За Спиной

Он бежал по темному пространству. Сзади себя он слышал нетерпеливый стук ногтей по чему-то железному и быстрые шаги. Затылком он чувствовал, как холодок проступает вниз вдоль позвоночника, а затем ощутил боль, тепло и влагу. Он задыхается и пытается ускорить бег, но сил не хватает, и он падает. Что-то наваливается сверху, усаживаясь на живот, и сжимает шею. Воздуха становится еще меньше, и он в панике. Как бы он не отбивался, как бы он не сопротивлялся чужой хватке — его не переставали душить, а перед лицом горели розово-красные зрачки, внимательно наблюдающие и такие жуткие, что хотелось кричать. Но он не может кричать. Из горла вырываются лишь хрипы, кряхтение, пока тонкие, трясущиеся пальцы пытаются ухватиться за пустоту перед собой, с надеждой скинуть с себя свою погибель. С каждой секундой зрачки становятся более расплывчатыми, а в голове звучат голоса. Много голосов, что-то шепчущих и рассказывающих, но их огромное количество, и он не понимает, что ему хотят сказать. Они хотят предупредить? Помочь? Успокоить? В какой-то момент он слышит звон, затем смех и звук разрывающейся плоти. Глаза оказались совсем близко к лицу, и он почти увидел широкую, зубастую улыбку. Саша с громким криком вскочил на постели, отбиваясь от подушек. Мокрые ладони цеплялись то за ткань одеяла, то за собственную шею, то за лицо, проверяя на наличие травм или ран, но все было в норме. Это был просто сон. Взгляд тускло-голубых глаз обвел комнату. Было относительно темно, но за плотными шторами едва виднелся свет. Когда-то Саша специально повесил себе такие шторы, чтобы солнечный свет не будил его рано утром, но из-за этого он потерял ощущение времени внутри комнаты. В какой-то момент тьма стала лучшим другом, и только ночники с лампами освещали помещение по вечерам. К окну Саша обычно не подходил даже чисто взглянуть на погоду на улице, но сейчас возникло странное желание посмотреть одним глазком, что творится вне дома. На ватных, подрагивающих ногах Саша поднялся и подошел к окну, взявшись за ткань штор. Руки не прекращали тряски после пережитого ужаса, но Саша проигнорировал это и, тяжело вздохнув, распахнул занавески. Дневной свет резко ударил в глаза, отчего парень зажмурился и прикрыл лицо рукой, а спустя пару секунд убрал ладонь. На улице стоял день. Взрослые и дети спокойно разгуливали по улице, жизнь шла обычным чередом, и от вида людей, находящихся рядом с домом, у сонного парня появился всего один вопрос. — Сколько время?.. Юноша повернулся к столу и сощурил глаза, присматриваясь к едва горящим электронным часам. И только после того, как он увидел циферблат, Саша весь напрягся и издал измученный стон. Он умудрился проспать. И это после того, как он только вернулся в треклятый колледж! Ему нужно было восстанавливать свою репутацию вместе с успеваемостью, снова подниматься в глазах преподавателей после месяца подозрительного отсутствия, а он позволил себе прогулять таким тупым и позорным способом. Парня одолел стыд с желанием исчезнуть. Его нервировало чужое мнение о себе, и он точно знал о том, что большая часть из однокурсников снова начнет шептаться во главе с Люком Милтоном, а преподаватели сомневаться в компетентности Адамса. Если так продолжится, то его попросту выкинут из колледжа из-за банального отсутствия на занятиях, и тогда родители, особенно отец, разочаруются в нем, как это было с Ред в свое время. К слову о ней. Почему-то его никто не разбудил. Обычно сестры помогали Саше вставать, зная о его проблеме со сном и попытками подняться с кровати, но сегодня они не стали этого делать. Дарья бы точно растрясла младшего, зная ее чувство ответственности. В голову сразу залезло беспокойство, в груди неприятно стиснуло от чувства, что что-то не так. Всплыли вчерашние воспоминания. Лабиринт проходов внутри переулка. Удушливый запах крови и труп. Что-то за спиной, что преследовало его и пыталось ранить. Оно могло проследить за ним до дома, вплоть до этажа и квартиры, чтобы ночью добить случайного свидетеля и его сестер в том числе. Стало трудно дышать. Одна мысль о том, что в комнатах лежат истерзанные тела сестер, заставила парня побледнеть и чуть не осесть на пол. Он с ужасом на лице поплелся к двери, чувствуя, как к горлу подступает комок, а его тошнит из-за самого себя. Ведь это из-за него в квартире могли лежать трупы с пустыми, стеклянными глазами его близких, и как специально его оставили в живых для созерцания того, что он наделал. Парень взялся за ручку двери. Теперь его трясло еще больше, в глазах начали собираться слезы, а зубы уже вовсю истерзывали несчастные бледные губы. Он не выдержит, если увидит кровь. Только парень хотел дернуть ручку, как она вдруг самостоятельно опустилась, и дверь распахнулась. На пороге стояла Ред в одной майке и шортах, живая и здоровая, но ее лицо было крайне обеспокоенное. — Саша, ты в порядке? Я слышала, как ты кричал. — Ред?.. С тобой все хорошо?.. — парень даже опешил. Не то, чтобы он не был счастлив тому факту, что сестра жива, но сначала Александру показалось, что у него галлюцинации, и он по-прежнему спит. Впрочем, скривившееся лицо Ред дало обратный эффект, и Саша нервно улыбнулся, сморгнув слезы. — Со мной все чудесно, а вот ты, дуралей, вчера перепугал нас до усрачки! Забежал в квартиру, начал орать, чтобы мы тут организовали целую блокаду, а потом заперся