first and last choice

      С момента подачи заявления на развод прошло пять дней. За это время Чонгук успел свыкнуться с мыслью, что в конце декабря он будет абсолютно свободным человеком. Однако Чону до сих пор не верилось, что у него наконец-то началась та самая жизнь, в которой он наконец-то больше не будет стыдиться своей неправильности.       Чон, как и договаривался с Дживон, увиделся с Чисоном на выходных. Эти два дня Чонгук мог назвать лучшим временем за последние пару месяцев. Душа Чона буквально окрылялась, когда он видел лучезарную улыбку сына и слышал его звонкий смех. Чонгук сделал множество фотографий на смартфон во время похода в океанариум, мысленно поклявшись себе, что каждый снимок в скором времени распечатает.       Чисон за эти два дня часто спрашивал, почему Чонгук не вернётся домой. Чон коротко отвечал на этот неловкий вопрос: «Мы с мамой решили пожить отдельно». После Чонгук всё время находил способ отвлечь сына: конфетами, играми, просмотром мультсериалов. Переключить внимание маленького ребёнка оказывается очень просто. Через несколько лет Чисон поймёт, почему его родители больше не живут вместе. Сейчас же не к чему было нагружать ещё не сформировавшееся сознание малыша проблемами взрослых.       Какими прекрасными ни были эти два дня, Чонгук, скрепя сердце, слёзно прощался с Чисоном вечером воскресенья. Дживон смотрела на них с грустной улыбкой, застывшей на губах. Девушке было тяжело осознавать, что больше её супруг к ней не вернётся, но она стойко это переносила: ни одна слеза не скатилась по её щекам.       — Ты так прощаешься с ним, будто больше не увидишь, — произносит Дживон, когда Чисон уходит в свою комнату.       — Просто немного непривычно, что я не могу видеть Чисона каждый день, — признаётся Чонгук.       — Все мы когда-то ко всему привыкнем, — выдыхает девушка расплывчатую фразу.       Каждый в ней понимает тот смысл, который желает.

***

      Пусть Чонгук был убеждён, что у него началась новая честная жизнь, однако для честности ему не хватало кое-чего, точнее, кое-кого…       Все вопросы, касающиеся бракоразводного процесса и жилищных условий, были решены, Чонгуку оставалось только лишь ждать тот день, когда он вместе с Дживон встретятся, чтобы окончательно расторгнуть их союз. Всё это означало лишь то, что Чон должен прибегнуть хоть к каким-то действиям по отношению к Чимину. Чонгук по сей день был заблокирован Паком в социальных сетях и в контактах телефона.       Чонгук паркует автомобиль во дворе дома, в котором семь лет назад жил Чимин. Если начинать поиски Пака, то именно с этого места. Вряд ли тот переехал, продав квартиру, всё-таки старший был уже в том возрасте, когда хотелось постоянства. Пак и в двадцать пять лет был сторонником спокойствия и отсутствия перемен, маловероятно, что что-то изменилось за эти семь лет.       Чон всегда помнил адрес Чимина, как ни пытался его забыть. Первые пару лет Чонгук даже старался обходить стороной улицу, на которой находился дом Пака, не желая с ним случайно встретиться, потом же абсолютно наплевал на это правило, посчитав, что сможет совладать с самим собой, если случайно пересечётся со старшим. Всё-таки совладать с собой Чон так и не смог, именно поэтому сейчас он намеренно находился во дворе многоэтажного дома, в котором находилась квартира Чимина.       Чонгук тихо усмехается, вытаскивая ключ из замка зажигания. Ещё пару месяцев назад он даже не подумал бы, что будет стоять во дворе дома, в котором жил и, возможно, живёт его бывший, с целью поговорить с ним и попытаться наладить отношения.       Чонгук выходит из автомобиля, оглядывает взглядом двор, понимая, что практически ничего не изменилось, разве только детская площадка теперь покрашена в другие цвета. В голове Чона проносится множество воспоминаний о том, как он вместе с Паком сотни раз стояли у двери подъезда и робко целовались, когда на улице уже опустилась темнота. В те времена Чонгук был счастлив: он чувствовал себя по-настоящему нужным. Именно в объятиях и прикосновениях Пака Чону удавалось забываться от всех моральных терзаний и ужаса, который происходил в его семье.       Чонгук медленно идёт в сторону подъезда, настраиваясь на возможный разговор. Если Чимин и правда до сих пор здесь живёт, то он должен быть уже дома, потому что рабочий день закончился несколько часов назад.       