Трудности содержания домашнего питомца

Хината сладко потянулся, но его ноги вдруг уперлись во что-то твердое. Он медленно разлепил сонные глаза, уставившись в окутавшую комнату темноту. Рыжеволосый лениво зевнул и перекатился на бок, едва не задев носом чье-то ухо. «Ой, » — резко встрепенулся он, отпрянув от чужого лица. Шое нащупал где-то сбоку крохотную кнопочку, включившую прикроватную лампу. Холодный свет осветил тусклым свечением кровать и затерялся где-то на стенах, смешавшись с темнотой. Хината сощурил глаза, привыкая к резко нахлынувшему свечению. А когда взгляд прояснился, то прямо перед ним обозначись знакомые черты лица. Кагеяма лежал на спине. Его руки были вытянуты под одеялом вдоль тела как по струнке. Бледная кожа и замершая в одном положении грудь напоминали об особенности его физиологии. Хината приподнялся на локтях и склонился над Тобио. Черты его лица были настолько правильными, симметричными и безо всякого изъяна, что оборотень мог провести немало времени просто созерцая его красоту. Собственно, этим он и промышлял в свой первый визит в дом, и чуть позже, перед тем, как отправился домой рано утром. Видеть, как Кагеяма хмурит брови, издевательски улыбается или прожигает насквозь холодным взглядом — это одно. Но на его лицо в состоянии покоя невозможно было не заглядеться. Шое провел кончиком пальца по его щеке — бледной, фарфоровой, почти как у куклы. Его кожа была на ощупь гладкой; ей были несвойственны морщины, темные пятна и другого рода неприятности. Палец скользнул ниже, нежно погладив тонкие, бледные губы. Затем поднялся чуть выше, едва коснувшись аккуратного, прямого носа, и коснулся лба, смахнув с него непослушную темную прядь. Каждая деталь заставляла сердце Шое радостно биться. Он медленно наклонился еще ближе. Так, чтобы едва касаться его лба своим. О, а как можно было ничего не сказать о его глазах! Темные и таинственные, будто драгоценные камни. Хината говорил себе каждый раз не зацикливаться, но затем вновь и вновь тонул в них, смотрел, не в силах оторвать взгляд. Может ли Кагеяма обладать гипнозом? Если нет, то как еще объяснить это приятное чувство, щекочущее внутри и будто бы подталкивающее сделать очередную глупость? Где-то в этот момент Хината понял, что окончательно обречен. Он опустился ниже, коснулся губами кончика его носа, затем потерся щекой о подбородок, провел губами вдоль линии челюсти. Хината вспоминал их уютные разговоры перед сном. Рассказы об Аргентине, шутки и все-все приятные слова, которые были после этого. Он поцеловал мочку уха и только сейчас заметил, насколько возбужден. Так и хотелось сделать что-то непристойное. Но стоило ли? Одеяло полетело в сторону. Конечно же да! Шое провел ладонью по груди вампира, пристально наблюдая за его реакцией. Убедившись, что ни один мускул не дрогнул, он аккуратно стал расстегивать пуговицы на его рубашке, обнажая все больше кожи. Адреналин ударил в голову. Он никогда еще не вытворял подобного со спящим. От этого возбуждение только усилилось. Прильнув к шее, Хината принялся покрывать ее поцелуями. Сначала короткими и осторожными, а затем с каждым разом все более лихорадочно и откровенно. Оторвавшись от столь привлекательной кожи, он моментально бросил взгляд на лицо, которое в очередной раз ответило полным безмолвием. Почувствовав прилив храбрости, оборотень поцеловал ключицу, и провел дорожку из поцелуев вниз, огладил руками талию, оставил еще парочку поцелуев на подтянутом животе, спустился еще ниже и только вошел во вкус, как перед ним оказалась ткань штанов. Шое замер. «Я же собираюсь сделать это?» — подумал он, снова всматриваясь в лицо Кагеямы. Последние рациональные мысли затерялись под пеленой похоти. Рука сама начала понемногу стягивать вниз штаны, а рот внезапно наполнился слюной. Шое жадно поцеловал выступающую косточку и продолжил покрывать все поцелуями, одновременно снимая одежду. Будучи нетерпеливым, он выпрямился и в пару незамысловатых движений избавил Тобио от ненужной (пока что) одежды. «Как красиво, » — думал он, поглаживая сильные бедра. Хината хотел облокотиться о что-нибудь, но случайно надавил на колено вампира чуть сильнее чем планировал. И вместо того, чтобы камнем остаться на месте, нога послушно сместилась в сторону и замерла в этой позиции. «Ого, как манекен, » — удивился Хината. Он аккуратно надавил на обе ноги, разведя их немного в стороны. Он сел между ног, подогнув под себя колени, и подался вперед, скользнув щекой по внутренней стороне бедра. Нетрудно было догадаться, что Кагеяма не был возбужден (еще бы), а если бы и был, то, по наблюдениям Хинаты, ему