Земляничное дерево

Глава 5 *** Прошел месяц с тех пор, как Минория стала женой Кунсайта. Дни в замке тянулись медленно и мучительно. Мина не находила себе интересного занятия, рассеянно читая книги из дворцовой библиотеки или наблюдая за тренировками Кунсайта и его гарнизона, проходившими во внутреннем дворе. В течение дня муж практически не общался с ней, не обращал внимания, при этом почти все ночи он проводил с ней. Это и пугало и радовало одновременно. Пугало, потому что отношение Кунсайта к ней так и не изменилось – он воспринимал её как красивую, полезную вещь, а радовало от того, что муж не тратил своё время на любовниц, позволяя Мине не стыдясь смотреть в глаза придворным. К слову сказать, за прошедший месяц леди Берилл не появлялась ни разу. Мина уже подумала, что она по ошибке приняла женщину за любовницу своего мужа, если бы не случайные слова, оброненные горничной Марантой. Девушка невзначай заметила, что леди Берилл отсутствует слишком долго и что лорд Кунсайт начинает серьёзно беспокоиться за неё. Услышав это, Мина сникла. Кунсайт проводил своё свободное время с ней не по прихоти, а по необходимости. Его женщины не было рядом, зато была жена. Так почему бы не воспользоваться сложившейся ситуацией? Кунсайт всегда умел извлекать для себя выгоду из любых обстоятельств. О Зойсайте тоже ничего не было слышно. Месяц назад он отбыл в свой замок и больше не возвращался к учителю. Однако через две недели Мина получила письмо от Ами. Принцесса Меркурия писала, что младший лорд Земли просил у короля её руки, и что её отец дал своё согласие. Не сказать, что Амелия сильно переживала из-за предстоящей свадьбы, но и особой радости она также не испытывала. Ведь Ами не просто не была знакома с Зойсайтом, она никогда даже не слышала о нем. В ответном письме Мина заверила подругу, что ей повезло с будущим мужем, что Зойсайт веселый и приятный молодой человек. Минории отчаянно хотелось верить, что Амелия будет счастлива с ним, что её судьба сложится лучше, чем судьба самой Мины. А зима всё не заканчивалась. Вот уже закапала первая весенняя капель, и Минория подумала, что скоро покажется солнце, стает снег, появятся первые ранние цветы, но мороз снова сковал землю, заставляя Мину кутаться в шубу, поднимать воротник на тех редких прогулках, которые она совершала в дворцовом саду. Сначала Мина считала дни до весны, а потом забросила подсчет. Невозможно было предугадать, когда же произойдут долгожданные перемены. Климат на земле был суровым и непредсказуемым. Дни тянулись, серые и скучные, забирая у Мины последнюю надежду на солнце, оставляя только разочарование и пустоту. Иногда она думала о том, что скоро у неё появится ребенок, и содрогалась. Страшно было знать, что в ближайшее время её тело изменится, что она будет носить в себе новую жизнь. Радостно было от того, что у неё наконец-то будет кто-то, кому она будет нужна, и кто будет нужен ей. Её дочь. От родителей Мина получала редкие сухие письма-вопросы о положении дел на Земле. Ходили слухи, что Иллюзион недолго останется союзником Альянса, что грядет война, но доказательств этому не было. Земной Король, как и раньше, был лоялен к планетарцам, даже согласился на брак принца Эндимиона и лунной принцессы Серенити. Этот союз должен был, по мнению короля, укрепить ещё больше отношения землян и Альянса. В своих письмах отец Мины – король Аполлон всё больше интересовался политикой, настроениями землян и новостями с фронта (на Земле шла гражданская война), а мать – королева Афродита – постоянно спрашивала о климате, нарядах и пиршествах. Иногда Минория неделями не отвечала на их письма – настолько лживыми и лицемерными казались ей их скупые сухие слова. Жизнь шла своим чередом – Кунсайт уезжал в королевский дворец и возвращался, устраивал тренировки для своего гарнизона и пиры для придворных, а Мина тем временем чахла от скуки. Книги ей быстро надоели, прогулки опостылели. Она хотела бы тренироваться вместе с гарнизоном мужа, но и заикнуться об этом боялась. Кунсайт не позволил бы ей не только тренироваться, но даже заговорить с ним о такой возможности. Наверное, Мина изнывала бы в заточении замка и дальше, если бы не неожиданное знакомство, состоявшееся одним из холодных вечеров