у себя в комнате и-, — Ред застыла с широко раскрытыми глазами, когда внезапно оказалась в объятиях младшего брата, уткнувшегося в макушку девушки. Та стояла неподвижно и часто моргала, не зная, что делать, пока Саша крепко сжимал руки. — Ты это… — Ред откашлялась, похлопав парня по лопатке, — Боже, какой же ты у меня сопливый. Девятнадцать лет, совсем дылда, а по-прежнему нюня, ну. — Я тоже тебя люблю. Пару минут они стояли молча в одной позе, пока Саша успокаивался и убеждал себя в том, что все хорошо. Никто не умер, никто не заявился на порог их квартиры и никого не зарезал, и Саша был несказанно счастлив этому факту. После этого Ред отвела младшего брата на кухню, решив организовать ему плотный завтрак для полного спокойствия — заедать стресс порой было полезно. Пока девушка разбиралась с омлетом и чаем, младший Адамс мял ладони на столе и поглядывал в сторону работающего телевизора, по которому вещали новости. Почему-то он ждал известий о обнаружении трупа в том самом переулке, где он оказался при случайных обстоятельствах, и новости, что убийцу того мужчины нашли. По правде говоря, он чувствовал себя виноватым. Если тело по-прежнему не обнаружили, и родственники не подняли тревогу, то Саша мог сообщить о нем и убийце в полицию, что было бы верным решением. Однако что-то останавливало мальчишку и его желание нестись к ближайшему участку, а именно страх оказаться главным подозреваемым в этом деле. Да и что делал подросток в такое время суток в темном переулке в нынешний неспокойный период? Из-за того, что Ред была не самой добросовестной гражданкой, она имела дела с здешними органами, и Саша лично слышал от сестры редкие истории про копов, которые не сильно пытались разбираться в делах и скидывали вину на невинных людей. Да и такое показывали по тому же телевизору в сериалах или кино. Конечно, реальность и фильмы — разные вещи, но была велика вероятность стать козлом отпущения не только в учебном заведении, но и в полиции, а с ней не хотелось иметь дел. — На твою морду смотреть больно, сделай ее не такой кислой, — пожаловалась девушка у плиты, полуобернувшись к Саше с лопаткой в руках. — Почему вы меня не разбудили? У меня учебный день, — парень проигнорировал недовольство сестры и внимательно уставился на Ред, надувшей губы так, будто обиделась. — Дурак или притворяешься? После твоей выходки, когда ты залетел в квартиру, наорал на нас, а потом сбежал в комнату, мы с Ди начали беспокоиться. Ты нам толком ничего не объяснил и выглядел очень напуганным, — девушка качнула головой, соскребая омлет, — Ночью у тебя подскочила температура, ты плохо спал, поэтому мы приняли решение, что тебе лучше посидеть дома. Ну, вернее, монашка приняла решение тебя никуда не отправлять. Я бы и так тебя не пустила. Надо было тебя отговорить. — Температура? Вы смогли зайти ко мне в комнату? — Конечно смогли! Ты что, думаешь, что у меня нет навыка вскрывания дверей? В твоем возрасте я уже умела вскрывать отцовскую машину! Правда, после одного инцидента с столкновением в столб он перестал мне доверять напрочь, но не обессудь, — Ред стала выкладывать на тарелку омлет, старательно прикусывая губу, и взялась за специи, — Мы тебя переодели и уложили, так что ты нам еще должен, веснушка. Саша благодарно кивнул и отвел взгляд. Если бы он знал, что сестры будут так волноваться за него и даже переодевать… Порой парню казалось, что он не заслуживал собственной семьи. — А колледж? Я же не отпрашивался, у меня теперь будут проблемы… — Ди со всем разобралась, поэтому прекращай нервничать и ешь. Саша с радостью принял тарелку завтрака с чашкой чая, только сейчас ощутив, какой он голодный. Напряженные нервы и стресс усилили голод так, что обычно голодающий по своей инициативе подросток был готов съесть кабана как минимум. Только он отвлекся от воспоминаний прошедшей ночи и страха, запустив вилку в рот, как тут же замер с круглыми от удивления глазами. Он едва смог прожевать кусок омлета и проглотить его, чтобы посмотреть на довольную своими кулинарными навыками сестру и спросить: — Омлет задумывался сладким? Созерцать вытянутое от негодования лицо Ред было потрясающе, особенно то, как та проверяла баночки с этикетками от специй. И увидев, что вместо соли девушка положила в завтрак сахар, та покрыла несчастные упаковки матом, а потом и вовсе расхохоталась из-за брата, выплевывающего чай — тот оказался соленым. Поскольку Ред было откровенно лень готовить все по новой, а вынуждать младшего брата делать себе еду девушка не хотела, она предложила посетить одно местечко, где подавали вкуснейшую выпечку. Практически полностью пустой холодильник был своеобразной дополнительной мотивацией для того, чтобы собраться и просто позавтракать вне дома в той самой булочной. Брат с сестрой быстро оделись, составили примерный список покупок в супермаркете и покинули квартиру. Всю недолгую дорогу не отошедший от сна Саша чувствовал себя подавленным. Несмотря на компанию старшей сестры, любящей занимать парня разговорами, он ощущал тревогу. То, что случилось этой ночью, по-прежнему не могло вылететь из головы и оставить юношу в покое даже на минутку, и чем дольше он думал, тем мрачнее он становился. Совесть отчаянно требовала сделать хоть что-то: позвонить в полицию, проверить место нападения, да в конце концов рассказать все сестрам! Ред и Ди не стали