потребовалось немного времени. После того инцидента с полицейскими в Шое проснулся новый интерес касательно вампирской физиологии. Шое нетерпеливо поцеловал головку. Провел языком вдоль ствола. Очень пошло и мокро, тяжело дыша и томно прикрывая глаза. Кагеяма не реагировал. Розовые губы приоткрылись, скользя вниз по члену. Щеки Хинаты покрылись ярким румянцем. Он промычал что-то неразборчивое и стал понемногу наращивать темп. Кагеяма был… Другим, непохожим на остальных. Со своими необычными причудами и особенностями. Такой загадочный и непонятный. Его хотелось изучить вдоль и поперек, посмотреть, как он отреагирует, а также узнать, по каким правилам он живет. Хоть Тобио и не держал в секрете информацию о себе, своей сущности и способностях, Хинате не терпелось узнать еще. Со всевозможных сторон. Он выпустил член изо рта и провел рукой вверх-вниз по поблескивающей от слюны коже. Температура тела Кагеямы была средней, благодаря одеялу и тому факту, что Шое неосознанно обогревал его во сне. «Его тело неплохо сохраняет тепло.» Движения рукой ускорились. Хината наклонился поближе, пытаясь понять, насколько удались его старания. «Уф, тогда рядом с полицейскими это было намного проще.» Ведомый внезапно нахлынувшей страстью, он провел влажными губами по всей длине, начав снизу, и задержался наверху, бросив очередной, но не менее ласковый взгляд на неподвижно лежащего вампира. Свет лампы обрисовывал тонким контуром его длинные ресницы и темные пряди волос, а также мягко падал на его изящную шею и мышцы на животе. Шое закусил губу и прерывисто вздохнул. В его белье становилось тесновато. Рыжеволосый открыл рот и, наклонившись вперед, слегка склонил голову набок. Так, чтобы головка члена упиралась ему в щеку. У Кагеямы не было как такового примечательного запаха, да и вкус его описать было трудно. Интересно, у него напрочь отсутствует потоотделение, или же нужны какие-то специальные для этого условия? Вопрос первостепенной важности. Оборотень продолжил упоенно работать ртом, чувствуя, как член Тобио начинает постепенно увеличиваться. Не в силах больше сдерживаться, он скользнул рукой к своей промежности, принося своему телу долгожданное наслаждение. Все шло просто замечательно, даже невероятно хорошо. Шое сладостно прогнулся в пояснице и прикрыл глаза, решив в полной мере насладиться процессом. Вдруг он почувствовал, как его щеки кто-то коснулся, а следующую секунду уже схватили за голову и притянули вперед, отчего пухлые губы скользнули почти до основания в один миг. Хината широко раскрыл глаза от удивления и был готов уже громко возмутиться, однако нависшее над ним лицо Кагеямы резко подавило такой порыв. Взгляд Тобио выражал любопытство, но лукавая ухмылка добавляла ему нотку издевки. — Не спится? — Спросил он, приподняв одну бровь. Шое попытался издать хоть какой-то звук (кроме мычания и сопения), подавшись назад, но ладони Кагеямы, такие большие по сравнению с его головой, плотно обхватили обе щеки и придерживали линию челюсти, не давая оборотню отстраниться. Они смотрели друг другу в глаза. Кагеяма — оценивающе и властно, и Хината — сквозь полупрозрачную пелену, отчего взгляд его казался затуманенным, но при этом не терял решительности. Хватка на щеках слегка ослабла. Шое подался назад, и едва его губы коснулись головки, Тобио вновь так же внезапно потянул его обратно. Рыжеволосый расслабил горло, позволяя насадить себя на член еще раз. Ему нравились такие игры, а инициатива со стороны Кагеямы только сильнее заводила. Хината полностью расслабился, обмякнув в руках вампира, который по-собственнически трахал его в рот. Комната наполнилась непереставающими звуками мычания и причмокивания, иногда разбавленными хриплыми вздохами. Кагеяма задал такой быстрый темп, что у Шое сбилось дыхание, а в уголках глаз заблестели капельки слез. Несмотря на это, Хинате нравилось все это. Нравилось, когда его имели вот так — грязно и грубо. Это читалось в его пылающем взгляде и было заметно по пунцовым щекам. Тобио, наблюдая эту картину, не мог избежать передавшегося ему жара. Он насадил его себя еще раз и, дернувшись в истоме, бурно кончил. Белая жидкость выплеснулась Хинате в рот. Он поспешил проглотить ее, но одной крохотной капле удалось протиснуться сквозь плотно сжатые губы и стечь вниз по подбородку. Шое выпустил член изо рта, жадно вдыхая воздух. Его голова слегка закружилась, и он так и не понял, как вдруг оказался на коленях Кагеямы. Последний сжал в руке член Хинаты, погладив его большим пальцем. Хината закусил губу и запрокинул голову от еще больше нахлынувшего возбуждения. А