Сын Короля // King's Son

— Не забудьте вырвать сорняки. — послышался в саду властный голос Филиз. Поскольку день выдался довольно солнечным и тёплым, женщина наконец решила заняться садом. Ей не нравился тот порядок, что в своё время установила здесь Летиция. Филиз не видела гармонии среди высаженных цветов и считала большинство комбинаций откровенно неудачными. Но из-за того, что некоторые растения цвели раньше, а некоторые позже, из-за разного периода их высадки полная перепланировка затянулась достаточно надолго. К счастью, Филиз была терпеливой, та и её желание стереть с этого дома все упоминания о Летиции с каждым днём всё больше укреплялось. — Тюльпаны лучше убрать. — отдала женщина инструкцию одному из садовников. — Пусть лучше растут за домом. Здесь они ни к чему. — А нарциссы? — переспросил седоволосый мужчина, натягивая перчатки повыше. — Пусть останутся. Только высадите их ровными рядами по обе стороны. — Филиз наглядно показала рукой, откуда стоит начинать. Странно, но занимаясь подобными домашними делами, женщина успокаивалась. И пусть она никогда не считала себя истинной домохозяйкой, но для Филиз было буквально долгом окружать свою семью комфортом и красотой. Покойный Башкурт всегда ценил это. Именно потому ему никогда не было стыдно принимать у себя дома гостей, которыми обычно были его близкие партнёры. Вспомнив о муже, Филиз недовольно мотнула головой. Женщина до сих пор не знала, любила ли она его больше или всё же ненавидела. — Нет-нет, уберите эти статуи. — Филиз нахмурилась, махнув садовнику рукой. — Уберите их куда-нибудь подальше. Это сад, а не парк или музей. Но не успела женщина закончить эту фразу, как её взгляд внезапно упал на группу людей, которая двигалась от ворот к дому. Внутри у Филиз всё похолодело, когда она поняла, что впереди них шёл Карадюман Озкер. Он был достаточно низким мужчиной с всегда недовольным выражением лица, маленькими карими бегающими глазами и орлиным носом. Его походка сохраняла черты вальяжности и какой-то горделивости. На седеющей голове вечно красовалась шляпа. Хотя все подозревали, что на самом деле это был не аксессуар, а способ прикрыть лысеющую макушку. Карадюман имел вполне противный характер и задиристый нрав. Хотя все его решения были наполнены мудростью. Он всегда получал то, что хотел. И главной причиной было то, что именно Карадюман Озкер был Поставщиком. — Госпожа Филиз, куда нам высадить эти красные розы? — садовник взял один из кустов, приобретённых утром на местном рынке. Растение было выкопано ещё цветущим, потому на верхушке можно было заметить ещё не до конца завядший алый бутон. — Думаю, здесь, под окном? Но Филиз уже не слушала мужчину. В её голове поднялась паника. Если Поставщик приехал, значит дела были плохи... Но он ведь обещал подождать неделю! — Госпожа Филиз! — крикнул ей вслед садовник, когда женщина внезапно сорвалась с места и направилась в дом, за дверью которого Карадюман только что скрылся со своими людьми. Сердце бешено колотилось в груди. Тёмные волосы липли ко лбу, который от нервов покрылся потом. Женщина буквально не чувствовала земли под своими ногами, но к ней отчётливо доносился чавкающий звук, когда её ботинки вступали в грязь. — Дамир! — только и успела позвать Филиз, распахнув двери, но к её виску тут же кто-то приставил дуло пистолета. Входная дверь за спиной захлопнулась. Не теряя ни секунды, женщина ловким движением вытянула из-за пояса свой пистолет и приставила его нападавшему к подбородку. Да так, что тому пришлось немного запрокинуть голову. Карие глаза Йылмаз горели злостью. — Ох, как негостеприимно с твоей стороны, Филиз. — скрипучий голос Карадюмана послышался откуда-то со стороны гостиной. — Обычно, гости, которые рассчитывают на гостеприимство, не целятся в тебя в твоём же доме. — съязвила женщина. Она хотела взглянуть на Карадюмана, но из-за пистолета у виска не могла даже голову повернуть. Эта беспомощность злила. — Эмин, пусть посмотрит на меня. — будто прочитав её мысли, великодушно бросил Карадюман. Мужчина тут же подчинился, хотя Филиз всё равно чувствовала его напряжение, вызываемое пистолетом, который она держала у его подбородка. Йылмаз не знала, что хотел Карадюман и зачем он пришёл, но всё это оружие явно не говорило о добрых намерениях. Когда хватка его человека немного ослабла, Филиз тут же бросила взгляд на гостиную и обомлела. Карадюман сидел на подлокотнике кресла, забросив ногу на ногу. Его руки были скрещены на груди, а на лице застыла ухмылка. Рядом, на другом кресле, сидел Дамир. К его затылку так же был приставлен пистолет. Сердце Филиз пропустило удар, когда она заметила в глазах сына мимолётный ужас. Испугался ли он за неё или за себя? Женщина в панике обвела взглядом всю комнату, пытаясь пересчитать количество головорезов Озкера. — Филиз, пожалуйста, отдай свой пистолет Эмину, и мы спокойно поговорим. — Карадюман перевёл взгляд на молчаливого Дамира. — Потому что я как-то не очень хочу запачкать твои ковры кровью Дамира. — Ты не посмеешь. — процедила сквозь зубы Филиз. — Проверим? — Карадюман вопросительно приподнял брови и махнул рукой своему человеку. Тот нажал на курок. Всё произошло настолько быстро, что Филиз даже не успела крикнуть, а лишь в ужасе закрыла глаза, но выстрела не последовало. Лишь щелчок. — Ой, кажется, Бора забыл положить в барабан один патрон. — Карадюман наигранно удивился. Дамир шумно выдохнул и почувствовал, как задрожали его руки. — Ты знал, что патрона нету. — впервые заговорил парень. Ему до сих пор казалось, что смерть сжимала его горло своими ледяными руками. Он ведь и вправду на мгновение поверил, что человек Карадюмана выстрелит. — Конечно, знал. — мужчина махнул рукой, будто это само собой было понятно. — Я не убиваю тех, кто должен мне много денег. Это финансово невыгодно. Но если твоя мать настаивает, ты можешь стать