Просчёт

      Венди резко распахнула глаза и села. Вокруг был лес, очень похожий на то место, где она была до этого. Позади были видны привычные очертания гор. Тем не менее, там, где раньше стояла хижина, сейчас было пусто. И рядом не было ни следов её тренировок, ни знакомых запахов.       Венди была абсолютно одна.       — Папа?.. — она медленно поднялась на ноги, настороженно оглядываясь по сторонам. — Папа, где ты?       Сейчас при свете дня найти его не составило бы проблемы. Заметить бы хотя бы знакомый запах… но ощущение было таким, будто отец в этом месте не был никогда.       Как же странно. Венди была уверена, что она стояла там же, где и всегда, но это место она решительно не узнавала. К горлу подступала паника.       — Папа?..       И слёзы. Сейчас она наконец-то вспомнила, что произошло вчера. Поначалу, когда она только-только проснулась, воспоминания были смутные и похожие скорее на сон. Но чем дольше она думала, тем отчётливее вспоминала.       Это и правда случилось. Она услышала голос незнакомой женщины и… всё исчезло. Не осталось ни следов того, что для Венди было частью её жизни. Лишь более-менее знакомый ландшафт.       Неужели магия незнакомки стёрла всё, что было дорого для Венди?..       — Папа! Папа, где ты! — не в силах больше стоять, Венди рванула вперёд, надеясь, что если слегка пройти вглубь леса, то она наверняка найдёт отца и остатки их дома. Они же не могли испариться, так? Магия работает как-то иначе!.. — Папа!       Но сколько она не бегала, ситуация не менялась. Лес вроде был знаком, но узнать его она просто не могла. Всё слишком сильно… изменилось.       Не изменилась только сама Венди.       Что же произошло?..       Венди, всхлипывая, уже не бежала. Она по инерции шла вперёд, смутно вспоминая, что где-то в той стороне располагалось человеческое поселение. Папа запрещал ей ходить туда, напоминая, что люди опасны — она только сейчас в полной мере осознала, насколько, — но, может быть, они его видели?.. Всё же папа при желании превращался в огромного чёрного дракона! Если он куда-то улетел, то его должны были заметить!       Может… там ей помогут его найти…       Вот только город она так и не нашла. После нескольких часов пути Венди наткнулась на старые руины, на которых от человеческого запаха не осталось ни следа. Если люди тут когда-то и жили, то покинули эти места задолго до появления Марвелл.       Всё было бесполезно. Она осталась совсем одна.       Венди села возле стены одного из зданий, подтянув колени к подбородку, и притихла, думая, что же дальше. В голове не было ни одной мысли, и с неба начинал капать дождь. У папы хороший нюх, так что он обязательно найдёт её, так?..       Но сколько бы она не сидела, небесный убийца драконов так и не появился.       Солнце исчезло за горизонтом, она выдохлась, проголодалась и встретила ночь, совершенно к ней не готовая.       — Дитя, как ты здесь оказалась? — Венди подняла взгляд наверх, не понимая, как она смогла пропустить появление человека. Это было не в её характере. Венди была очень внимательной.       — Я… потерялась, — не стала скрывать она. На глаза снова навернулись слёзы, и Венди шмыгнула носом, — я не могу найти папу.       — Бедное дитя… моё имя Роубаул. Не хочешь пока переждать в моей… гильдии?       Венди кивнула и протянула ему руку. Папа говорил, что не стоило доверять людям, но интуиция говорила, что сегодня можно. И кроме него не было никого, кто бы попытался ей помочь, так что… Венди решила сделать исключение.       — Угу.

***

      С того момента, как Венди оказалась в гильдии «Кошкин дом», прошло два года, и она так и не поняла, что на самом деле произошло той ночью. Она ждала, пока папа найдёт её. Она искала его сама. Но в итоге, независимо от того, что она делала, это ни к чему не приводило.       Она как была одна, так одна и оставалась.       Наверное, то же самое чувствовал папа, когда мама умерла.       Венди изменилась. Стала тише, вдумчивее. Благодаря гильдии она смогла путешествовать и продолжать поиски, но те всё никак не могли увенчаться успехом, и иногда Венди задавалась вопросом: что же именно то было за заклинание? Что оно с ней сделало? Оно и правда просто разрушило её жизнь? Зачем?       Зачем?       З а ч е м?       Ответ на это ей не мог дать никто, как и каких-то объяснений. Ни в одной книге не было сказано, что же за заклинание на ней тогда применили.       Венди не любила драконов, потому что знала, как те опасны. И ещё сильнее не любила волшебников, потому что именно они отняли у неё всё.       Это не мешало ей состоять в гильдии.       К горам она ходила каждую неделю, всё ещё надеясь, что проклятие развеется, и она снова увидит там отца и дом. Но чудо всё не происходило, и в какой-то момент она начала думать, что сама судьба смеётся над её фамилией.       Именно в один из таких походов она нашла яйцо. Белое, со странными узорами. Поначалу Венди думала, что это яйцо дракона, но по запаху совсем не похоже. Да и папа говорил, что у крылатых ящеров яйца значительно больше. Это же совсем маленькое.       … мини-дракон?.. Есть же мини-лошади, которых люди называют «пони».       Венди хотела разбить его, понимая, насколько опасно могло быть существо внутри. Сколько бед бы оно принесло людям, не способным защититься от дракона. Но яйцо, словно почувствовав её мысли, в тот же миг начало трескаться, и вот, несколько минут спустя, из него показалась белая мягкая лапа. Венди не считала себя специалисткой по части драконов, но даже она могла сказать, что это создание было на них не похоже. Это была… кошка?..       Венди, как зачарованная, потянулась к ней, поднимая котёнка на руки. Мягкая, тёплая, её хотелось обнять и унести. Венди и сама не поняла, как начала улыбаться.       Заводить кошку было плохой идеей, но мастер не возражал. И с тех пор у неё появилась напарница и первая близкая подруга — Карла.