когда Кагеяма стал двигать рукой, то наклонился обратно, прислонившись лбом к его виску. Разумеется, оборотню хотелось бешеного темпа. Такого, чтобы потом лежать на кровати и приходить в чувство от перенасыщения, но сегодня он решил быть покладистым. Полностью ввериться своему партнеру. Подчиниться. Тобио ласкал его неспеша. Приобнимал свободной рукой, оставлял короткие поцелуи на носу, щеках. Губы поцеловать не получалось — Шое постоянно их кусал или же плотно сжимал. По оборванному вздоху, Кагеяма понял, что время разрядки совсем близко, а поэтому продолжил в одном темпе. Хината протяжно заскулил и мило зажмурился, излившись на руку вампира. Тобио провел ладонью по его влажному лбу, убирая с него прилипшие пряди волос, и прислонил его голову к своему плечу. Сам Кагеяма не выглядел как человек, у которого только что был восхитительный оргазм. Его выдавали разве что торчащие во все стороны волосы и стоящий член. Поэтому ему было так интересно наблюдать за тем, как часто вздымается грудь Шое, как дрожат его ресницы, и как сильно порозовели его щеки и кончики ушей. Очень притягательное зрелище. — Ты не сильно злишься? — Подал голос рыжеволосый, наконец придя в себя. — Ты видишь, чтобы я злился? Хината весело рассмеялся. — Ты такой красивый, когда спишь, — игриво улыбаясь, сказал он. — Я… Эм. Хм… — Тобио плотно стиснул губы и смущенно отвел взгляд. — И мне так понравилось то, как ты… — Не успел договорить Хината, как вдруг его слова перебил особо громкий звон. Оба парня замерли, осмысляя происходящее. — Это… — Дверной звонок! — Вскочил с постели Кагеяма, опрокинув Хинату на простыни. — Это журналист! — Но он же должен быть прийти, — оборотень нащупал своей телефон, — к обеду, а сейчас… Оаоаооао! Хината резко вскочил с постели, пытаясь найти хоть что-нибудь из одежды. Тобио также не терял зря времени и поднял с пола свои штаны. — Стой, стой, стой, — встал у него на пути Шое, успев напялить шорты, — мы же заготовили тебе одежду. Забыл? — Ах, точно, — ударил себя по лбу вампир. — Я еще эмм… Он указал рукой на своей стояк. Хината прикрыл кулаком рот, чтобы не прыснуть со смеху. — Чего ты ржешь, придурок?! — А у меня упал стоило услышать звонок в дверь, — улыбаясь ответил он, — ладно, я пока пойду открою дверь, а ты… Приведи себя в порядок. После этих слов он накинул на себя белую футболку и вылетел из комнаты. Шое в один прыжок спустился вниз по лестнице и в один миг достиг входной двери. Поворачивая дверную ручку, он сделал глубокий вдох и выдох. «Нужно произвести хорошее впечатление на гостя.» — Добрый день! — Воскликнул он, распахнув дверь настежь. Вслед за этим послышался мягкий стук и недовольное «ауч». И прежде, чем Хината успел что-либо понять, Цукишима вошел в дом, поглаживая рукой свое ушибленное колено. — Ой, простите! Вам нужна помощь?! — Виновато отведя взгляд в сторону сказал Шое. — Не стоит, — цыкнул блондин, сверля его взглядом, — я проделал такой далекий путь не для того, чтобы валяться на пороге — Он прошел вглубь гостинной, озираясь по сторонам. — Хозяин, что, заснул? По изгибу его бровей Хината представил, как только что в статье стало на одно провокационное предложение больше. — Нет, нет, — почесав затылок, выпалил Шое, — он эээ… Он… Прибирался. — Прибирался? — Хмыкнул Цукишима. «Черт, можно же было просто сказать, что он сейчас придет.» — Да-а… В этом доме много ценных вещей… Не доверишь все так сразу уборщикам, — нервно потея продолжил оборотень. В ответ прозвучала тишина. Журналист сделал какие-то пометки в своем блокноте, отчего Хинате становилось все более тревожно. К его счастью, только Цукишима развернулся к нему, чтобы снова задать вопрос, как со стороны лестницы послышались шаги. — Добрый день, — протянул блондин, — я уже не ожидал, что меня тут встретят. Хината возмущенно фыркнул. — Пришлось чуть подзадержаться, — буркнул Тобио, подойдя к ним. Он выглядел очень… Непривычно. С худи вместо рубашки и джинсами вместо штанов. Весь вид Кагеямы говорил о том, как же ему неудобно в этой одежде. Не будь Цукишимы рядом, он бы точно начал ворчать и жаловаться на дешевизну материалов прямо с лестницы. Вся троица оказалась посреди гостиной. Хината с Кагеямой упорно делали вид, что не обжимались пару минут назад в спальне, в то время как гость оценивающе осматривал помещение. — Не многовато такого экрана? — Цукишима с ухмылкой кивнул в сторону стоящей в гостиной плазмы. — Нормально, зато все видно, — Кагеяма взял в руки пульт и показательно включил случайный канал. — Неплохой сериал, кстати. Не видел этот момент. Новые серии? — Насколько я помню, этот сериал завершился