В моей жизни

26 марта, 2183 — Что мы здесь делаем, Шепард? — спросил Кайден как только Мако приземлился на Завине. В этой миссии было несколько странных вещей. Для начала, перед тем, как они отправились на планету, не было никакого брифинга. Также, вместо привычной команды из четырёх человек, Шепард взяла с собой только лейтенанта. Наконец, они уже были в пути на Цитадель, когда внезапно сменили курс на туманность Конская голова. — Человек по имени Гарот попросил у меня помощи, чтобы найти его брата. Есть улики, что он может быть на этой планете. Кайден посмотрел на неё и нахмурил брови. — Ты по собственному желанию взялась за задание, и это даже не для начальства? — Что-то было не так, он был уверен. — Какова настоящая причина того, что мы здесь, Шепард? Немного посомневавшись, с тяжелым вздохом она сдалась. — Мне нужно немного времени, чтобы… разобраться с некоторыми вещами, и я подумала, что в моей голове станет яснее, если я на время покину корабль. И пока я тут, я также могу помочь кому-то, кому нужна. — Это связано с доктором Т’Сони? — Блядь. Так очевидно? — коммандер скривилась и покачала головой, словно была разочарована собой за то, что позволяла своим эмоциям так проявляться. — Шепард, ты можешь не скрывать от меня такие вещи. Ты же знаешь. — Знаю. Поэтому здесь только ты. Я хотела поговорить с тобой о том, что мне стоит с ней сделать. И мне бы не хотелось, чтобы другие были в курсе, как я себя чувствую и что у меня… сомнения. Он ничего не сказал, но возможно уже было поздно. — Мы могли поговорить в твоей каюте, — сказал он вместо этого. — Ага… Это ещё одна вещь, о которой нам нужно поговорить, — ответила она, и он отвёл взгляд, уверенный в том, что для них это не будут хорошие новости. Она собиралась сказать, что то, что произошло между ними после Терума, не может повториться, не так ли? — Во-первых, насчёт азари… Я хочу, чтобы она убралась с моего корабля, но я вынуждена признать, что она может оказаться полезной. Кайден всерьёз много времени посвятил обдумыванию этого за последние два дня. Эта миссия и так была для Шепард чересчур тяжёлой. В принципе, азари на борту могла сделать для неё всё ещё хуже, это было сложно отрицать. Однако, Лиара могла быть тем самым, что отделяет победу от проигрыша в их гонке с Сареном за Канал. Если кто-либо мог помочь Шепард понять информацию, запечатлённую в её мозге маяком — так это Лиара, с её способностью соединяться разумами и знаниями о протеанской расе. Было сложно решить, что сказать, когда были такие конфликтующие интересы. То, что было лучше для миссии, не было лучше для Шепард. Он хотел, чтобы с ней всё было в порядке, но, в то же время, их миссия была слишком важна, и им было необходимо преуспеть. — Она хочет остаться, и я верю ей, когда она говорит, что хочет помочь, — наконец сказал он. — Ты говорил с ней? — Да. Она… она знает о нас, Шепард. — Чёрт возьми. Это ещё одна причина, по которой она не может оставаться на моём корабле. — Она не собирается никому рассказывать. Она упомянула это только потому что волнуется о тебе, волнуется о том, что увидела, когда вы соединились разумами. Я думаю, что, возможно, если бы ты дала ей шанс, она могла бы помочь тебе с большим, чем только с протеанским маяком. — Ты что, предлагаешь мне подружиться с этой азари? — Она уже знает о Миндуаре, Элизиуме, нас… Она видела всё. — Блядь. — Может, оставишь её ещё на несколько дней, начнёшь называть её по имени, и, может, всё сложится. — Он действительно верил в то, что говорил, даже если ставил миссию в приоритет, он надеялся, что это также в перспективе будет лучшим и для Шепард. — Да. Ладно. Думаю, это я смогу, — признала она. Прежде чем они смогли перейти ко второй теме, которую Шепард хотела обсудить с Кайденом, радар Мако поймал странный сигнал — существа, которое