первым... — Нет. — стальным тоном бросила Филиз и убрала пистолет от подбородка Эмина. — Забирай. Просить дважды не пришлось. Мужчина выхватил с её рук оружие и бросил его на столик в коридоре. Далее Филиз почувствовала грубый толчок в спину. — Я, по правде, хотел поговорить только с Дамиром, но рас уж ты тоже решила присоединиться, пусть будет так. — Карадюман довольно наблюдал за тем, как Филиз усадили на стул на противоположную от сына сторону. Женщина тут же встретилась с Дамиром взглядом. — Разговоры не проводят с пистолетом у виска. — бросила Филиз, чувствуя холод оружия. — Так веселее. — Карадюман подмигнул ей. — Но здесь кого-то не хватает. Мужчина театрально обвёл взглядом комнату. Филиз заёрзала на стуле, из-за чего мужчина за её спиной грубо схватил её за плечо. — Ах, да. Где же наша принцесса? — Карадюман взглянул на Дамира, но лицо парня не выражало дружелюбия. В его карих глазах перемешался страх и ненависть. Он сжимал руки в кулаки, но двинуться с места не мог, ведь понимал, что следующий выстрел в его голову уже не будет холостым. — Что тебе нужно от Мейлишах? — процедил Йылмаз сквозь зубы. — От Мейлишах — ничего. А от вас — деньги. — Карадюман снова ухмыльнулся и подал знак своим людям. Несколько мужчин направились на второй этаж дома. — Ты же не забыл о долге, Дамир? — Ты дал отсрочку до конца недели. — вставила Филиз, судорожно пытаясь придумать, как им выбраться с этой ситуации. — Припоминаю такое. — Карадюман кивнул и поправил свою шляпу. — Но, знаешь ли, я в праве передумать. На втором этаже послышался шум. — О-о-о, — протянул Карадюман, — как быстро они её нашли. — Если хоть волосок упадёт с её головы... — тут же начал Дамир, намереваясь встать, но люди Карадюмана грубо заставили его сесть обратно. — То что, Дамир? Что ты мне сделаешь? — Поставщик оскалился. Он знал, что преимущество было всегда на его стороне. — Даже твоя голова сейчас в моих руках. — Пустите меня! — возмущенный голос Мейлишах донесся к ним с лестницы. Двое мужчин под руки тащили её вниз. Мейлишах то и дело спотыкалась и отчаянно сопротивлялась. Карадюман удивлённо обернулся. — Дамир. — на выдохе произнесла девушка, оказавшись внизу и увидев сцену в гостиной. В её карих глазах отчётливо читался ужас. — Вот и виновница торжества. — радостно объявил Карадюман. — Мейли, не волнуйся. Сохраняй спокойствие. Я всё решу. — поспешил убедить её Дамир, хотя понимал, что это бессмысленно, с учётом двух громил, которые стояли над ним да ещё и приставляли к его голове пистолет. Этого Йылмаз больше всего и боялся: что против него будут использовать сестру. — Слушайся брата, Мейлишах. — Карадюман назидательно поднял вверх указательный палец. — Он обязан будет решить всё, если захочет увидеть тебя живой. — Что это значит? — Дамир почувствовал, как по его спине скатывается холодный пот. Сжав руки в кулаки, он наблюдал за тем, как Мейлишах снова начала пытаться вырваться, но хватка двух мужчин была слишком сильной. — Денег заплатить мне у тебя нету. — Карадюман пожал плечами. — Это и так ясно. А я хочу вернуть свой долг сейчас, потому я забираю вашу принцессу и великодушно даю целые сутки для того, чтобы собрать необходимую сумму. Если через двадцать четыре часа я не получу свои деньги, вы не получите Мейлишах живой. Девушка резко замерла в руках людей Карадюмана. Тёмные волосы упали ей на лицо. В чертах лица застыл страх. — Дамир. — снова выдавила она, но на этот раз голос предательски дрогнул. — Возьмите меня! — тут же выкрикнула Филиз. Мейлишах, как и Дамир с Карадюманом, удивлённо на неё уставилась. Женщина выглядела весьма решительной, пусть у неё внутри при этом всё покрывалось коркой льда из-за нарастающего страха. Как бы там ни было, а Филиз понимала, что ситуация была слишком рискованной. Даже если Дамир найдёт нужную сумму, не было гарантии, что Поставщик выполнит свои условия сделки. Карадюман Озкер славился своей привычкой наказывать тех, кто не принимал предупреждения с первого раза. У Мейлишах были минимальные шансы выжить, а вот Филиз, возможно, могла бы что-то придумать, дабы самой выбраться из плена и сбежать. Тогда не пришлось бы никем рисковать. — Мама, не смей. — предупреждающе процедил Дамир, хотя обе женщины были ему одинаково дороги. — Как благородно. — Карадюман издевательски поаплодировал Филиз. — Очень благородно, я бы сказал. Ты хочешь пожертвовать собой, Филиз, ради девчонки, рождение которой разрушило твою семью. Ты всегда такой была или недавно развила в себе эту черту? — Прекрати. — выплюнула женщина. — Я предлагаю тебе забрать меня. Поверь, таким образом твой улов будет больше. — Ох, в этот раз ошибаешься. — Карадюман наконец поднялся с кресла и выпрямился. Затем он медленно проследовал к Мейлишах. Девушка заметно напряглась, когда он оказался рядом. Дамир мог поклясться, что если бы её не держали, она давно убежала бы от него. И с таким решением сложно было поспорить. Йылмаз и сам с радостью держался бы подальше от назойливого Озкера. — Посмотри на неё. — Карадюман убрал с лица девушки несколько прядей волос. Мейлишах гордо вздёрнула подбородок и попыталась отвернуться. Её карие глаза лихорадочно блестели. Дамиру захотелось броситься на Озкера, но в следующее мгновение Поставщик грубо схватил девушку за подбородок и заставил взглянуть на себя. Затем он вновь перевёл внимание на присутствующих. — Если я заберу тебя, Филиз, в поисках денег будет бегать только Дамир, а я хочу ему помочь. — Карадюман буквально чувствовал на себе испепеляющий взгляд Мейлишах. — Но если заберу вашу дорогую принцессу, то подключу к этой истории ещё и Летицию. А я слышал, что Башкурт оставил ей о-о-о-очень много денег. Так что, считайте, я помог Дамиру. Карадюман улыбнулся, как ни в чём не бывало и отпустил Мейлишах. — Думаю, условия весьма понятны, Дамир? — он вопросительно взглянул на Йылмаза. — Я принесу тебе