View from the side

             Мрачная тишина сгущалась над поселением эльфов, тихий шёпот раздавался то там, то тут; хякки обсуждали произошедшее, в то время как глава поселения выслушивал отчёт поисковой группы, и, с каждым новым словом, всё больше хмурился.              — Значит, он сам пожелал смерти, предупредив об опасности, пришедшей из-за врат — резюмировал глава поселения и потёр переносицу. Он чуял сильную магическую энергию, чувствовал надвигающуюся угрозу, но… ему нужно было подумать, прежде, чем принять решение. Снежный эльф был ответственен за жизни сородичей и не хотел терять их в заведомо бессмысленном бою. — Как выглядело тело?              — Он был изуродован. Выжженные глаза, срезанные уши, были отсечены ноги ниже колен и пальцы рук… и это только на первый взгляд, возможно, всё куда хуже, чем мы могли увидеть. — Перечислил один из эльфов.              — А его тело было покрыто странным рисунком — проронила его спутница.              — Что случилось со вторым разведчиком? — и вновь эльф задал свой вопрос, глядя сквозь членов поисковой группы. Всё же, принесли только одно тело.              — Мы не нашли его, даже тела или останков.              — Значит, он мёртв — глава поселения вздохнул. — Вилнай, приведи ко мне Фисайна. Чаел, вели магам проверить защиту поселения.              — Будет исполнено — Хякки поклонились и покинули шатер.              Глава снежных эльфов, в свою очередь, молча ожидал исполнения приказов. И вот, совсем скоро, наследник появился в его юрте, покорно склонив голову в знак уважения перед слепым отцом.              — Ты звал меня?              — Верно. Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал, Фисайн — старший эльф кивнул, после чего протянул сыну небольшую шкатулку. — Отправляйся с этим к тёмным эльфам и соглашайся на любые условия. Тот, кто пришёл в наши земли, слишком опасен, и нам потребуется помощь наших тёмных собратьев.              — Ты уверен в необходимости этого? — несколько испуганно переспросил младший хякки. Всё-таки их тёмные сородичи прославились своей не самой лучшей репутацией.              — Ты должен быть смелым, Фисайн — слепец погладил ребёнка по волосам. — Не опускай головы и будь твёрд в своих убеждениях. Нам необходима помощь тёмных и ты должен найти нужные слова. Я доверяю тебе.              — Да, отец — хякки поклонился, но уши его с прискорбием опустились. Цена могла быть слишком большой и неподъёмной, только вряд ли глава решил связаться с темными собратьями без уважительной на то причины.              — Будь сильным, — слепец улыбнулся вновь и заставил ребёнка сжать шкатулку в руках. — А теперь иди, и убеди их в том, что они должны прийти на помощь. Ведь их ждёт славная и интересная битва. Не медли, Фисайн. У нас не так уж и много времени.              Глава поселения чувствовал приближение неизбежного, а потому отпустил плечи младшего эльфа. Его сын должен был успеть, а он должен был подготовиться сдерживать врага до прибытия тёмных братьев.              — Хорошо. Тогда я отправляюсь немедленно — ещё раз кивнул эльф и теперь уже покинул главу. Ему нужно было поспешить, путь предстоял неблизкий.              «Босс» тяжело вздохнул, понимая, что скорее всего, не переживёт эту битву. Он не был стар по меркам эльфов, скорее, он был в самом расцвете сил, но он точно знал, что не сумеет одолеть то чудовище, что явилось на их земли, в одиночку.              И говоря о самом чудовище — оно с лёгким интересом изучало селение эльфов. Не то, чтобы много кто мог его увидеть своими глазами, а тут ему представилась такая прекрасная возможность. И, надо сказать, было оно довольно обширным. Человек перемещался по округе, изучая укрытое магической иллюзией селение. Их дома больше всего напоминали смесь шатров с юртами северных народов — он насчитал около пятнадцати мелких и четырёх крупных «домиков», заметил несколько постов со стражей, осмотрел тренировочную поляну и место, где разделывали туши, а костёр в середине поселения он чувствовал самой своей сутью огненного мага. Надо сказать, что его несколько удивило, так это наличие маленьких особей в стане эльфов — он определённо видел детей, а заодно… что же, тот эльф не обманул его, женские особи у них были действительно очаровательны. И выловить одну он был просто обязан. Как только выделит для себя подходящую добычу, а то от обилия вариантов даже глаза разбегались. Впрочем опробовать за всё время он успеет всех, в этом он был уверен. Ведь, пока что, он не видел здесь ни одного серьёзного противника. Разве что чуял чей-то вымораживающий холод, чью-то магию, что окутывала это место, а потому скалился. Босс точно был в этом поселении, но человек не торопился пересекаться с ним, решив сначала поразвлечься.              