Дверь в подъезд открывается одним из жильцов дома, и Чонгук юрко заходит. Всё внутри Чона замирает. В голове мелькает последнее воспоминание, связанное с этим домом. Вот, Чонгук практически бежит по ступенькам, не оглядываясь, после того, как Чимин озвучил ему роковой приговор — признался в измене.       Внутри Чонгука разрождается клубок противоречий. С одной стороны, он хочет вернуться в машину, уехать обратно на съемную квартиру и больше никогда не открывать эту главу из жизни, боясь, что предательство может в очередной раз повториться. С другой стороны, сердце Чонгука ускоряет темп лишь от мысли, что он сможет ещё раз прикоснуться к Чимину и ощутить то самое забытое тепло и попробовать возродить их отношения из пепла.       Разочарования и предательства — верные спутники человека по жизни, которые никогда не исчезнут. Но если всегда опасаться подвоха, то можно ли стать по-настоящему счастливым? И будет ли так ценно счастье, если в жизни вовсе исчезнет горечь?       И вот Чонгук стоит возле нужной двери.       Чон поражается своей памяти, даже спустя так много времени он точно знает, что не ошибся. На лестничной клетке абсолютно ничего не изменилось. Всё так же, как и семь лет назад. От этого одновременно приятно и тошно на душе, потому что так много счастливых событий видели эти стены, и эти же стены стали свидетелями самого болезненного молчаливого расставания.       Чонгук коротко нажимает на кнопку дверного звонка, он отдалённо слышит звуки чужих шагов. В голове появляется лишь одно кричащая мысль: убежать, превратить всё в глупую детскую шутку и оставить всё как есть.       Дверь открывается. На пороге стоит Чимин, одетый в домашнюю одежду. Чонгук всё же не ошибся квартирой, а Пак остался таким же приверженцев консерватизма. Взгляд Чимина растерянный, непонимающий. Вероятно, старшему вовсе сейчас кажется, что Чонгук не может быть настоящим.       Сердце Гука в этот момент вовсе уходит в пятки. Слишком много эмоций и чувств накатывают на него одновременно, не давая даже шанса остаться непоколебимым. Однако эта маска бесчувствия больше не нужна Чону.       — Привет, хён, — произносит Чонгук, неловко переминаясь с ноги на ногу. Он снова ощущает себя двадцатилетним парнем, который искал заботу и поддержку в Паке.       — Здравствуй, — выдыхает Чимин. — Зачем ты пришёл? В телефонном разговоре я дал тебе понять, что не хочу стать камнем преткновения между тобой и твоей женой.       — Я развожусь, хён, — коротко говорит Чон.       Глаза Чимина удивлённо округляются, он начинает нервно кусать свои губы, словно не веря в сказанное.       — Зачем?       Чонгук тихо усмехается, облизывая верхнюю губу. Он представлял этот разговор немного по-другому, во всяком случае, именно в квартире Пака, а не на лестничной клетке, но если Паку так будет комфортнее, то Чон готов излить душу прямо на глазах у соседей, которых, вероятно, привлекут голоса, доносящиеся из подъезда. Теперь Чонгуку нечего скрывать: не от других, не от себя.       — Все эти годы в браке я жил каждый день во лжи, думал, что люблю свою жену, что стал наконец-то правильным, поборов влечение к мужчинам, но это не так. Я одурачил самого себя, обманул всех вокруг, только лишь чтобы не признавать свою сущность. Сейчас же понимаю, что больше нет смысла врать и казаться тем, кем не являешься. Я хочу быть честным, в первую очередь, перед самим собой, именно поэтому решил развестись со своей женой, — Чонгук замолкает лишь на мгновение, чтобы вдохнуть полной грудью кислород и продолжить. — Встреча с тобой дала мне понять, что я по сей день испытываю к тебе самые сильные чувства. Не хочу давить на тебя этим внезапным признанием, но просто знай, что я простил тебя и больше не держу на тебя зла.       Чимин нервно потирает лоб пальцами правой руки, опуская взгляд. Чонгук видит смятение старшего в полной красе, и он готов к любому исходу событий. Во всяком случае, теперь Чон продолжает быть честным перед самим собой.       — Я даже не мог мечтать о том, что когда-то это услышу из твоих уст, — наконец-то произносит Пак, поднимая взгляд на Чонгука. — Видимо, я заслужил искупление. Только сначала я хотел бы узнать насчёт твоего сына, во время нашего телефонного разговора я чётко понял, что этот маленький человечек очень многое для тебя значит. Ты сможешь с ним видеться после развода?       — Да, хён, смогу, — выдыхает Чонгук. — Я всё рассказал Дживон. И она приняла достаточно спокойно тот факт, что её муж так ловко скрывал влечение к другим мужчинам.       — Ты… рассказал ей о том, что нас связывало?       — Да, оказывается… Отпустить прошлое легче, чем перестать врать себе, что я больше не люблю тебя.       — Отпустить тебя легче, чем внушать себе постоянно, что я забыл прошлое.       Они не озвучивают то самое слово, скрытое под понятием «прошлое», но каждый из них понимает, что под ним имеется в виду.       — Хён, давай забудем о прошлом, которое связывает нас, и постараемся построить счастливое настоящее, если ты этого хочешь.       — Ты не представляешь, как я этого хочу, — в глазах Чимина Чонгук видит огонёк истинной надежды.       Семь лет назад всё внутри Чонгука умерло, казалось, безвозвратно на этом месте. Сегодня же Чон ощущает, как внутри него снова начинают разрастаться ветви неизмеримых чувств, на которых распускаются цветы. Он надеется, что годы, разделяющие его и Чимина, послужили для обоих хорошим уроком, результатом которого будут новые крепкие отношения, в которых больше не будет секретов.       Чонгук готов доверять Чимину.       Чон готов войти в одну и ту же реку дважды, потому что без её вод он медленно увядает. Чонгук пытался скрыть это под маской нормальности, но без Пака все эти годы он действительно угасал.       Взгляд Чимина мягкий и изучающий, будто бы старший до сих пор до конца не верит в реальность произошедший событий. Неужели семь лет мучений и душевных терзаний наконец-то разрешились лучшим исходом?       — Можно я тебя обниму? — неловко спрашивает Пак.       — Конечно, можно.       Всего лишь мгновение, и Чонгук ощущает, как его заключают в крепкие объятия. Пак ласково прижимается головой к плечу младшего, тихо дыша в шею. Чон аккуратно кладёт ладонь на талию возлюбленного, чувствуя знакомое тепло чужого тела, которого ему не хватало все эти годы. В этот момент Чонгук думает лишь о том, что он всё сделает со своей стороны, чтобы их отношения были комфортными для обоих. Чон ни за что не упустит второй шанс, который подарила ему судьба.       — Мне до сих пор не верится, что ты настоящий, — с усмешкой выдыхает Чимин. — Такое мне только снилось. А теперь ты стоишь на пороге моей квартиры, и я могу обнимать тебя также крепко, как и семь лет назад.       — Это всё по-настоящему, хён.       — Я так сильно люблю тебя, Чонгук-а, прости меня за всё, — произносит Пак, поднимая голову на младшего.       — Не нужно извиняться, хён. Я правда простил тебя. Тем более, я сам был неидеальным парнем в наших отношениях, но уверен, что мы всё сможем исправить.       — Обязательно исправим.       Чонгук не сдерживается.       Он наконец-то делает то, что так сильно желал сделать ещё на ступеньках, ведущих в супермаркет. Чон осторожно припадает губами к чужим губам, получая тут же ответ. Сердце Чонгука в этот момент чуть ли не вырывается из грудной клетки, быстро колотясь. Чон аккуратно сминает губу старшего, жадно хватая ртом воздух, потому что эмоции и чувства внезапно захлёстывают разум. Он так давно мечтал поцеловать Чимина.       Все эти грёбанные семь лет.       Так приятно ощущать тёплые ладони Пака на своей шее, чувствовать ответные движения губ. Их поцелуй не переходит в пошлый: в него вложены вся боль, обида и надежда на то, что они оба достойны счастья вместе.       — Может быть, наконец-то зайдём в квартиру? — предлагает Пак, разрывая поцелуй.       Вероятно, слишком любопытные соседи уже увидели больше, чем нужно. Однако Чонгуку впервые абсолютно плевать на мнение окружающих. Он такой, какой есть, и больше Чон не хочет стыдиться этого.       — Я думал, что уже не предложишь.       Чонгук проходит в квартиру. Дверь закрывается. На этот раз Чимин и Чонгук остаются вместе.       Семь лет назад на пороге квартиры Пака всё, что связывало два любящих сердца, безвозвратно умерло.       Сегодня на этом же месте ознаменовалось начало новых отношений, в которых будут учтены все уроки прошлого.       Даже время, обида, предательство и боль не могут разделить двух людей. Все эти факторы абсолютно бессильны перед всепоглощающей силой искренней любви.