Мои раны — твои шрамы

      Больница приняла платёж Сайка без лишних вопросов: всё же это не могло никому навредить, а потому проверялось лишь для галочки. Завершив все дела, парни вернулись в Элефтер.       Стоя в лифте рядом с Сайком, Вейро непроизвольно вспомнил тот день, когда они застряли тут в полной темноте. Прикосновение тёплых пальцев и нежные поцелуи даже сейчас ощущались как наяву. Вейро судорожно вздохнул и искоса взглянул на Сайка — его явно не терзали те же воспоминания. Злясь и на себя, и на него одновременно, Вейро перевёл взгляд на информационную панель лифта, словно его очень интересовал прогноз погоды на день.       Пребывание под солнцем в самый разгар жары было малоприятным, и первым делом после возвращения Вейро принял душ. Чувствуя себя в разы свежее, он надел свободные штаны и понял, что забыл взять новую рубашку, поэтому накинул на плечи полотенце, чтобы скрыть шрам на спине. Он делал так дома, не желая напоминать отцу о давнем скандале, и привычка так и осталась. Мысль об этом напомнила недавний разговор о матери.       Вейро достал из шкафа рубашку и собирался вернуться в ванную, чтобы обработать последнюю рану, начавшую благополучно затягиваться, но услышал голос Сайка:       — Откуда у тебя новый шрам?       Вейро одёрнул полотенце в бессмысленной попытке прикрыть бок. Надо же, какой внимательный.       — Действительно, откуда же он может быть? — процедил он сквозь зубы. В ванной Вейро достал спрей-антисептик и заживляющую мазь из шкафчика над раковиной.       Сайк бесшумно проскользнул в комнату и встал у закрытой двери, наблюдая за его манипуляциями. Вейро ощутил себя в ловушке.       — Он появился из-за того, что я рассказал тебе про «Обливиум»? — задал вопрос Сайк. Вейро ненавидел видеть его таким серьёзным, потому что ни к чему хорошему это ещё не приводило. Их прошлый разговор, из-за которого и появился этот шрам, проходил в этой самой ванной. Ситуация была очень похожей: закрытая комната, напряжённая атмосфера. Вейро начинал злиться, едва только вспоминал, каким ничтожеством чувствовал себя после того случая, но с усилием промолчал, надеясь, что Сайк отстанет.       Не помогло.       — Слушай, я уважал твоё нежелание говорить об этом, но ты ведь тоже чувствуешь, как это висит над нами. Так что выскажи мне всё, что думаешь. Давай, я же сволочь, скотина, придурок.       — Ещё какой придурок, — с чувством согласился Вейро и, отставив в сторону пузырьки с лекарствами, повернулся к Сайку. — Полнейший.       — Ладно, это я заслужил.       — Конечно заслужил. Ты собирался отдать меня в сексуальное рабство какому-нибудь садисту!       — Должен был. Но я бы не смог, — Сайк начал приближаться, и Вейро отступил назад. Он не чувствовал опасности от Сайка, но не хотел, чтобы он подходил, не хотел сокращать такое безопасное расстояние между ними.       — Уже через пару дней забыл бы о моём существовании. Или, подожди, пара дней — это слишком много?       — Не говори о том, чего не знаешь.       — Да я вообще о тебе ничего не знаю, — выпалил Вейро и тут же пожалел, когда на губах Сайка появилась невесомая улыбка.       — А тебе бы хотелось узнать?       От его взгляда, прямого и открытого, жар разливался по телу. Вейро испугался своей реакции, взгляд метнулся к двери.       — Нет, не хотелось.       — Из-за чего ты так злишься?       Контрастно-ровный голос Сайка выводил Вейро из себя. Как он мог выглядеть таким уверенным, этот идиот с дурацкой улыбкой?       — Ты обманывал меня.       — Ни словом. Не говорил всего, но не обманывал. После нашего поцелуя всё — абсолютно всё — было по-настоящему, — Сайк сделал последний шаг и остановился в нескольких сантиметрах от Вейро. Тот почувствовал, что мысли предательски заостряются на воспоминаниях о поцелуе.       — Ты такой придурок.       — Наверное. Но я тебе нравлюсь.       Сердце подпрыгнуло в груди. Вейро попытался оттолкнуть Сайка и уйти, но тот перехватил его руку и вывернул её за спину, прижимая Вейро лицом к стене.       — Отпусти! Бесишь…       — Или ты бесишься, потому что я тебе нравлюсь, и ты боишься себе в этом признаться, — шёпот Сайка звучал под самым ухом, и Вейро замер в невольном ожидании, затаив дыхание. Чужие губы коснулись обнажённого плеча, язык прочертил дорожку выше, к шее; зубы, дразня, прикусили мочку уха.       Вейро с потрясением ощущал, как прикосновения Сайка, подобно яду, проникают под кожу и разжигают кровь; как этот яд врезается в сердце, заставляя его трепыхаться, как в последний раз.       Из приоткрытых губ вырвался удивлённый вздох.       Вейро не понимал, почему до сих пор бездействовал. В голове крутились слова Сайка: «Я тебе нравлюсь». Вот уж нет!       — Ты принимаешь желаемое за действительное, — Вейро хрипло рассмеялся, зная, как эта фраза выбесит Сайка. В прошлый раз выбесило, и этот раз не стал исключением.       Злясь, Сайк укусил Вейро в основание шеи. Укус далеко не приятный, но Вейро застонал сквозь сомкнутые губы. Боль смешивалась с возбуждением, с противоречивыми чувствами внутри него, со страхом, что Сайк окажется прав.       Рука за спиной затекла, но когда Вейро сделал попытку вырваться, Сайк лишь заломил её сильнее, вызывая болезненное шипение и негромкий поток ругательств. Впрочем, не таких уж искренних.       Ощущение беспомощности в руках Сайка сдирало барьеры, которые Вейро выстроил вокруг себя.       Будто это не он желал быть здесь и сейчас. Будто не он желал, чтобы Сайк перестал нежничать, содрал с него одежду и взял его около этой самой стены.       Нет, словно бы его удерживал Сайк, и вся ответственность за последствия лежала на нем. Если бы после этого в жизни Вейро что-то пошло не так, виноват бы в этом был не он сам.       Факт собственной зависимости срывал крышу.       Вейро снова выругался, когда Сайк до крови прокусил кожу — рана саднила, но Вейро забыл о ней, когда горячий язык Сайка принялся её зализывать. Он старался быть тише, помня о Зери за незапертой дверью, но даже эта мысль заводила.       Свободная рука Сайка коснулась груди Вейро, опустилась вниз, торопливо расстегнула пуговицу джинсов и проникла под одежду. От грубоватых прикосновений к возбужденному члену голова шла кругом. С тихим стоном Вейро прислонился лбом к холодной стене, тяжело дыша, прогнулся в спине от очередной ласки Сайка и поясницей почувствовал его стояк.       Заломленная рука отозвалась болью.       — Отпусти руку.       Сайк выполнил просьбу. Его освободившаяся рука тут же обхватила талию Вейро, царапнула соски короткими ногтями.       — Если только не попробуешь снова сбежать, — невнятно ответил он — его губы были заняты оставлением темнеющих отметок на нежной коже.       — Зависит от твоего поведения, — почти на автомате бросил Вейро — способность мыслить стремительно покидала его с каждым движением рук Сайка.       — Обещаю вести себя хорошо.       От его голоса и многообещающих слов пошли мурашки по телу.       — Заткнись уже, — собственный голос казался чужим.       Сайк вжался в Вейро бёдрами, и это словно стерло последние крохи терпения обоих. Он сдернул с Вейро джинсы. Прохладный воздух обжёг обнажённую кожу, но это была ерунда по сравнению с холодными, покрытыми лубрикантом пальцами, проникшими внутрь.       Вейро рассмеялся, когда в голову пришла забавная мысль:       — Ты всегда носишь его с собой?       — Ты же чокнутый, — тихо объяснил Сайк, Вейро чувствовал его прерывистое дыхание кожей. — Тебе сложно нормально сказать: «Трахни меня». Ты предпочитаешь закатить скандал. Вот и приходится быть готовым ко всему. Кто знает, когда…       — Лучше заткнись! — прошипел Вейро. Сайк укусил его под ухом. — Кто из нас ещё чокнутый…       Сайк хмыкнул и убрал пальцы, другой рукой погладил поясницу Вейро:       — Определённо ты. Расслабься, чокнутый…       Сзади послышался шорох снимаемой одежды. Вейро упёрся руками в стену, стараясь расслабиться. Сайк входил аккуратно, но дискомфорт, граничащий с болью, заставил до крови прикусить губу.       Сайк поцеловал его между лопаток — на этот раз мягко, расслабляя оголённые нервы. Последним толчком вошёл полностью и тихо застонал, начал двигаться. Изначально плавные движения переросли в ритмичные рывки, отдаваясь жаркими вспышками в теле. Вейро до побеления впивался пальцами в трещины между плитками на стене ванной, хватал ртом душный воздух.       