Маг опустил взгляд и обратил внимание на двух эльфов, что шли, скрываясь под ветвями деревьев и проверяя границы своего поселения. Впрочем, это им не поможет. Он уже был здесь и мог без проблем поджарить из всех, но пока предпочитал развеяться и поиграться с ними. Так что наблюдал за эльфами снизу. До того самого момента, как уши одного из них дёрнулись и он поднял голову, глянув небесно-синим взором в лицо человека, смуглое, с острыми чертами леца. Глаза хякки расширились и он схватился за оружие, уже открывая рот, но… более ничего он сделать не успел.              Охотник тут же прыгнул из своего укрытия, протянул вперёд руку, из которой выпрыгнула огненная лента, что тут же оплела обоих, сдавливая в своих жарких объятиях. Эльф не был ему интересен, а потому пламя охватило тело с головы до ног, а из горла хякки вырвался оглушительный болезненный вопль. Эльфийка же дергалась в огненных путах, но лишь обжигалась о пламя, отчего болезненно шипела. Пожалуй на этом можно было закончить эту разведку и заняться кое-чем куда более приятным. Горячие пальцы сжались на шее эльфы, безошибочно находя нужную артерию и сдавливая, а спустя секунды тело ослабло и он мог спокойно утащить свой трофей. Благо, никто ещё не прибежал на вопли эльфа, от тела которого теперь исходил запах пережаренного стейка.              

***

             Фисайн прижался к лошади, что не жалея своих сил неслась по снегу. Дорога порядком утомила их обоих своей протяженностью, но им нельзя было замедляться, от успешности задания зависла жизнь всего их клана. И из-за этого юного эльфа порядком потряхивало, ему было не по себе от всего происходящего, пусть ему повезло не увидеть изуродованное тело старшего собрата. И, надо сказать, территория тёмных эльфов сильно отличалась от его родного леса. Лес был куда более густой и тёмный, небо не было видно из-за переплетённых колючих ветвей и здесь было значительно холоднее.              — Стой! — чей-то рявк заставил лошадь встать на дыбы и молодого эльфа просто сбросило в снег. Что же… кажется, он нашёл тех, кого искал. Тёмный эльф, одетый в тёмную одежду с чёрным мехом, слегка поглаживал коня по морде, успокаивая, и только когда зверь успокоился, обратил взгляд алых глаз на незваного гостя. — Что ты здесь забыл, светлый? Тебе и твоим сородичам не место на наших землях.              Голос звучал холодно, не без удивления, а ещё — строго. Возможно, приди к ним кто постарше, в него бы уже целились, но ребёнка тёмный решил сначала выслушать. Всё же, светлые братья никогда не являлись без причины.              — Глава клана Ледяных Оленей послал меня к вам, как гонца. Мне велено передать вам сообщение — постарался как можно увереннее сказать юный хякки.              — Гонца? И как же тебя зовут, юнец? — тёмный фыркнул и передал поднявшемуся светлому поводья его лошади. Такую информацию не стоило игнорировать. — Что послужило причиной к тому, что к нам послали тебя?              — Фисайн — представился молодой эльф. — На нашу землю вторглись чужаки и схватка со столь сильным противником может заинтересовать вас. Глава считает, что даже ему будет не под силу его одолеть.              — Вот как? — тёмный эльф хмыкнул. — Что же, в таком случае, пойдём. Это тебе нужно обсуждать с главным, не со мной. В любом случае, ты определённо принёс светлые вести.              К нему повернулись спиной, и сделали жест рукой, предлагая идти следом. Мелочи ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Да и пока они шли он мог попробовать заготовить речь для главы тёмных эльфов. Поселения дроу отличались от тех, в которых жили светлые эльфы — они не были на деревьях или на поверхности, они были в подземельях, возле подземных источников, и сейчас его подвели к спуску в тёмный зем пещеры. Фисайн даже хотел создать светляк, но которое — «нет» — от встретившего его тёмного сородича остановило и ему пришлось двигаться, полагаясь лишь на чужие шаги, дыхание и тепло.              