просто спустя несколько секунд исчезло. Шепард повела танк к координатам, где в последний раз было зарегистрировано загадочное существо, и внезапно оно снова появилось, прямо за ними, согласно радару. Коммандер развернула машину, уже осознав, что там обнаружит. — Кайден, к пушке! Сейчас же! — Что за чёрт? — Он никогда прежде не видел настолько огромного существа. — Это… — Молотильщик! Лейтенант делал всё, что мог, но промахов было больше, чем попаданий, а Шепард вела Мако, словно сумасшедшая, пытаясь увернуться от атаки молотильщика. Избежать её, однако, было невозможно, когда он зарывался под землю и снова появлялся прямо перед ними. Существо ударило по крыше Мако плевком и своим языком — или что это за штука на его лице — нанося урон оружию машины и отчего электронные системы дали сбой. — Пушка всё, — прокричал Кайден. Монстр снова атаковал танк; на панели не осталось ничего, кроме мигающих предупреждений. — Нам придётся выйти и покончить с ним самим, — прокричала Шепард в ответ, уже надевая шлем и отстёгивая ремень безопасности. — Опасность низкой температуры на поверхности на уровень выше, чем могут компенсировать контроль среды и системы поддержки наших костюмов, — проинформировал её Кайден, но, не колеблясь, последовал за ней. — Сколько у нас времени, пока мы не замёрзнем насмерть? — Около двадцати минут, но мы должны почувствовать симптомы гипотермии, прежде чем это случится. — Ладно. Поднять барьеры. Давай разделимся и будем пытаться держаться на безопасном расстоянии от молотильщика. Пока он отвлечён одним из нас, другой сможет нанести урон. Кайден кивнул, принимая её приказы, и они побежали в противоположных направлениях. Их тактика сработала, и в следующий раз, когда молотильщик зарылся под землю, он был видимо ранен и кровоточил. Но всё ещё не был мёртв, и морпехи настороженно ждали, когда он вновь появится. Шепард внезапно потеряла баланс и упала на землю, и Кайден знал, что это могло означать, что монстр двигался под ней. В ужасе он смотрел, как она поднимается на ноги, не успевает бежать достаточно быстро, чтобы унести ноги с его пути. Молотильщик вновь показался на поверхности, вытесняя огромные массы снега, камней и грязи, и лейтенант потерял из виду своего коммандера. Мобилизуя каждую каплю тёмной энергии в себе, Кайден атаковал существо самым мощным биотическим броском, какой смог собрать, надеясь, что сможет отодвинуть эту штуку от Шепард. Атака была такой напряжённой и истощающей, что Кайден почувствовал головокружение и упал на колени. Но он всё же увидел, как молотильщик оторвался от земли, и, извиваясь, полетел, окутанный тёмной энергией. Его облегчение от того, что он увидел, как Шепард поднимается со снега невредимой, однако, продлилось всего секунду. Он был слишком слаб и слишком далеко от неё, чтобы что-либо сделать, кроме как в ужасе смотреть, как она бежит к явно-всё-ещё-не-дохлому молотильщику. Он не смог даже нормально прокричать её имя из-за крови, которая хлестала у него из носа ему в рот и которую он не мог вытереть из-за шлема. Поднимая себя на ноги, он стал продвигаться к ней настолько быстро, насколько мог, но, учитывая его плохое состояние, его самый быстрый темп был разочаровывающе медленен. Когда он наконец снова ясно её увидел, он не мог поверить своим глазам. Она была на голове монстра, бившегося в конвульсиях, её боевой нож по рукоятку был засажен в его глаз, она вскрывала его до тех пор, пока не смогла затолкать внутрь несколько гранат. Затем она вспрыгнула и откатилась, в то время как гранаты взорвались, наконец убивая его. Облегчение, которое почувствовал Кайден в этот раз, накрыло его с головой. Вместе с тем, что его броня больше не удерживала тепло, его истощение биотики подкосило ему ноги. Перед глазами почернело и он потерял сознание.