в обеденном зале дворца. *** Тем вечером Минория спустилась к ужину позже обычного. В столовой было много народу. Придворные смеялись и обсуждали что-то на повышенных тонах. Мина удивленно застыла на последней ступеньке лестницы. Никогда ещё во время ужина не бывало так весело и уютно. Неужели Кунсайт снова уехал в королевский дворец? Обернувшись к столу, Мина тут же встретилась взглядом с мужем. Его глаза смеялись, а на губах играла счастливая улыбка. - Мина, идите сюда, я должен Вас кое с кем познакомить! – раздался его громкий, повелительный голос. Минория не посмела ослушаться. На негнущихся ногах она подошла к мужу и встала рядом с ним. В кругу радостно улыбающихся людей стоял юноша – молодой и гибкий, словно ивовый прутик, с длинными светлыми волосами и голубыми глазами. У него был острый нос и широкие скулы. Он поразительно походил на Кунсайта. - Познакомьтесь, Мина, это – мой сводный брат Артемис. Его мать желает, чтобы он погостил у нас, - представил Кунсайт юношу. Минория вздохнула и улыбнулась, протягивая молодому человеку ладонь. - Артемис, это моя жена – леди Минория, - тем временем продолжал Кунсайт. Глаза юноши загорелись. Он осторожно взял руку Мины в свою и почтительно поднес к губам. - Очень приятно познакомиться, миледи, - произнес он высоким чистым голосом, - я много слышал о Вас от брата, но даже и не предполагал, что ему в жены досталась такая красавица. Боюсь, этот спор я проиграл. Мина смущенно потупилась. - Артемис, прекрати говорить глупости, - рассмеялся Кунсайт. В его голосе не было и намека на гнев, - давайте лучше преступим к трапезе. На этот раз Первый Лорд посадил Мину справа от себя, а Артемиса – слева. В течение всего вечера он был весел и участлив, подливал в бокал Минории вина, ни разу не сделал ей замечания, а по окончании ужина не отослал в спальню, как делал каждый вечер. Мина сидела рядом с мужем и боялась вздохнуть. Казалось, она видит перед собой совсем другого человека. Кунсайт вел себя так, словно ему действительно было дело до неё, словно она для него что-то значила. Это было приятно – сменить грубость и равнодушие на нежность и участие. - Как поживает леди Мау? – спросил Кунсайт, поворачиваясь к брату. Он не смотрел на Минорию, но его рука сама нашла и накрыла её ладонь. Мина дернулась, но ничего не сказала. - Мама? Прекрасно. Вся в делах и заботах, как и обычно. Нет времени ни на что. В том числе и на меня. Но я не в обиде, ты же знаешь, - усмехнулся Артемис, не отрываясь от предложенных ему яств. – Я решил немного отдохнуть, а заодно и навестить тебя. И что же я узнаю? Ты женился! И даже не позвал меня на свадьбу! – юноша поднял взгляд на Кунсайта и укоризненно поцокал языком. - Артемис, - начал Кунсайт и тут же осекся. Ему нечего было сказать в свое оправдание. К удивлению Первого Лорда заговорила Минория. - Лорд Артемис, простите нас, всё вышло очень быстро. Мы не звали никого. На Земле сейчас неспокойно, равно как и на Венере. У нас просто не было возможности устроить настоящую свадьбу, - сказала Мина скороговоркой и тут же снова смущенно замолчала. - О! Так у вас здесь беспорядки? – удивленно переспросил Артемис, отодвигая от себя тарелку, - В таком случае я действительно не могу вас винить в поспешности. Но расскажите хотя бы, как Вы познакомились? Мина уже открыла рот, но первым заговорил Кунсайт. - Мы познакомились при дворе Венеры, - сказал он задумчиво, будто что-то вспоминая. – Моя Мина сидела под земляничным деревом, закрыв глаза, и пела. Не на земном, на венерианском. И тогда я решил, что нет во всей вселенной никого прекрасней моей будущей жены. Оставалось только убедить в этом её родителей - венерианских короля и королеву. - Кунсайт, я всегда знал, что ты - страстная натура, - рассмеялся Артемис радостно, - но чтобы влюбиться в принцессу? Никогда бы не подумал, хоть и сам королевских кровей. В ответ Кунсайт лишь принужденно засмеялся. Минория сидела ни жива, ни мертва. В дворцовом саду, далеко-далеко, на Венере, росло раскидистое земляничное дерево. Вечерами Мина сидела под ним с книгой. А иногда она пела старые забытые венерианские песни, предаваясь сладким мечтам. *** Ближе к полуночи Кунсайт извинился перед Артемисом и отправился в спальню, увлекая за