Мощь и немощь

Джоффри ощущал небывалый подъем сил. Благодаря синему порошку, ему открывались тайны мира, истинные лица людей, их помыслы и чаяния. Голоса нашёптывали ему, предостерегали – кругом враги. Они испугались лишь Пса, разбежались, попрятались по углам и сидели тихо, не высовывались. Джоффри заинтересовался подобным послушанием и только поэтому оставил жену в покое. Ему хотелось продолжать эксперименты, а для этого было нужно добыть ещё волшебного зелья. — Выбей дверь! — закричал Джоффри, почти бегом подходя к келье мейстера Бориля. Пёс, не рассуждая, ударил ногой в дверь, где с внутренней стороны был лишь хлипкий крючок. Мейстер вскочил из-за стола, опрокинув чернильницу, на пол посыпались свитки. Джоффри ураганом пронёсся комнате, разбрасывая книги, горшки со снадобьями, но не находил искомого. — Где зелье?! — он резко развернулся к мейстеру, сверкая глазами. — Ваше величество! Доза, которую... — Где зелье?! — взвизгнул Джоффри. Мейстер опустил голову в молчании. — Пёс! Узнай у него, где мой асшайский порошок, за который я заплатил гору драконов! Может, мейстер сам балуется зельем, и оно уже всё вышло?! — Ваше величество! — быстро заговорил старец, молитвенно сложив ладони, — нужно быть очень осторожным... — В пекло осторожность! У меня член встал! Ты понимаешь это, старик?! — Джоффри осёкся, бросил на стражника испуганный взгляд, однако быстро взял себя в руки. — Мой Пёс перережет твою цыплячью шею и глазом не моргнёт! Тебя не спасёт твоя цепь! Говори сейчас же! Клиган достал из ножен свой клинок и направил его в лицо мейстера. — Говори, старик! — глухо зарычал он, подходя опасно близко. Мейстер Бориль тяжело вздохнул и указал рукой под стол. Там, с нижней стороны столешницы, крепился потайной ящик, в нём-то и был спрятан заветный ларец. Подгоняемый мечом, мейстер дрожащими руками снял с шеи шнурок с ключом. Джоффри выхватил ключ и поспешно отворил дверцу, бережно извлёк ларец. Он вскрывал все мешочки и свёртки, пока не нашёл тот самый синий порошок. Король крепко зажал в кулаке бесценное зелье и вышел прочь, буднично бросив на ходу: — Убей его, Пёс! Мейстер Бориль побледнел, даже старческие пятна схлынули с его лица и шеи. Он взглянул на своего палача с тяжким вздохом. Пёс исподлобья глядел на жертву несколько мучительно долгих мгновений. — Что ж, молодой человек, — вздохнул мейстер, — такова воля короля... — В пекло короля! — рыкнул Пёс, и мейстер вздрогнул всем телом. — Уходи! — тихо продолжил он скрипучим шёпотом и вернул клинок в ножны. Мейстер Бориль часто заморгал. — Как я могу вас отблагодарить, юноша? — робко спросил он. Пёс невесело ухмыльнулся. — Моему члену не нужен мейстер. Так что засунь свою благодарность в.., — но вдруг он совсем иначе поглядел на старика. Безумная идея вспыхнула в его мозгу. Джоффри получил доступ к своей отраве и теперь неизвестно, что выкинет в очередной раз. Пора уходить. Давно пора. — Ты выведешь леди Сансу через ворота в город и доставишь ее в "Трюм", что близ пристани... В глазах старика появился ужас. — Слишком рискованное предприятие, — замотал он головой. Пёс подошёл ближе и заглянул в выцветшие голубые глаза мейстера. — Никто не знает, что мальчишка велел тебя прикончить. Вы легко выйдете за ворота. А я скажу его величеству, что ты уже кормишь рыб в Черноводном заливе. Невелика цена за спасенную шкуру, а, старик? Или же могу исполнить приказ... Клиган говорил спокойно, уверенно, но в успехе "рискованного предприятия" не был уверен ни на грош. Или дело выгорит, или он погубит Пташку. Мейстер Бориль медленно кивнул. Он попросил немного времени, чтобы собраться. Клиган оставил старика, а сам поспешил к той, чью жизнь собирался либо спасти, либо глупо просрать. После недавнего визита короля Санса заболела. Она лежала в кровати, цветом лица сливаясь с простынями. На шее ярко цвели синие цветы от пальцев взбесившегося супруга. Служанка, которая как раз шла в покои королевы и стала невольной свидетельницей неприятной сцены, с трудом упросила госпожу открыть дверь. — Ох, ваше величество, простите меня, я стояла за углом, чуть дыша! Ноги прямо приросли к полу! А тут ещё и Пёс явился! Он когда побежал, я в стену вжалась, он меня и не заметил, будто я гобелен какой! — трещала горничная, меняя смятые простыни, пока Санса трясущимися руками подносила к губам чашу с тёплым вином. Она слушала очень