***

Он был бы растерян, проснувшись в таком тёмном маленьком незнакомом месте, если бы не блестящие карие глаза, которые смотрели прямо в его, и он мгновенно их узнал. — Шепард… мы в Мако? — Да. Как ты себя чувствуешь? — спросила она, уже передавая ему протеиновый батончик и энергетик. — Как долго я был в отключке? — Всего несколько минут. Кайден вспомнил, что у него шла кровь из носа, но когда он его коснулся, он осознал, что она уже почистила его лицо. Также она сняла его шлем и его перчатки. — Ты был восхитителен, — сказала она с гордой улыбкой, на которую он ответил своей. — Как и ты. Ты в порядке? — В порядке. Он ел свои батончик с энергетиком, но внезапно остановился и посмотрел на неё пытливым взглядом. — Ты сказала, что я был в отключке всего несколько минут. Как ты так быстро донесла меня сюда? В ответ она быстро создала вокруг своей руки биотическое поле и затем погасила его. — Да. Конечно, — сказал он, покачав головой. Он должен был догадаться. — Нормандия летит к нам? — Неа. Связь не работает. Я надеялась, что ты сможешь что-нибудь сделать с этим. — Хм. Мне придётся провести полную диагностику, — сказал он, поднося к себе свой инструментрон. Она положила свою руку на его и мягко опустила её. — Сначала доешь. Он кивнул в знак согласился и сделал, что ему сказали. Через несколько минут он закончил и начал сканировать Мако изнутри. — Видимо, первые атаки прорвали брешь в корпусе и нанесли ущерб элементам питания, отчего ВИ Мако вызвал настройку на чрезвычайный случай. Которая, в свою очередь, перенаправила всю оставшуюся энергию на систему жизнеобеспечения и контроль климата, чтобы обеспечить выживание в неблагоприятной атмосфере и генерировать достаточно тепла, чтобы компенсировать холод снаружи. Все остальные необязательные системы отключились, чтобы сохранить энергию. Наша основная проблема — это что последующие атаки повредили наши компьютеры, и ВИ отключился. — И что нам теперь делать? — Если мы залатаем брешь в корпусе и починим сгоревшие схемы, чтобы компьютеры снова заработали, даже если ВИ не заработает, я смогу перезаписать настройку на случай ЧП и восстановить функциональность остальных систем, так что мы сможем выбраться. — Ты сказал, что повреждены элементы питания. Сколько у нас времени? — Нас двое, значит, при настройке на случай ЧП — сорок восемь часов. Но, как только я восстановлю остальные системы, примерно двенадцать часов. — Хорошо. Как ты себя чувствуешь? — Лучше. — Однако, его голова уже начинала болеть. Он мог только надеяться, что надоедливая боль не разовьётся в полноценную мигрень. — Тогда приступим к работе.

***

Шепард использовала унигель, чтобы залатать брешь. Однако, они ещё не восстановили работу остальных систем транспортного средства, и контроль климата всё ещё работал на той же настройке, как когда он пытался компенсировать холод, заходящий через брешь. Но теперь, когда брешь была запечатана, холод не поступал внутрь, а тепло не покидало транспортное средство, и в Мако становилось безумно жарко. Какая нелепая проблема для кого-то, кто находился на замёрзшей планете. Также не помогало то, что Кайден снял свою броню и спустил свой защитный костюм до бёдер. Он опустил передние сиденья настолько, насколько это было возможно, и теперь лежал на полу, держа в зубах фонарик, пока он копался со схемами, до которых мог добраться под панелью. Его обнажённая грудь, очерченные кубики и эта дорожка тёмных волос, уходящая прямо в его боксёры, заставляли Шепард потеть ещё сильнее. Если бы она только могла стащить этот защитный костюм целиком… Возможно, было к лучшему то, что тот был так сфокусирован на том, чем был занят, иначе поймал бы её на том, что та рассматривала его. — Я буквально чувствую твои глаза на мне, коммандер, — поддразнил он её, направляя фонарик на неё и заставляя её покраснеть. — Чёрт. Пойду сяду назад. — Эй, я не против, — сказал он с очаровательной улыбкой, от которой ей захотелось впиться своими губами в его. Как он мог быть настолько сексуальным, даже не стараясь? — Ага, но здесь жарко, и мне нужно снять этот костюм, — сказала она, уже распечатывая застёжки на воротнике. — И ты не хочешь делать этого передо мной? — То, как он на неё смотрел, сделав такое милое грустное выражение лица, её убивало. — Кайден… — Она разорвала зрительный контакт, иначе не думала, что смогла бы сделать это. — То, что произошло после Терума, между нами… это не может произойти снова. — Шепард, мы… — Мы не можем так нарушать устав, даже не задумываясь. Люди на корабле уже подозревают о нас. Блядь. Азари знает наверняка. На кону слишком многое. Мы не можем так рисковать. — Понял, коммандер, — он так быстро перешёл от флирта к отстранённому и профессиональному поведению, что она поморщилась. Она знала, что только что снова сделала ему больно, но это следовало сделать. Она была его командиром, это было её ответственностью принимать правильные решения для них обоих.