деньги и без этого. — вновь попытался выставить свои условия парень. — Мне нужны гарантии. — перебил его Карадюман с безразличным видом и, круто развернувшись, направился к выходу с дома. — Дамир! — в панике закричала Мейлишах, чувствуя, как её так же тащат к выходу. Девушка отчаянно пыталась из-за плеча увидеть брата. — Я что-то придумаю, Мейли! Я приду за тобой! — только и успел крикнуть Йылмаз прежде, чем за ней закрылась дверь. Хотя, по правде, Дамир абсолютно не представлял, что ему делать. *** Подходя к кабинету отца, Хюмашах заметила, как оттуда выходят двое крепких мужчин. Девушка легко узнала в них приближённых людей Дженгиза. И обычно они покидали дом без своего господина только в одном случае — если у них был прямой приказ убрать кого-то с пути Озканов. Сегодня криминальные хроники пополнятся новыми статьями. — Доброго дня, Госпожа Хюмашах. — хором произнесли мужчины, учтиво склоняя головы. — Доброго. — кратко ответила девушка. — Бог в помощь. И пусть мужчины напрямую не говорили о том, что шли на задание, но краткой благодарностью в ответ на слова Хюмашах подтвердили её догадки. На мгновение девушка остановилась, дабы провести людей отца взглядом. После ужина в доме Йылмазов Дженгиз был сам не свой. Он рвал и метал, злился, кричал и придумывал, как бы посильнее насолить Дамиру. Мужчина был готов на всё, лишь бы убедить упрямого мальчишку в том, что его идея покинуть криминальный мир — это ошибка. И Хюмашах даже пыталась предупредить Йылмаза, но тот не слушал. Как говорила мать девушки: нету войны более жестокой, чем между двумя упрямыми мужчинами. Хюмашах вздохнула. Быстрым движением поправив волосы, она подошла к двери отца и постучала. Не дожидаясь ответа, девушка вошла. Дженгиз как раз сидел за рабочим столом, задумчиво что-то записывая в толстую потёртую тетрадь. По левую руку от него лежал калькулятор, а справа — неизменный чёрный блокнот. Но что было более неожиданным — так это присутствие в кабинете Сарыгюль. Женщина стояла возле мужа, задумчиво скрестив руки на груди и рассматривая его записи. — Хюмашах. — радостно произнёс Дженгиз, подняв на дочь взгляд своих серых глаз. — Свет мой, проходи. Мать лишь кратко улыбнулась дочери. — А я и не знала, что приказы об убийствах вы теперь отдаёте вместе. — невзначай вставила Хюмашах, устраиваясь на стуле по другую сторону стола. Сарыгюль послала девушке недовольный взгляд. — Ты многое замечаешь. — гордо произнёс Дженгиз. — Это похвально. — Ты что-то хотела? — Сарыгюль вопросительно выгнула брови. В отличии от восхищающегося каждым движением Хюмашах Дженгиза, она видела их дочь насквозь. Иногда это немного портило планы девушки, но не в этот раз. Сверкнув своими карими глазами, Хюмашах смахнула с лица выбившуюся прядь волос. — Да. Я хотела поговорить о Поставщике. — фраза слетела с губ девушки слишком легко, но она отчётливо заметила, как ручка Дженгиза резко замерла на бумаге. Мужчина напряжённо сглотнул. — Чем же тебя там интересует Карадюман Озкер? — Сарыгюль проследовала к окну и задумчиво взглянула на берег реки, который хорошо был виден отсюда. Женщине пришлось немного жмуриться из-за яркого солнца, но Хюмашах хорошо была знакома такая тактика матери. Как и отец, Сарыгюль пыталась уйти от темы, пусть и задавала прямые вопросы. — Зачем вы прислали его к Йылмазам? — девушка недовольно скрестила руки на груди. Её взгляд остановился на отце, который выглядел достаточно напряжённым. Пусть она и была наследницей Озкеров, но родители продолжали утаивать от неё некоторую информацию, которая, по их мнению, могла навредить дочери. Хюмашах обижало то, что её до сих пор считали ребёнком. — Мне нужно, чтобы Йылмазы остались в бизнесе. — терпеливо ответил мужчина. — Мы ведь это обсуждали. — Да, обсуждали. — Хюмашах утвердительно кивнула. — Но мы не договаривались, что Поставщик будет убивать Мейлишах Йылмаз. — Он не убил Мейлишах. — исправил её Дженгиз, отбросив на стол ручку. — Считай, убил. — настаивала на своём Хюмашах, наклонившись вперёд. — Или Вы с мамой думаете, что Дамир волшебной палочкой наколдует гору денег, чтобы вернуть Карадюману долг? На этих словах на лице Дженгиза расцвела улыбка. Но не та добрая, которую он всегда дарил дочери, а хищная. С таким оскалом Озкан обычно шёл в бой, пачкая руки по локоть в кровь. — Дамир всегда может прийти ко мне за помощью. — заключил Дженгиз с ноткой триумфа. Он явно не сомневался, что так и будет. У себя в голове мужчина, наверняка, уже рисовал картину того, как Дамир приползает к нему на коленях. — Вы лучше всех знаете, отец, что он этого никогда не сделает. — вставила Хюмашах достаточно мрачно. Дамир, как и Башкурт, славился своей гордостью. Он никогда не умолял и не просил пощады. Дженгиз играл с огнём, подвергая опасности его сестру, но, по правде, это могло сработать. Вот только где гарантия, что Йылмаз потом не захочет отомстить? — Он поймёт, что это вы натравили на него поставщика. — не сдавалась Хюмашах. — Это опасно. — Ты за нас беспокоишься или за Йылмазов? — впервые нарушила молчание Сарыгюль, повернув голову к дочери. Её высокая стройная фигура казалась ещё более величественной в ярких лучах солнца. — Я беспокоюсь за то, что вы разбудили спящего медведя по имени Карадюман. И пока он не получит свой кусок мяса, кто-то обязательно умрёт. — зло бросила Хюмашах. Девушка, как и все в криминальном мире, много слышала о Карадюмане. Он был настоящей живой легендой, бродящей по улицам Аскула. И пусть его роль уже давным давно возросла, оставляя прошлое обычного поставщика позади, это прозвище напрочь к нему прилипло. И стоило этому единственному слову прозвучать, как все в комнате замолкали и лишь переглядывались между собой. Никто не хотел нажить себе врага в роли Поставщика. Сначала он разорит твою семью, а затем убьет тебя, даже глазом не моргнув. Но это была лишь одна сторона