Пой, иволга, пой!

"Ты мой маленький лучик солнца во мраке злой ночи, И я даже против воли буду за тобой идти. Ты вытянешь меня, когда я упаду в бездну в сотый раз, И твой взгляд с огнем в них мне скажет больше, чем сотни фраз". Дазай поет для нее, перебирая мягкие рыжие локоны, пропуская их сквозь пальцы. Поет несколько фальшиво, с хрипотцой в голосе, но в этом неидеальном пении все идеально для Чуи, которая толком и проснуться ещё не успела и для которой это пение кажется продолжением сна. Девушка улыбается сквозь сон, протягивает руку и обнимает молодого человека. Солнце касается лучом ее щеки и медленно проводит еле ощутимым теплом до глаза и кончика носа, всё-таки вырывая Накахару из сна и заставляя открыть глаза. И сразу же, пусть и немного расплывчато, перед ней предстает лицо Дазая, который продолжает тихо напевать. -Впервые слышу... Эту песню...-хрипло выдает Чуя, щурясь. -Взял слова из головы. "Из сердца, если быть точнее". Чуя смеётся в ответ и тянет руки к потолку, сладко зевая и зажмуриваясь. Они наслаждаются круглосуточно обществом друг друга уже три дня - цифра приблизительная, потому как оба умудрились настолько увлечься отдыхом, что потерялись во времени окончательно. Посиделки до ночи, сон в обед и пробуждение в непонятно во сколько - то ли поздно ночью, то ли очень рано утром - построили из себя лабиринт, из которого влюбленные не скоро выберутся, да и вряд ли собираются в ближайшее время. С приездом Чуи не только пропал изменился распорядок дня, но и заметно преобразилась комната Осаму: девушка навела небольшой порядок. Под "небольшим" порядком имеется в виду вынос мусора и расстановка всего более-менее на свои места́, ну или нахождение для части этого "всего" ме́ста. В воздухе по всему дому витает лёгкий аромат любимых духов девушки, что подарил ей Дазай на два года отношений, на тумбочке - некоторое количество "женских штучек". Казалось бы, обычные мелочи, но от этого в квартире стало так уютно, что даже у Огая появилось тепло меж рёбер. Мори, кстати, что и до этого относился к Чуе как к дочери, в эти дни в полной мере превратился в самого настоящего отца. Заботливо оставленный завтрак (для обоих, конечно же), проверка самочувствия, порой даже разговоры по душам, если Осаму приходилось-таки куда-то уходить - все это, с каждым разом больше и больше, сближало их и превращало в настоящих дочь и отца. * -Чуя, у меня к тебе такой вопрос... Интересный,-Огай осторожно, без малейшего стука ставит кружку на стол и улыбается. -Да?-Чуя делает то же самое, только без той осторожности, и по привычке склоняет голову чуть влево -готовится внимательно слушать. -А если я тебя дочкой называть буду, тебя это не смутит?-мужчина улыбается чуть шире, видя в голубых глазах удивление, а на щеках лёгкий румянец.-Только отвечай честно, не обижусь, если откажешься. -Нет, я только за!-быстро выпалив, Накахара дарит Мори улыбку в ответ. -Отличненько. "Ну что за чудо..."-мелькает в голове доктора. Наблюдая за танцем счастливых искр в глазах девушки, он снова берет в руки кружку и легко касается губами края, скрывая очередную улыбку.