***

Спустя час Кайден всё ещё безуспешно работал над схемами. Жар заставил их раздеться до нижнего белья, но Шепард не хотела рисковать поддаваться соблазну, так что оставалась сзади и дулась. С тех пор, как она сказала, что они не могут быть снова вместе на Нормандии, они не обменялись ни словом. Когда она услышала от него сдавленный стон, она стала подозревать, что, может, были другие причины полной тишины за прошедший час. — Кайден, ты в порядке? Ему потребовалось несколько секунд, чтобы ответить, и, когда он ответил, он прозвучал напряжённым. — Да. Просто болит голова. — Может, сделаешь паузу? У нас есть время. Давай, — она переместилась обратно на одно из передних кресел и предложила ему руку. Он не стал спорить, принял её руку и сел на второе сидение. — Это не просто головная боль, не правда ли? — Нет. Он не отпустил её руку, и она переплела свои пальцы с его. Её большой палец медленно двигался вверх и вниз по его, маленький жест, но она надеялась, что он был хоть немного успокаивающим, не беспокоя его и не вызывая ещё больше дискомфорта. Похоже, он оценил, потому что его глаза закрылись и он слегка сжал её руку. — Твоё лекарство…? — тихо спросила она. — На корабле. Блядь. Она потянулась к аптечке, которую они всегда брали в Мако на чрезвычайный случай и стала смотреть, что там было. — Медигель? — Не работает с этим. — Обезболивающее? — В инъекциях? — Да. — По крайней мере оно подействует быстро и даст ему некоторое облегчение. — У нас есть либо на основе кодеина, либо морфина. — Одна ампула на основе кодеина пойдёт. Она надеялась на это.

