I will love you forever

      Всю неделю Гарри приносит Луи поесть и разные подарочки, помеченные запахом. На восьмое утро, когда Стайлс ставит поднос и стучит в дверь, собираясь уходить, дверь внезапно открывается, и Томлинсон хватает кудрявого за руку.       Альфа удивлённо смотрит на ладонь омеги, крепко сжимающую его запястье. Он поднимает взгляд на младшего, чувствуя, как внутри все переворачивается. Его кровь закипает от любви к этому мальчику и от желания защитить его.       Луи смотрит ему в глаза, стискивая запястье старшего, и тянет его в свою комнату. Они всё ещё молчат, когда дверь за ними закрывается, и Гарри боится сделать любое лишнее движение, чтобы не ухудшить ситуацию. Томмо приближается к нему вплотную, принюхиваясь к запаху парня.       У Гарри сбивается дыхание от волнения, когда Луи отстраняется от него, а в его глазах… Господи, его зрачки до невозможного расширились. Омега фыркает, отворачиваясь и уходя к своей кровати, заваленной одеялами и подушками.       — Ты ухаживаешь за мной, — констатирует он. — Почему? Зачем? Тебе что-то от меня нужно? Ты хочешь убить моего щенка?       — Нет, совсем нет… Я, эмм, могу присесть? — спрашивает Гарри, и Томмо хлопает ладонью по кровати, удобнее устраиваясь в своем гнезде, и Стайлс садится. — Я бы никогда не навредил тебе или нашему малышу.       — Нашему? — в глазах парня загорается что-то, похожее на надежду. — Так ты… Ты признаёшь его? Не навредишь ему?       — Нет, я бы никогда…       Луи с улыбкой пододвигается к нему, обхватывает его лицо ладонями и целует. Стайлс обнимает его, чувствуя, как внутренний альфа перестаёт волноваться. Подросток отстраняется, проводя пальчиками по заживающим царапинам на его лице и шее.       — Прости за это… Я испугался.       — Всё хорошо, я понимаю. Ты хочешь, чтобы я что-нибудь принёс для вас с малышом?       — Мы хотим мюсли с бананом и шоколадом. Можно?       — Конечно, всё, что угодно, сладкий. А ты бы хотел переехать ко мне?       — Переехать? Да, а можно?       — Да, твои родители не против. А теперь собирайся, у тебя сегодня экзамен.       Гарри ждёт Луи в машине, надеясь, что омега хорошо напишет тест. К счастью, он чувствует, что мальчик в порядке. Стайлс переписывается с Пейном, когда у него начинает звонить телефон, а на дисплее появляется незнакомый номер.       — Алло? — отвечает кудрявый.       — Привет, как там Гретта? — интересуется знакомый голос, и Гарри трясёт.       — А тебя это правда волнует?       — Она моя дочь вообще-то.       — И тем не менее ты так легко от неё отказалась… Я тебе не верю, что тебе нужно?       — Да ничего такого, просто дошла новость о том, что твой омега ждёт ребёнка…       — Мм, да, и что? Ревнуешь? Гретта уже зовет Луи мамой, о тебе не говорит ничего хорошего. Что тебе нужно?       — Просто хотела встретиться. Может быть, поужинаем? Что насчёт сегодняшнего вечера? В ресторане.       — Обойдёшься. Я не хочу, чтобы ты звонила мне или как-то влияла на жизнь моей дочери и Луи… Между нами всё кончено. И уже очень давно. Смирись.       Тейлор фыркает что-то, вроде: «Урод», и Гарри раздражённо сбрасывает вызов.