***

      Карла была маленькой и трогательной. Венди обожала таскать котёнка на руках, искать ей милую одежду и гладить мягкую белую шерсть. Выпускать её из рук страшно не хотелось — казалось, кошка была ещё слишком хрупкой для этого мира, который мог причинить ей столько вреда.       В заботе своей Венди была гипернавязчивой и опекающей. Но это было семейным, так что ничего, выходящего за рамки, в поведении своём она не видела.       Венди с детства любила животных. Сколько себя помнила. Потому впустить в своё сердце маленький комочек счастья оказалось безумно легко. К кошкам у неё претензий не было — до чего же славные создания!.. чего не скажешь о драконах и людях.       Роубаул думал, что с появлением котёнка Венди станет более открытой и радостной. Она и стала!.. Отчасти. Когда ворковала над своей кошкой.       Её отдаление от людей же в итоге лишь усугубилось. Венди теперь, как и её отец когда-то, считала себя ответственной за чужую жизнь. Потому действовала аккуратнее и вдумчивее, подходила ответственнее к тренировкам. Но чем больше она о ком-то заботилась, тем больше видела в окружающих врагов.       Роубаул был бы рад помочь ей как-то, но даже к старику, когда-то приютившему её, Венди относилась с некоторой настороженностью и опаской. Словно бы и он в любой момент мог её предать.       Остальные «члены гильдии» встречали ещё более сдержанное отношение. Марвелл не смогла подружиться ни с одним из них, и старик опасался, что если так пойдёт и дальше, то маленькая убийца драконов никогда не научится находить друзей.       Стоило отправить её на новую миссию. Желательно, с другими волшебниками. Рядом было несколько небольших, но дружных гильдий, так что Венди наверняка найдёт там друзей. Стоило лишь поговорить с их мастерами.       … но затея провалилась. Венди посещала задания одно за другим, постепенно меняя свою детскую неуклюжесть на отточенность движений и профессионализм, но в её поведении никаких изменений не было. Наоборот, карие глаза становились холоднее, и Роубаул иногда замечал в девочке проблески цинизма — явно чего-то, что она подцепила у товарищей из других гильдий.       Ему больно было на это смотреть, но, возможно, Венди уже была потеряна. Изначально ещё совсем юная девочка не смогла смириться с тем, что её разлучили с собственной семьёй, и за это обозлилась на весь мир. И изменить это не могло уже ничто.       Но иногда он видел, как она улыбалась, возясь с Карлой. Как расчёсывала мягкую белую шерсть и что-то напевала, когда, как она думала, её никто не слышал.       У Венди была действительно добрая душа, но большинству людей увидеть её не грозило. Оставалось надеяться, что однажды она всё же встретит людей, что смогут её спасти.

