Твои персиковые слезы

      В пять часов утра, когда туман застилал персиковый сад, когда белое небо нависло над поместьем Марино, у главного входа в дом стоял черный экипаж. Грациозные орловские рысаки с подтянутым телосложением, массивными шеями и необычайно бойким нравом, в любую минуту были готовы пуститься в путь.       Тишина. Ах, что это была за тишина, давящая и пугающая. Все хотелось вслушаться в ее дребезжание, расслышать хоть шелест чьей-то юбки, хоть позвякивание хрусталя в гостиной, хоть легкое перешептывание оставшихся старых слуг. Но ничего не могло проникнуть сквозь эту густую пелену. Каждая секунда сопровождалась ожиданием, столь холодным и надменным, что это делало их невыносимыми.       Александр сидел в своей комнате, окидывая взглядом темные стены, увешанные разными картинами. Как же они были стары. Их писали тогда, когда мир еще не успел развалиться так сильно, как сейчас. Вот в старой рамке покоился хвойный лес, которого ныне может быть и не существовало вовсе. Зато на полотне он казался нетронутым и свежим, таким, словно созданным из тонких лучиков света. Каждая иголочка, каждая травинка была продумана, несла в себе свою особую ауру и мысль автора. Но кому теперь есть до этого дела? Истинных ценителей искусства осталось не так уж и много, хотя данная индустрия была хорошо развита, а картины скупали зажиточные люди, что познали искусство заработать зеленые бумажки быстрее, чем научились ходить. Есть ли им дело до чего-то великого, непонятного, связанного с той эпохой, к которой они себя приравнивают? Большие города бедняков заполнены смыслом куда больше, чем эти одинокие домики в лесной глуши. Когда он начал это понимать?       «Ах да, картины. Как они прекрасны. Вот изображена река, а рядом с ней разлапистый дуб. Под ним ютятся господа, слушая, как один уважаемый человек играет какую-то мелодию. Видно, что это вечер, теплый, не такой, как в наше время. Это старая эпоха, мало связанная с тем, что мы имеем сейчас. А как же мир, что отделял нас от того, где этот промежуток времени? Помню, мне рассказывала Катерина, что когда-то люди жили в больших городах, по которым как и сейчас ездят душные машины. Они очень быстры и дороги. Каждый желал приобрести себе этот транспорт. В центрах стояли многоэтажные здания, руины которых сейчас используют под склады. Люди ходили в совершенно иной одежде, больше походя на наших крестьян. Но богатеи так же старались жить на выселках. Хотя были и такие, которые предпочитали селиться под самым небом, подобно богам. Люди умели общаться на расстоянии лишь по одному своему желанию, умели впечатлять мир лишь по одной своей мысли на бумагу. Какого же было тогда? Или это лишь сказки? Как же мы вновь ушли в допотопную эпоху?"-рассуждал он. -Мистер, миссис и мистер Марино отбывают. Они просили, чтоб вы спустились, -раздался голос служанки из-за двери. -Да, разумеется, сейчас, -крикнул он немного раздраженно, хватая с тумбы свою старую шляпу.        В экипаже сидело так много народу, что казалось, будто она скоро треснет по швам. Но из всех лиц лишь одно привлекло внимание Александра. Это была Екатерина, такая же спокойная и болезненная на вид, как и всегда. Ее серые глаза были устремлены словно сквозь его силуэт. Столь задумчивый взгляд, полный своей особой гармонии и отрешенности был присущ многим знатным мисс, что порой пытались казаться загадочными, однако, их можно было прочитать словно открытую книгу. Но Екатерина же была слишком естественна и этот образ невозможно было раскрыть. Он словно прирос к ней, подобно коже, обволакивающей кости. -Мистер Анен! Подите-ка сюда! -крикнула вдруг Маргарет, выходя на крыльцо и укутавшись в свою новенькую шаль. Она выглядела бодро, ее светлые волосы были опрятно убраны, а резкие черты лица казались еще более неприятными, чем обычно. -Вот, возьмите. Это ключи, что нужно отдать дядюшке Роберту, -сказала она, надменно бросив их в руки юноши. -Будет выполнено, но позвольте, разве вы