Левая рука Сайка накрыла его руку, переплетая пальцы, и это зрелище заставляло сердце трепетать. Другая его рука прикоснулась спереди, доводя Вейро до исступления.       Несколько грубых движений, и он с низким стоном излился: слышал сейчас их Зери или нет — ему было всё равно. Сайк продержался чуть дольше и обессиленно навалился на его спину. Вейро краем мысли отметил, что они дышат в унисон — глубоко и тяжело.       Наконец он отстранился, взял первое попавшееся полотенце и вытер сначала внутреннюю часть бедер, затем стену, и бросил полотенце в сторону стиральной машинки. Ноги всё ещё были ватные, а от жара их тел и дыхания воздух в комнате стал душным.       — И всё-таки ты чокнутый, — улыбнулся Сайк.       Вейро открыл рот, чтобы ответить что-нибудь едкое, но его мгновенно заткнули поцелуем. Сайк удерживал его затылок, не позволяя отстраниться, и не осталось ничего иного, кроме как позволить себя целовать. Наконец Сайк отстранился.       — Ничего не говори, — сказал он с такой дразнящей улыбкой, что Вейро невольно засмотрелся. И почему у этого парня даже самые обычные вещи выходили сексуально? — Когда ты открываешь рот, кто-то из нас остаётся со шрамами.       То есть теперь он виноват?!       Вейро с возмущением набрал в лёгкие воздух, но его снова заткнули поцелуем. Он сделал попытку оттолкнуть Сайка, но тот лишь сильнее прижал Вейро к себе, сжимая его в руках почти до боли.       Поцелуй длился так долго, что злость сошла на нет, а Вейро уже начинал подумывать о том, чтобы повторить произошедшее чуть ранее.       Сайк медленно отстранился и вкрадчиво сказал:       — Еще одна попытка, и я расценю это как желание снова поругаться. И перейду сразу к части с примирением.       Вейро с трудом оторвал взгляд от его губ. Он бы и не против перейти к части с примирением, но играть по правилам Сайка не позволяла гордость. Приходилось злобно молчать.       Вейро всё-таки обработал шрам на боку, отмахиваясь от стремящегося помочь Сайка, и они оба вышли из ванной. Зери сидел в наушниках и, судя по экрану планшета, смотрел какой-то фильм.       — Скукотища, — проворчал он и снял наушники, когда увидел соседей по комнате. — Эй, народ, можно вас на пару минут?       Вейро внутренне подобрался, заранее предчувствуя, о чём будет разговор. Очевидно, что Зери всё слышал. Ощущая неловкость, он взглянул на Сайка. Тот виновато улыбнулся и подошёл к Зери, пришлось последовать его примеру.       — Я хотел спросить, — абсолютно спокойно начал Зери. — Так вы, парни, типа, встречаетесь?       — Типа того, — ответил Сайк, за что тут же удостоился неодобрительного взгляда Вейро.       — Я с тобой не встречаюсь.       — Он просто упрямится, — улыбнулся Сайк. Вейро подумал, что очень хочет стереть эту улыбка с его лица.       — Я просто хотел сказать, что мы с вами взрослые люди и вы могли бы предупреждать, когда вам нужна комната. Это нормально, — мягко сказал Зери, и эти понимающие нотки в его голосе действовали Вейро на нервы. Что он там себе вообразил? Да ни черта он не понимает. Даже они сами не понимали, что происходит между ними, а Зери сделал выводы на основе пары случаев и теперь строил из себя заботливого соседа. И то, как предательски вспыхивало тело при воспоминании о паре этих самых «случаев», доводило Вейро до грани.       Сайк же просто рассмеялся:       — Хотел бы я и сам знать, когда нам может понадобиться комната, но он жутко непредсказуемый парень.       Последняя капля.       — Какой же ты придурок… — выплюнул Вейро и вышел из комнаты, жалея, что в очередной раз пошёл на поводу у гормонов и переспал с таким кретином, как Сайк. Едва только происходило что-то хорошее, тот сразу же начинал бесить, восстанавливая равновесие. Интересно, он с каждым вот так обсуждал свою личную жизнь? Потому что тогда было бы понятно, почему слухи об их отношениях в «Обливиум» попали даже раньше, чем сам Вейро. Конечно, Уайш сказал, что их принёс Ширики, но теперь это казалось сомнительным.       Больше всего сейчас хотелось хорошенько вмазать Сайку по болтливой морде, но пока что все их ссоры заканчивались грёбаным сексом.       