Асока и её тайные привязанности

— Ещё пять минут, и я иду туда, — твёрдо заявил Кеноби. — «Ещё пять минут» было пять минут назад, сэр, — Коди одарил Джедая хмельной улыбкой. — И даже если вы решитесь на этот раз — я всё равно попробую вас остановить. — С чего вдруг такая заинтересованность? — удивлённо спросил Кеноби, приподняв бровь. — Ну, я хоть и клон, генерал, а кое-что понимаю. Или думаю, что понимаю, — усмехнулся Коди. — Или в тебе говорит алкоголь. — Возможно. Но факт всё ещё факт — это их дело. Дайте им разобраться самим. Они ведь Джедаи, ничего с ними не случится. — Да что вообще могло произойти? Здесь определённо что-то не так. — Не сочтите за грубость, генерал, но иногда вы ведёте себя прямо как мамочка с этими двумя. Или старая троюродная бабка с рыжей бородой. — Не сочти за грубость, если на следующем задании я подложу тебе мину под ноги, Оби-Ван никогда бы не подумал, что звук открывающейся двери и два Джедая могут настолько облегчить ему душу. Но с самого начала, как только они появились в дверях, Кеноби почувствовал нечто… странное. Не аномалия, скорее особенность в Силе, словно он мог чувствовать связь между двумя живыми существами на особом уровне. Или это связь была особой? Ощущение было похоже на то, как если бы за шиворот вылили кувшин тёплой воды. Той самой идеальной температуры — не горячей, не холодной. Идеальной. И сам воздух вокруг, казалось, исказился, как при жаркой погоде. Это явление ввело Джедая в немалое заблуждение. Пока кто-то искал ответ на очевидный вопрос, кто-то уже нашёл ответ на свой. Энакин и Асока молча прошли к столу и сели на свои прежние места, рядом друг с другом. Стояла неловкая тишина, которая с каждой секундой всё больше оседала на плечах присутствующих. Первым решился заговорить Энакин. — Что ж… эм… затянулся тост, верно? — неловко усмехнулся и почесал затылок Джедай, отпив из полупустой рюмки. — Может потрудишься объяснить? — напрямую спросил Оби-Ван. — Нечего объяснять, — с непонимающим видом отвечал Энакин. — А по-моему, очень даже есть, — упорствовал Кеноби. — А я… — не успел Энакин начать, как Асока перехватила инициативу в разговоре. — Магистр Кеноби, пожалуйста, — Тано посмотрела на Джедая глазами, выражающими лишь одну просьбу, понятную любому без слов. — Если нужно, я объясню вам всё позже, обещаю. Это моя вина. — Это НЕ твоя вина, — рыкнул Скайуокер. — Вина того, кто чересчур любопытствует. — Энакин! — Асока возмущённо посмотрела на него, пытаясь донести то, что слова донести не смогут. — Всё в порядке, — спокойно произнёс Кеноби. — Мы всегда можем вернуться к этому позже. А сейчас нам уже пора. Спасибо за приятный вечер. — Да, тоже верно, — горько подтвердил Коди, всеми клетками своего тела не желая покидать этот островок мира. — Сепаратисты никуда не делись. Вставай, Рекс, дружище. Пора домой. Оби-Ван и Коди, подхватив по пути спящего сном трёх мандалорцев Рекса, удалились, оставив Энакина и Асоку наедине. Наедине друг с другом, с единственным источником света, едва освещавшим кухню и с ценой, которую пришлось заплатить, чтобы остаться одним. Говорят, когда приходится жертвовать чем-то ради победы, то победу одерживаешь не ты, а враг. Не знаю, так ли это, но атмосфера вечера явно подпортилась. — Извини, я… перегнул, — потирая лоб, угрюмо произнёс Энакин. — Передо мной-то за что извиняться? — горько усмехнулась Асока, уставившись на дно своей, почти что пустой, рюмки. — Я… я не знаю. Слушай, Оби-Ван сам виноват, ему не нужно было лезть не в своё дело. — Ну, технически, это его дело. Ты ведь знаешь, он прежде всего Джедай. — И что с того? Только, пожалуйста, не нужно в очередной раз упоминать Кодекс. Если Джедаи настолько мудрые и бесстрашные, тогда почему боятся обычных эмоций? Почему боятся чего-то, что заложено в нас с самого рождения? Почему не брать силу из этого? — Потому что никакая сила не подготовит тебя к тому, что придется пожертвовать жизнью того, кого ты любишь, чтобы спасти другого, — Асока сама удивилась внезапному откровению с её