не поедите вместе? -изумился тот. -Вы грубиян! Разве можно спрашивать о таком, когда и без того знаете, что нет. Дядюшка весь в делах и не думаю, что его отпустят в скором времени, -отвернувшись, пролепетала девушка. -Альбер, ну где же ты! Проводи свою тетку в дорогу, -вдруг взвыла из экипажа миссис Марино. -Я тут. Вы забыли свой саквояж, -пояснил он, указывая на трюмо, видное из открытых дверей. -Не заставляй меня ждать, принеси. Я уже не молода, чтоб носиться по таким пустякам! В ту же минуту на ее колени упала кожаная сумочка с плетеными ручками. -Мне очень жаль, что мы с дочерью вынуждены покинуть Вас, сударь, -мягко обратилась она к Александру, -Не серчайте. Я знаю, как это некультурно с нашей стороны. Но мы ведь родственники, так что должны понимать всю ситуацию. -Да, разумеется. К тому же, мой приезд не был запланирован, -подтвердил он. -Можем двигаться? -спросил вдруг кучер, видно уставший ожидать окончания беседы господ. -Да, трогай! -Крикнула Маргарет, браня его за свое нахальное поведение.       Экипаж отдалялся и лишь серые глаза Екатерины смотрели на Александра, будто бы прощаясь навсегда с его высоким силуэтом. В эту секунду он был очень горделив и мужествен, черные густые волосы развивались, закрывая карие, будто пустые глаза. Его образ словно считывали по каждой детали, даже самой невзрачной. А он лишь сурово хмурил брови, так, словно происходящее его не особо интересует. Он всегда так делал в безразличных ему моментах. -Эй, Анен! -шутливо окликнул его Альбер из окна гостиной, -Не желаешь позавтракать? -С превеликим удовольствием, -живо ответил он, всматриваясь в своего родственника. Рыжие волосы, не похожие ни на чьи во всем семействе, яркие зеленые глаза, подобные двум большим искрам, дух, который нельзя склонить и вечное участие в жизни других. Этот образ как отталкивал, так и наоборот, притягивал к себе людей. Но, а теперь, почувствовав в себе силу, он окончательно превратился в живого человека, а не в тень, какой себя считал сам Александр. «Ключи! Точно, я не спросил, что это за ключи такие!"-спохватился он вдруг, вытаскивая из кармана тяжелую связку. Но впрочем, это его вовсе и не волновало, как и все происходящее. Он вдруг неожиданно понял, что потерял весь блеск своей прежней жизни. Все краски вдруг исчезли, его разум поглотил туман. Его пугало это состояние, неопределенное и жуткое.       За завтраком его мысли постоянно метались, перепрыгивая с одной на другую. То всплывали в голове рабы, поднимающие восстание, то чудесный персиковый сад, что почему-то запомнился ему больше всего, то эти картины в его комнате. Альбер же не видел в своем собеседнике ничего необычного и лишь сильнее рассуждал о грядущих временах революции, покоящихся где-то в недалеком будущем. -Как бы я не относился к этому делу, вразумить мятежников не удастся, по крайней мере сразу. А война будет тяжелая, это я уверяю. Думаю, что единственного, кого не заденут пушечные выстрелы, так это лорда Арно. Он слишком великая личность, обладающая неоспоримой хитростью и властью. Не думаю, что мы встретим его на поле боя хоть когда-нибудь, -рассуждал он, уминая за обе щеки сочный бекон. -Стало быть, его владения окажутся вне зоны риска? -удивленно спрашивал Александр. -А то как же! Хотя, как поговаривают, он настоящий тиран! Но эти несчастные рабы не смогут повлиять на него в своем малом составе, а так, как он находится в центре страны, общая армия не доберется до него. Неплохо устроился, окружил себя свитой и получил звание лорда. А вот нам может прийтись туго.       Но Александра это больше не волновало. Впрочем, его надоедливый собеседник казался слишком рассудительным, чтоб отслеживать его направление мыслей. А туман тем временем начал сгущаться вокруг него. Во рту появился сладкий привкус подливы. Это сочетание будто придало ему еще большей рассеянности, однако, заставила позабыть о проблемах дня, отпустив все свои мысли в дальние края, а именно в самые старые уголки прошлого…