И, наконец, когда зрение немного привыкло к темноте, они прошли сквозь тканевый полог, и он мог огляделся. Свет исходил от кристаллов, что располагались по каменному своду и стенам пещеры, возле шатров из ткани и шкур находились фонари со светящимися жучками. Откуда-то слышалось ржание лошадей, возгласы, чей-то смех и разговоры. Пока что никто не заметил гостя рядом со своим собратом, а тот обратился к нему.              — Привяжи коня, — в сторону каменных столбов кивнули. — И иди за мной, уверен, нашему главе будет интересно выслушать тебя, наш светлый вестник.              Юноша мог разве что следовать советам. Не хотелось бы потеряться в не особо дружелюбном месте. Тёмный эльф положил руку ему на плечо, когда он закончил с привязкой животного, и велел идти вперёд, разве что направляя его путь, слегка подталкивая. И вот теперь и другие дроу заметили визитёра, с интересом разглядывая эдакую диковинку в их краях. От такого внимания становилось не по себе, а ведь он и без того был взволнован. Молодой эльф ощущал, как взгляды разделывают его, оценивают силы, выискивают точки для удара, это все было слишком неприятно. И по ощущениям провожатый сделал это специально, но тот молчал, разве что ведя его в сторону самого большого из шатров, что находился около самого подземного источника.              Этот шатёр отдалённо напоминал ему тот, в котором жили они с семьёй. Его определённо вели к главе. Шкатулку в руках сжали сильнее, ему нужно было собраться, говорить и держаться уверенно, чтобы убедить тёмных эльфов помочь им… чего бы это не стоило. И сделать всё это нужно было как можно быстрее. Тёмный эльф ввёл его в шатёр и поклонился, сразу же, как только дроу, сидящий на подушках перед картой, поднял голову.              — Мой господин, светлые отправили к нам гонца.              Молодой эльф тоже поклонился главе, выказывая уважение, но говорить не спешил, пока ему не позволят.              — Вот как? И как же зовут гонца? — улыбку на лице главы тёмных эльфов трудно было назвать приятной. Ярко-красные глаза с разделывающим любопытством смотрели на юного хякки, что явился к ним. — Можешь говорить, светлый.              — Меня зовут Фисайн — вновь назвал своё имя представитель клана ледяных оленей.              — Ваш глава отправил в качестве гонца собственного сына? Занятно — тёмный растянул губы в улыбке. — Что же хотел передать твой отец?              — Это — шкатулку протянули главе. — И просьбу о помощи.              Шкатулку открыли и извлекли из неё длинный стилет, сделанный из серебра и тёмного олова, с ледяным узором и вставленными кристаллами на рукояти. Глава тёмных провел кончиком пальца по стали и хмыкнул.              — Надеюсь, вы понимаете, какая будет цена у нашей помощи.              — Да, разумеется, он заранее согласился с любыми вашими условиями — юноша кивнул и дёрнул ушами. Ему нужно было описать то, что ему сказали, чтобы попробовать сбить цену, если это вообще возможно. — Глава признал, что ни весь клан, ни он сам, не смогут совладать с этим охотником. Этот человек уже убил нескольких из наших, одного явно пытал и нанёс огромное количество увечий: отсёк пальцы, ноги выше колен, лишил глаз, покромсал всё тело, покрыв его странными узорами, отрезал уши — перечислил Фисайн и вздохнул — Скорее всего количество жертв будет только расти.              Тёмный эльф кивнул, после чего повернулся к дроу, что привёл сюда из светлого сородича.              — Собери тех из наших, кого заинтересует эта дичь, — велел он. После, повернулся к гонцу. — Обычно светлые братья не навещают нас, считая чудовищами, а потому боятся. Я не чую в тебе страха, вестник, в тебе есть что-то от наших общих предков — усмешка. — В тебе определённо есть потенциал. Кто ты? Маг?              — Всё верно, я маг — он мог сразу ответить на этот вопрос, остальные же слова были слишком непонятными для однозначного ответа.              — Вот как — дроу удовлетворённо кивнул. — Скажи мне, Фисайн, какой магией ты владеешь?              — Свет, — просто отозвался юный хякки на этот вопрос.              — Занятно, что мага света отправили к нам в качестве гонца — прокомментировал это тёмный эльф. — Неужели, не боялся, что тебя могли убить ещё на входе в наши земли?              — Но этого, тем не менее, не произошло — ответил юноша. Думать об этом было не очень-то приятно.              Дроу только кивнул, удовлетворённый ответом. Никаких «если» и «могли бы», этого уже не случилось, и об этом можно было забыть. Такой подход мальца к делу определённо радовал. Пожалуй, из этого светлого мог выйти толк. С возрастом.              