лет так 20 назад. Тобио никогда так не хотелось располосовать когтями чью-то улыбку. Хината напряг все мышцы лица, чтобы не разразиться смехом, но поймав взгляд Кагеямы, поспешил отвернуться. — Там находится кухня, — резко сменил тему разговора вампир. Ему нельзя было злиться, иначе из-за губ будут очень отчетливо виднеться острые клыки. И как только это произойдет… «Нет, — мысленно постарался успокоить себя Тобио, — такого не произойдет.» Цукишима скучающе оглядывал мебель и различные предметы на столе, как вдруг остановился рядом с кухонным островком, где они вчера разбирали пакеты. — Так ваше величество действительно не нанимает слуг для уборки? — Насмешливо спросил он. Хината выглянул из-за него и разглядел лежащие на столе ошейник с поводком. «КАГЕЯМАА!» — панически пронеслось у него в голове. — Я сам вполне справляюсь… — Заметив наконец предметы и вытянувшееся лицо Шое, Тобио начал искать оправдание. — А это, это… — О, нет, не стоит просвещать меня в ваши игрища. Моя светлая голова не готова к такой информации. — Это не для этого! — Возразил Кагеяма, смутившись от предположения журналиста. — Получается, у вас в доме есть собака? — Самодовольно улыбнувшись уточнил блондин. Словно ожидал такого расклада. Тобио на секунду замер. «Черт, надо было сказать, что мы практикуем то что там подумал этот гребаный извращенец.» По взгляду Шое стало ясно, что он подумал о том же. — Ну, в некотором роде да, — неуверенно начал Кагеяма. — В некотором? — Переспросил журналист, перелистывая блокнот. — Да, он… Он сейчас на самовыгуле. — Территория как никак большая, — одобрительно закивал Хината. «Этот придурок сейчас вообще понял, что я говорил о нем?» — Если повезет, то можно будет его даже увидеть, — Кагеяма посмотрел в упор на Хинату. Тот непонимающе поглядел в ответ, а когда до него наконец снизошло озарение, то округлил глаза и еле сдерживался, чтобы не возразить «ну я же говорил тебе, что это сложно». — Было бы неплохо, — ответил журналист, повернувшись к Хинате. — Не хотите чаю или кофе? — Выпалил рыжеволосый, чтобы уйти из зоны поражения двух неприятных взглядов. — Спасибо, но пока что нет. — А зря, у нас такой хороший кофе, — продолжил Хината, подойдя к кофеварке, — просто лучший… — Вдруг в глаза ему бросился бокал, стоящий прямо рядом с кофе. А жидкость в нем подрзрительно напоминала что-то оставшееся с прошлого вечера. Шое резко замер на месте, осмысляя всю ситуацию. — Кровь… — Что? — Переспросил блондин, — ты что-то сказал? — Какая разница, что он там бормочет. Давайте уже перейдем в следующую комнату, — вклинился Кагеяма, увидев замешательство оборотня. «Кагеяма, черт тебя дери, — гневно подумал Хината, — еще даже и пяти минут не прошло, а мы успели объебаться несколько раз.» Как только они забыть помыть бокал от крови после ужина? Да еще и забыть на кухне! По спине Шое пробежала струйка пота. Если журналист сделает каких-то пару шагов, то он непременно увидит. Раковина так далеко. Черт, что же делать. — Просто… Просто лучше всех чаев, вот что я сказал, — неловко рассмеялся он. — Кстати, я, кажется, забыл окно закрыть в столовой… Хината повернулся лицом к Цукишиме, а тем временем аккуратно взял бокал и завел его за спину. — Да, да, мм умже уходм, — максимально сомкнув губы, чтобы не засветить клыки, Тобио принялся понемногу вытеснять гостя обратно в сторону гостиной, — промстуда от сквозняка это не футки. — Что?! Какого- Воспользовавшись заминкой, Хината подался назад. Он шел осторожно, стараясь случайно не пролить содержимое бокала на пол. А когда блондин оказался к нему спиной, то рыжеволосый ловко выскочил из кухни и наконец облегченно вздохнул. «Кагеяма дурак… Но я и сам не доглядел.» Он ударил себя по лицу. Нет времени для того, чтобы жалеть о том, что было. Нужно было срочно возвращаться назад. Ведь противостоять хитрому журналисту один на один очень рискованно. Но куда деть бокал? Его нельзя было оставлять в столовой. «Вылить кровь в горшок? Неет, разводы же останутся. Или спрятать в растениях? — Он попытался скрыть бокал под цветочными шляпками. — Черт, все равно видно. Нужны цветы побольше и попышнее.» Вдруг Хината резко выпрямился от пришедшей ему в голову идеи. Сад! Там же полно пышных кустов! Он подбежал к окну. Прямо под ним на улице располагалась аккуратная клумба с синими цветами. Стебли росли очень кучно и переплетались между собой. То что надо! Обрадовавшись своей идее, Шое осторожно приоткрыл окно и, убедившись, что никто не видит, сбросил улику в зеленые заросли. Только бы не забыть о нем. Довольно улыбнувшись, он радостно поскакал на выручку Тобио.

