Обычное

       Их отношения с самого начала будто подстроились под собственный ритм. Для них это казалось чем-то иным, не таким как в других отношениях. Но, если честно, с виду они были похожи на самую обычную влюбленную парочку, когда на самом деле стали для друг друга чем-то большим.        Как только Бакуго и Урарака стали встречаться, то маленькие мелочи, перераставшие в обыденную для них привычку, просто прилипли к ним. Это не сильно бросалось в глаза окружающим, ведь они могли только наблюдать за их разговорами во время обеда в школе. Больше они никак не контактировали в Академии. Они пытались сдерживать эти сильные чувства где-то глубоко в себе, не показывая их другим. Они боялись, что этим чувствам ещё рано зарождаться. Они могли спугнуть одного и второго.        Все было как-то неловко и скомкано, но это не остановило Бакуго поддаться своим чувствам. Все это было каким-то странным и особенно раздражающим для Кацуки. Чувство вторжение в его зону комфорта отдавалось в грудь. Парень не понимал, нравится ему это или нет.        Между ними было все каким-то родным, но это выяснилось чуть позже. Даже не зная об этом, Бакуго все равно осторожно и тихо прокрадывается в её комнату ночью, чтобы только накрыть её нормально одеялом. Знает, что она любит его скидывать при открытом окне, а после жаловаться на холод.        Подобные действия со стороны Бакуго стали чем-то постоянным. Все вошло в привычку, без которой можно было бы обойтись, но жить бы стало невозможно.        Надобности говорить ≪Я люблю тебя≫ как-то не было, все действия говорили это взамен. Например: легкие объятия со стороны Урараки. Каждый раз, как Бакуго чем-то обеспокоен или зол, объятия со спины хоть не надолго успокаивают его. Почему-то это помогает парню сосредоточиться и не делать тех глупостей, что он может вытворить и в обычном состоянии.        Подобного рода действие появилось спонтанно. В какой-то из дней их начало отношений Кацуки всячески избегал Очако. Это было не потому, что Бакуго боялся её напугать или не так повести себя, он по привычке старался быть один. В итоге Урарака его все-таки нашла, не трудно было найти его комнату, и увидела его почти сломленного на полу. Некоторые вещи были просто взорваны в клочья, а некоторым повезло в большей степени, поэтому они валялись на полу. Очако не долго думала над происходящем, просто тихо вошла, села к нему и обняла. Пытаться выбить из парня в таком состоянии информация — это труд.        — Хочу тебя поцеловать, — как-то сказал Бакуго на пятый день отношений.        После этого у парня появилась привычка, которую было не трудно запомнить Урараке. Обычно перед поцелуем Кач-чан легко касался её волос, чтобы убрать их ушко, а после осторожно проводил ладонью по щеке, это был ей знак, что надо закрыть глаза или хотя бы подтянутся к нему на встречу.        Все своё свободное время они были вместе. Никто из них не боялся надоесть друг другу, потому что оба нуждались в общении.        Чаще всего в Академии на обеде они оба садились за какой-нибудь свободный столик. Бакуго обычно делал вид, что ему это ни к чему, но Очако знала, что он не против её компании. Она любила с ним обсудить новый вышедший сериал или фильм, который ей удалось посмотреть. Все это было ради комментариев Кацуки. Они были ей интересны, так она больше узнавала о его предпочтениях не напрямую.        По дороге в общежитие Бакуго обычно ждал эту капушу у школьных ворот, отпугивая всех своим взглядом. По началу Очако было неловко из-за этого, так как все видели куда она идет и к кому. После, она со всех ног кидалась к нему на шею, отчего Кач-чан немного смущался. Это было трудно заметить, но она краем глаза каждый раз все видела.        По выходным они либо сидели за домашкой в комнате Бакуго, пытаясь что-то понять (в основном пыталась понять только Урарака), либо ходили в полюбившуюся им раменную. Практически каждый раз они пытались попробовать что-то новое, мило болтая о прошедших днях.        Иногда было так, что они ходили в кафе с Киришимой, Миной и Мидорией. Бакуго было не трудно уговорить на такие совместные походы, потому что он не хотел оставлять Урараку наедине с Дэку. В нем ещё оставалась боязнь того, что в любой момент она исчезнет из его жизни.        А после у них вошло в привычку вместе засыпать по пятницам. Оба приходили с Академии слегка уставшими, лишь Урарака воодушевлено говорила о том, чем бы ей хотелось заняться на выходных или же в вечер пятницы. В один из дней, лежа на своей кровати рядом с Кацуки, Очако пыталась перечислить все свои планы на выходные, после увидела сонную мордашку Кач-чана. Не долго думая, она подобралась к нему ближе, укрывая одеялом. После этого для них пятница стала обычным сонным днем и совместным вредным ужином (чипсы, пицца, суши и т.д)        Конечно, были и свои проблемы, точнее проблема. Бакуго казалось, что это ненормально постоянно пытаться коснуться Урараки. Просто погладить щеку, убрать волосы за ушко, стереть что-нибудь с лица, если та запачкалась. Обнять, поцеловать, прижать к себе, хоть как-то прикоснуться. Это было странным желанием, это пугало Кацуки, потому что Урарака могла это заметить. Могла начать ссору по этому поводу или ей могло это надоесть.        — Мне не хватает тебя, — заявляет он, пока они смотрели фильм субботним вечером.        Слова тут не нужны; Очако слегка улыбается, облокотившись на его плечо.        — Я ведь рядом, — говорит она, взяв его руку в свои ладони.        — Я знаю, но… — начинает он, стараясь сдерживать свой разум и слова, которые могут ещё и по ошибке её задеть, — блять, я… знаю. Мне просто не хватает тебя. Мало. Тебя. Очень, — про себя Кацуки с матерился куда больше. Трудно было подбирать слова пока она рядом. Все казалось трудным пока Очако рядом.        Но одновременно с этим все было простым.        Первое время Очако не могла спокойно посмотреть ему в лицо. Нет, она его совсем не боялась, просто, взглянув ему в глаза, она понимала, что ей неловко. Под его взглядом Урарака вся рассыпалась, не зная куда бежать и нужно ли ей бежать. Глаза Бакуго смотрели на девушку так, будто кроме неё в жизни уже ничего нет. От этого нельзя было убежать, нельзя было скрыться, от него самого нельзя было спрятаться.        ≪Я не хочу её любить≫, — признался Бакуго Киришиме, когда полностью отчаялся в попытках признания Очако.        — Почему? — спросил Эйджиро, не до конца понимая своего друга в его словах.        — Я не хочу зависеть от неё, блять, — закрывает он лицо руками, лишь бы случайно сейчас что-нибудь не взорвать. — Она может стать для меня всем чем только можно. Может, сука блять, заменить собой весь мир, — это казалось не таким плохим, как думал Киришима. Но все потому, что он не знал о чем Бакуго.        — Но… в какой-то день она может просто уйти и этот мир перестанет существовать.        Не хочу от неё зависеть.        И все равно признается в своих чувствах на следующий день.        Урарака не сильно тянула с ответом, потому что надеялась, что это все шутка. Но после пяти дней отношений, она поняла что все куда серьезнее, чем ей казалось. Очако начала сама желать этого парня, делить его с кем-то было ей в тягость, а все потому, что была не против поцелуя с ним. И второго, и последующих поцелуев с Бакуго. Целоваться стало её новым любимым делом, без которого она не могла не дня.        — Больше я тебя не поцелую, — вспылила Очако и выдала это Бакуго.        После этого около четырех дней они не разговаривали и старались держаться подальше друг от друга. Урарака сама не поняла, как такое вышло и почему она ему такое высказала. Может из-за обиды, когда Кацуки в очередной раз не так разговаривал с Дэку. Но Очако узнала от Киришимы, что Кач-чан просто боится остаться один. Боится стать зависимым от неё. Просто не хочет её никому отдавать.        — Я больше никогда тебе не скажу такого, — произнесла девушка перед тем как выпасть из жизни. Бакуго ей даже ничего не сказал, лишь прижал ближе к себе, усадил её к себе на колени и целовал весь оставшийся вечер.        Обнимать её во время поцелуя, слегка касаться щек, проводить пальцами по шее, вызывая в ней маленькую дрожь. Все это стало для него таким значительным, что просто перестать он никак не мог.        В перерывах между их действиями Очако постоянно извинялась, говоря как ей было плохо без него. Как она не могла нормально сосредоточиться на своих делах, постоянно думая о нем. А Бакуго спокойно слушал её, облокотившись на груди, думая про себя что вот-вот скоро коснется мягких губ. Ему было приятно слышать, что она не могла найти себе места без него. Почему-то это даже щекотало его самолюбие. Приятно понимать, что не он один начал быть зависимым. Хотя, пока её не было, он разгромил в своей комнате все что мог и только вчера вынес мусор.        Для них день закончился тем, что они оба не могли отлипнуть друг от друга. Даже когда оба улеглись спать, ни один, ни второй не могли перестать касаться друг друга или целовать. Бакуго чувствовал себя ребенком рядом с ней, который постоянно требует её внимания. Урарака же чувствовала себя чем-то особенным рядом с ним, это и пугало и радовало одновременно.        На протяжении их отношений Бакуго отмечает для себя, что ему нравиться видеть Очако в своих толстовках или темных майках с черепами, могилой или надписью «Fuck You». В них она выглядит более угрожающей или мягкой, до сих пор ещё не понял как это выглядит. А Урараке просто нравиться надевать его вещи, так как в них остается его запах. Это может показаться глупо, но когда начинаешь с кем-то встречаться уже машинально думаешь, что запах твоего любимого человека лучше всего. Это для себя отмечает девушка, когда каждый раз обнимает Кач-чана.        Так же Очако начинает всячески привыкать к комплиментам со стороны Бакуго, которые он делает с большим трудом. Все потому что в его голове играет иллюзия того, что Урарака может посмеяться над ним за его попытки. А сам Бакуго пытается не смущаться так сильно, когда девушка сама тянется к нему за поцелуем. Каждый раз, как она это делает ему становиться не по себе. Это слишком неожиданно и мило для него, поэтому сдержать свои эмоции оказывается трудно.        — Что ты делаешь? — спрашивает он, делая вид, что его это никак не интригует и не задевает.        — У тебя очень мягкие щеки, — с улыбкой говорит Урарака, чуть сжимая лицо Бакуго.        — Бфять, фот не тефе оф этом гофорить, кругфолифая, — непонятным словами сказал Кацуки.        — Да ты такая милаха! — смеется она, не обращая внимание на его перекошенную гримасу.        — Пф… — все может он ей сказать, пока та старается успокоить себя.        Бакуго никогда не понимал, почему эта девушка так радостно на все реагирует. По сравнению с ним, таким злобным и агрессивным ко всему парнем, она была как оптимистичная дуреха. Радуется всему да еще и так, что хочется становиться таким же жизнерадостным.        И как бы он не хотел отрицать, Бакуго уже понимает, что полностью стал зависимым.