Дафна, подойдя к своему другу и протянув ему осколок. — Но держи его близко к себе и, возможно, ты поймёшь, как с ним быть. Когда она вложила осколок в руку Блейза, он немного покрутил его, а затем, к изумлению Дафны, он поднёс его к своему виску, вонзив осколок туда. Дафна подумала о том, что это ужасно, но эта мысль ненадолго задержалась в её голове, когда она увидела, что темнота бездны немного рассеялась, пропустив слабый луч света. — Трейси, — произнёс Блейз, а по его щеке скатилась слеза, которую он сразу же смахнул. — Давай найдём остальные осколки, мне нужно вернуться домой, где бы ни было это место. Дафна кивнула, и они продолжили поиски. Осколок за осколком, воспоминание за воспоминанием, Дафна и Блейз бродили по медленно освещающейся бездне его раздробленной души. Дафна стала свидетелем некоторых неприятных воспоминаний: как мать выгнала его на улицу в грозу, потому что у неё в гостях был богатый мужчина. Как он впервые встал на защиту Трейси во время первого учебного года, за что его потом унижал Малфой и его дружки. Нападение на Хогсмид. Дафна видела всё это. Однако среди плохого было и хорошее: как они втроём пекли печенье на Рождество, как Блейз впервые получил свою палочку. Когда они обнаружили последний осколок — Дафна так и не поняла, плохое это воспоминание или хорошее — где было воспоминание о похоронах отца Блейза, и он тут же снова вставил этот осколок себе в голову, бездна засветилась ещё ярче, пока их не окутало ослепительное белое сияние. Часы, дни, месяцы… по правде говоря, Дафна знала, что в бездне они провели не больше нескольких минут, и, к тому моменту, когда бездна исчезла, а воспоминания Блейза осветили самые тёмные её уголки, Дафна почувствовала себя более измученной, чем когда-либо прежде. Неожиданно она почувствовала крепкие объятия, в которых её сжимал Гарри, и она облегчённо улыбнулась, опустив голову на его плечо. — Я думал, что потерял тебя, — тихо прошептал Гарри её на ухо. — Что случилось? — мягко спросила Дафна. — Я не знаю, — ответил Гарри. — Я ждал на краю, чтобы вытащить вас, когда неожиданно Тень взорвалась. Я думал, что вы оба исчезли, но потом вы с Блейзом просто появились из очередной вспышки света. — Блейз, — нервно пробормотала Дафна. — Где он? — Сюда, — раздался голос Блейза. — Что, чёрт возьми, со мной случилось? Я помню нападение на Хогсмид, а потом… — Это долгая история, — улыбнулась девушка. — Я расскажу тебе всё, когда мы отсюда выберемся, — Блейз кивнул и Дафна, улыбнувшись, взяла Гарри за руку и обратилась к нему: — Начинай, когда будешь готов. Гарри кивнул и, облегчённо выдохнув, произнёс: — Финита. Казалось, что их будто засасывает в унитаз, пока они сжимались и расширялись, уменьшались и увеличивались, покидая душу Блейза. К счастью, это продолжалось недолго, и они «вылетели» из его головы, приземлившись на пол. Дафна повернулась к Гарри и искренне подумывала о том, чтобы поцеловать его, совершенно наплевав на то, что здесь находилась Трейси, но она подавила в себе эту идею, услышав дрожащий голос своей подруги. — Не приближайтесь к нему ни на шаг, чудовища. Дафна быстро повернулась, глядя на неё, и увидела, что её подруга сжимает палочку, направляя её на трёх Невыразимцев, которые, несмотря на маски, скрывающие их лица, всё равно умудрялись выглядеть разъярённо. Дафна хотела встать, чтобы помочь подруге, но изнеможение, охватившее всё её тело, не позволяло даже поднять руки, не говоря уже о том, чтобы встать. Гарри же, по крайней мере, смог ухватится за поручни медицинской койки Блейза и подняться на ноги. Всё его тело дрожало от усталости, и, несмотря на то, с какой яростью он смотрел на Невыразимцев, ни о каком сражении не могло идти и речи. — Опусти свою палочку, девочка, — прорычал один из них. — Мы предупредим Мракоборцев, когда они прибудут, что ты оказала сопротивление, что только добавит тебе обвинений при твоём аресте. — Отвали! — прорычала Трейси в ответ, а гнев, исходящий от её тела, был почти осязаем. — Это вы должны быть в Азкабане за то, что сделали с Блейзом! — То, что Невыразимцы делают с подопытными, тебя не касается, девочка, — заговорил другой мужчина. — А теперь, опусти палочку. — Подопытный! — яростно прокричала Трейси. — Ему нужна была помощь! Его не нужно было препарировать во имя науки! Размеренный стук каблуков становился всё ближе и ближе, пока вскоре на пороге не появился длиннобородый директор школы. — Прошу прощения за задержку, эти дряхлые кости не позволяют передвигаться с такой же скоростью, как в юности. Я умоляю вас всех сложить свои палочки и спокойно обсудить события, о которых идёт речь, — Дамблдор шагнул вперёд, встав в одну линию с