медали. Находились смельчаки, которые в открытую говорили о своих намерениях занять место Карадюмана после его смерти. Всё-таки даже он был не вечным. И пусть многих из них находили потом мёртвыми, это только всё больше распространяло "культ Поставщика". Хюмашах не удивилась бы, если однажды получила бы новость о том, что Озкера пытались убить. Вот только и тут была загвоздка. Поговаривали, что у Поставщика был сын, рождённый вне брака. Вот только Карадюман так надёжно его спрятал, что никто до сих пор не знал, как парень выглядел. Хотя не было сомнений, что стоит Озкеру отойти в мир иной, наследник его богатств и власти тут же появится. И, вполне возможно, что он будет даже хуже, чем его отец. — У нас есть кусок мяса, о котором ты говоришь. — Дженгиз откинулся на спинку стула, встретившись взглядом с женой. Плохой знак. — Мы заключили с Поставщиком сделку. — закончила вместо мужа Сарыгюль. — Сделку? — Хюмашах удивлённо округлила глаза и захлопала длинными ресницами. — Безумие! Поставщик всегда требует очень большую цену за свои услуги. — И мы готовы её дать. — Дженгиз выглядел на удивление спокойным, что нельзя было сказать о Хюмашах. Липкий страх неумолимо подбирался к горлу девушки, перекрывая ей воздух. — Если Дамир умён, он придёт ко мне. Я отдам поставщику сумму в два раза большую, нежели он просит, и проблема решится сама по себе. По крайней мере, до следующего месяца, когда нужно будет возвращать остаток долга. — Вы хотите привязать Дамира к себе. — догадалась Хюмашах. — Ну, что ты? — Сарыгюль ухмыльнулась. — Это будет дружеская помощь. Хюмашах никогда не забывала о том, что её мать была наследницей одной из самых уважаемых в криминальном мире семей. Своим поведением она попросту не давала упускать эту деталь из виду. Пусть Сарыгюль не родилась мальчиком, как того хотели её родители, но она вобрала в себя весь их ум и величие. Даже в роли жены Дженгиза женщина не оставалась на вторых ролях. Будучи, казалось, на шаг позади мужа, дабы позволить сиять ему, как того и требовали традиции, Сарыгюль умудрялась сохранять равную с ним власть. — А если Поставщик всё же убьёт Мейлишах? — вновь пошла в наступление девушка. Хюмашах считала всю эту затею слишком опасной. В первую очередь, стоило опасаться за свою же семью. Кто знает, что родители могли пообещать Карадюману. "Лишь бы не просьбу", — молила девушка. Всё-таки, как известно, если обменять услугу Поставщика на просьбу, то обычно это заканчивается плачевно, ведь Озкер обращается за помощью, лишь когда ситуация абсолютно критическая и вышла из-под его контроля. — Мейлишах — забота Дамира. Не твоя. — уклончиво ответил Дженгиз. — А если бы на месте Мейлишах была я? — Хюмашах вопросительно вздёрнула брови, наклонившись вперёд. — Следи за языком. — процедила сквозь зубы Сарыгюль с явной угрозой в голосе. Её карие глаза запылали гневом. Но Хюмашах встретила напор матери с присущим ей упрямством. — Ты никогда не окажешься на месте Мейлишах. — Дженгиз ответил достаточно мрачно, явно недовольный тем, что разговор зашёл в это русло. — Потому что у тебя есть мы с мамой. Хюмашах почувствовала острый укол совести в груди. Отец с матерью действительно всегда её защищали. Как бы сильно Дженгиз не хотел когда-то иметь сына, он был бесконечно благодарен судьбе за дочь, которая смогла стать истинной наследницей. И даже Сарыгюль с её гордым нравом и холодным характером иногда сбрасывала свою броню при Хюмашах. Сколько бы денег не было у Озканов, какие бы дома, рынки сбыта не находились в их владении, их главным богатством оставалась дочь. И как же иронично было то, что именно её враги могли использовать, как главное оружие против родителей. — Скажите мне, что вы отправили ваших приближенных людей на помощь Дамиру. — внезапно вспомнив о мужчинах в коридоре, произнесла Хюмашах. Сарыгюль сосредоточила взгляд на дочери, предчувствуя что-то неладное, Дженгиз неуклюже пожал плечами. — Ты же знаешь, что я никогда не стану врать тебе. — ответил мужчина. И это было правдой. — Хюмашах, только не делай глупостей. — вставила Сарыгюль, с силой сжав тонкими пальцами спинку стула мужа. Смотря в упор на дочь, она уже видела в её карих глазах пляшущие огоньки. Хюмашах что-то задумала. И это "что-то" явно им не понравится. — Никаких глупостей. — девушка встала со стула и улыбнулась, поднимая раскрытые ладони на уровень груди в знак капитуляции. — Дженгиз. — с напором бросила Сарыгюль мужу и сжала на этот раз его плечо. Мужчина лишь похлопал жену по руке. Женщина недовольно поджала губы. — Всё в порядке, Сарыгюль. У нас очень умная дочь. Она не заставил своих родителей волноваться. — Дженгиз говорил вполне уверенно, и Хюмашах не хотела его разочаровывать, но иногда ситуацию стоило брать в свои руки. Мило улыбнувшись, девушка состроила самую милую гримасу, которую только смогла. Она знала, что подействует это лишь на отца, чье сердце сразу же растает, а вот мать явно захочет узнать правду. Да только Хюмашах покинет дом раньше, чем Сарыгюль прикажет своим людям следить за ней. — Характером она вся в тебя. — фыркнула женщина, когда за дочерью закрылись двери. — Это плохо? — Дженгиз взглянул на жену снизу-вверх. Пусть между ними никогда и не было любви, но за столько лет совместной жизни мужчина научился видеть за её маской холодности истинные эмоции. И сейчас Сарыгюль испытывала какую-то смесь гордости и раздражения, судя по поджатым губам и стальному взгляду, направленному на двери, за которыми только что скрылась Хюмашах. — Горячая голова на плечах мало кому ещё приносила счастье. — бросила женщина. *** — Это полное безумие! — выпалил Орхан в ответ на рассказ Эмирхана. Айдын лишь пожал плечами. — Видимо, Дамир доигрался наконец. — в голосе Эмирхана слышались абсолютно равнодушные безразличные нотки. Он задумчиво наблюдал за тем, как несколько машин готовились к началу гонок. Конечно