стороны. Энакин устало откинулся на спинку стула, издав тяжелый, полный груза тяготеющих мыслей и эмоций, вздох. — Ненавижу это чувство. Когда ничего не ясно, когда так долго ищешь, теряешь, задаёшь вопросы, а в итоге в ответ: тишина. Тупик, — всё ещё смотря в потолок, рассуждал Скайуокер. — Энакин, — Асока слегка наклонилась к нему через стол, взяла за руки и слегка пододвинула их к себе, на середину стола. — Это не тупик. Даже если и так, из любого тупика есть выход. Главное — быть рядом, чтобы помочь. Ведь если мы идём по этому пути вместе, значит и преграды преодолеваем тоже вместе, а значит и не сдаёмся вместе. — уверенность, но вместе с тем и нежность слов Тано, кажется, дали свои плоды. Скайуокер наконец оторвал свой взгляд от потолка и посмотрел на Асоку. И вновь сердце молодого падавана сделало сальто, словно это был первый раз, когда она поймала на себе его взгляд. И как привыкнуть к такому? Как теперь не покрываться мурашками от его объятий, как не хотеть, чтобы весь мир сгинул в огне, оставив наконец их в покое, как каждую чёртову секунду не желать поцеловать его? Ответы на эти вопросы, возможно, никогда не будут найдены. — И где ты научилась такой мудрости и терпению? — улыбнувшись, спросил Энакин. — У меня хороший учитель. Самый лучший учитель, — нежно перебирая его пальцы, играя с его руками, медленно и чувственно обхватывая их снова и снова, она посмотрела на него с такой смесью любви и страсти, что даже Энакин Скайуокер не в силах был спокойно реагировать. — Уходишь от ответа, Шпилька, — смутился он. — Зуб даю, халтурила у какого-нибудь другого Джедая падаваном — от него таких мудростей и нахваталась. — Конечно, — саркастично усмехнулась Асока. — Меня и к вам-то приписали только в качестве наказания. Слишком хорошо училась, — в очередной раз сверкнула глазками Тано. — Оу, вот оно как. Постараюсь не разочаровать. Пару минут они сидели молча, робко улыбаясь друг другу, передавая тепло душ через прикосновения рук. И в эту минуту нечто большее было бы лишним. Такие моменты — не время для похоти или слов, засоряющих собой пространство. В мгновения, подобные этим, существуют лишь двое. — Ты же понимаешь, что теперь нам придётся держать всё в тайне? — милое и расслабленное выражение лица Энакина в момент сменилось на серьёзную и грустную мину. — От Ордена Джедаев? Проще простого, — Асока нервно усмехнулась. — Ага. Проще простого… Настало время уходить. Они и так подвергают опасности всё «предприятие», так долго находясь рядом друг с другом. Но уходить никому не хотелось. Никто не решался сделать первый шаг, каждую секунду задаваясь вопросом «А нужен ли он, этот шаг?». Самый совершенный дроид в галактике не смог бы сказать, сколько они просидели на маленькой Джедайской кухне, просто смотря друг другу в глаза и держась за руки. Никто не хотел отпускать этот волшебный вечер. Но у жизни, как обычно, были другие планы. — Пора. Завтра тяжелый день. — сдавленным голосом прошептал Энакин. — Знаю. Просто… — Знаю. Так медленно, как только возможно, Энакин встал из-за стола и проводил Асоку до дверей. — Ну… до завтра? — вопрос вышел отнюдь не таким уверенным, как представляла его в голове Тано. На деле это было скорее сдавленный воздух в вперемешку с обрывками слов. — До завтра, Шпилька. Момент расставания для Асоки был невыносимо сложным. Она вдруг захотела поскорее пережить его, поскорее перенестись в завтрашний день, к новым возможностям. Потому она резко развернулась и хотела было уйти, как вдруг Скайуокер резко притянул её к себе за руку и поцеловал, на этот раз более нежно и чувственно. — Я ещё не пожелал спокойной ночи, — нахально ухмыльнулся Энакин, полностью отдавая себе отчёт о том, какие эмоции и чувства он вложил в этот поцелуй, и какой они возымели эффект. — Спокойно ночи, — у Асоки перехватило дыхание, поэтому она прошептала это так тихо, как только возможно. И теперь её главной задачей было уйти, перед тем как слёзы счастья навернутся на глаза плотной пеленой. Кто-то сегодня ночью явно не уснёт.