бы обвинять брата в случившимся — он все равно не смог бы помочь, да и сам мальчишка чуть не стал новой жертвой чего-то, что убило несчастного мужчину, а потом попыталось прикончить и Адамса. Только что они могли сделать? Тоже связаться с копами? И толку? Только наживут проблем, особенно от того, что не сообщили о произошедшем сразу из-за тупого младшего брата. Убийца был на свободе и мог навредить не только парню, но и Ди с Ред, и Саша чувствовал вину перед ними. А еще неподдельный ужас однажды застать их погибшими от руки психопата. И все благодаря ему. Когда теплая ладошка сестры вдруг обхватила его руку, юноша оторвался от своих мыслей и посмотрел на Ред. Она хитро улыбалась и щурила серо-голубые глаза, щекоча ладонь младшего. — Надеюсь, ты закончил накручивать себя, потому что мы пришли. Взгляд зацепился за небольшое пятиэтажное здание на угловатой, узкой улочке. Дом выглядел относительно старым, но каким-то уютным то ли из-за кирпичной кладки, то ли из-за лоз с пожелтевшей листвой, покрывших часть древних стен. А может благодаря заведению на первом этаже, чья винтажная вывеска гласила «H&R», а ниже была приписка «кондитерская». Из помещения, витрины которого были украшены стендами с пирожными, вафлями, тортами и прочими изделиями, доносился чудесный аромат шоколада, отчего Саша вскоре почувствовал, как во рту скапливается слюна, а живот требовательно урчит. — Так и подумала, что тебе понравится. Не думаю, что здесь найдется что-то мясное, но сладкое — тоже неплохо, согласись? Там подают такие чудесные рулеты с нугой и марципаном! А булочки с маком!.. Впрочем, долго рассказывать Ред не пришлось, потому что парень сам потянул сестру внутрь кондитерской, на пороге которой он замер, чувствуя легкое головокружение от обилия запахов и тепла. Интерьер был оформлен так, что сочетал в себе и «лофт», и «эко-стиль». Большие окна и витрины, темно-серые и белые кирпичные стены, безумно удобные мягкие диванчики и столики из темного дерева. Вокруг было много зелени, свисающей с потолка на горшочках и тянущейся вдоль помещения. Вместе с зеленью выделялись лампы различных видов, светящих прямо на обеденные столы и стены с полочками, где стояли благодарности и награды, а еще небольшие винтажные картины. У дальней стены находилась стойка с целыми рядами со сладостями на выбор и машинами для заварки кофе, чая и других напитков. Сейчас там толпилось много детишек и девушек, желавших прикупить что-нибудь перекус, и Саша бы охотно присоединился к ним, если бы не Ред, подтолкнувшей брата в сторону диванчиков: — Иди и займи нам столик. Я пока возьму что-нибудь вкусненькое. Особые пожелания? — мурлыкнула девушка, снимая парку с плеч. — … На твое усмотрение, — юноша почти разочарованно вздохнул, так и желая прилипнуть к стойке с вафлями, но в итоге удалился искать для них с сестрой уютное место. Здесь хотелось находиться вечно. Стояла приятная, почти завораживающая атмосфера, и Саша все не мог налюбоваться видом здешней выпечки и мебели. Каждая вещь, будь это тарелка, или кружевная белая шторка, или вовсе подушки на сидениях — все было пропитано какой-то любовью и заботой. Создавалось ощущение, будто находишься внутри пряничного домика из сказки «Гензель и Гретель», только тебя не хотят съесть, да и окружение было современным. Юноша вспомнил то время, когда он ездил к бабушке по материнской линии, и та баловала его то конфетами, то леденцами и бог знает какими еще вкусностями. Чувства от этого места были схожи с воспоминаниями о былом времени, и это совсем расслабило Адамса, нашедшего столик у окна в уголочке помещения. Парень снял с себя пальто, сложив его рядом с собой, и подпер голову ладонями. Он зацепился взглядом за сестру, что весело и совершенно непринужденно болтала с детьми из младшей школы, корча им морды. Губы тронула улыбка. Ред умела находить язык почти с любым человеком, а уж с детьми особенно. Наверное, ей передался талант общения от их матери, нежели от отца. Саша даже немного завидовал навыку сестры так просто с кем-то разговаривать, чего не получалось у него самого. Раньше он пытался делать первые шаги в знакомствах, но они, чаще всего, были провальными, потому что юноша банально не знал, о чем говорить, да и волновался чересчур много. В школе и колледже его считали странным аутсайдером, к чему Саша привык, однако ему хотелось быть похожим на Ред или Дарью хотя бы частично. «Мне нужно что-то сделать. Я должен что-то предпринять, чтобы обезопасить их. Если убийца знает, где я живу, то он сможет без труда вычислить через соседей, в каких именно апартаментах мы находимся.» — Саша, подпирая правой ладонью подбородок и частично прикрывая рот, пальцем второй руки водил по столу, пытаясь нарисовать схему действий. Так все бросить они не смогут. Он учится, а сестры работали уже несколько лет подряд в Брайтоне и не шибко желали покидать страну, успев приноровиться. Рассказать им о том, что стало причиной вчерашней сцены в прихожей и его поведения, представляло сложной задачей, ведь могли и не поверить. Пусть он и не Ред, которая любила преувеличивать в своих историях, но рассказ о трупе в переулке и психопате мог подтолкнуть сестер подключить к ситуации родителей. Тогда его попросту заберут из Брайтона и отправят обратно в Петербург, скорее всего лечить голову, если еще и прознают про его попытки… Парень тоскливо