***

             Ещё один труп и одна новая потенциальная жертва. Это значило только то, что противник близко, а потому глава отдал приказ укрыть детей и женщин, спрятать подальше отсюда, и теперь стоял на границе поселения, прислушиваясь к лесу, прислушиваясь к магии. Его противник был близко. Он ощущал это особо ярко, но чего он не ожидал, так это того что рядом с ним что-то упадет. Не охотник, нечто небольших размеров, но так сразу определить предмет было нельзя. Пришлось наклониться и взять объект в руки. И только спустя немного времени, что потребовалось ему на осмотр, он понял, что швырнули к его ногам. Это была голова. Голова эльфа, точнее — эльфийки, столь же обезображена, как у ранее найденного трупа, а потом его уши уловили чужой хохот.              Человек хохотал, только сейчас осознав, что его противник целиком и полностью слеп. Впрочем, недооценивал он хякки очень и очень зря. Тот нахмурился и около человека появились ледяные столбы, что своими остриями чуть не продырявили его.              — Так значит ты у нас ледышка? Как забавно — маг хихикнул и взмахнул рукой, заставляя лёд растаять от всепоглощающего огня. — Неужели, ничего не скажешь перед смертью?              — У тебя ничего не выйдет — ровно отозвался слепец. Голос его даже не дрогнул.              — Разве? — и вновь человек смеётся, позволяя пламени скользить по одежде, позволяя ему гореть ярче и сильнее. Он сам — огонь, и он никогда не сгорит. — Я уже убивал твоих сородичей. И, должен признать, вы, эльфы, неплохое развлечение. Если ты самый сильный здесь, у меня для тебя плохие новости.              Охотник сорвался с места, швыряя вперёд себя огненный шар и явно собираясь впиться пальцами в глаза жертвы. Впрочем… зря он думал, что не встретит сопротивления.              — Вы, люди, порой разочаровываете своей наивностью.              Один единственный взмах ладонью остановил огненную сферу, она распласталась по руке эльфа и была обращена в пар. Любой огонь остывал, касаясь хякки, а от руки, метящей в лицо — он увернулся, метая невесь откуда взявшийся кинжал в спину своего противника. Человек зарычал, но и это не было для него проблемой. На пути своего восхождения на вершину он встречал и не такие приемчики, так что успел отбить кинжал эльфа, лихорадочно анализируя. Выходило, что его противник был не только магом, но и хорошим бойцом, и это уже было отвратительно. Кажется, стоило перестать играться и начать сражаться всерьёз.              Впрочем, у человека ещё оставалось некоторое преимущество. В отличие от противника, полагающегося на чувства, охотник мог видеть и воспользовался этим. Два быстрых жеста и огонь поджигает пространство вокруг эльфа, ещё несколько атак — и вот уже юрты хякки горят, а отвратительный запах и треск огня бьют по чувствам.              Босс отвлекся на горящие дома и направил поток магии в их сторону, желая потушить мешающее пламя, и то, что он отвлёкся, стало его ошибкой. Охотник тут же возник сзади и вонзил раскалённый клинок в спину противника, заставив хякки ахнуть от боли и пошатнулся, удар был довольно мощным, и, кажется, пробил лёгкое. Маг в свою очередь лишь оскалился и схватил эльфа за косу, до того свисающую через плечо, обернул её вокруг шеи противника несколько раз и сдавил, явно планируя просто задушить жертву. Хрипение хякки переросло в рык, снежный эльф впился пальцами в почву, выдирая часть земли, после чего глава вывернул собственную руку и врезал замороженным куском дёрна в лицо человека.              