же, подобное развлечение было незаконным и проводилось обычно под покровом ночи. Эмирхан и сам нередко участвовал в заездах, наслаждаясь тем, как каждый раз по его крови расползался адреналин. Для таких же молодых людей, как и он, эти гонки были способом сопротивления и бунта. Кто-то убегал от родителей, кто-то — от опекунов, а Эмирхан — от своей сестры. К счастью, Эмине пока не знала об этом увлечении своего брата и не могла всё испортить. — Мейлишах Йылмаз в руках Поставщика. Как Дамир это допустил? — Орхан скрестил руки на груди и покачал светловолосой головой. Эмирхан вздохнул и перевел на него взгляд. Орхан Энвер был его лучшим другом. Всегда сосредоточенный на важных проблемах, смелый и готовый прийти на помощь. Эмирхан ничуть не удивился, когда ему в одиночку с матерью удалось вытащить семью из долгов и практически полного банкротства. И пусть считалось, что Энверы уже давно покинули криминальный мир, они всё равно продолжали поддерживать связь со многими бывшими партнёрами. Иногда Эмирхан даже жалел, что семья Орхана решилась на такой шаг. На арене борьбы за влияние Энверы вполне могли потягаться с Йылмазами. — Ты вообще меня слушаешь? — недовольно выпалил Орхан, сверкнув своими серыми глазами. Его острые черты лица исказило недовольство, когда он понял, что Айдын мыслями был где-то далеко, а вся его гневная триада осталась без внимания. — Потому я и не хотел тебе рассказывать. — лениво бросил Эмирхан, пряча руки в карманы своего пальто. На улице становилось всё холоднее. — Ты всегда неровно дышал к Мейлишах. Орхан резко выпрямился, прожигая друга взглядом. Пусть напрямую они никогда об этом не говорили, но Энверу действительно нравилась дочь Башкурта Йылмаза. Своенравная, гордая, целеустремленная и невероятно упрямая. Эмирхан считал, что она — полная катастрофа, просто избалованная девчонка, которая привыкла получать всё, что ей хочется. А вот Орхан восхищался ею, стоило Мейлишах появиться где-то поблизости. Его тогда будто вмиг подменяли. Временами это раздражало. — На самом деле, я беспокоюсь об Айнур. Они с Мейлишах хорошие подруги. Она может начать волноваться. — попытался оправдать себя Орхан, найдя взглядом свою светловолосую сестру, которая, ничего не ведая, как раз разговаривала с каким-то парнем в зелёной рубашке. Эмирхан хмыкнул. — На самом деле, ты мне врёшь, Орхан. — стараясь точь-в-точь повторить тон Энвера, заявил Айдын. — Айнур едва ли заметит её отсутствие за очередным походом в спа-салон. Орхан поджал губы. Обычно он защищал сестру и всеми силами доказывал Эмирхану, что она не настолько поверхностная, как он думает, но в этот раз его голова была наполнена совсем другими мыслями. — Ты же не думаешь бежать к Дамиру и вручать ему мешок с деньгами? — Эмирхан сузил свои тёмно-карие глаза, с подозрением наблюдая за другом. Тот выглядел весьма решительно. — Нет. — после долгого молчания Орхан тяжело вздохнул. — Мне нельзя лезть в криминальные разборки. Тем более, если тут ещё и замешан Поставщик. Энверы ещё не настолько твёрдо стоят на ногах, чтобы идти на риск. Эмирхан удивлённо вздёрнул брови и притворно расстроился. — А я-то думал, что ты, как принц на белом коне, поможешь Дамиру её спасти. — честно признался Айдын, хоть заранее и знал ответ Орхана. Всё-таки парень и самому себе пока до конца не признавался в том, что влюблён в Мейлишах. Вряд ли он станет ради неё рисковать своей семьёй. — Если ты не заметил, то я не принц. И белого коня у меня нету. — мрачно бросил Орхан, кивнув на свою чёрную машину, припаркованную неподалёку. Эмирхан пожал плечами. — Времена меняются. — голос Айдына заглушил грохот заведённых моторов и визг шин, от которых остался след на асфальте. Толпа взревела радостными криками. Гонка началась. Эмирхан невольно поддался вперёд, пытаясь высмотреть, кто из соперников вырвался вперёд, но телефон в его кармане завибрировал. Вытаскивая его, Айдын даже не сомневался, чье имя увидит на экране. — Ответь сестре. — настойчиво посоветовал Орхан, заметив, как Эмирхан сбрасывает звонок. — Увы, — парень недовольно махнул рукой и направился к своей машине, — сегодня вечером я не настроен слушать лекции на тему того, насколько я безответственно поступил, когда уехал и не сказал ничего ей. Достав ключи, Эмирхан открыл двери машины и спрятал телефон. Орхан всё ещё стоял на расстоянии, с интересом наблюдая за другом. Энвер никогда не понимал взаимоотношения Эмирхана с его сестрой. Какими бы разными по характеру не были Орхан с Айнур, но даже они находили между собой общий язык. А вот Эмине с Эмирханом, которые после исчезновения Эдиза, казалось бы, должны были стать ещё ближе, лишь оддалились. Сколько бы девушка не звонила своему брату, он всегда сбивал. Та и большинство времени предпочитал быть где-либо, но только не дома. Орхан пытался помочь ему разобраться, но проблема была в том, что Эмирхан не хотел ничего менять. Он лишь отшучивался и переводил тему. — Ты говорил, что сегодня не будешь участвовать в гонке. — Орхану не нужно было слышать от Эмирхана никаких слов, чтобы по его взгляду понять, что он собирался сделать. — Я передумал. — легкомысленно заявил Айдын, усаживаясь на место водителя. Упрямство в их семье было в крови. — Можно, я кое-что у тебя попрошу? — произнёс Орхан, придержав двери машины, когда Эмирхан хотел их закрыть. Йылмаз недовольно скривился, ведь ему помешали совершить задуманное, но всё же терпеливо поднял взгляд на друга. Орхан выглядел немного бледнее, чем обычно. — Если вдруг понадобится, ты поможешь мне спасти Мейлишах? — просьба слетела с уст легко и была вполне ожидаемой, но Айдын всё равно вопросительно вздёрнул брови. Он явно не был в восторге от этой идеи хотя бы потому, что поклялся себе не лезть во все эти криминальные разборки. Парень спрятался в скорлупу и делал вид, что вовсе не видел ничего, что происходило вокруг. Его это