***

Утро постучало в двери, напомнив не только о долге, но и о скором воссоединении. Всё-таки, даже в ранних пробуждениях и грубых требованиях магистра Винду спуститься в зал совещаний, можно найти что-то хорошее. Или кого-то. И вновь спешка, вновь огромные стены Храма Джедаев, давящие своим величием, вновь зал Совета, вновь хмурый магистр Винду; безучастный магистр Пло; спокойный и расслабленный, с небольшой ноткой задумчивости, магистр Кеноби, и… Энакин. Он всегда шёл отдельной строкой, отдельным пунктом. У Асоки даже не было времени, чтобы убедиться, что вчерашний день не был сном. Хоть вкус вчерашних поцелуев был ещё весьма свежим, Тано всё же хотела убедиться, обновив ощущения. Этого требовала, казалось, каждая клеточка тела, каждая частичка сознания тянула её к нему. Но так не могло продолжаться. Асока прекрасно понимала, что должна овладеть этими эмоциями, взять их под контроль. Иначе никак. Возможно, время поможет справиться с этой задачей. Ну, а пока, ей всё же нужно было удостовериться, что вчера всё было взаправду. Осталось лишь одно препятствие. — Вновь опаздываете, падаван Тано, — сказал магистр Винду, с укором посмотрев сначала на Асоку, а затем и на Энакина, стоявшего в ожидании в центре зала. — Простите, магистр Винду. Простите, учитель, — опустив голову, извинилась Асока. — Может уже начнём? Мы здесь для того, чтобы защищать галактику или чтобы обвинять моего падавана? — слегка вспылил Энакин. Хотя, зная его, Асока понимала, что от «слегка» до «Энакин, убери свой Световой меч и давай поговорим!» — несколько шагов. — Конечно, — кивнул Винду. — Магистр Кеноби? — Ситуация на внутреннем кольце складывается не в нашу пользу, — начал Оби-Ван. — Сепаратисты теснят местное сопротивление на большинстве фронтов. Асока, твоей задачей будет сопровождение тяжелой боевой техники и войск на Тайферру. Планета имеет большое стратегическое значение из-за местной монополии на производство бакту, поэтому чрезвычайно важно, чтобы сопротивление на планете получило необходимые подкрепления. Вам всё понятно? — Да, магистр Кеноби, — поклонилась Тано. — Тогда мы вылетаем немедленно. Пойдём, Шпилька, — Энакин быстро развернулся, и уже собрался покинуть зал, как магистр Пло остановил его. — Для вас у нас другое задание, Скайуокер, — сказал Пло Кун холодным и равнодушным тоном. — Что? — неприятно удивился Энакин. — Ты примешь командование войсками на Киффу, — пояснил Оби-Ван. — Электростанции на этой планете чрезвычайно важны для нас, как во время войны, так и в мирное время. Сепаратисты теснят наши войска, поэтому мы отправляем тебя и Рекса переломить ситуацию в нашу пользу. — Но… но на Тайферре находиться важное для нас производство. Более важное, чем электростанции. Может, мне лучше отправиться туда и обеспечить командиру Тано безопасный коридор для транспортировки войск? Я, Файвз и Коди возглавим три звена истребителей, и тогда мы сможем прикрывать конвой со всех фронтов, как на земле, так и в космосе. Совет тревожно переглянулся в ответ на подобные вольности от Джедая. Как всегда, палачом выступил магистр Винду. — Это приказ. А приказы не обсуждаются, Скайуокер. Ты не в Совете, а поэтому не имеешь права голоса в таких вопросах. Асока тоже была не в восторге от того, что им придётся разделиться, но вид Энакина сейчас заставил её волноваться гораздо больше. После слов Мэйса, Скайуокер буквально превратился в бомбу замедленного действия, а его вена, проступившая на лбу от нервного напряжения, была таймером, отсчитывающим время до взрыва. Асока поняла, что сейчас её задача — перехватить его первое слово, не важно как. Иначе быть беде. — Я… — Энакин не успел даже толком открыть рот, как Асока перебила его, и, вероятно, спасла его от Светового меча магистра Винду. — Мы отправимся немедленно, магистры, — учтиво сказала Тано. — Хорошо. Удачи вам, — тепло улыбнулся Кеноби, не смотря на явно провокационное поведение Скайуокера. Как только Асока и Энакин вышли из зала Совета, реакция не заставила себя долго ждать. — Они специально, верно? — начал Энакин. — Они специально принимают самое глупое решение из всех возможных? Или они делают это, чтобы разделить нас? — возмущался Скайуокер по пути к ангару. — Я не думаю, что они что-то знают, — сдержанно отвечала Асока, пытаясь быть противовесом гнева и обвинений. — Но решение вполне разумное. Бросать все силы в одно место — значит лишать поддержки все остальные. — Ты всегда с ними соглашаешься. — Я