собой Минорию. Он держал её руку в своей крепко-крепко, не отпуская ни на секунду, так, что Мина боялась, что он сломает ей кости запястья. Когда стражники отсалютовали им, и высокие дубовые двери спальни захлопнулись за ними, Кунсайт жестко развернул Мину к себе и посмотрел ей в глаза. - Не обольщайтесь, миледи, - язвительно заметил он, - я никогда даже не был на Венере. Все переговоры относительно заключения брака с Вами велись моим поверенным. - Милорд, я не понимаю, что Вы от меня хотите, - тихо отвечала Минория, отводя взгляд, - на Венере даже не растут земляничные деревья. - Отлично, Вы схватываете всё на лету, - устало сказал Кунсайт, скидывая китель, - Артемис порой бывает просто невыносим, однако, он – мой брат, - добавил он, садясь в кресло и вытягивая ноги перед огнем. Мина продолжала стоять, боясь сойти со своего места. - Миледи, посидите со мной, - неожиданно позвал Кунсайт. Мина обернулась и подозрительно уставилась на мужа. Вся его фигура была расслаблена, глаза полуприкрыты. Вздохнув с облегчением, Минория подошла поближе и присела во второе кресло у камина. - Вам понравился мой брат? – спросил Кунсайт, не открывая глаз. - Он очень мил, милорд, - отвечала Минория, смущенная его вопросом. - Большинство женщин так и думает, - отвечал сухо Кунсайт, не поворачивая головы. – Если бы у Вас был выбор, кого бы из нас Вы предпочли – меня или его? – неожиданно спросил Первый Лорд, открывая глаза и пристально рассматривая жену. Минория тяжело сглотнула. Не надо было разговаривать с ним – он загнал её в ловушку. Братья соперничали, это было очевидно, но ведь она не собиралась становиться между ними, даже не думала об этом. - Никого, милорд, - наконец, нашлась Мина. - Как так? – удивленно переспросил Кунсайт, сверля Мину строгим взглядом. - Если бы у меня был выбор, - с нажимом отвечала Минория, - я бы предпочла быть свободной и служить своему народу. Кунсайт смотрел на Мину и молчал. Она в очередной раз удивила его. Он ждал, что она отвергнет его, предпочтя Артемиса за веселый нрав и обходительность. Но Мина вместо этого выбрала одиночество. - Хоть Вы и принцесса, Вы никогда не смогли бы править Венерой. Женщины не допускаются к управлению государством, - возразил Кунсайт первое, что пришло в голову, уже понимая, что не прав. - Я не буду никогда править Венерой не потому, что я женщина, а потому, что я – Ваша жена. Управлять будет Анфея – моя младшая сестра, - отвечала Минория тихо, стараясь не раздражать мужа. - И Вы жалеете? – неожиданно горько спросил Кунсайт. - Нет, - равнодушно сказала Мина, - я ни о чем не жалею, на всё воля Селены. - Вы лжете, - сказал Кунсайт, вставая с кресла и подходя к Мине, - признайтесь, что Вы жалеете о нашем браке, что он Вам отвратителен. - Зачем? – Мина подняла на него пронзительный взгляд синих глаз. - Потому что… - начал было Кунсайт, но осекся, - незачем, Вы правы, - закончил он сухо. Они смотрели друг другу в глаза, не отрываясь, но никто так не сказал и слова. Кунсайт отошел к окну и уставился в заснеженную даль. Мина продолжала сидеть в кресле, устало глядя на огонь. - Ваш брат обмолвился, что он королевских кровей, - наконец заговорила Мина. - Да, это правда, - отвечал Кунсайт, не поворачиваясь к ней лицом, - его мать – королева Мау. А что Вам за дело? - Просто интересно, милорд. - Ах да, я и забыл, что принцессы общаются только с себе подобными, - язвительно заметил Кунсайт, отворачиваясь от окна и снова подходя к Минории. - Ещё с мужьями, милорд, - ответила Мина, вставая с кресла. Этот разговор пугал её. Кунсайт любил своего брата, но не доверял ей. Что бы ни случилось, виновата всегда она. Мина должна была отвлечь Кунсайта, прекратить эту глупую беседу. Кунсайт улыбнулся. Мина робко улыбнулась в ответ. Её рука скользнула по его груди, остановилась на животе, ощупывая мышцы. Кунсайт тихо зарычал, но продолжил стоять, не двигаясь. Мина встала на цыпочки и прикоснулась губами к его губам, обвив его шею руками. - Я не жалею о нашем браке, - сказала она тихо, - также как и о том, что посадила на Венере земляничное дерево. Кунсайт усмехнулся и, подняв Мину на руки, понес в постель. *** Когда Мина проснулась на следующее утро, Кунсайта рядом не было. Смятая постель, ещё чуть теплые