устраивало, а вот Орхана — нет. — С чего бы мне спасать эту девчонку? Она мне никогда не нравилась. — фыркнул Эмирхан, отводя взгляд в сторону и наблюдая за беснующейся толпой. В этот самый момент Айнур — сестра Орхана, обернулась. На фоне остальных она казалась ярким, резко выделяющимся пятном. Их взгляды встретились. Эмирхану иногда казалось, что сестра Орхана чувствовала, когда её брат собирался совершить глупость. — Сделаешь это не ради неё, а ради меня. — настоял Орхан. Эмирхан снова взглянул на него. Удивительно, но они с Айнур всегда были очень похожи. — Я уверен, что Дамир и сам прекрасно справится. — заключил Айдын и, не теряя более ни минуты, закрыл двери машины. Сегодня он не собирался думать о Йылмазах. Они были головной болью его сестры, а не его. Этим вечером Эмирхан хотел победить в гонках. А если он хотел, значит так и будет. *** Дамир шёл по плохо освещенному коридору, чувствуя, как в спину ему дышат трое охранников, которых прислал Карадюман. Йылмаз толком не знал, где он и что это за место. Судя по той обстановке, что парень увидел в нескольких комнатах, двери в которых или были сломаны, или по какой-то причине приоткрыты, здание напоминало заброшенный склад. Облизав пересохшие губы, Дамир сглотнут тяжёлый ком и прислушался к своим шагам. А что если это ловушка? Что если эти трое сейчас убьют его и попросту заберут сумку с деньгами? От Озкера можно было ожидать всё, что угодно. Что тогда будет с Мейлишах? Собирался ли он вообще её отпускать? — Долго ещё? — сухо спросил Дамир, покосившись на одного из мужчин. Тот даже бровью не повёл. — Скоро. — ответ был кратким и строгим. Йылмаз без слов понял, что ему лучше помалкивать. Но липкий страх всё равно неприятной дрожью заползал под рубашку, заставляя Йылмаза то и дело вздрагивать. Парень боялся не столько за себя, сколько за сестру. Ещё около трёх минут они блуждали по бесконечным коридорам, пока наконец не оказались в огромном зале, освещенном старой люстрой, которая время от времени неприятно мигала. По углам помещения были разбросаны старые коробки, а у самого потолка в ряд выстроились крохотные окна. В помещении было душно. Это становилось понятно даже по охранникам Карадюмана, которые сбросили свои куртки. И стоило Дамиру ступить на порог зала, как на него направили пистолеты. Дело было плохо. — Позовите своего начальника. — достаточно громко произнёс Йылмаз и обвёл мужчин взглядом. Наверное, потому у него на входе не забрали оружие: его двух пистолетов было недостаточно, чтобы противостоять всем этим людям. Дамир до боли в скулах сжал челюсть. Внутри всё неприятно съежилось. — Меня не нужно звать. — из единственного угла комнаты, который был погружён в тень, вышел Карадюман, деловито поправляя свою шляпу. — Не ожидал, что ты придешь так быстро. — Где Мейлишах? — Дамир не стал долго тянуть. Его карие, почти чёрные глаза ещё больше потемнели. Но Поставщик весьма стойко выдержал его напор. Скрестив руки за спиной, он запрокинул голову и начал наблюдать за мигающей лампой. Это придавало ситуации немного жутковатых оттенков. — Я думал, ты пришёл сюда из желания вернуть долг, а не спасти сою сестру. — Озкер снял шляпу и провёл пальцами по бархатистой ткани, из которой она была сделана. На подушечках осталось несколько пушинок. — Хватит разыгрывать представление. Я принёс деньги и хочу видеть свою сестру. — Йылмаз гордо вздёрнул подбородок, не теряя в голосе ноток твёрдости. Дамир пусть и не любил вспоминать об отце, но в этот раз его голос вполне чётко звучал в голове парня: "Не смей показывать им слабость. В противном случае тебя загрызут". — Ладно. — Карадюман вздохнул с явным разочарованием, что его длительное представление прервали, и подал знак одному из охранников. На долгих пару минут в зале повисла тишина, нарушаемая лишь треском лампы, которая начала мигать даже чаще, чем раньше. Дамир сверлил взглядом дверь, за которой скрылся мужчина, и вскоре с облегчением вздохнул, когда внутрь действительно завели Мейлишах. Тёмные волосы девушки были растрёпаны, в глазах читался испуг. Дамир со злостью сжал челюсть, когда понял, что руки её связаны, а рот закрывает охранник, дабы она не могла ничего сказать. — Давай деньги, сынок. — обратился к Дамиру Карадюман, встав между ним и Мейлишах. Йылмаз ухмыльнулся. — Сначала отдайте сестру. Я хочу быть уверен, что вы её действительно отпустите. — процедил сквозь зубы Дамир. — А я хочу быть уверен, что мне отдадут деньги. — Карадюман снова надел на себя шляпу и сложил руки за спиной. Его маленькие глазки жадно блестели. — Видишь, все чего-то хотят. Дамир с силой сжал ручку сумки. Конечно же, собрать всю сумму ему не удалось. За двадцать четыре часа это было невозможно. В его руках сейчас находилась очень малая часть. Карадюман, наверняка, посмеялся бы, если бы узнал эту смешную цифру. Именно потому Йылмазу пришлось действовать хитростью. Вопреки предостережениям матери Дамир набил сумку просто бумагами, а ту крохотную часть настоящих купюр выложил сверху. Таким образом создавалось впечатление, что там внутри действительно гора денег. Но это была лишь иллюзия. "Главное, чтобы он не решил пересчитать деньги ", — напряжённо подумал Йылмаз. — Хорошо. Бери. — без промедления Дамир кинул сумку на середину комнаты. Люди Карадюмана насторожились. Мужчина недоверчиво покосился на сумку и подал знак одному из своих подопечных. Тот быстро подскочил и рванул молнию. Дамир замер на месте, держа руку прямо возле своего пистолета. По крайней мере, он умрёт с оружием в руках. Но подопечный Поставщика быстро вытащил с сумки пачку денег и высоко поднял её, дабы хозяин увидел. Озкер довольно улыбнулся и кивнул. Не успел Йылмаз ничего толком понять, как сумку забрали, а навстречу ему толкнули Мейлишах. Девушка неуклюже подбежала к брату. — С тобой всё порядке? — Дамир взял лицо сестры в свои руки и внимательно