посмотрел на свои запястья, спрятанные в рукавах рубашки. Частично виднелись бинты, аккуратно обвязанные вокруг руки с помощью Ди. Адамс носил подобные уже во второй или третий раз, точно он не помнил, но знал наверняка, что если сестры его сдадут, то отец точно запечет его в диспансер или начнет пичкать таблетками. А может все сразу. От хлопка по столу парень подскочил и уставился на Ред, что со смехом шлепнулась на диванчик напротив него. — Тебя так легко напугать. Мне начинает казаться, что ты спишь с открытыми глазами. — Извини, задумался… — юноша выдохнул и повел плечами, оглядывая помещение глазами, — Давно ты сюда ходишь? — Достаточно давно. Примерно полгода, может побольше, может поменьше. Как-то гуляла по улицам и наткнулась на это местечко, тут же влюбилась в здешнюю выпечку и сладости. Теперь заглядываю время от времени, когда свободна от работы и хочется расслабиться, — девушка откинулась на спинку дивана, поправив на плечах лямки от майки и бюстгальтера, и прикрыла глаза. Носом она глубоко вдохнула аромат шоколада с корицей и улыбнулась уголками губ. — Все хотела отвести тебя и монашку в это место, но как-то не выходило. То она работает, то я, то у тебя учеба и подработка у Авдея. Кстати о нем, — Ред игриво подвигала бровями, сложив руки на животе, — Как он? — Неплохо. Проблема с задолженностями есть, но не такая масштабная, как это было раньше. Он хорошо справляется, — Саша вспомнил о словах друга о новом крупном заказе, поступившем накануне, — Мне иногда кажется, что он почти не отдыхает. Наверное, он нервничает из-за долгов и редких покупателей. — С ним же работал какой-то пацан, помогал с рекламой. Чувак из маркетинга. — Был, теперь нет. Может, Авдей не смог стабильно выплачивать ему за работу, вот и отказался от его услуг. Я пытался узнать причину, но он не хочет об этом говорить. — Зная Авдея, ему, скорее всего, очень хреново на душе от того, что дела идут коту под хвост, и он плохо справляется с таким специфичным бизнесом. Коллекционеров кукол не так много, да и цены кусачие, сам понимаешь, на столь уникальные вещи. Мало кто готов отдать крупные бабки за бесполезные для многих людей шарниры. Такое бьет по самооценке, — Ред утерла нос, глянув в окно, — В любом случае… Захочет — расскажет. Он у нас человек с тонкой душевной организацией, мало что рассказывает о себе и своих переживаниях. На таких людей лучше не давить, иначе зароется в песок больше прежнего. Парень слабо покивал и грустно уставился на свои руки, мня пальцы. Ему бы хотелось как-то помочь другу с деньгами, но единственное, что он мог сделать, так это иногда отказываться от зарплаты, о чем сестры не знали, да и не стоило. Ред смогла бы понять, а вот Дарья, скорее всего, нет. — Ну, а ты? Ред резко выпрямилась и наклонилась к Саше, подставляя под голову ладони в перчатках и глядя парню в глаза. Тот смутился и стал бегать взглядом по помещению кондитерской, но только не на сестру, что любила заглядывать в самую душу. — Ничего не хочешь рассказать? Скажем, о том, что ты вчера такое устроил, что поднял тотальную панику и заставил нас волноваться? Снова? Кажется, в голосе прозвучал упрек, но Саше могло просто показаться. Ему до смерти не хотелось говорить настоящую причину своего поведения этой ночью. Парень боялся, что над ним начнут смеяться, не поверив в бред глупого подростка, или обратятся к родителям, или вовсе отправят к копам. Ал знал, что сестры были достаточно добры к нему и прислушивались по возможности, но как можно поверить в подобное, не усомнившись в адекватности? — Я… — младший Адамс поджал губы, неуверенно постукивая носком кеда по полу. Сестра пилила его долгим взглядом, чуть щуря глаза, пока не поймала за руку: — Малыш, что бы у тебя не произошло — мы на твоей стороне. Я могу говорить за Ди, потому что она тоже за тебя переживает и хочет помочь. Просто мы не знаем, как именно это сделать, чтобы тебе стало легче, — девушка растирала костяшки пальцев брата своими и следила за его реакцией, — Смотреть на то, как ты себя доводишь из-за каких-то дурацких причин, очень тяжело. Я думаю, что всем стало бы в разы лучше, если бы смог открыться и рассказать о своих проблемах. Мы решим их вместе, ведь мы семья, Саш. Даже если ты окажешься преступником, или ты вляпался в какую-то историю — плевать. Все равно мы тебя любим таким, какой ты есть. Даже если ты слегка чокнутый. Ред хихикнула и озорно подмигнула, а парень слушал и чувствовал, как у него тает сердце. Не верить словам сестры было невозможно, зная, что та говорит чистую правду. Его, дурного пацана с ничтожно низкой самооценкой, действительно любили любым, как и его головных тараканов, и Саша мог доверить то, что так скреблось у него на душе. Ред никогда не обманывала близких людей, а значит, бояться поведать о вчерашнем происшествии не стоило. — Ты уверена, что хочешь услышать это? — с остатками сомнения спросил брюнет. Девушка активно закивала и сжала ладонь брата, готовая слушать. Ал, набрав в грудь побольше воздуха, собрался рассказывать все, что с ним произошло, если бы не зазвучавший у правого уха чей-то жизнерадостный голос: — Прошу прощения за ожидание, мои сладкие! Надеюсь, я не помешала вашему воркованию! Рядом с их столиком стояла девушка в униформе кондитерской. Блондинка, чьи густые и длинные волосы были завязаны в высокий хвост, широко улыбалась и