***

Кайден проснулся и обнаружил, что Шепард лежит на полу, в том же самом месте, где он был до этого, работая над теми же схемами. — Хей. Как долго я был в отключке? — спросил он её. — Хей. — Она отклонила голову, чтобы посмотреть на него из-за открытой панели, улыбаясь. — Около двух с половиной часов. Как себя чувствуешь? — Лучше. Есть успехи? — Вроде того. Соединение вспомогательных систем с главным процессором, похоже, каким-то образом было отрезано. Я не знаю, как это починить. Думаю, атака могла вызвать серию коротких замыканий. — Дай глянуть. — Он собирался подползти под панель рядом с ней, но она остановила его ногой о его грудь. Её обнажённая ступня с ярко-красными ногтями на его обнажённой груди. Он втянул в лёгкие воздух, проглатывая своё желание пройтись рукой по её ноге, и посмотрел вниз, притворяясь, что не заметил, как её ноги раздвинулись, чтобы протянуть одну ногу и дотянуться до его груди. Только бы отвод взгляда мог дать ему забыть, что она была в одном нижнем белье: в чёрном спортивном лифчике и трусиках того же цвета, но сделанных из разных тканей: поддерживающая лайкра для бюстгальтера и комфортный хлопок для трусиков. Нет. Он встряхнул головой, пытаясь перенаправить своё внимание на что угодно, кроме того факта, что он и Шепард застряли одни в Мако в нижнем белье, и что было чертовски жарко. «То, что произошло после Терума, между нами… это не может произойти снова», — он помнил, как она это сказала. — Тебе нужно поесть, — она указала на отделение, где они хранили сухой паёк на случай длинных миссий на Мако, и соскользнула ногой обратно. Такое ощущение, что он не мог двигаться, пока она касалась его. А теперь, когда он был «свободен», казалось, что чего-то не хватает. Даже его голова снова начала болеть. Наверное, она и не прекращала, просто она отвлекла его на несколько мгновений от боли. Худшая мигрень прошла, но всегда некоторое время после оставалась очень раздражающая средняя по интенсивности головная боль. Он кивнул и потянулся к отделению, чтобы открыть его. — Что насчёт тебя? — Уже поела, — ответила она, вернувшись обратно к схемам. — Ты… — он потёр свою шею поверх порта, — вытащила мой усилитель? — Я подумала, что это может помочь с мигренью. — Да, это помогает. Спасибо. — Ему до этого было настолько больно, что он даже не соображал. Если бы соображал, он бы и сам вытащил усилитель. Не то чтобы он не доверял ей это делать. На самом деле, она была единственным человеком, который мог трогать его порт или обращаться с его усилителем. — Он в безопасности в аптечке. Не волнуйся. Он улыбнулся ей. — Я не волнуюсь. — Гений IX… — сказала она, — неудивительно, что ты раскидываешь молотильщиков. — Подарок от па, когда меня назначили на Нормандию. А у тебя? — Дар VII. — Азари? — Он нахмурился, словно был в шоке, что она могла использовать азарийский усилитель. Она почувствовала себя от этого странно, даже пристыженно. Она создавала впечатление, словно у неё предубеждения против азари? Не так ли? — Я использовала только усилители «Совета Армали» с тех пор, как… друг дал мне Доблесть IV шесть лет назад, — вспомнила она, что нужно ответить. — Друг, хах? Кайден вёл себя немного ревниво, но она даже не заметила. В её голове она всё ещё проигрывала своё взаимодействие с Лиарой и другими азари, которых встречала за последнее время, и осознала, что была не особо справедлива и толерантна к их расе. Она позволила своему плохому опыту с Ша’ирой задать тон всем остальным взаимодействиям, какие у неё с тех пор были с азари. Может, ей стоит больше с этого момента обращать на это внимание. Лиара всё ещё была на борту, она могла сделать всё правильно. — Коммандер Каэтану Корреа. Он погиб на Акузе, — ответила она. — Мне жаль. — Всё в порядке. Допивай сок и иди помогать.