заглянул в её глаза. — Да. — Мейлишах кратко кивнула. Брат поспешил развязать её руки. — Убейте их. — фраза, брошенная Карадюманом, заставила Дамира замереть на месте. Мейлишах в ужасе округлила глаза и тоже обернулась. Озкер стоял перед ними с сумкой в руках. Полы его шляпы бросали тень на лицо. — Остачу долга мне вернёт Филиз. Особенно если я скажу, что ты не мёртв, а у меня в плену. — объяснил Карадюман и, круто развернувшись, направился к выходу. — Ты должен был нас отпустить! — крикнул ему вслед Дамир, пряча Мейлишах себе за спину. — Я обещал, что отпущу принцессу. Я это и сделал. — Карадюман махнул на прощание рукой и скрылся за дверью. А дальше начался хаос. Дамир услышал выстрелы и толкнул Мейлишах в коридор, плотно закрывая за собой двери. Сердце бешено колотилось в его груди. — Держи. — Йылмаз бросил девушке один из своих пистолетов. Мейлишах неуклюже поймала его. — Сейчас ты должна бежать так быстро, как только сможешь. — Я не брошу тебя! — упрямо заявила Мейлишах, сжимая тонкими пальцами оружие в своих руках. Всё закрутилось слишком быстро. — Ты должна делать так, как я скажу! — бросил Дамир жёстко. Прямо над его головой в двери вошла пуля. Парень отскочил вглубь коридора и снял свой пистолет с предохранителя. Его карие глаза лихорадочно блестели. — Если мы и побежим, то только вместе. — Мейлишах уверенно схватила Дамира за рукав его пальто. Как раз в этот момент двери со стуком распахнулись. В коридор посыпались люди. Дамир начал действовать на опережение и открыл огонь. — Беги... Беги! — взвыл Йылмаз, когда одна из его пуль попала какому-то мужчине в голову. Мейлишах в ужасе застыла на месте. Дамир метнулся к ней и схватил за рукав, дабы потащить за собой, но как раз в этот момент в другом конце коридора появилось ещё трое. Они были окружены. — Так-так-так, думали убежите? — один из людей Карадюмана оскалился, прицеливаясь. Звуки выстрелов наконец затихли, но Дамиру не становилось от этого легче. Они были идеальной мишенью, ведь бежать было некуда. Йылмаз поднял свой пистолет, целясь в мужчину в ответ. Мейлишах дрожащей рукой направила и своё оружие, угрожая парням в другом конце коридора. Брат с сестрой стояли спина к спине. — Ваше сопротивление выглядит смешно. — донесся к ним снова скрипучий голос. — Правда? — Дамир вопросительно выгнул брови и оскалился, а затем... выстрелил вверх. Пуля попала в трубу, с которой тут же повалил пар прямо на группу мужчин. Тот, который стоял ближе всего, закричал от боли, когда весь поток хлынул ему в глаза. Коридор начал быстро наполняться паром, шуршание которого по трубам Йылмаз случайно услышал, когда шёл по коридору. Становилось трудно дышать и видеть. — Стреляй! — бросил Дамир Мейлишах и нажал на курок, но как раз в этот момент Йылмаза сбили с ног. Пуля ударилась куда-то о стену, пистолет выпал из рук. — Дамир! — только и услышал он отчаянный крик сестры, когда нападавший ударил ему по лицу. Парни сцепились в драке. Мейлишах хотела броситься к ним, но понимала, что разнять сил не хватит, а стрелять было опасно, ведь она могла зацепить брата. Тогда со слезами на глазах девушка развернулась к противоположной стороне коридора и просто наугад нажала на курок. Страх сотней мурашек расползался по телу, парализуя здравый смысл, но её брат был в опасности, она не могла просто так стоять на месте. Глаза Мейлишах начало жечь из-за пара, но, кажется, пуля попала в цель, ведь кто-то закричал. — Принцесса не только кусаться умеет! — Мейлишах услышала знакомый голос одного из охранников, которого она укусила, когда её пытались связать по приезду сюда. Но пара было слишком много и девушка попросту не заметила, что он появился рядом. Следующее, что почувствовала Мейлишах, — это как её со всей силы толкнули в стену. От неожиданности она выронила пистолет. Затем на шее девушки сомкнулась стальная рука. Её легко подняли над землёй. — Покончим с этим. — процедил нападавший, лицо которого Мейлишах видела слишком смутно. Ей катастрофически не хватало воздуха, но всё попытки освободиться были тщетны. Она лишь впивалась ногтями в кожу мужчины, понимая, что ему было абсолютно всё равно. Сознание предательски ускользало. — Как бы не так. — женский голос сперва показался Йылмаз просто галлюцинацией, но в следующее же мгновение прозвучал выстрел — и мужчина, державший Мейлишах за горло, завалился на землю. Девушка судорожно втянула воздух. Она непременно упала бы, если бы её вовремя не подхватили. — Держу. — шепнул ей прямо в ухо тот самый женский голос. С большим усилием, но Мейлишах к удивлению рассмотрела возле себя Хюмашах Озкан. — Что ты здесь...? — не успела Йылмаз закончить свой вопрос, как прозвучало ещё несколько выстрелов, а в следующее мгновение из пара возник Дамир с пистолетом в руках. Над его правой бровью виднелась кровь. — Мейли, — Дамир направил пистолет на Хюмашах. — Спасителей приветствуют не так. — иронично заметила Озкан, инстинктивно направляя на Дамира свое оружие в ответ. Йылмаз на мгновение застыл. — Хюмашах? — удивлённо спросил он. — Обменяемся любезностями потом. — бросила девушка, вручая Мейлишах Дамиру. — А пока идите за мной. Из-за пара, заполонившего коридор, было сложно целиться. Дабы не ранить друг друга, люди Карадюмана начали сбиваться в кучу и стрелять наугад. Это было глупо, но играло на руку Дамиру, ведь они не шли во мглу искать их. Хюмашах сразу же завела Йылмазов в одну из комнат справа. Затем они миновали бесчисленное количество дверей и коридоров прежде, чем оказались на улице. — Слева! — вскрикнула Мейлишах, потащив Дамира вниз, дабы спрятаться за старой бетонной плитой. Над ними снова засвистели пули. Хюмашах прикрыла на мгновение глаза, присев рядом с ними. Этого она не предвидела. — На счёт три. — в этот раз заговорил Дамир. Встретившись взглядом с Озкан, он проверил, сколько у него осталось пуль и показал пальцем