***

      Луи хорошо сдал все экзамены, И теперь может спокойно выдохнуть. Его «крыша» наконец встала на место, и он больше не ведёт себя, как животное. И теперь Томмо не чувствует раздражение при виде Гарри. А ещё у него появилось время, чтобы переехать к Стайлсу.       — Собираешься? — произносит Марк, заглянув в комнату сына.       — Да… Эмм, мы так и не поговорили. Мне… Мне стыдно, что всё так вышло. Я не хотел тебя разочаровывать.       — Я огорчен, но не очень разочарован. Если ты уверен в том, что будешь счастлив, то я всегда поддержу. Но ты ведь не забываешь о том, что должен доучиться?       — Да, конечно, Гарри сказал, что я могу поступить на год позже…       — Если вдруг вам с Гарри потребуется материальная помощь, позвони, я помогу вам.       — Спасибо, — Луи обнимает отца, радуясь, что он поддержал его.       Уже в квартире Стайлса, когда Томмо решает разобрать кое-какие вещи, он ощущает себя как-то странно. Гарри готовит ужин, пока Гретта помогает Луи.       — Мамочка, а что это? Ты болеешь? — спрашивает девочка, показывает таблетки — подавители.       — Оу, нет-нет, малышка, это не лекарство. Это… эмм…       — Как у вас тут дела? — интересуется Стайлс, зайдя в комнату.       «Ну, слава Богу!» — с облегчением думает омега, и альфа усмехается, заметив у дочери таблетки.       — Это таблетки для взрослых, милая. Хочешь пойти посмотреть мультики? — спрашивает кудрявый, откладывая пачку на кровать.       Гретта радостно кивает, убегая в гостиную, а Луи тихо говорит:       — Я не думал, что она найдёт их, прости.       — За что ты извиняешься? — мягко улыбаясь, спрашивает Гарри. — Думаешь я буду злиться из-за того, что у нашего ребенка появляются вопросы? Это нормально. Гретта очень умная, она понимает всё, что ты говоришь.       — Я просто боюсь сказать что-то не то. Я не уверен в том, что говорить.       — Просто можно объяснить всё на уровне детских мультфильмов. Тебе не о чем беспокоиться. Всё будет хорошо. Но, если тебе сложно что-то объяснить, это могу сделать я.       — Спасибо. А куда я могу положить средства гигиены?       Через пару часов они садятся за стол, и Гретта внимательно смотрит на Луи. Спустя несколько минут она всё решает спросить:       — А кто у меня будет: братик или сестрёнка?       Гарри и Луи улыбаются, приглядываясь, и Стайлс отвечает:       — Смотря, кем решит родиться малыш.       — Я хочу мальчика-альфу. Он бы мог защищать тебя, — мечтательно говорит Томлинсон, а затем внезапно смотрит на альфу, спрашивая: — А твои родители знают?       — Да, знают. Думаю, они не очень рады.       Омега сжимает губы в тонкую линию, кивая мужчине. Этого следовало ожидать. И, честно говоря, даже Джеймс злился на него, игнорируя все его сообщения. Но потом Эддисон зажал Луи в углу (о чём он не хочет говорить Гарри), угрожая, что сделает с ним ужасные вещи. Но Нельсон не был бы собой, не вмешайся он в это. До этого Томмо никогда не видел его настолько злым, а Эддисона — настолько избитым. Луи пришлось долго успокаивать друга, и это сработало лишь спустя час. Порой омега не понимает, за что Джеймс любит его, он же проблемный, и его постоянно нужно защищать.       — Всё хорошо? — интересуется Гарри, взглянув на возлюбленного.       — Да, я просто очень устал. Я могу пойти поспать?       — Да, конечно.

***

      Выпускной всё ближе, а Луи всё ещё боится позвать Стайлса. Точнее сказать, он боится выглядеть глупо в его глазах. И тем не менее, когда они нежатся в постели ранним утром перед тем, как Гарри начнёт собираться на работу, Томмо шепчет:       — Хаз? Ты бы хотел пойти со мной на выпускной?       — Я уже думал, что ты не спросишь. Конечно, я хочу.       — Он через три дня… Ты же не работаешь в субботу? Мы могли бы пройтись по магазинам…       — У меня есть костюм, так что можем купить его для тебя.       — Хорошо, только пообещай, что всё будет в порядке, если кто-то что-то скажет обо мне.       — Лу, я… ладно. Я обещаю.       Когда парни подъезжают к школе, Луи светится от счастья и хайлайтера, который на него нанёс Лью. В груди омеги всё трепещет от переполняющей его радости, и он целует кудрявого, прежде чем выйти из машины. Гарри выходит следом за ним и, подойдя к возлюбленному, приобнимает его за талию, целуя в висок. Томлинсон что-то мурлыкает, прижимаясь к альфе и принюхиваясь к нему. У входа в школу они неожиданно встречают Лиама Ричардсона, нервно курящего возле урны.       — Лиам? — удивляется Томмо, глядя на него. — Что ты здесь делаешь?       — А… эмм, я просто… пришёл поздравить вас с Джеймсом. Я имею в виду, вы закончили школу, это круто!       — Оу, спасибо, — Луи с улыбкой кивает ему, не решаясь обнять его из-за сигаретного дыма.       Гарри сводит брови к переносице и, погладив мальчика по спине, просит:       — Лу, малыш, почему бы тебе не найти Джеймса? Я приду через пару минут.       Омега неуверенно соглашается и удаляется в шолу.       — Гарри, я… — начинает Ричардсон.       — Всё нормально. Вы с Джеймсом?..       — Да. Я боялся сказать. Прости.       — И вы, эмм, вместе?       — Да, но мы не можем остаться здесь. В Англии не очень хорошо относятся к отношениям между альфами. Мы не можем остаться здесь и быть по-настоящему счастливыми.       Луи довольно-таки быстро находит Джеймса, и они обнимаются. С улыбкой отстранившись от омеги, старший с восхищением оглядывает костюм парня, говоря:       — Вау, ты так хорошо выглядишь! Как ты вообще себя чувствуешь? Как малыш?       — Отлично! Ты тоже здорово смотришься в костюме. Ты пришёл один или с кем-то? Мы с Гарри видели Лиама, он…       — Он здесь? — удивляется Джеймс, покрываясь заметным румянцем. — Я имею в виду, это здорово, эмм…       — Да всё нормально. Пойдём танцевать?       И, конечно, Джеймс не из тех людей, которые могут запросто отказать этому омеге. Они танцуют несколько минут, прежде чем Луи внезапно чувствует сильный шлепок на ягодице. Его сердце падает в пятки от неожиданности, и мальчик оборачивается, с обидой и даже с досадой смотрит на Эддисона. Господи, это же выпускной, неужели нельзя обойтись без этого?       — Руки от него убрал, мразь, — вставая между ними, рычит Нельсон.       — Да ладно тебе. Я не сделал ничего такого. Неужели ты никогда не хотел оттрахать эту сладкую…       Джеймс готов вот-вот вцепиться в глотку парня, когда к ним подходят Гарри и Лиам.       — Что здесь происходит? — спрашивает Ричардсон.       — А ты кто такой?       — Лу, милый, ты в порядке? — спрашивает Стайлс, заметив слёзы в глазах любимого, а затем развернувшись к ухмыляющемуся альфе. — Ты мелкий ничтожный выродок… — В его голосе слышится столько злости, ненависти и презрения, что Луи невольно сжимается от страха, а рядом находящиеся омеги делают пару шагов назад. — Думаешь, ты здесь самый классный только из-за того, что причиняешь боль тем, кто слабее тебя? Думаешь, ты имеешь право касаться своими грязными руками того, что принадлежит мне?       — Я, нет, я, эмм, — растерянно бормочет Эддисон, отступая от кудрявого. — Луи, прости, что я всё это время вёл себя, как скот по отношению к тебе.       К счастью, всё обходится без драк, поэтому через несколько минут все успокаиваются, а Эддисон уходит подальше от компании.       — Вы в порядке? — спрашивает Гарри, и Луи широко улыбается, почувствовав его руку на своём животе.       — Да, я… спасибо, что заступился. Я просил не делать этого, потому что боялся, что всё перерастёт в драку и… Ты очень горяч, когда защищаешь меня.