держала в руках поднос с их заказом одной рукой. При виде нее Саша первым делом подумал, что девушка похожа на Харли Квинн, наверное, из-за волос и звонкого голоса, все еще отдававшего в ухе. Но самой примечательной вещью в ее образе была повязка на левом глазе. Такие носили пираты или японские школьники из аниме, как знал Саша, однако видеть такое в живую было непривычно. Это вызывало интерес и чувство детского любопытства. — Ты немного не вовремя, — Ред разжала ладонь брата и выпрямила спину, с легким, скорее наигранным недовольством глядя на деву, что быстренько, но аккуратно ставила на столик тарелки и чашки легкими движениями руки. Саша засмотрелся на горячий шоколад с красочными пирожными, похожими на печенье «Oreo» по виду, но разных цветов, и явно не из шоколада. Кажется, это были макаруны. — Прости-прости, хотела побыстрее присоединиться к вашей трапезе, у меня как раз перерыв! Я даже не знала, что у вас тут свидание намечалось! Могла и предупредить, глупая ты редька, — блондинка показала острый язычок и рассмеялась под недовольное цоканье Ред. Когда Саша оторвался от созерцания принесенных вкусностей, он заметил на себе пристальный взгляд этой девушки. Она смотрела на младшего Адамса как-то долго и не проявляла на лице никаких эмоций, будто запал бодрого настроения куда-то неожиданно исчез. Единственный зеленый глаз практически прожигал в парне дыру, и Саша ощущал себя очень неуютно от такого пристального внимания к своей персоне. У него было что-то на лице? Или он должен что-то сказать? От того, что блондинка наклонилась к нему, стало еще хуже. Юноша не мог дышать из-за удушающе сладкого аромата духов, исходящего от девушки, и уже вжимался в сидение. — Ты… — тихо и беспристрастно начала она, наклонив голову вбок, будто заинтересованный зверь, — Просто… ОЧАРОВАШКА! От крика этой дамочки было трудно отойти, не говоря о том, что она поймала Сашу за голову и крепко обняла его. Будто специально она прижала мальчишку к своей пышной груди и стала начесывать ему голову, радостно посмеиваясь, пока бедолага задыхался. Умереть столь нелепой смертью было чистым позором, с чем Саша смиряться не желал, но не мог оттолкнуть девицу от себя из-за чувства вежливости даже к такой любвеобильной персоне. — Ты прелесть! Редька, ты не говорила мне о том, что у тебя такая есть такая очаровательная девушка! Божечки-кошечки, — девушка отняла от своей груди резко вдохнувшего кислород парня и стала мять его щеки, умиляясь от вида веснушек, — Какая у тебя забавная мордашка! Тебя явно облюбило солнышко в детстве, да, блинчик? Какие у тебя большие глазки! А губки! — Я не хочу тебя расстраивать… — Ред откашлялась в кулак, привлекая внимание возбужденной блондинки к себе и стараясь скрыть улыбку, — Но это не моя девушка. И вообще не девушка. Это мой брат. Спектр эмоций на лице девицы Саша не видел, но мог представить, судя по тому, как резко та замолчала и замерла на месте. Цепкие руки отпустили его голову, и паренек смог отдышаться, чувствуя повторное головокружение после столь «убийственных» объятий. Дамочка с искренним шоком смотрела на Адамса и хлопала ресницами, пока не глянула на Ред, а затем снова на брюнета. — Ты правда не девочка? — сколько разочарования было в голосе девушки, успевшей грустно опустить уголки губ и свести брови над переносицей. Получив кивок, официантка театрально вздохнула, закатила глаз и с грохотом плюхнулась рядом с подло улыбающейся Ред, подпиравшей голову ладонью. — Срань. — Жизнь полна разочарований, не так ли? — Иди к черту. Сейчас куда не глянешь — феминные парни и мужественные бабы. Не то, что бы я была против, но вот это, — блондинка указала ноготком на красного от смущения парня, — Подстава и ходячий подвох. Все меньше желания знакомиться из-за таких «сюрпризов». — Раз уж начало ваших забавных отношений было положено, я бы хотела вас представить друг другу. Саша, это моя подруга — Дженнифер. Она работает в этой кондитерской уже приличное время, и она, наверное, одна из причин, почему я сюда таскаюсь так часто. Джен, это мой младший брат — Саша. Он переехал в Брайтон около года назад и потихоньку осваивается здесь. Пусть он и не девушка, но он хороший и очень нежный мальчик для своего возраста. — Рад знакомству?.. — неловко отозвался Александр, протягивая ладонь блондинке, что косо посмотрела на юношу, однако спешить жать руку не стала. Почему-то от столь пристального взгляда было неудобно и как-то… Жутко, но парнишка старательно выдавливал из себя доброжелательную улыбку для Дженнифер, наконец приподнявшейся с сидения. На бледном лице расцвела ответная, скалящаяся улыбка. — Что ж, я постараюсь закрыть глаза на твой пол, хоть мне и очень грустно от столь шокирующей правды. Надеюсь, что наше общение будет крайне плодотворным, и мы с тобой подружимся. Верно, малыш? Ладонь сжала руку брюнета, и он еле сдержал болезненный вздох от настолько крепкой хватки. Дженнифер не казалась хрупкой девушкой, но парень даже не думал, что у той было столько сил. Наверное, это была некая побочка от работы в кондитерской, где выпечку делали своими руками, а не оформляли доставку на сырой продукт, который можно было бы взять и просто испечь, чтобы не тратить время. — В-верно, — выдал Саша, с едва видным облегчением вздохнув всей грудью, когда его руку отпустили и позволили уткнуться в чашку с горячим шоколадом. Ред