***

Кагеяма так и не успел понять, почему Хината вдруг решил отлучиться, так как все его мысли теперь были заняты картиной, которую разглядывал журналист. Тобио, будучи не сильно вовлеченным в искусство, но обязанный теперь следовать выдуманной легенде Куроо, судорожно перебирал в голове все термины, связанные с живописью. Он коснулся рукой подбородка, делая вид, что поглаживает его, хотя на самом деле лишь прикрывал рот от чересчур любопытных взглядов. Он только мог догадываться о том, что сейчас делает там Хината. Он к чему-то готовится? Решил сымпровизировать или это был его изначальный план? Тобио нахмурил брови. — Может отодвинем шторы, а то ни черта не видно, — едко бросил Цукишима. Кагеяма молча подошел к окну. Он осторожно стал отодвигать штору, молясь, чтобы солнце не палило сейчас с этой стороны. Тобио зажмурился и… Не почувствовав огонь на своей коже, облегченно выдохнул. На улице по прежнему было солнечно. Цветы и кроны деревьев были окрашены в настолько вырвиглазный зеленый цвет, что вампиру стало плохо просто от того, что он просто на них посмотрел. Скорее бы уже вечер, а то нет сил уже видеть это густой солнечный блеск. А это еще что-то желтое пятно в траве? Это что — хвост? Уши? Кагеяме потребовалась две секунду до того, как его глаза широко раскрылись от удивления. И озарения? — Вот та собака, про которую мы говорили! — С нескрываемой радостью воскликнул Тобио, указывая пальцем в окно. — А? Собака? — Эти слова скорее всего были сказаны для того, чтобы выразить удивление. Но были сказаны настолько вяло и равнодушно, насколько вообще возможно. Ретривер стоял посреди зелени. Его лохматая шерсть вспыхивала золотом под яркими лучами солнца. Кагеяма сдерживался, чтобы не выдать своего восторга. «Хината. Неужели? Неужели у него получилось превратиться днем? Значит я был прав? Одной ночи здорового сна хватило для трансформации. Потрясающе.» Волна гордости накатила на него, но очень быстро ушла, стоило вновь услышать тот противный голос. — Ого, да она похожа на ту, которая недавно сбежала из зверинца. Тобио напрягся. — Д-да? Нет, это совершенно другая собака. Она точно не сбегала из питомника. — Начал отнекиваться он. — О, так вы в курсе? «Блять.» Прежде, чем Кагеяма что-либо ответил, из-за угла выскочил Хината. — Вы уже картины рассматриваете?! — Да-да, именно так, — Тобио мгновенно ушел от неприятного разговора. Цукишиму это слегка позабавило, но возвращаться к теме он не стал. Лишь сделал какие-то пометки в блокноте, а затем нахмурился и вычеркнул пару слов. После этого продолжил рассматривать картины. Шое глядел то на одного, то на другого. И если журналист его упрямо игнорировал, то Кагеяма смотрел на него с нескрываемой гордостью, что заставило сердце оборотня трепетать. «Он гордится мной за то, что я быстро вынес бокал. В первый раз у меня получилось сделать хоть что-то правильно.» «Хината, молодец. Я знал, что у тебя получится обратиться днем, — взгляд Тобио упал на его румянец.» — Любопытно. — Вдруг подал голос Цукишима. — Орландо Доми, французский художник начала двадцатого века. Рисовал в стиле импрессионизма. — Хината и Кагеяма переглянулись. Ни один из них не ожидал такого расклада. Блондин повернулся к ним и приторно-сладко улыбнулся. — А, не обращайте внимания. Я много изучал искусство, даже написал пару статей про импрессионистов. Но, наверное, такой ценитель как вы… Ты, — резко исправился он, увидев нахмурившегося Кагеяму, — должны знать немного больше об этом. Что ж, послушать про такую известную в своих кругах личность было бы очень интересно. Как