***

Лиза знала, что выходила на опасную территорию, когда подвинулась и освободила место для Кайдена, чтобы он мог лечь рядом с ней на полу и они могли восстановить компьютеры Мако. Было не особо просторно, и их блестящие от пота тела оказались вытянутыми рядом друг с другом. Его биотика слегка жужжала и была под контролем, в то время как она пыталась противиться желанию подразнить его, чтобы тот вспыхнул. Но, несмотря на близость, он, похоже, был полностью поглощён заданием, в то время как она едва могла сосредоточиться. — Шепард? — Что? — Я просил тебя подержать это, — он дал ей фонарик. Если что-то могло отвлечь её от чего угодно, так это раздетый Кайден на расстоянии вытянутой руки. — Прости, я не слушала, я … — Ты пялилась. — Чёрт, — пробормотала она, благодарная за то, что тот смотрел на схемы, а не на неё, потому что она покраснела от того, что её снова поймали. Но что, если Джарелл был прав? Что, если было бессмысленным ждать окончания этого тура, было просто потерей времени? Она и Кайден любили друг друга, они не просто развлекались. И они могли погибнуть на Теруме. Чёрт, да они и сегодня могли погибнуть. Их миссия была слишком рискованной. Зачем отказывать себе сейчас в этом, когда жизнь может не предоставить ещё один шанс позже? Не говоря уже о том, что, если они справятся, шансы того, что они снова будут служить вместе, были велики. Андерсон собрал отличную команду, и он не захочет распускать её после всего одного тура. Как и она. — Знаешь что? Эти правила против внеуставных отношений… хуйня полнейшая, — сказала она. Кайден перестал делать то, что делал, но не посмотрел на неё. — Шепард… — Он звучал неуверенным и сделал глубокий вдох. — Тебе нужно определиться. — Уже. Теперь он встретился с ней взглядом, и она бросила фонарик и повернулась на бок, так что они оказались лицом к лицу. — И? — спросил он, подняв одну бровь. Её ответом стало то, что она притянула его для поцелуя, на который тот немедленно ответил, положив руку ей на затылок и притягивая её ближе к себе. Ситуация быстро накалялась, и им пришлось отстраниться, потому что они оба ударились головами о панель над ними. Однако, это их не остановило. Они посмеялись над этим и двинулись с пола на одно из передних сидений. Кайден сел первым, а Шепард расположилась у него на коленях, разведя ноги. Её губы снова встретились с его, а нетерпеливые руки стали блуждать, пытаясь хватать и щупать и гладить, но скользили по потной коже. — Никогда не думала, что вы будете так сильно хотеть нарушить устав, лейтенант, — поддразнила она его, когда они разъединились, чтобы он смог снять с неё лифчик. Однажды они смогут сделать это, не торопясь, и не так отчаянно, словно они делали последний вздох. Но этот день, однако, — не сегодня. — Сложно заботиться о внеуставных отношениях, когда всё такое неопределённое, — сказал он, его руки у неё на заднице, притягивая её ещё ближе. — Даже как-то немного мелочно, ведь мы каждый день рискуем нашими жизнями на грани ради этой миссии. Было хорошо знать, что он соглашался с ней в этом. Он проложил дорожку вниз от её шеи и челюсти; его губы, язык, зубы облизывали, щипали, пробовали на вкус солёную кожу, пока он не достиг её грудей. Его рот накрыл один из сосков, и он втянул его, а второй стал перекатывать своими пальцами. — Когда я думаю о том, что теряю тебя… Не могу это терпеть, — сказал он, его голос вышел немного грубым, когда он переходил ко второй груди. Его руки теперь накрывали первую, ощупывали её, заставляли Шепард стонать и тереться об него, в то время как он посасывал другой сосок. — Ты не теряешь меня, — убеждала она его. — Обещай мне? Её ответом стало новое столкновение её губ с его. Опустив руку между ними, она освободила его эрекцию и стала поглаживать его. У него перехватило дыхание, и он отодвинул её трусики, он хотел, ему было нужно оказаться внутри неё. Она приподняла бёдра и затем медленно опустилась на него, её рука всё ещё была на его члене, направляя его внутрь. Её биотика горела сильнее, чем его, захватывая его и делая его гиперчувствительным к тому, в каких местах соприкасались их тела. С её тела тёк пот, пока она скакала на нём, в жёстком ритме, словно наказывающем, как она и любила. Он пытался успеть за ней, как только мог, учитывая то, как потное тело прилипало к сидению, а его ладони и руки скользили по её мокрой коже. Напряжение нарастало так быстро, и он уже знал, что она уже тоже близка, когда почувствовал, как она задрожала и сжалась вокруг него. Резким движением бёдер он погрузился даже глубже в неё, отчего она оказалась за гранью. Она кончила, выкрикивая его имя между стонов, её короткие ногти врезались в его плечи. Он снова схватил её за задницу обеими руками, притягивая её к себе, удерживая её, пока его не накрыл собственный оргазм и он не кончил в неё. Они некоторое время оставались соединёнными в мокрой липкой тёплой каше. Она лежала на нём, они оба тяжело дышали и рвано втягивали воздух, ожидая, когда успокоятся их сердца. — Знаешь… мы пропустили последний звонок по расписанию с Нормандией. Они, должно быть, уже ищут нас, — сказала она, скатываясь с него и обратно надевая трусики. — Значит, возможно, ты захочешь одеться. Или, может, просто скажи им пока не заходить. — Сказать им? — Ага. Мако починен. В смысле починено то, что могло быть починено без новых деталей. — Он быстро повозился с чем-то под панелью, и они услышали электронный шум систем машины, приходящих в действие. — Мы всё ещё можем окончить миссию. Оставшиеся элементы питания продержатся ещё около десяти часов. — Функциональность восстановлена на 78%, — прочитала Шепард на мониторе. — Здорово. Когда ты собирался сказать мне, что ты закончил с ремонтом? — У нас всё ещё было, с чем разобраться, — сказал он с обворожительной полуулыбкой, которая сейчас выглядела немного самодовольной. — Почему ты не активировала аварийный маяк, Нормандия была бы здесь ещё часы назад? — У нас всё ещё было, с чем разобраться, — ответила она с ухмылкой.