внимательно проследила за этой процессией, дольше обычного поглядев на неожиданно развеселившуюся Дженнифер, и потянулась к макарунам. Следующие минут пятнадцать Дженнифер провела с ними, оживленно болтая по большей мере с Сашей, чем с подругой. Ред, кажется, была не против подобного расклада и спокойно отсиживалась рядышком, пока ее младшего допрашивали. Именно допрашивали, потому что официантка вдруг проявила неподдельный интерес к младшему Адамсу, которому такое внимание было очень непривычно. Обычно девушки не питали к нему такой страсти, да и им парень не отвечал, но эта дамочка все никак не могла отлипнуть с расспросами о колледже, о жизни в другой стране, о семье и о многом другом личном. Напрягала ли эта назойливость? Немного. Возникало ли смущение? Да. Бесило ли? Нет. Ну, может чуточку, но чисто потому, что он привык только к взрывному характеру той же Ред, казавшейся на фоне Дженнифер очень даже тихой и спокойной. Иногда она кидала парню сочувствующие взгляды с легкой смешинкой в глазах и продолжала смотреть в окно, думая о своем и изредка вступая в разговор. По истечению двадцати минут блондинка обнаружила, что ее перерыв заканчивается, и ей следовало бы идти за кассовую стойку. Саша позволил себе немного обрадоваться этому моменту, потому что все эти бесконечные вопросы порядком выбили из него силы и ясность ума в том числе. — У-у-у, жалко, что у меня заканчивается свободное время, — проныла девушка, утирая невидимую слезу с глаза, — Я бы еще с вами посидела. Может, останетесь здесь еще на пару часиков? Сашенька такой пуська, мне даже отпускать его не хочется, хоть он и мальчик. — Нам бы продуктов накупить, иначе сестрица устроит Армагеддон на тему: «Вы что, решили себя и меня голодом морить? Я работаю, и у меня нет времени и сил, чтобы еще и по магазинам таскаться, пока вы, лентяи, рассиживаетесь и ничерта не делаете!» — старшая Адамс пропищала чересчур тонко, вызвав у Саши и смех, и желание прикрыть уши, — А еще я не хочу срулить всю зарплату на твою еду. Слишком уж это дорогое удовольствие, особенно для моей фигуры. Джен надула губы и закачала головой, отчего ее высокий хвост начал раскачиваться туда-сюда. — Моя выпечка лишь вредит тем, кто неохотно ее ест, а ты съедаешь все в три горла. Блондинка обратила внимание на притихшего Сашу, что с удовольствием наглаживал наполненный живот. Она оказалась прямо перед его лицом, выставив приличное декольте будто на показ, и уперлась руками в стол, мурлыкая кошкой: — Карапуз, тебе ведь все понравилось? Надеюсь, что да, потому что мне очень хотелось бы увидеть твою смазливую мордашку в следующий раз. Скажем, во вторник? Сделаю тебе персональную скидочку в тридцать процентов, а если станешь постоянным покупателем, то и вовсе в пятьдесят. — Я люблю выпечку… — Саша затаил дыхание, чувствуя себя некомфортно от очередного приставания девушки и созерцания ее «души», — Но... Это же не выгодно для вашего заведения… Блондинка, странно моргнув, через пару секунд расплылась в улыбке и наклонилась к Саше еще ниже. Указательный палец ее правой руки играл с локоном волос Ала, накручивая его на себя. — Просто ты мне нравишься. Я хочу узнать тебя получше. На выходных я достаточно сильно занята и вряд ли смогу выловить тебя даже на прогулку, однако здесь я более-менее свободна. Особенно утром, когда нет народу. Да и, какой дурак будет отказываться от такого щедрого предложения? Ты ведь не дурак, правда? Звук перестукивания ногтей по поверхности стола заставил Сашу вытянуться стрункой. Краем глаза он видел, как девушка перебирала пальцами, стуча длинными алыми ноготками по столу от нетерпения. Он слышал подобное вчерашним вечером в переулке. «Это просто совпадение. Даша тоже так стучит, когда злится.» — пытался успокоить себя Ал, наблюдая за собирающейся сестрой, что всем видом давала знак, мол «Спасать тебя я не буду, выкручивайся сам». Юноша еле слышно сглотнул и, постаравшись не обращать внимание на очевидное давление на его персону, тихо сказал: — Ладно, я приду. Девушка радостно рассмеялась и обняла его за шею, чуть снова не придушив, после чего отскочила на высоких каблуках с тарелками и чашками на подносе. — Чудненько! Тогда буду ждать тебя во вторник утром! И не опаздывай! А если не придешь, то я приду к тебе в гости через окошко, и тогда ты точно от меня не сбежишь! Дженнифер, озорно подмигнув (или моргнув, из-за повязки было непонятно), уцокала в сторону кассы с небольшой толкучкой из шумных студентов, желающих сделать заказ как можно скорее. Ред уже стояла рядом с выходом из кондитерской и улыбалась торопящемуся брату, нагнавшего девушку быстрыми шагами. — Она чудная, верно? — спросила она на улице, достав из кармана излюбленной парки пачку сигарет с зажигалкой. — Я бы сказал… Очень экспрессивная, — парень накинул на себя пальто и оглянулся через плечо на здание, которое по-прежнему манило своим чудесным запахом корицы и выпечки. — Наверное, мне стоило тебя предупредить о том, что она еще более ненормальная, чем я. Джен странная, но неплохая девушка со своими тараканами и проблемами. Впрочем, у кого их нет, верно? Ред закурила, вскинув голову и уставившись задумчивым взглядом в затянутое темными тучами небо. Снова собирался дождь, а они не взяли зонт. Саша, слабо кивнув, затянул на шее шарф и посмотрел на остановившуюся сестру, вскинув бровь. — Могу