никак, великий художник. Внутри Шое все перевернулось. Если и был конец, то сейчас они находились где-то в полушаге от него. — Великий? Да он постоянно брал в долг, а потом эти деньги пропивал. Зараза, еще одолжил костюм, а так и не вернул, так как его в нем и похоронили, — недовольно фыркнул Тобио. — Я что-то не помню таких подробностей, — сощурил глаза блондин. — Это из архивов, — бросил Кагеяма, осознав, что сболтнул лишнего. — Каких еще архивов? — Секретных. — Да кто мог еще написать о его биографии кроме жены, которая выпустила книгу спустя пять лет после его смерти? — Поправил очки Цукишима. — Его дочь? — Сильнее нахмурился Тобио. — Но у него был только сын. — Да в смысле мы же с не… Журналист победно усмехнулся, повертев в руках блокнот. Кагеяма только сейчас разглядел крохотный диктофон, припрятанный под его обложкой. «Какого хера, он, что, все это время записывал?! Я даже не заметил.» Вампир приоткрыл рот, чтобы выдавить из себя хоть что-то, что могло бы его переубедить, но горло предательски отказывалось пропускать хоть один звук. Это все? Компромат собран? Есть ли смысл дальше продолжать этот цирк или уже выложить все начистоту? — Мы с нее же и начали расследование, — раздался голос за их спинами. Хината вышел вперед. — У меня есть знакомый, который знает другого знакомого, который знаком с потомками этого художника! — Вот это везение, — буркнул Цукишима. — Да, да. И вот они рассказали нам столько всего! — Шое энергично взмахнул руками и развернулся к брюнету. — Впрочем, Тобио сейчас все сам расскажет. Его карие глаза светились добротой и решимостью. И будто бы говорили «теперь моя очередь тебя спасать, Дурояма». Вампир не мог сдержать мягкой улыбки. Внутри него разлилось тепло, обволакивающее своей нежностью. Так ведь ощущается чужая поддержка? Неописуемое чувство. Кагеяма выпрямился, сбросив с себя осколки тревоги. Шое снова улыбался. И пусть в комнате было темно, казалось, что солнце светит здесь ярче, чем на улице. Тобио с каждой минутой становился все более уверенным и его рассказы порой даже заставляли Цукишиму что-то пометить в своем блокноте. Но всем, находящимся в комнате, было небезызвестны изначальные намерения гостя. А поэтому троица перемещалась из комнаты в комнату. Совсем скоро они оказались у входа в ту самую, где были заколочены окна. — В эту нельзя, — отрезал Кагеяма, преграждая путь. — С чего это? Я никогда не был в особняках, мне интересно посмотреть на интерьер, — настаивал Цукишима. — Там находятся извращения! — Встрял в разговор Хината. — Заткнись, дурак! — Тобио замахнулся рукой, но рыжеволосый успел вовремя отскочить. — О, Господи, — мягко рассмеялся журналист. — Эту часть вычеркни! — Приказал вампир. Они поднялись на чердак, как и предсказывал Хината. Не найдя там ничего интересного, блондин развернулся, а соучастники масштабной конспирации незаметно дали друг другу пять. Но недолго они праздновали свой успех, так как гость вдруг пожелал выйти в сад. — Сад? — Переспросил Кагеяма. — Ну да, я видел из окна, что там очень миленько. Кто его содержит? — Я… — Неуверенно сказал Тобио. — Замечательно. Устроим и там экскурсию? — Да что такого интересного можно увидеть в саду? — Скрестил руки на груди Кагеяма. — К тому же, там еще не все доделано, эээ… Цукишима сверлил его взглядом с такой же силой, с которой солнечные лучи обжигали его кожу. Кагеяма поежился. — А еще там могут быть опасные растения! — Выпалил Хината. — Опасные? — Журналист повел бровью. — Например, крапива. «Хината, придурок.» — Ну, у меня нет трудностей с тем, чтобы переступить колючую