Мужчина зашипел, ослабляя хватку, и отпрянул от противника. По лицу стекала кровь, а правый глаз видел как-то мутно. Всё же, переходить в ближний бой не стоило. Эльф скинул с себя человека и всего парой жестов заставил появиться в воздухе несколько ледяных кольев, парочка из которых проткнули человеческую тушку, но и охотник не оплошал, буквально снеся босса в сторону огненной волной. Человек рычит, вновь поднимаясь, но атаковать не спешит, всматриваясь в фигуры, что стали появляться около его жертвы — раненной и сильно обожженной.              Это также были эльфы, но иные. Таких он не видел раньше, и о таких не сообщали иные выбравшиеся из этих лесов люди. Те, кого он видел сейчас, были отличны от обычных хякки. Та энергия, что исходила от них, была пугающей, даже для него.              Кожа этих существ была разных оттенков серого, а цвет глаз варьировался от ядовитого жёлтого до пронзительно-янтарного и насыщенного красного. Отточенные движения и разделывающие взгляды. Из оружия — кинжалы и какие-то странные короткие жезлы. И один из них приблизился к боссу, и присел перед телом светлого на одно колено, в то время как остальные отгородили этих двоих от человека. До него разве что доносилась эльфийская речь, и он не мог разобрать и слова. В отличие от главы поселения, что прекрасно понимал речь своего тёмного собрата.              — Ты всё ещё уверен, что готов отплатить нам за нашу помощь, светлый собрат? — поинтересовался дроу, присевший рядом со слепцом. — Уверен, что готов выбирать? Когда я озвучу варианты, у тебя не останется иного варианта, кроме как сделать выбор.              — Будь иначе, я не отправил бы за вами — ответил светлый хякки.              — Тогда внимательно слушай, потому что у тебя только два варианта. Первый из них заключается в том, что ты отдашь нам свою жизнь — говорил тёмный спокойно и размеренно, не чувствуя никакой злости или агрессии. В конце-концов, все знали правила. — Второй. Ты отдашь самое дорогое, что у тебя есть, светлый. Своего ребёнка. В качестве слуги.              Находящаяся рядом мелочь дернулась и тут же оказалась подле своего родителя. Он принял бы любое решение отца, ведь сейчас от него зависело выживание их поселения. Но терять отца Фисайн, всё это время сопровождавший тёмных, не хотел.              — Не жертвуй собой, прошу. Ты ещё нужен нашему клану.              — Слепой глава, который не в состоянии защитить тех, кто ему предан. Я изжил своё, — отрезал эльф, после чего обратился к дроу. — Первый вариант, тёмный собрат.              Юный эльф хотел было что-то сказать, но не успел, так как светлое горло перерезали одним быстрым движением, после чего на снег хлынула кровь, окрасив его красным, а тело главы осело, испустив дух. Слепые глаза закрыли одним движением.              — Надеюсь, что ты понимаешь, что винить тебе нужно не нас, юный вестник — обратился к нему дроу, поднимаясь на ноги и возвышаясь над телом. Глаза пылали алым, а улыбка не была надменной, скорее умиротворенной. — Твой отец сделал свой выбор, и мы соблюли все правила, проявив уважение к его воле.              — Я понимаю — молодой эльф поднялся и теперь с нескрываемой злостью, холодной ненавистью смотрел на человека.              — В таком случае, позволь нам помочь вам и забрать жизнь этого человека — тёмный эльф протёр клинок от крови светлого собрата и теперь сделал знак, позволяя своим подчинённым атаковать мага.              — Это то, чего хотел Глава. Я не буду вам мешать — ответил Фисайн, пусть в нём и клокотала ярость. Он желал лично разорвать этого человека на куски, но прекрасно понимал, что ещё слишком слаб для этого.              Дроу кивнул ему и сорвался с места, атакуя человека вместе со своими братьями. Раз так, они забьют эту дичь и покинут светлых, как оно и полагалось. И, возможно, судьба сведёт их дорожки. Когда-нибудь потом.