тебя попросить? — спросила вдруг девушка, затянувшись и выпустив носом сигаретный дым, — Джен может перегнуть палку с вниманием. Она не обращает на это внимания и считает, что ничего такого не делает, но человек, попадающий под ее прицел «заботы», может чувствовать дискомфорт. — О да, — парень нервно хихикнул, вспоминая, как блондинка лезла к нему обниматься и не соблюдала личных границ, не говоря о интимных темах разговора. — Так вот. Если она начнет тебя сильно донимать, то скажи мне. Я с ней поговорю на этот счет, но тебе все равно стоит научиться ценить свою зону комфорта. У меня такое чувство, что если тебя грабанут, то ты и против не будешь, — Ред строго нахмурилась чисто для вида, а потом прыснула и выкинула бычок в урну. Саша неловко покивал и собрался идти дальше, если бы не рука сестры, поймавшей парня за запястье. — Ты мне так ничего и не рассказал. Брюнет поджал губы. Дженнифер пришла очень некстати и сбила весь настрой на то, чтобы рассказать Ред правду. Он хотел поговорить о Люке, о Авдее, о трупе и нападении, чтобы облегчить душу и найти помощь со стороны любящего человека, которому было не все равно на проблемы младшего брата. Но разве сестры не много делали для него? Ред была готова разговаривать со своей подругой, чтобы та не доставала Сашу. Ди звонила в колледж и оправдывалась за него. Они обе позаботились о нем ночью и уложили спать, и парень чувствовал, что из-за него одни проблемы. Если он признается, что обратной дороги не будет, и всем станет только хуже. И снова из-за него. — На самом деле, ничего плохого не случилось, — юноша улыбнулся хмурящейся девушке, стараясь придать голосу уверенности, — Вчера был трудный день. Ну, с однокурсниками немного не поладил, с преподавателями тоже, но это ничего. На работе немного замотался, а потом мне показалось, что по пути домой за мной гонится огромная собака, и перепугался. Ты же знаешь, что я их боюсь с детства. Не волнуйся за меня, пожалуйста. Если бы что-то произошло, то я бы вам рассказал. Я же обещал. Ред молчала и смотрела на Сашу долго, пытаясь уловить в его взгляде или речи намек на ложь. В какой-то степени она была той еще актрисой и умела рассказывать сущую неправду под таким соусом, что поверить ей на слово мог практически кто угодно. Даже Дарья верила время от времени. И распознавать вранье Ред тоже умела, потому частично не верила рассказу брата. Уж она не была дурой и знала, как этот чудак прятал свои переживания и проблемы под улыбкой. Девушка, шумно вздохнув носом и что-то буркнув, отпустила запястье Саши. — Ладно, Мистерио, коль ты такой мутный, и у тебя ничего не происходит, тогда ты помогаешь мне по дому и готовишь ужин с обедом. А еще таскаешь пакеты с продуктами! — нараспев произнесла Ред, шагая широкими шагами в сторону ближайшего супермаркета под негодующие восклицания парнишки, побежавшего следом. *** Вечером того же дня, когда Ред с Сашей все-таки вместе занялись готовкой и привели квартиру в порядок к возвращению Дарьи, троица сидела за столом на кухне, уплетая спагетти. Ред съедала стряпню младшего брата за обе щеки и изредка запивала пивом под осуждающий взгляд вернувшейся со смены Ди, пока Саша лениво ковырялся в тарелке. Он не был сильно голоден и устал из-за доставшейся ему работе благодаря сестрице, продрыхшей до пяти часов, а потом едва согласившейся помочь бедолаге с едой. — Как ты себя чувствуешь? — вдруг спросила Ди на родном языке, заставив брюнета вскинуть голову от неожиданности. Из-за проживания в Брайтоне им часто приходилось переходить на английский, особенно на улице, что было небольшой проблемой для Саши и частично для Ред. От собственного языка постепенно появилось отвыкание. — Все хорошо. Спасибо, что позаботились обо мне ночью, я очень благодарен за это, — парень начал мять ладони, неловко отводя взгляд в сторону, когда старшая сестра уставилась на него чересчур проницательно. — Ты уверен? Думаю, Ред уже прочитала тебе нотацию по поводу нашего переживания, — брюнетка кинула взгляд на активно закивавшую сестру, забавно икнувшую и пьяненько улыбнувшуюся Ди, на что та раздраженно закатила глаза, — Нам бы хотелось убедиться в том, что ты в порядке, и что подобных ситуаций не будет. Вчера ты выглядел очень напуганным. — Его напугала адская гончая, — с горящими глазами произнесла Ред, прыснув в кулак, — Возвращался домой, а тут на те, здоровая псина! Как наши русские борзые! — Д-да, что-то вроде того, — Саша улыбнулся уголком губ, чувствуя себя неуютно из-за своей же лжи. Девушка задумчиво повела бровью, кивнула и продолжила есть. — Я разговаривала с твоим преподавателем по поводу твоего отсутствия на занятиях. Педагогический совет очень обеспокоен тем фактом, что ты исчез на месяц. Сам понимаешь, какие у них мысли и мнения на этот счет. Я убедила их в том, что ты проходил необходимую профилактику по оздоровлению и вручила им необходимые на это документы, — Саша заметил, как голос сестры на последних словах стал совсем тихим и уставшим, и совсем поник. Девушка ненавидела подделывать документы даже ради родственников, потому что это могло ей обойтись серьезными последствиями, — Но это все, что я могу сделать. Больше у меня не получится тебя выгораживать, поэтому постарайся приложить все силы на то, чтобы без проблем посещать колледж. — Блевотный бред, — Ред, подпирая подбородок рукой с банкой пива