траву, — издевательски улыбнулся блондин. Шое принял свою боевую стойку и нахмурил брови. Он выглядел довольно устрашающе, но Цукишима видел в нем скорее забавную и надоедливую букашку. Он мягко рассмеялся и вытянулся во весь рост, накрыв Хинату своей тенью. Кагеяма не теряя ни минуты, хлопнул последнего по затылку. — Я думаю, что мы могли бы сходить в сад поздно вечером, — продолжил Тобио, пока Хината потирал место ушиба, — тогда можно будет включить подсветку. Да и на улице поприятнее будет. — Оу, я не могу остаться тут до вечера, — ответил Цукишима, подойдя к двери в сад. — Эээ, стой! — Взволнованно выкрикнул Кагеяма, взмахнув перед собой рукой. «Надеюсь, он не успел разглядеть.» — Что за реакция? У вас там находятся какие-то секреты? «Вот гад, решил спровоцировать нас?! Я этого не позволю!» Прежде чем Кагеяма успел открыть рот, вдали послышался сильный грохот. Тобио сперва обрадовался возможности сменить тему, но спустя секунду где-то в голове проскочила мысль. Одна крохотная мысль, которая может обернуться огромной проблемой. «А не над тем ли местом мы повесили гроб?» — Что за шум? — Нахмурился блондин, отойдя от двери. — Стоит посмотреть. Хината довольно поглядел на вампира, а когда провел ту же самую логическую цепочку в голове, то замер в ужасе. — Я ниче мне слымшал, — преградил путь журналисту Кагеяма. Он сжал губы так сильно как только мог. Лицо гостя находилось всего в нескольких сантиметрах. — Чего? — Свысока посмотрел он. — Я ничего не разобрал. Можешь повторить почетче? Тобио растерялся. Он не думал, что в этот момент Цукишима придерется именно к этому. — Мгм… — Кагеяма с мольбой в глазах посмотрел на рыжеволосого. — Он сказал… — Начал Хината, как его речь перебил звук полицейских сирен. Все трое в недоумении уставились на входную дверь. Послышались шаги. — Всем стоять, это полиция! — Дверь открылась настежь и ударилась о стену, издав громкий стук. В дом вошел никто иной, как Суна — тот самый полицейский, который встретился им в крайне неподходящее время. Удивительно, но теперь он появился очень даже кстати. Только почему? Вслед за Суной в гостиную влетел разъяренный Куроо. «А, вот оно что.» Теперь Кагеяма был не против пойти в сад. Все что угодно, лишь бы не быть сейчас рядом с ним. — Какого черта!.. — Завелся он с порога, как вдруг увидел Цукишиму и резко переменился, приняв свой обычный нагловатый вид. — Ого, Цукки, я знал, что ты любишь нарушать закон. А у меня уже сложилось впечатление, что ты законопослушный гражданин. — Хаха, Цукки, — прошептал Хината, пародируя Куроо. Цукишима закатил глаза и устало вздохнул. Похоже, что у этого есть какая-то увлекательная предыстория, о которой Шое обязательно расспросит Куроо. — Хината! — В дом забежал запыхавшийся Бокуто, — ого, не ожидал тебя тут увидеть! За ним вошел Акааши, который выглядел не менее грозно, чем Куроо. И за ним же вбежал Ацуму. — Я говорил им подождать в машине, но они выбрались! — Какого черта здесь происходит? — Спросил Цукки. Он был больше всех в замешательстве, хоть и старался напустить на лицо маску отстраненности. — Вы взяли без спроса мою машину, — Куроо упер руки в бока. — Как объясните? — Мы хотели вернуть! Правда! — Встрял в разговор Шое. Да, хотели. Кагеяма даже обещал. Но вот только из-за кое-каких обстоятельств он напрочь забыл о машине. — А у меня спросить не хотели? — Воу, спокойно! — Вмешался Бокуто. — У них, наверное, были очень срочные дела. — Ты на чьей вообще стороне?! — Тихо! — Приказал Суна. — Что за цирк. Обсуждение продолжится в другом месте. Кагеяма и Хината встревоженно переглянулись.