Едва не сбив парочку студентов, Вейро пересёк коридор и, достигнув холла, вышел в лоджию. Одно окно было открыто, хоть и зарешечено, и воздух внутри маленького стеклянного помещения напоминал пустыню. Безумно хотелось закурить, и Вейро заглянул в соседнюю лоджию, чтобы стрельнуть сигарету, после чего вернулся в пустую и затянулся. Руки дрожали от гнева, но и он должен был скоро отступить.       Вейро ненавидел курить. Эту привычку он подцепил от Ширики, и каждая сигарета неизменно напоминала о нём, но в моменты эмоциональных всплесков руки сами тянулись по старой привычке. Собственная пачка сигарет всегда валялась в рюкзаке. Просто на всякий случай.       Сайк, сам того не зная, подкинул новый способ борьбы с гневом, но в данный момент бесила даже мысль об этом способе.       Лёгкий на помине, в лоджии показался Сайк. Вейро старался не смотреть на него — злил даже вид его лица. Он сделал глубокую затяжку и медленно-медленно выдохнул, облокотившись на высокий подоконник.       — Не понимаю, из-за чего ты бесишься, если это правда, — начал Сайк. — Наши отношения выходят за рамки просто секса.       — Ты можешь говорить не о сексе?       — Могу, — удивительно легко согласился Сайк. — Давай поговорим о нас в другом контексте. Ты не хочешь встречаться? Почему?       Руки снова задрожали.       — Потому что ты меня раздражаешь.       — Снова ты за старое, — Сайк вздохнул, и они выдохнули одновременно. Вейро поймал себя на мысли, что его бесят даже такие мелкие совпадения.       Сайк будто один сплошной комок раздражающих вещей. Но затем он произнёс то, что полностью обезоружило Вейро:       — Ты мне правда нравишься. Кажется, я даже влюблён в тебя.       Вейро бросил на него быстрый взгляд, пытаясь разглядеть хоть намёк на шутку, но Сайк был предельно серьёзен. Когда он вообще в последний раз был настолько собранным? Разве что при разговоре с Катрайоной. Его взгляд словно проникал в душу. Потрясающий цвет бушующего моря. В душу заполз страх.       Вейро сделал последнюю затяжку — сигарета истлела почти до фильтра, и стряхнул пепел в окно, потушил.       Жара наконец прогрела тело и начала ощущаться в полной мере. Хотелось зайти обратно в коридор с кондиционерами, но уходить после такой фразы было бы жестоко, а Вейро не хотел быть причиной новых ран у Сайка — ещё помнил, чем всё закончилось в прошлый раз.       Поэтому он стоял и молчал. Не знал, что ответить.       Привязанности не вызывали ничего, кроме страха. Так было не всегда, но жизнь Вейро давно разделилась на «до» и «после» получения двух огромных шрамов на спине. Он до паники боялся наступить на те же грабли дважды и не меньше — стать причиной подобных ран. Он не хотел больше иметь дело с чувствами, но, похоже, для Сайка было уже поздно безболезненно отступать.       — Это самообман, — осторожно попытался переубедить его Вейро. — Что во мне могло тебе понравиться? Мы только и делаем, что постоянно ругаемся и бесим друг друга без повода.       Сайк невесело усмехнулся, и Вейро наконец перестал чувствовать на себе его пронзительный взгляд.       — Я бы тоже хотел знать, почему меня тянет к тебе чёртовым магнитом, но чувства возникают не почему-то, а вопреки здравому смыслу.       Вейро сглотнул ком в горле.       «Чёртовым магнитом» — идеальное описание того, что происходило между ними двумя. Вот только Вейро скорее спрыгнул бы из окна лоджии, чем признался, что чувствует то же.       Тело пробрала нервная дрожь, и он сложил руки на груди, чтобы скрыть её. Он всегда ненавидел такие разговоры, хотя они и случались в его жизни крайне редко.       — Мы можем пока оставить всё, как есть? Я… — Вейро бессильно покачал головой. — Не могу.       — Без проблем. Если я просто могу быть рядом, меня всё устраивает.       Вейро с налётом удивления взглянул на Сайка, и тот закатил глаза:       — И правда, кого я обманываю?       — Зайдём внутрь? Здесь жарко, — неловко перевёл тему Вейро.       Возвращение в прохладное помещение ощутилось как перерождение.       — Кстати, нет планов на вечер? — спросил Сайк. — У меня сегодня есть кое-какая работа в одном из клубов, могли бы сходить вместе.