в ней, ворчливо надула губы, — У Саши могут быть проблемы чуть ли не мирового масштаба, а из-за каких-то пропусков его хотя вышвырнуть? Сраные коррупционеры. — Хочу тебе напомнить, что он учится не в абы каком колледже, а в специализированном для обеспеченных детей. Отец вложил огромную сумму, чтобы Саша мог получить образование здесь, а не дома, — брюнетка нахмурилась еще больше, откладывая вилку, — Несмотря на то, что отец пользуется крупными связями, и ему сделали огромную уступку в виде снижение суммы за обучение, это не значит, что выходки и прогулы его сына будут терпеть. Ты это прекрасно должна понимать. — С каких пор какое-то там образование стало важнее здоровья подростков, а? Я думала, что это только у нас в Рашке «чудесная» система образования и «лучшие» учителя, а как оказалось, здесь ситуация не лучше. Отношение к детям на том же уровне. У Саши, твою мать, проблемы, Ди. Ты помнишь, из-за кого они начались и к чему это привело? Ред показала на руки младшего брата, который тут же засучил рукава и спрятал бинты на запястьях. Парень чувствовал, как обстановка накаливается с каждым словом. — Девочки, прошу вас… — Я помню все, Ред. Только это важно нам с тобой, а не посторонним людям. Колледжу нужна успеваемость и отдача со стороны студентов, и если они не будут прикладывать усилия к собственной учебе, то их попросту выкинут. Это естественный процесс. Никому нет дела до того, что с Сашей происходит, кроме нас и родителей. И уж относиться к нему более лояльно они точно не будут, даже будь он инвалидом. Он такой же, как и все мы. А проблемы есть у всех. Ред вскочила на ноги и ударила кулаком по столу, отчего столовые приборы и тарелки подпрыгнули со звоном. Голубые глаза горели от злобы и негодования и цеплялись за Дарью, спокойно сидящую напротив близнеца с каменным выражением лица. — Да плевать я хотела на чужие проблемы и естественные процессы в этих ублюдских заведениях! Саша чуть не помер у нас на глазах, мы его выхаживали и должны помогать всем, чем можем! И уж точно не должны позволять каким-то уродам из совета выгонять его просто потому, что он не шатается в долбаный колледж! Он не тупой парень, он старается! Просто ему нужна поддержка и понимание не только с нашей стороны! — И что ты предлагаешь сделать? Заставить левых людей вдруг проявить сочувствие по отношению к парню, у которого отсутствует воля к жизни? — девушка напротив сощурила глаза, сложив руки на груди, — У кого-то разлады с семьей, кто-то полный сирота, у кого-то инвалидность, кто-то просто на голову болен, и что? Если преподаватели будут относиться так нежно к каждому студенту и позволять подросткам все с рук, то нынешнее и последующие поколения будут хрупкими и неспособными решать трудности. Саша не идиот. Да, у него есть проблемы. Но они решаемы, если только он сам начнет что-то делать и прекратит думать о том, что ему все должны. Ему никто не должен, как и всем нам. — О да, конечно, то-то ты все понимаешь! — Ред начала ходить взад-вперед, размахивая руками. Она перестала замечать и сестру, и Сашу, что закрыл уши руками, сгорбившись над тарелкой, — У самой-то никогда не было косяков с обучением, ведь ты так хотела оправдать ожидания нашего дорогого папочки! Что ты, блять, знаешь? — Девочки., — сипло произнес юноша, сжимаясь от криков все больше и больше, — Пожалуйста… — А кто сказал, что будет легко? Ты заделалась в Терезу? — Дарья поднялась изо стола, поправив на груди воротник рубашки, — И да. Коль пошел разговор о том, что я знаю… Так это то, что в отличии от тебя, Ред, я смогла добиться желаемой работы и устроилась в жизни. Я старалась и не позволяла себе опускать руки, как бы мне не было тяжело. И вовсе не потому, что хотела угодить отцу. Свои претензии к нему можешь оставить при себе, а не высказывать мне в лицо. О Саше я переживаю точно так же, как ты, даже если тебе так не кажется. — Да ты нихера не пережива- Молодой человек резко поднялся, держа голову опущенной. Под гробовую тишину юноша поблагодарил шепотом за ужин и, задвинув за собой стул, покинул кухню, оставив наедине двух сестер, проводивших младшего брата глазами. В своей комнате мальчик заперся и упал на кровать, обнимая подушку. Спустя минуту в темноте стали раздаваться приглушенные всхлипы. Он снова всех рассорил. Из-за него все проблемы. Он виноват. *** Ближе к одиннадцати часам, когда в квартире стояла тишина, и все разошлись по своим комнатам, из своей спальни вышла Дарья. Она негромко прошлепала в сторону комнаты Саши, остановившись напротив закрытой двери. Девушка какое-то время стояла молча и прислушивалась ко звукам, надеясь на то, что младший брат не спит. — Саша? — девушка робко постучала в дверь. Ответа она не дождалась, — Ты, наверное, злишься и не хочешь разговаривать. Но я хочу сказать… Я не обесцениваю то, что ты чувствуешь. Я знаю, тебе очень тяжело из-за колледжа и… Девушка замолчала, обдумывая слова. В комнате было по-прежнему тихо. — Просто помни о том, что я и Ред тебя любим. Мы ругаемся, потому не знаем, как поступить так, чтобы тебе стало лучше. Даже если ты не справишься с учебой, и тебе понадобится больше времени, то это ничего. Главное, чтобы ты был в порядке, — девушка провела ладонью по двери, стоя на месте еще минуту, пока не отстранилась. Она проследовала обратно к своей спальне, запахнув халат на живот, и скрылась за дверью.