***

      Вечер подходит к концу, когда Джеймс просит Луи выйти с ним на улицу. Прохлада наступающего лета окутывает их, и Нельсон вздыхает, взглянув на омегу, который в ожидании смотрит на него.       — Ты что-то хотел сказать?       — Да, я просто хочу, чтобы ты знал, что ты очень дорог мне. И я хочу, чтобы ты знал, что я ещё никогда никого так не любил. И я надеюсь, что ты и твой ребёнок будете счастливы…       — Господи, — усмехается Томлинсон, — звучит так, словно ты прощаешься. — Джеймс поджимает губы, смотря вниз. — Оу, так ты… прощаешься?       — Да, прости, я… Лиам — мой истинный, но мы оба альфы, и… мы решили уехать сегодня. Билеты уже куплены. Но мы всегда можем переписываться и созваниваться. Мы всё ещё остаёмся друзьями…       — Да, да, конечно, я понимаю. Здорово, что ты наконец-то нашёл своего истинного. Я имею в виду… это здорово, но мне будет не хватать тебя, когда ты уедешь…       В глазах Луи появляется влага, и альфа тихо просит его не плакать, прижимая парня к себе.       — Тише, Лу. Я же не оставляю тебя здесь одного. У тебя будут Гарри, Лью и остальные… Они никуда не денутся. И твой малыш… я обязательно приеду, когда он родится.       — Пообещай, что не забудешь обо мне, — сквозь слёзы просит Томлинсон, прижимаясь к другу.       — Глупенький, я бы никогда не смог забыть тебя. Ты — самое прекрасное, что со мной когда-либо случалось. Я люблю тебя.       — Я тоже люблю тебя, — Луи старается вытереть свои слёзы, но они лишь усиливаются, стекая по его щекам крупными каплями. — Господи, я не собирался плакать!       — Да, я люблю разрушать чужие планы. — Они смеются, и, успокоившись, Джеймс целует его в лоб, говоря: — Ты прекрасен. Гарри повезло с тобой.       — Ты правда должен уезжать?       — Да, так будет лучше для всех: для нас с Лиамом, для вас с Гарри и малышом. Но я приеду в любой момент, если ты попросишь.       — Обещаешь?       — Обещаю, принцесса.       Джеймс и Лиам уезжают сразу после выпускного, а Луи проводит всю поездку домой в слезах, рассказывая Гарри о том, как он когда-то с Нельсоном веселились. И Стайлс вовсе не против этого, потому что понимает, что его омеге сейчас необходимо выговориться. И тем не менее он начинает волноваться за него, когда они едут в лифте.       — Сладкий, Джеймс любит тебя, он не бросает тебя. Перестань так волноваться, это может быть вредно для нашего малыша.       — П-прости, — тихо бормочет Томлинсон, кивая головой, чтобы показать, что он понимает и вот-вот успокоится.       — Не извиняйся, я всё понимаю. Но посмотри на это с другой стороны: Джеймс обрёл своё счастье.       — Д-да, ты прав. Но я буду скучать по нему…       — Мы можем ездить к ним в гости, если ты хочешь. Обязательно, но нужно немного времени, чтобы они наладили свою жизнь. А сейчас тебе нужно отдохнуть.