***

День клонился к вечеру. В полицейском участке было тихо и прохладно. Хината вскарабкался на стул и прильнул к сидящему рядом Тобио, который поглаживал его по руке. Вышло так, что Акааши, молчавший всю дорогу, понял, что произошло, стоило ему увидеть Цукишиму с блокнотом в особняке. Именно поэтому он взял на себя ответственность говорить с полицейскими. Бокуто тем временем объяснял все это Куроо. Перед ним Кагеяма извинился раза три. Куроо в итоге сказал, что все это пустяки и в следующий раз все же стоит предупредить. Правда вот последнее его предложение было произнесено слегка устрашающе, что заставило вампира немного понервничать. Хината также извинился. Судя по реакции Бокуто, обсуждение норовит продолжиться уже дома. Они сидели одни в коридоре и дожидались, пока дебаты с соседнем кабинете окончатся. Оба старались не думать о поломанном гробе где-то на окраине леса. — Ну и денек, — зевнул Шое, — обычно я так сильно не устаю. Но этот журналист будто всю энергию высосал из меня. — Но мы справились в какой-то степени, — Тобио погладил его по волосам, — ты хорошо сегодня справился. — Когда убрал бокал с кровью, который кое-кто забыл на столе? — Язвительно сказал Хината. — Какой еще бокал? — Что? Ты его не увидел? Он стоял рядом с кофеваркой! — Нет. — Да как нет? — Возмутился Хината. — Я же специально отошел, чтобы спрятать его. — Ты же обратился в пса, — задумчиво произнес Тобио. — Что?! Как я мог обратиться посреди дня? — Это ты мне объясни! — Стой-стой, ты видел… Меня? Мой волчий облик? — Удивился рыжеволосый. — Ну да. Это же был ты. Разве нет? — Я был в столовой, Дурояма! — А кто тогда… — Смутился вампир. Оба замолчали, пытаясь обдумать произошедшее. — Ты помнишь того ретривера, который сбежал с нами из зверинца? — Спросил Шое. — Ты думаешь, что… — Это был он. Только вот какого черта он там забыл. Я же пометил участок по периметру… — Что ты только что сказал?! — Завелся Кагеяма. — Ты, что, обоссал мой участок?! — Все собаки так делают! — Возразил Хината. Они со всей серьезностью посмотрели друг другу, вслед за чем рассмеялись. Тобио притянул оборотня поближе к себе и сгреб в объятия. — Тобио? — Ты… Млндц. — Чего-чего? Я не расслышал! — Шое прижался к его щеке, предвкушающе улыбаясь. — Мол-дц, — повторял Кагеяма, неловко отведя взгляд. — А? Не слышу. — Ну тогда пошел к черту, придурок! Они продолжили громко хихикать, пока их веселье не прекратила приоткрывается дверь. Только вот это был не тот кабинет, где находился Акааши. Кто-то вышел в коридор, но из-за угла Хината и Кагеяма не могли увидеть, кто это был. — Ало, Ямагучи? — Раздался знакомый голос. «Цукишима! Кому он звонит?» Тобио замер и коротким жестом приказал Шое сидеть тихо. — Не особо. Материал сыроват и у меня уже не осталось сил играть в кошки-мышки. Скорее всего, я сегодня уже приеду. Нет смысла тянуть до четверга, меня уже не примут. — Его голос звучал устало и безжизненно. — Да-да, знаю, что обещал. Но мне нечего написать. Каких-то две недостатьи. Такого шума, на который мы рассчитывали, они не наведут. — Журналист вздохнул. — Попытаюсь в другую редакцию, хоть это не совсем то, чего бы я хотел. Но что поделать. Его собеседник что-то долго говорил в трубку, но Цукишима то и дело громко цыкал и возражал. По голосу было слышно, что он сильно расстроен. В какой-то момент его стало даже жаль… — Ладно, все, я скоро приеду, — бросил он напоследок и положил трубку. Тяжелые шаги приближались к тому месту, где сидели Хината с Кагеямой. Выйдя из-за угла, блондин увидел их и поморщился. — Я так понял, что вы все слышали. Диктофон у меня отобрали. И так как я не хочу больше унижаться перед, кхм, Ним, то можете расслабиться, придурки. Мне уже плевать. К слову, только слепой и глухой не поймет, кто вы такие. — Ты даже не будешь коверкать факты и притягивать информацию за уши как это обычно делают? — Поинтересовался Тобио. — Это не соответствует той журналистской этике, которой я придерживаюсь. И той журналистике, к которой я стремлюсь. — Флегматично бросил Цукки. — Но у меня остались еще небольшие записи… — Кстати о них, — холодно произнес Кагеяма, — как насчет сделки? — Сделки? — С интересом поглядел на него журналист. — Сделки? — Повторил Хината. — Ты отдаешь нам все записи, которые сделал о нас, а взамен я дам тебе информацию поинтереснее. — Настолько интересной, что ее хватит для полноценной статьи? — Цукки смотрел на него с недоверием. — Клянусь, — уверенно ответил Кагеяма. Он протянул руку вперед, с вызовом глядя на блондина. Шое крутил головой ерзал на месте в попытках понять, что имеет в виду Тобио. Коридор наполнился давящей тишиной. Лишь отдаленные голоса эхом отскакивали от стен. Серьезность в глазах Цукишимы прямо говорила о всей важности этой сделки. Кагеяма без усилий мог заметить, как сильно он колеблется между выбором. То, что предложил вампир было, безусловно, рискованно. Журналист сделал шаг в сторону. Но разве он не выбрал рискованный путь, начав писать статью именно по этой теме? Теме, о которой пытались писать другие, но потерпели поражение. Стоило ли также отступить или же принять вызов? Цукишима сжал руку в кулак. К черту. Будь что будет. С этими мыслями он развернулся и пожал руку. Хоть он и не хотел этого открыто признавать, но писать про сверхъестественное было действительно весело.