внимательно, боясь пропустить то, что скрыл от неё обморок. — А потом? — осипшим голосом спросила Санса, когда служанка вдруг умолкла. Горничная обернулась, обрадованная вниманием. — А потом Пёс подошёл сзади к королю, да пошлют боги ему долгих лет жизни, и положил ему на плечо свою лапищу! Вы же видели его руки! Его величество даже не обратил внимания – вот где, воистину, львиное сердце! Он всё сжимал вашу шею и всё вздорил с кем-то на незнакомом языке... А Пёс так ласково с ним... я то думала, он только рычать горазд. Он его, как маленького, заговорил и отвёл от вас. Вы, бедняжка, упали сразу, но я не посмела бежать к вам, пока его величество со стражником не ушли подальше, так и стояла ни живая ни мёртвая, ей-богу! А когда очнулась, вы уже и дверь заперли! Уж я стучала-стучала... — Довольно, — хрипло произнесла Санса. — Оставь меня, пожалуйста. Служанка немного скисла, но всё же изобразила вялый поклон и удалилась, прихватив с собой ворох белья. А Санса забралась в постель прямо в туфлях и попыталась уснуть. Но сон не шёл, её бросало то в жар, то в холод. Выпитый чай с ломтем хлеба просились наружу, было дурно и тошно. Когда дверь в покои вновь отворилась, Санса даже не повернула головы, так болела ее шея. Клиган навис над кроватью жутким чудовищем в свете догорающего дня. — По приказу его величества, вам сейчас же велено явиться к Малым воротам, — проговорил он, чуть склонив голову набок. Разглядывает её синяки, поняла Санса. Санса приподнялась на локтях, но встать не смогла. Она взглянула на стражника с таким мученическим выражением, что он, кажется, сжалился и помог ей подняться. Девушку шатало из стороны в сторону. — Эй, Пташка, соберись, — Клиган легонько встряхнул её за плечи. — Немного осталось...— прошептал он себе под нос, усаживая её в кресло. "И почему я до сих пор позволяю ему так говорить?" – мысленно возмутилась королева. "Впрочем, я уже одной ногой в темнице, а с узниками не церемоняться... Ведь он за тем и пришёл, чтобы отвести меня в подземелья...И правда, немного осталось..." Пёс открыл сундук и выудил оттуда старый плащ, с которого Санса давно спорола мех и украшения, намереваясь когда-нибудь выбросить изношенную тряпку. Ткань снизу совсем истрепалась, на плечах неравномерно выгорела, полотно было в затяжках, жаркое солнце мягко очертило контуры вышитого некогда орнамента. — Я не могу так идти! — вяло запротестовала она и попыталась увернуться от тяжёлых ладоней, что так настойчиво натягивали ей на плечи старый плащ. Она и сама не понимала, чему сопротивляется – одежде или темнице. — Можешь! И пойдешь! — сердито рыкнул Клиган, мельком взглянув на неё. Санса заплакала. Она ведь доверяла лишь ему одному в этом замке, а он ведёт её в темницу. Она давно уж не боялась Пса, а после того, что было между ними по приказу короля, и вовсе не могла выбросить его из головы, и потому от такого предательства было вдвойне больней. Лучше бы за ней пришёл любой другой гвардеец... А Сандор, держа в руках сломленную, униженную и плачущую Пташку, боялся даже взглянуть лишний раз, чтобы не выдать себя. Скажи он ей о побеге, девчонка ни за что бы не согласилась. Пусть продолжает думать, что он чудовище. Силком нацепив ей на поникшие плечи потёртый плащ с капюшоном, Клиган не слишком учтиво подтолкнул королеву в спину и сопроводил до выхода из башни. До цели оставалось рукой подать – перейти сухой ров по подвесному мосту, преодолеть сотню шагов до ворот, а там уже виднеется тёмная фигура в балахоне. — У ворот тебя ждёт человек, пойдешь с ним, – тихо сказал Пёс с лёгким поклоном. Со стороны это выглядело рыцарским расшаркиванием, но выбирать не приходилось – стены имеют уши, а иногда и глаза. Санса испуганно покачала головой, отказываясь от выполнения приказа. Её покрасневшие глаза были полны непролитых слёз, нижняя губа горько подрагивала. — Иди! — жёстко приказал Пёс. Он терял терпение и время. План был не продуман, Сандор действовал по наитию. Всё могло сорваться в любой миг. Пташка пошла как пьяная. Она опасно покачивалась на мосту, рискуя свалиться в ров, но на середине двора немного собралась и зашагала увереннее. Пёс выдохнул, когда увидел, как мейстер с молодой королевой вышли за ворота. Он на мгновение вскинул глаза к ясному, прозрачно-голубому небу, щурясь от яркого света. Если там кто-то есть и наблюдает сейчас за ним, пусть он хотя бы не мешает.