Я ненавижу Хонор Харрингтон

«Она выглядит… сломленной», – подумал Томас Тейсман. Не духом и не решимостью исполнять свои обязанности, однако если дух и решимость остались целыми, то что-то глубоко внутри было кровоточащей раной, и сердце Тейсмана болело от сочувствия. Элоиза Причарт была не просто его президентом. Она была его другом, таким же, как был и Жискар, и смерть Жискара после всего, через что Элоиза прошла вместе с ним, после того, с чем они столкнулись и после чего остались в живых при режиме Комитета общественного спасения, являлась тяжёлым, мучительным ударом. - Я ненавижу Хонор Харрингтон. - ровно произнесла она. Командующий флотом Республики Хевен с некоторым удивлением воззрился на неё. - Да, я ненавижу её за то, что она убила Хавьера. - Элоиза... - Погоди, дай мне закончить. Да, она просто выполняла приказ. Как любой капитан флота, неважно, нашего или Мантикоры. Но кто отдал ей приказ? Кто на самом деле убийца? - Королева Елизавета? - Да. Она, и первый космос-лорд, и... Все они. Вся Мантикора. - И что? - не выдержал Томас Тейсман. - Убить их всех. Взгляд Элоизы полоснул его лучом гразера. - Ты прав. Именно так. - Только не говори, что ты имеешь в виду уничтожение их планет, - медленно произнёс он и добавил. - Это запрещено Эриданским Эдиктом... - К демонам эдикт. Они убили Хавьера. Они хотят и могут уничтожить республику. Уничтожить все, ради чего мы живём. - Я не дам тебе ни одного корабля. Даже несмотря на то, что ты президент, которой я присягал. Это самоубийство. - Мне хватит и единственной яхты. - невесело, но все же усмехнулась Элоиза Причарт. - Для того, чтобы разогнаться и протаранить планету, больше и не надо. И ты, конечно же, прав, это именно самоубийство. Но сейчас любой бой с их флотом - самоубийство. Как это было с Жискаром. Ты сам знаешь, насколько там было плохо. - Да, знаю. Ловат, все ЛАКи, вспомогательные корабли и снаряжение, которые мы там строили, попросту исчезли. Харрингтон уничтожила их полностью. Не говоря уже о гибели тридцати двух подвесочных сверхдредноутов, четырёх носителей, всех двадцати четырёх старых супердредноутов адмирала Траска и чего-то около десяти тысяч ЛАКов. Каждый прикрывающий их оперативное соединение ЛАК был «Катаной». Наряду с их новыми противоракетами и тем, что манти применили против наших кораблей стены, они устроили «Скимитерам» бойню. Даже новым «Альфам». – И как они это сделали? – спросила Причарт практически безразличным голосом. – Мы всё ещё оцениваем предварительные доклады. Судя по тому, что мы уже увидели, похоже, что они использовали две новые системы оружия. Что обидно, так это то, что обе новые системы кажутся абсолютно логичным продолжением их треклятой технологии «Призрачного Всадника», а мы даже не предполагали их появления... - Вот так, Томас. - президент обратилась к нему по имени, прервав его речь. - Все ваши планы по модернизации и совершенствованию флота были нацелены только на то, чтобы ценой потерь, но тех, которые мы могли бы перенести, превозмочь их превосходство в оружии. И что? Даже с учётом всего, что могут сотворить Шэннон Форейкер и твои адмиралы, любой бой будет самоубийством. Причем - бесполезным. Даже если собрать весь флот, который есть и будет, даже если мы победим - мы потеряем миллионы людей. Лучших людей. И мечту. То, что от неё ещё осталось после гибели Хавьера. - Элоиза, ты... - Нет. - она сделала отрицательный жест. - Я вижу, ты думаешь, что я свихнулась от горя. Нет. Мне и правда оставалось совсем немного, и единственное, что меня спасло - эти размышления. Всё. Пожалуйста, пойми. Любой бой будет самоубийством. И к тому же, при всей моей ненависти, наша цель - вовсе не флот Харрингтон. - Разрушать миры - преступление. Республике - этой республике, нашей мечте - такого не простят. - Тогда я возьму яхту, вспомню прошлое и нанесу личный визит. Я же "старая террористка". - Тебя остановят ещё при попытке активировать импеллеры... - Тогда, Томас, я напоминаю, что ты здесь адмирал. Найди мне способ. Дай решение. Это все равно будет самоубийством - так пусть хотя бы не будет бесполезным! Этот крик выпил из неё все оставшиеся душевные силы. Элоиза Причарт стекла обратно на кресло. - Будешь убеждать меня, что я не права? - спустя какое-то время безразлично спросила она. - Нет. С теми данными - предварительными данными, что мы получили - ты ещё более права. Те две новые системы вооружения, что они применили... Это вооруженные развед-платформы, те самые, которые мы не можем обнаруживать до последнего, то, чем они разрушили "Мориарти", и платформы управления со сверхсветовым каналом связи. То, что сделали манти, Элоиза, даёт корабельным тактическим секциям возможность управления ракетами практически в реальном масштабе времени. Это огромное преимущество. Даже с обычными однодвигательными ракетами всегда присутствовала обусловленная ограниченностью скорости света задержка в управлении, лишающая возможности осуществлять на предельных для ракет дистанциях эффективное управление с борта корабля. Или получать свежие данные от сенсоров ракет одного вашего залпа и использовать их для коррекции наведения ракет другого... Томас Тейсман посмотрел на неё и неожиданно закончил: - Ты права. Все наши корабли, ЛАКи, ракеты и миллионы молодых и опытных ребят флота сгорят без остатка в этой идиотской войне. Если мы будем и дальше действовать так, как собирались. Они ведь хотят завершить эту войну до того, как вмешаются солли. И, когда они накопят чуть больше нового оружия, мы будем разгромлены. - Да, обычно после такого вывода остаётся только сдаться, - невесело улыбнулась Элоиза. - Но, кроме нас, никто этого не понимает. Ни Республика, ни Мантикора. И, главное, не сдамся я. Я могу повторить ещё раз, Томас. Я могу доверить тебе республику, свою мечту, но свою ненависть - нет. - Тогда мне остаётся одно - сделать твою месть возможной. Взгляд Элоизы Причарт был по-настоящему признателен.