простыни свидетельствовали о его недавнем присутствии. Минория усмехнулась и зарылась лицом в подушки – прошлой ночью он был поразительно нежен. Присутствие Артемиса влияло на него положительно. Мина приняла ванну, оделась и спустилась к завтраку. Было уже поздно, и потому пустынная столовая навевала скуку и печаль. Слуги безропотно сервировали для Мины стол – для них были не в диковинку поздние завтраки некоторых обитателей замка. Когда Минория почти закончила трапезу, в столовую спустился заспанный и бледный Артемис. Потянувшись всем телом, он улыбнулся и поприветствовал Мину. - Я смотрю, мы с Вами, миледи, любим поспать допоздна. Я – принц, мне, в сущности, некуда спешить. Но Вы? Отчего Вы почиваете так долго? - хитро усмехнулся юноша, присаживаясь подле Минории. Мина некстати покраснела, но улыбки сдержать не смогла. - Мне тоже некуда спешить, милорд. Мои дневные занятия никуда от меня не убегут, к тому же не так уж их и много – чтение, вышивка да прогулки по окрестностям, - смущенно призналась Мина. - Неужели мой брат Вас совсем не развлекает? – в притворном удивлении ахнул Артемис. - Ну, Вы же знаете, что ему не досуг развлекать меня, - отвечала Минория уклончиво, - его занимают дворцовые и военные дела. - Вот как? – снова переспросил Артемис немного задумчиво. – В таком случае я просто обязан исправить эту оплошность. Доедайте скорее – нам нужно много успеть! - Что? Что мы будем делать? – несколько испугалась Минория. Она не хотела навлечь на себя гнев мужа, тем более, что их отношения стали чуточку теплее в последнее время. - Миледи, ничего особенного. Просто на время мы сбежим. Недалеко, конечно, - отвечал, воодушевившись собственной идеей, Артемис. – Мы отправимся в ближайшую деревню. Там сейчас проходит ярмарка. Столько всего. Цветы, ленты, народные игры! Вы просто должны это увидеть! Мина тяжело вздохнула. Если Кунсайт узнает о их выходке, ей не поздоровится. Его реакция была просто непредсказуема. Он мог не заметить их отсутствия, а мог и осерчать. Мина думала всего минуту. Страх мешался в её сердце с предвкушением – ведь так хотелось хоть одним глазком поглядеть на яркие, бесшабашные народные гуляния. - Хорошо, - наконец сказала она, - только ненадолго. Мы должны вернуться самое позднее – к ужину. - Прекрасно! – вскричал Артемис, вскакивая со своего места и хватая Мину за руки. – Вставайте, нельзя терять ни секунды! Мина рассмеялась, подчиняясь обаянию своего спутника. Через полчаса они незаметно проскользнули мимо горничных и охраны и оказались в саду. Минория куталась в тяжелую соболиную шубу, но шла весьма резво. Артемис предложил ей руку, за которую она цепко держалась, чтобы не утопать в сугробах, появившихся за ночь. Около часа они шли по проселочной дороге, но Минория держалась бодро. Её не напрягали длинные пешие прогулки. Когда она жила на Венере, она часто бродила по лесам и долинам допоздна – такова уж была её натура – Минория любила дикую природу своей родной планеты. И сейчас она дышала полной грудью, чувствуя небывалый прилив сил. Ведь ей вновь удалось вырваться из той золотой клетки, которую по странному стечению обстоятельств она должна была величать домом. Артемис ни на минуту не замолкал, рассказывая всяческие истории из своей жизни. Кое-что он говорил и о Кунсайте. Разница в возрасте между братьями была огромна – когда Артемис только родился, Кунсайту исполнилось пятнадцать лет. В детстве братья не ладили, но со временем стали лучшими друзьями. Редкие встречи радовали их обоих больше любого праздника, ведь Артемис жил с матерью на другой планете. Кунсайт же всячески опекал непутевого маленького брата, стараясь сделать из него достойного война, а возможно, и будущего короля. Их отношения были странной смесью соперничества и любви. Наконец, из-за холма показались первые дома деревеньки. Даже отсюда Мина увидела, что они принаряжены, увиты цветами и лентами. Несмотря на сугробы по пояс и нестерпимый ветер, народ традиционно праздновал День Весны. Мина сладко вздохнула. Она не жалела о своем поступке ни секунды – она хотела веселиться. *** Весь день Минория и Артемис веселились на ярмарке, поедая сладости и предаваясь нехитрым деревенским забавам. Они прятались в стогах сена и прыгали через