просто не хочу, чтобы ты натворил глупостей, Скайрокер, — легонько толкнув его локтём в бок, улыбнулась Тано. — А что если я хочу натворить глупостей, но только с тобой? — вполне серьёзно спросил Энакин. — Как тебе такой вариант? — Я думаю, у нас ещё будет время. Полно времени, — усмехнулась Асока, пытаясь скрыть то, как сильно она размякла внутри от его слов. За разговорами оба Джедая не заметили, как дошли до ангара. — Я всё равно не согласен, — упорствовал Скайуокер. — Я знаю, и я тоже не в восторге, но такова воля Совета. — А что если я тайно полечу с тобой? Попрошу Рекса возглавить миссию, а сам отправлюсь на Тайферру, — остановив Асоку у космического шаттла, Энакин с улыбкой стал ждать, по всей видимости положительного ответа, хотя и сам прекрасно понимал, что такой вариант невозможен. — А шутки у тебя всё хуже и хуже, — протянула Тано, бросив на него полный сарказма взгляд. — Ладно, ладно. Глупый план, — наконец сдавшись, улыбнулся Скайуокер. — Просто не хочу отпускать тебя. Знаю, что ты справишься, просто… — Не хочу отпускать тебя. Знаю, — мягко коснувшись рукой щеки Энакина, сказала Асока. Джедай взял её руку в ответ, продолжая удерживать на своей щеке её мягкую ладонь так долго, насколько позволяло время. — Я буду осторожна. Обещай мне то же самое, — убрав руку, Тано внезапно стала на порядок серьёзнее. — Обещаю, — Энакин слегка смутился, но затем заметил приближающегося магистра Пло, и понял своевременность действий Асоки. Ещё одно расставание. На этот раз нужно было соблюдать формальности, поэтому Асока просто кивнула, и поднялась борт шаттла, который должен был доставить её на Республиканский крейсер. Внутри ощущалась странная прохлада, но вместе с тем, мысли о скорой встрече привносили тёплый бриз, который обдавал душу со всех сторон, успокаивая и придавая уверенности. Она ведь чуть не согласилась на безумную затею Скайуокера. Это было заманчиво, но неверно. Сейчас настал тот момент, когда личные чувства нужно было отложить в сторону. Галактика в опасности, и это решение как раз-таки может повлиять на исход сражения. Поэтому, кто-то должен был его принять, как бы это ни было тяжело. И в этом случае пусть лучше это будет она, чем Энакин. Как только дверь шаттла закрылась, Энакин почувствовал невероятную тоску. А Асока почувствовала, что почувствовал Энакин. Десятки ещё более безумных идей проскочили в головах обоих Джедаев, но, к счастью, оба были достаточно сильными, чтобы не следовать минутному соблазну. — Ты ходишь по тонкому льду, Скайуокер, — с этими словами магистр Пло подошёл к провожающему взглядом шаттл Энакину. — Прошу прощения? — удивился Скайуокер. — Джедаи не с проста не поощряют привязанностей. — Не понимаю, о чём вы. — Я привёл Асоку в Храм Джедаев. Я знаю её почти что с пелёнок. Вы с ней правда думали, что сможете скрыть столь сильную связь от меня? От Совета? Энакин стоял молча, с каждой секундой его взгляд становился всё более и более угрожающим и свирепым. — Между учителем и учеником существует особая, нерушимая связь. Она чувствуется на многих уровнях, если знать, что ищешь. Но ваша связь… Она иного рода. — Давайте к делу, магистр, — сердито отрезал Энакин. — Я не желаю тебе, и уж тем более Асоке зла, юный Скайуокер. Я лишь хочу предупредить тебя: Тёмная Сторона всегда рядом. И не ровен час, когда она может сыграть на вашей связи и переманить вас во тьму. Такое случалось раньше, и никто не застрахован от этого сейчас. — С нами этого не случится, — разозлившись окончательно, Энакин развернулся и направился к своему шаттлу. Но перед тем, как взойти на борт, он пересилил себя и задал последний интересующий его вопрос. — Вы расскажете остальным? — Они сами узнают, рано или поздно. Связь между вами слишком сильна, чтобы её игнорировать. Пло Кун скрестил руки за спиной и спокойно отправился назад, в зал Совета, оставив его наедине с собой, в глубоких раздумьях и смятении. Он всё ещё не мог понять. Пытался, но не мог. Как что-то настолько светлое, приятное, прекрасное, может привести на Тёмную Сторону. Его мысли быстро сменились заботами о тактике и стратегии, как только шаттл оторвался от земли. — Надеюсь ты справишься, Шпилька, — прошептал он себе под нос, отпуская вместе с этими словами последние мысли об Асоке. Дальше лишь бой, сражение и смерть. Голова должна быть чистой для таких вещей, поэтому Джедай поспешил обратиться к Рексу, чтобы тот ввёл его в курс дела. Путь предстоит неблизкий.