***

      В королевстве Драгнов было тихо. Если честно, это было слегка странно, учитывая, что Акнология только прибыл и пока ничего не успел сделать, однако улицы столицы буквально фонили запахом ярости и смерти.       Видимо, Ирен успела насолить не только ему.       Поначалу он метался из стороны в сторону, пытаясь найти ребёнка, но нескольких бесплодных часов хватило, чтобы осознать, что толку от таких действий нет вообще. И тогда он задумался: кто мог похитить Венди?.. Вряд ли кому-то была нужна сама девочка — любые действия, направленные на неё, скорее всего являлись попыткой добраться до Акнологии.       И тогда вставал вопрос: кто мог это сделать. Первыми в голову лезли драконы, но крылатые ящерицы, насколько бы сильны они не были, не обладали способностями к пространственной магии. Пусть познания убийцы драконов в магической теории и были весьма скудными, он прекрасно знал, чего стоило ожидать от врагов, а чего — нет. Это Ирен Белсерион намертво вбила в головы всех драгонслееров.       И вот тут-то и становилось интересно. Если виноваты в произошедшем не драконы, то это дело рук людей. Имя Акнологии знали многие, однако его лично — единицы, имя Венди и вовсе не было известно никому из ныне живых. Мужчина позаботился о том, чтобы никто не смог добраться до его дочери… хотя бы какое-то время. Среди «единиц» — другие убийцы драконов, Ирен и её подчинённые.       Акнология больше не участвовал в боевых действиях, но он знал, что из того отряда, где состояли они с Диной, выживших не осталось. Один за другим погибли все, не сумев справиться с яростными противниками. Новых же драгонслееров Ирен давно не набирала. По крайней мере, информации об этом у него не было. Крылатые ящеры любили болтать во время боя, и об очередном «человеческом выкормыше» наверняка бы обмолвились.       Но почему? У Ирен закончились драконы для тренировок? Или она осознала, что это бесполезно, потому что общее число драконов Аракиташии так и не уменьшилось? По сути единственным, кто приносил хоть какую-то пользу на этой войне, был Акнология, который покинул их ряды. Поэтому она похитила Венди?       Или же дело было в чём-то ином?       В любом случае, разозлила она не только небесного убийцу драконов.       Акнология быстро миновал знакомые переулки и оказался на пороге королевского дворца. Стражи были убиты, никаких видимых повреждений на их телах он не видел, но они буквально фонили смертью, как и весь город позади них. На кого, чёрт возьми, нарвалась эта идиотка?..       Он нашёл её по следам из крови и тёмной магии на стенах. Это-то ладно — эту энергию явно отставил тёмный маг, пришедший ранее. Но Акнологии жутко не нравилась сама магия, пропитывающая дворец. Когда он ещё был в числе воинов королевства, этой дряни здесь не было. Что натворила Ирен? Во что она ввязалась?       И, что самое мерзкое, почему эта сила была так похожа на ту, что заставила Венди исчезнуть?..       Когда он увидел Ирен, он не медлил. Всего несколько секунд, и женщина была впечатана в стену, а сам он с силой сжимал её горло.       — Где она, — в лоб спросил он.       Ирен захрипела, хватая его за руку. На королевских одеждах ещё можно было заметить следы той же чёрной магии, что убила стражу. Кажется, это не первый её ласковый разговор за этот день.       — Ты жив?.. И откуда ты знаешь… Анну…       Акнология слегка приподнял брови: — Какая к дьяволу Анна? Где моя дочь! Я чувствую магию в этом месте — это ты её похитила! Где Венди? Отвечай, пока я не вырвал ту маленькую шваль, что под сердцем носишь ты.       Глаза Ирен испуганно расширились — кажется, она не думала, что он заметит. Срок был совсем маленький — живота было не увидать. Но Акнология достаточно много времени провёл с другой беременной женщиной, чтобы научиться замечать, когда чей-то запах неуловимо меняется.       От убийцы драконов такое не скрыть.       — Вижу, ты перешла дорогу не только мне, Ирен Белсерион, — Акнология замер и медленно обернулся назад. У противоположной стены стоял мальчишка в чёрных одеждах. Сам драгонслеер не дал бы ему больше двадцати, но он был уверен, что впечатление обманчиво. Слухами земля полнилась — о чернокнижнике Зерефе в Ишгаре слышали все. — Может, хотя бы ему повезёт услышать внятный ответ? Я от тебя его так и не добился.       — Ты ещё кто и что здесь делаешь.       — Полагаю, то же, что и ты? — он пожал плечами и направился в сторону двух драгонслееров. — Эта женщина взяла что-то, что ей не принадлежит. Я хочу получить это обратно.       «Что-то». Акнология прищурился, но никак комментировать это не стал. Ему не стоило лезть в это дело.       — Это всё Анна… — Ирен вывернулась, со всей силы толкая его в грудь, — да отпусти ты мою шею! Я не могу говорить!       Несмотря на то, что у него не было ни одной причины ей доверять, он всё же послушался.       Ирен рухнула на пол, пытаясь откашляться.       — Что вы знаете об Анне Хартфелии? — судя по всему, это имя ничего не сказало не только ему, но и чернокнижнику Зерефу. — Даже я не знаю, что именно она пыталась провернуть, но у Анны был способ уничтожить всех драконов. Осталось полгода. К концу полугода погибнуть должны были все.       Акнология приподнял брови: — И? Пусть бы поторопилась.       — Ты не понимаешь! А что насчёт наших драконов, союзников Драгнов? — Акнология не выглядел впечатлённым. Вот уж на кого ему и было плевать, так это на крылатых ящериц, к какому бы материку они не принадлежали. — А что насчёт людей, которые используют магию убийц драконов? Для мира драгонслееры — это те же драконы, но в человеческом обличье. Думаешь, её оружие пощадило бы детей?       А вот это уже заставило его напрячься: — Что у неё за оружие?       — Не знаю, — Зереф вздохнул, всем своим видом показывая, что этот разговор у них уже был, — но я точно знаю, что оно бы убило всех. Поэтому Анна придумала план, как спасти детей-драгонслееров. Тех, кто только начал обучение этой магии, чтобы в будущем сражаться и убивать наравне с нами. Я точно не знаю, как именно она настроила Врата Затмения, но…       — Погоди, эта Анна использовала что?!       Слава у Зерефа была страшная, потому даже Акнология отнёсся настороженно к тому, что он побледнел. Что это за штука?..       — Вижу, ты знаешь, о чём речь, — Ирен криво улыбнулась, — для незнающих поясню: Врата Затмения — артефакт, который способен отправить людей в будущее. Анна нашла детей, которых воспитывали драконы, и использовала слепки их магии, чтобы перенести их в безопасное место. Они должны появиться, когда в королевстве будет полностью безопасно.       Звучало… не так плохо. Акнология готов был подождать полгода, если это будет значить, что Венди сможет вырасти в мире, где ей не придётся бояться выйти одной в лес.       — У меня два вопроса: чьи слепки магии она использовала, если, — Зереф скосил взгляд на Акнологию, — заклятие зацепило тех детей, на перемещение которых договора не было?       — Я так понимаю… магия просто перенесла всех детей с магией драконов?       — То есть детёнышей драконов в том числе?       — Нет, только человеческих, — уточнила королева.       Зереф оскалился, глаза его сверкнули красным: — Тогда как под действие заклятия попал тот, кто к ним не относится?       Ирен побледнела, но не отвела взгляд: — Спроси у Анны, а не у меня.       — Это мой второй вопрос: где сама Анна и что же это за оружие, которое наконец-то способно решить проблему с драконами? Не пойми неправильно, но я очень удивлён тому, что в королевстве не празднуют его появление. Всё же наконец-то вы положите конец этой войне. Да и самой Анны я нигде не вижу.       Ирен долго молчала, видимо подбирая слова перед ответом. Если она ляпнет что-то не то — тут же погибнет если не от руки Зерефа, то Акнологии. Глупой королеве безумно не повезло с противниками: — Оружие Анны бы убило всех драконов, повторяю, включая тех, что являются союзниками королевства. Так что… я не могла этого допустить.       — Ты что?! — теперь уже очередь быть в ярости принадлежала Акнологии. — Дура, ты понимаешь, что ты своими руками угробила собственную страну? И ради чего? Ради этих тварей, которые сегодня тебе помогают, а завтра заживо сожгут?       — Мог бы сказать «спасибо», Акно, — едко процедила она в ответ, — потому что не сделай я этого, то твоя дочурка к концу года лишилась последнего из родителей. Так не терпится повидать Дину?       Только нечеловеческая выдержка мужчины спасла Ирен от перелома черепушки. И понимание, что только она знала, где Венди сейчас.       — Не думаю, что дело действительно в твоём старом друге, Ирен, — вмешался чернокнижник, — а вот твоя беременность очень хорошо расставляет всё на свои места. Думаю, ты была готова умереть сама, когда Анна только пришла к тебе со своим оружием, но появление детей сильно меняет людей. Разве я не прав, Ирен? Жалко было оставлять и своё чадо без одного из родителей?       Кажется, этим он попал в точку.       — Плевать, где теперь эта Анна и её оружие?       — Не знаю, где оружие, но и бог с ним, — ответила Ирен, — что же до Анны… мы… мы повздорили на этот счёт.       Зереф со скукой уточнил: — Ты её убила?       — Нет. Но… она провалилась во Врата, вслед за детьми. Так что Анну мы ещё увидим, пусть я точно и не знаю, когда.       — Зато я знаю — когда эта твоя подружка решит воплотить свой план в жизнь, на этот раз обходясь без спасений. Спасибо, ваше величество, потрясающие решения, готовые спасти столько жизней, — почти что прошипел он.       — Не язви. Она не сможет применить это оружие. Врата были настроены так, что дети вернутся в королевство в тот год, когда тут будет полностью безопасно. Если бы план Анны сработал, то ждать пришлось бы полгода. А так…       — Что ты хочешь этим сказать, — вмешался Зереф.       — Дети вернутся, когда война будет полностью закончена и не останется никакой угрозы для них. Повторяю, они вернутся, когда в королевстве станет абсолютно безопасно. Иначе говоря, — она улыбнулась, глядя на них с каким-то мрачным удовольствием, — пока живы драконы, ни один из вас не увидит своих родных.