вверх. Хюмашах намёк поняла. — Один, два, — начал парень. — Три. — закончила Хюмашах и, выпрямившись вместе с Дамиром, начала стрелять. Какое-то время все трое ехали молча. Хюмашах с силой сжимала руль, смотря прямо перед собой. Дамир пытался рукавом вытереть кровь с лица, а Мейлишах в ужасе застыла на заднем сидении, держась рукой за горло. Здравый смысл отказывался принимать тот факт, что только что их пытались убить. Это было какое-то безумие. Но ещё более странным казалось то, что спасла их Озкан, непонятно как там очутившаяся. К счастью, снаружи было всего трое охранников. Хюмашах удалось ранить двоих, а Дамиру одного убить. — В мою машину. Живо! — скомандовала Озкан, помогая Мейлишах подняться. Дамир сразу же нашёл взглядом красное авто девушки. Он не помнил, как они к нему добежали, сколько ещё выстрелов прозвучало в здании, но стоило всем оказаться внутри машини, как Хюмашах со всей силы нажала на газ. Мейлишах инстинктивно вцепилась в кожаное сиденье. Машина рванула с места с громким визгом. Метал на капоте нещадно скрипнул, когда в него вонзилась пуля, но Хюмашах круто повернула руль, влетая в первый попавшийся поворот. — Что это, чёрт возьми было? — немного придя в себя, наконец выпалил Дамир, неотрывно смотря на Хюмашах. — Я только что спасла твою задницу. Вот что. — Озкан ответила достаточно сухо. Пусть девушка сама в это полезла, но она была напугана не меньше Йылмазов. Хюмашах до сих пор чувствовала, как по её венам бежал адреналин. — Как ты узнала адрес? — не унимался тем временем Дамир. — Подслушала разговор отца. — Хюмашах пожала плечами, немного притормаживая на повороте. Девушка то и дело бросала обеспокоенные взгляды на стекло заднего вида, дабы убедиться, что нету погони. — Так ты тут ещё и без разрешения отца? — даже несмотря на кровоподтёк, Йылмаз удивлённо выгнул брови, игнорируя боль. Его сердце продолжало бешено колотиться в груди. — Я взрослая девочка, Дамир. — в голосе Хюмашах послышалось раздражение. — Хватит, Дамир. — наконец нарушила молчание Мейлишах. — Хюмашах нас спасла. Что тебе ещё нужно? Дамир покосился на сестру, но ничего ей не ответил. Вместо этого парень устало потёр глаза и вздохнул. Ситуация давно вышла из-под контроля. Он наивно полагал, что всё обойдётся честным обменом — деньги на его сестру, но Поставщик сыграл, как и обычно, грязно. Карадюман не желал видеть Йылмазов живыми. Он чётко дал это понять, отдав приказ убить их. И если ему это не удалось сейчас, значит он устроит всё позже. И тогда пострадает не только Дамир с Мейлишах. Карадюману нужны были деньги. Стоит ему получить всю сумму долга, он легко избавится от всей семьи. — Ты хоть понимаешь, во что ввязалась? — Дамир снова взглянул на Хюмашах. Пусть девушка и пыталась скрывать свое волнение, но по её сбитому дыханию было понятно, что её сердце билось так же быстро, как и его. — Прекрасно понимаю. — ответ прозвучал не так уверенно, как ей хотелось бы. Дамир засмеялся. Удивлённая Хюмашах впервые за всё время оторвала взгляд от дороги и уставилась прямо на него. — Чего ты хохочешь? — не выдержав, бросила она. — Напоминаю, что тебя только что чуть не убили. Дамир облизал пересохшие губы и задумчиво посмотрел на кровь на рукаве своего пальто. — Я думал, ты меня ненавидишь. — честно признался Йылмаз. — Я не желаю тебе смерти, Дамир. — Хюмашах отрицательно покачала головой, вновь смотря на дорогу. — Ни тебе, ни твоей сестре, ни кому-либо из твоей семьи. Это неправильно. Я не согласна с твоим решением выйти из бизнеса, но считаю то, что сделал отец с Поставщиком, ошибкой. — Значит, я правильно догадался. — Дамир выпрямился и убрал с лица тёмные волосы. — Это дело рук твоего отца. — Отцы тоже делают ошибки. — ответ Хюмашах прозвучал отстранёно. От взгляда до сих пор шокированной Мейлишах не укрылось то, с какой силой Озкан сжала своими тонкими пальцами руль, а затем начала теребить кулон в виде полумесяца на шее. Девушка могла побиться об заклад, что в их семье происходило что-то неладное. Дамир будто почувствовал это и неуверенно переглянулся с сестрой. — Но ты ведь не просто так приехала за нами. — Дамир заинтересованно наклонил голову набок. — Не только, чтобы исправить ошибку отца. Вместо ответа Хюмашах ухмыльнулась. Её черты лица исказила хищная гримаса. Девушка небрежным движением откинула назад свои тёмные волосы. Дамир с неким сожалением отметил, что к ним вернулась старая-добрая Хюмашах Озкан. — Мне нужна одна услуга. — протянула она. — Услуга? — произнёс Дамир в унисон с Мейлишах. Хюмашах гордо вздёрнула подбородок и кивнула. — Одна услуга, Дамир. — девушка подняла вверх изящный указательный палец. Мейлишах почему-то вспомнила о том, как девушка без сожаления стреляла в людей Карадюмана на складе, и вздрогнула. Слишком большой контраст между внешней красотой Озкан и жестокостью, скрывающейся внутри неё. — И что же это? — к Дамиру так же вернулась его привычная холодность. Кому как не Мейлишах было знать о том, что, на самом деле, это была его своеобразная защитная реакция. Та и судя по взгляду, её брата сейчас не особо интересовала Хюмашах. Его мысли были заняты чем-то более масштабным. Мейлишах невольно съежилась. — Ты должен помочь мне кое-кого обокрасть. — слова Озкан взорвались, будто бомба. Дамир медленно повернул голову, во все глаза уставившись на Хюмашах. Его руки снова сжались в кулаки. На лице отразилась такая непривычная для него потерянность. — Отказов не принимаю. — тут же заявила Озкан, когда Йылмаз разомкнул уста, дабы что-то сказать. — Так ты специально для этого спасла нас? Чтобы оставить в должниках? — Мейлишах привстала и, схватившись за передние сидения, заглянула на Хюмашах, но та даже не обратила внимание. — И да, и нет. — Озкан озорно пожала плечами. — Просто беру выгоду из сложившейся ситуации. — Час от часу не легче. — пробормотал Дамир, отворачиваясь к окну.