***

27 марта, 2183 Прежде чем они добрались до ретранслятора в туманности Конская голова, Рекс подошёл к коммандеру рассказать, что, с помощью Тали, он выследил турианского наёмника, у которого было что-то, что принадлежало ему и что он хотел вернуть. Похоже, её экипаж был занят, пока она была на Завине с Кайденом. — Просто оставь меня на Тунтау, — сказал кроган. — Я раздобуду фамильную броню и выберусь оттуда сам. — Оставить? — Рекс показал себя как ценный член её команды. Шепард не собиралась так просто его отпустить. — Как насчёт того, чтобы я помогла тебе найти её? — Хаха! Я должен был знать, что ты не убежишь от хорошей драки, Шепард. — Ага. Скажу Джокеру проложить курс на… это в системе Гидра? — Феникс. Она кивнула и направилась к интеркому проинформировать пилота и команду о новом месте назначения. — Готово. — Возьми азари с нами в команду высадки. Её биотика может пригодиться. — Эй, я тоже биотик, — игриво запротестовала она. — Как и ты. Сколько тебе вообще нужно биотиков, Рекс? — Она лучше тебя, — без обиняков ответил он. — Ой! Откуда ты вообще можешь это знать? — Мы практиковались, пока ты спаривалась на земле, и она надрала мне задницу. Она посмотрела на него, расширив глаза, её рот открылся в шоке. — Ч-что, ещё раз? Я не спаривалась. Мы были на миссии. — Не прикидывайся скромнягой, Шепард. Я всё ещё чувствую запах на тебе и Аленко, — сказал он, выглядя при этом раздражающе весёлым. Похоже, этого крогана было не обдурить. — Ты не можешь кому-либо об этом рассказывать, Рекс, — сказала она, её тон был достаточно серьёзным, чтобы тот знал, что она всерьёз, хотя и краснела при этом до кончиков ушей. — Думаешь, остальные не почувствуют запах? — Господи, надеюсь, нет. — Морпех была в ужасе. Она просто хотела, чтобы этот разговор прекратился. К счастью, они находились в её каюте, и рядом не было никого, кто мог бы их услышать. — И Шепард, — он наклонил голову, чтобы они оказались лицом к лицу, оказываясь немного ближе, чем ей было комфортно, — в следующий раз, когда пойдёшь охотиться на молотильщика, берёшь меня со мной. — Дай догадаюсь: это ты тоже почуял по запаху? — Им весь Мако пропах. Хотя ты и твой хахаль пахнете сильнее. — После этого Рекс ушёл, смеясь во всё горло, в то время как коммандер, крайне пристыженная, повесила голову. Нормандия собиралась вернуться к курсу на Цитадель, где планировалось оставить Лиару, но, с тех пор как Шепард сказала Кайдену, что даст доктору шанс, они сначала собирались на Тунтау, и протестировать её в поле казалось хорошей идеей. Если азари была так хороша, как говорил Рекс, это была ещё одна причина, по которой Шепард стоило её оставить. К тому же смена курса даст двум женщинам больше возможностей поговорить. Это был также шанс для Шепард справедливо отнестись к Лиаре и доказать себе, что она достойна лояльности и доверия, которое вложили в неё её сопартийцы-инопланетяне.