Невыразимцами. Аура его магической силы, видимо, было достаточной для того, чтобы один из мужчин выронил палочку, а остальные остались стоять, как вкопанные, словно их лишили их мужского достоинства. Даже Дафна почувствовала дрожь, пробежавшую по её позвоночнику, сидя напротив столь сильного волшебника, как Дамблдор. Она отвела взгляд, когда директор принялся осматривать изувеченное тело Блейза. На мгновение на его лице появилось отвращение, которое тут же сменилось привычным, когда он повернулся к Невыразимцам. Однако прежде, чем Дамблдор успел что-либо произнести, Блейз, скрипучим голосом, прошептал: — Трейси… Она сразу же уронила палочку на пол и подбежала к нему, взяв его за руку и он, впервые за несколько месяцев, открыл глаза. Дафна почувствовала, словно с неё спал тяжёлый камень, мешавший ранее дышать полной грудью. — Я здесь, Блейз, я здесь. — Прости, — произнёс он, и его голос звучал ужасно из-за долгого молчания. — Ты плачешь… я не хотел так сильно беспокоить тебя. Я просто хотел, чтобы ты была в безопасности. — Сейчас меня это не беспокоит, — ответила Трейси, качнув головой, слёзы всё ещё текли по её щёкам. — Теперь ты вернулся. Это всё, что имеет значение. — Это невозможно, — сказал один из Невыразимцев. — Он не должен был вернуться, его душа была расколота. — Да ну, — ответил Гарри, усталость на лице которого была заметнее, чем у Дафны. — Делать невозможное — это моё второе имя. — Что ж, — заговорил Дамблдор. — Учитывая, что мистер Забини очнулся, я не вижу больше причин вашего нахождения в Хогвартсе. Я немедленно пошлю весточку министру Фаджу и распоряжусь, чтобы мистера Забини перевезли в Мунго для дальнейшего лечения. Надеюсь, что Министерство как можно скорее уберёт всё своё оборудование из моего Больничного крыла. — Ваши студенты нарушили закон, профессор Дамблдор, — заговорил Невыразимец, набравшись храбрости. — Мы требуем, чтобы вызвали Мракоборцев и арестовали этих троих за незаконное проникновение и прерывание процесса исследования Отдела Тайн. — Я бы мог это сделать, — кивнул Дамблдор. — Однако, лорд Блэк, мадам Боунс и, без сомнения, леди Вэнс, скорее всего, проголосуют за то, чтобы не обвинять Гарри Поттера и его друзей в преступлении, учитывая, что они спасли жизни мальчика, которого вы хотели её лишить. А также, учитывая, что я, как Верховный Чародей Визенгамота, выдвину предположение о том, что вместо того, чтобы лечить мальчика, вы использовали его в качестве подопытного кролика для своих экспериментов. Что я хочу до вас донести… я бы сказал, что это не в ваших интересах, чтобы Визенгамот вмешивался, и, вместо этого, было бы лучше, чтобы вы ушли отсюда, с присуждённой ложной заслугой о том, что вам удалось вылечить мистера Забини от неизвестной болезни. Дафна стиснула зубы. Она понимала, что у Невыразимцев, скорее всего, не было особого выбора, так как прохождение через Визенгамот стало бы не самым приятным юридическим процессом, даже, если бы у них были сильнейшие аргументы и доказательства. Она также понимала, что, если бы Невыразимцы покинули Хогвартс без всякой причины, то это вызвало бы большой шквал вопросов. Хотя ей не хотелось прекращать свои исследования, улыбка, появившаяся на лице Трейси, когда она с любовью и облегчением посмотрела на Блейза, напомнила Дафне, что она делала это не ради славы. С трудом сглотнув, она наблюдала за тем, как Невыразимцы, рыча, покидают комнату. — Должен признать, — заговорил Дамблдор. — Вы с мисс Гринграсс — довольно грозная команда, мистер Поттер. Я уверен, что твои родители гордились бы тем, что за учебный год ты совершил не один, а целых два невозможных подвига. Гарри слегка улыбнулся, а затем, когда он кивнул, Дамблдор снова заговорил: — Теперь я собираюсь позаботиться о том, чтобы мистеру Забини был оказан должный уход. Когда Дамблдор покинул комнату, Дафна повернулась к Гарри, ей так много хотелось ему сказать, но единственное, на что её хватило, это: — Гарри, я… — Я знаю, — ответил он, слегка улыбнувшись. Затем, обратившись уже не к ней, он произнёс: — Кикимер! — эльф с хлопком появился рядом с ним, и Гарри, полным усталости голосом, обратился к домовику: — Можешь, пожалуйста, отвести меня к постели? Мне нужно вздремнуть. Кикимер низко поклонился, но прежде, чем они трансгрессировали, Гарри повернулся к Трейси и, из последних сил, произнёс: — С Днём святого Валентина, Трейси, — и с этими словами он исчез вместе с домовиком. — Он ушёл прежде, чем я успела поблагодарить его, — заговорила Трейси, на что Дафна лишь коротко улыбнулась. — Да, — тихо ответила она, усевшись в кресло и смотря на то место, откуда пару мгновений назад трансгрессировал Гарри. — Вот такой вот он.
