Откуда придёт спасение

***

Перевязанная голова слишком кружилась на высоте конского роста, так что Вэриан всю дорогу вёл Вольфганга в поводу, и через несколько часов неспешного хода вдалеке показалась Старая Корона. Новости об окончании войны, скорее всего, принесли ещё вчера, до того, как оказалось, что последний бой лишь предстоит, но теперь всё было позади, и можно было вернуться. Вэриан решил бы, что с чистой душой, но он не представлял, что скажет, когда заявится, ведь король не наградил его и даже не заметил среди прочего отряда – после того, как королевскую семью освободили, ночь слилась в сплошную череду, и он только несколько раз выныривал из бессознательного состояния, пока его переносили и перевязывали. Вэриан вошёл в деревню, где с рассвета шла работа – никто не прятался, все праздновали первое утро без страха и тревоги. Несколько человек оглянулось на него, кто-то с удивлением окликнул, но в основном каждый был занят, и на проходящих туда-сюда по деревне внимание не обращал. Вэриан перешёл мост и увидел, что его дом цел, и вздохнул с облегчением. На крыльцо вышла, потягиваясь, Зана, зевнула во весь рот, и только потом увидела внука. – Вернулся что ли? – спросила она почти не удивившись и усмехнулась. – Побитый какой, что, дошёл-таки до своего лагеря? – Дошёл, – устало сказал Вэриан и потёр затылок. – А я думала, как бы не заблудился, – фыркнула старуха. – Иди, не стой там, мать у соседки, а отец сейчас на заднем дворе. Вэриан привязал Вольфганга и прошёл за дом. Квирин, сгорбившись, сидел на скамье под деревом, и ушёл в свои мысли настолько, что не сразу услышал шаги. – Отец, – окликнул Вэриан, и Квирин обернулся, растерянно глядя, будто не ожидал его увидеть – хотя он и правда не ожидал. – Отец, я вернулся, – Вэриан понял, что сказать ему действительно нечего. Он подошёл и стал перед всё ещё молчавшим Квирином, не зная, куда деть руки. – Я… Прости, я не сохранил твой меч – выпалил Вэриан, – и… ничего не принёс, но война окончена, и я, я вроде как помог. Он неловко развёл руками и посмотрел наконец на Квирина. Тот тяжело встал со скамьи не сводя с него неверящего взгляда, и крепко обнял Вэриана – несмотря на слабое сердце, силы ему всегда было не занимать. Вэриан обхватил широкую спину отца, живого, ничего не сказавшего о побеге. Обрадованного, что сын жив, но так и не понявшего, какой ценой. – Простите, – послышалось сзади, Квирин отпустил Вэриана, и оба обернулись. На задний двор вошла Кассандра – вид у неё всё ещё был уставший, а один рукав мундира свободно свисал, и была видна новая перевязка. В руках она держала тёмный меч в ножнах. – Кассандра, капитан королевской гвардии, – преставилась она, поклонившись Квирину, и протянула меч. – Пришла вернуть. Это ваше. Вы можете не волноваться, – добавила она в ответ на настороженный взгляд Квирина, – король знает, но ситуация, хм, изменилась. Вчера ночью её с этим мечом, едва пришедшую в себя, чуть не взяли под стражу, но неожиданно вмешался Юджин. Пожалуй, после ряда откровений от темницы его спас только хорошо подвешенный язык и тот факт, что он помог спасти принцессу, но то, что призывник Короны оказался наследником Тёмного Королевства, уговорил Фредерика прояснить обстоятельства и даже заключил предварительный мир до переговорв с его отцом, от которых Фредерик открещивался последние двадцать лет, было, пожалуй, слишком – однако так и произошло. – Вы можете появляться при дворе свободно, я полагаю, – сказала Кассандра, – старый конфликт обещает сойти на нет. Я много читала о тех событиях и Братстве, – пояснила она немного неловко и добавила твёрже: – Для меня было честью сражаться вашим мечом и рядом с вашим сыном. Удивление Квирина было слишком явным, и Кассандра поняла, что от Вэриана не ожидал ничего даже его отец, и она припечатала: – Он спас жизнь мне и многим людям. Вы должны им гордиться. Звучало так, будто Кассандра говорит действительно от чистого сердца, и Вэриан почувствовал, как к щекам приливает кровь. Квирин поблагодарил за меч и визит, но так и не нашёл, что сказать в похвалу сыну – было видно, что он растерян, но Вэриан заметил во взгляде отца не недоверие, а что-то другое. Неловкую ситуацию прервала подбежавшая Луиза, которая, всхлипывая от радости, крепко обняла сына, взъерошила волосы, и никак не могла на него насмотреться. Кассандра подумала, что ей пора возвращаться, хоть Рапунцель и была слишком занята налаживанием мирных связей с Тёмным Королевством, а сама Кассандра отправилась в Старую Корону с самого утра, просто чтобы никак это не комментировать, но здесь она тоже была лишней. Она собиралась уйти, но Луиза окликнула её. – Подождите, вы же с дороги, – она вытерла слёзы и счастливо улыбнулась Кассандре. – Останьтесь пообедать с нами. – Останьтесь у нас навсегда, – ехидно пробормотала прислонившаяся к сараю Зана себе под нос, глядя на внука, залившегося краской в тон капитанского мундира. Кассандра собиралась вежливо отказаться, чтобы не чувствовать себя в окружении чужой семьи ещё более лишней, но приглашение было таким искренним, что она попросту не смогла обидеть хозяйку. И, похоже, надо было окончательно убедить Квирина в том, что его сын чего-то стоит. И она не ела со вчерашнего утра. – А… С радостью, – немного неловко улыбнулась Кассандра, передёрнув плечом, и коротко поклонилась в благодарность. Квирин, поддерживаемый женой, прошёл в дом, Зана, вальяжно отлепившись от стены, пошла помогать Луизе накрывать на стол. Вэриан пропустил Кассандру вперёд, но она задержалась. – Спасибо, – просто сказала Кассандра, считая, что надо поблагодарить лично, но все громкие слова уже сказаны. Вэриан запнулся и что-то пробормотал, и Кассандра добавила: – Королевские инженеры с утра бьются над этим механизмом и, кажется, головы себе сломали. Приходи во дворец, когда закончишь дома, – она кивнула на двор, в котором было порядочно работы, – возможно, им понадобится свежий взгляд, и возможно, – она подняла брови, – я поговорю с королём о том, чтобы тебя взяли ко двору. Тебе четырнадцать есть? – с сомнением спросила она, оценив на глаз. – Осенью будет шестнадцать, – буркнул Вэриан. – Но спасибо, я обязательно приду. – Чудно, – ответила Кассандра и покинула двор, и Вэриан пошёл следом, пытаясь спрятать куда-то покрасневшие щёки и уши. В Короне начался новый день, а потом ещё один и ещё, и будущее внезапно начало сулить много всего и сразу.