костер, бегали наперегонки, лепили снежные крепости. Всё было совсем как в детстве. К вечеру глаза Мины горели радостным, сияющим огнем. Она не хотела уходить, возвращаться к своей унылой, скучной жизни. Но иного выбора не было. Распихав сладости по карманам, взявшись за руки, Мина и Артемис отправились в обратный путь. На этот раз иди было не так уж и весело. Ведь всё хорошее и приятное закончилось, предстояло снова окунуться в рутину серых, безрадостных дней. И ещё Минорию не отпускало некое недоброе предчувствие – то ли она страшилась гнева Кунсайта, то ли просто не желала возвращаться. Она и сама толком не понимала. Когда Артемис и Минория пробрались в дворцовый сад через потайную калитку, уже почти смеркалось. Они шли по парковым дорожкам в молчании, а крупный снег пушистыми хлопьями ложился на их плечи. Артемис не отпускал ладонь Мины из своей, и ей было так тепло, так уютно, как никогда не было прежде. Мина даже немного смутилась от собственных чувств, ведь она была степенной замужней дамой, но быстро выбросила упаднические мысли из головы. Артемис был просто её другом. Теперь. От осознания Минории захотелось улыбнуться. Раньше таких друзей у неё не было. Как верно подметил Кунсайт, Мина общалась лишь с себе подобными – планетарными принцессами. Но она чувствовала, что сегодня, за несколько коротких часов, она приобрела ещё одного верного и доброго друга – Артемиса. Свернув на одной из дорожек, Минория неожиданно остановилась. Она услышала знакомые голоса – мужской и женский. В беседке, спрятанной среди припорошенных снегом деревьев, сидели двое и вели нежную, если не страстную беседу. Во всяком случае, разговор не предназначался для посторонних ушей. Почувствовав неладное, Артемис потянул Мину прочь, зашептав ей на ухо какие-то предостережения. Но Минория уже не слушала. Она узнала эти голоса. Мужской принадлежал Кунсайту, а женский – леди Берилл. Вырвав свою руку у Артемиса, Мина, будто во сне, на цыпочках подкралась поближе к беседке. Ей надо было знать, о чем говорил её муж со своей любовницей, хотя комок тошноты и подкатывал к горлу. - Я скучал, - услышала она приглушенный шепот Кунсайта, - почему тебя так долго не было? - Я должна была увидеть всё своими глазами, - отвечал второй голос, насмешливый, но в то же время хриплый от страсти, - Кун, ты не поверишь, кто управляет повстанцами! - Неважно, не желаю сейчас об этом слышать, - прерывисто ответил Кунсайт. - А чего же ты хочешь, милорд? – рассмеялась Берилл развратным, громким смехом. Мина отпрянула, чуть не оступилась на промерзлой земле, развернулась и побежала прочь. Ей не надо было слышать последнее слово, которое сказал Кунсайт, но она всё-таки услышала. «Тебя» - вот, что ответил её муж на страстный шепот любовницы. И теперь Мина никогда уже не сможет забыть, никогда не простит. Он был так нежен этой ночью, говорил ей приятные, ласкающие слух слова, а всего через несколько часов, спрятавшись ото всех, словно вор, нашептывал нежности уже другой. Это было так отвратительно, что у Мины закружилась голова. Сама не помня себя от страха и ярости, она бежала всё дальше и дальше, прочь от лживых слов и похотливых вздохов, пока не поскользнулась и не упала на колени. Тошнота нахлынула неожиданной волной, и Мина стравила всё то, что успела съесть в деревне, на холодный хрусткий снег. Слезы текли по её лицу, а с губ сочилась желчь. Мина закрыла лицо руками и разрыдалась. Она сама не знала, почему она плакала. Ведь она же прекрасно знала, каков Кунсайт. Как могла она ждать от него верности и преданности? Да и зачем? Зачем ей его верность? Неожиданно на плечи Мины легли мягкие теплые ладони. Она подняла заплаканное лицо и увидела склонившегося к ней Артемиса. - Мина, пожалуйста, не плачьте, мой брат не стоит того, - тихонько прошептал Артемис, поглаживая Минорию по голове, - он не достоин Вас, даже вашего мизинца. Артемис продолжал говорить слова утешения, но Мина уже не плакала. Она поднялась на ноги и обняла юношу. Так крепко, как только могла. И вдруг ей стало так легко, как будто она и не слышала слов мужа, обращенных к другой, как будто всё было так, как прежде. Ведь, в сущности, ничего и не изменилось. Между Миной и Кунсайтом. Но не между Миной и Артемисом.