The Window

       В этот день цикады снова стрекотали в полную силу. Солнце стояло высоко, а облака тонули в долине внизу, оставляя небо ярко-голубым. Сакура прищурилась, наблюдая за далёким тёмным пятном, похожим на орла, рассекающего синее полотно над её головой. Уже не в первый раз она задавалась вопросом, каково это — летать и смотреть на всё с такой огромной высоты.       Наверняка, если бы он мог, то сбросил бы наковальню на голову одного человека в маске…       — Эй, знаешь… — затрещало радио в её ухе.       — Если вы не хотите сообщить мне, что заметили наши цели, то мне всё равно, — резко ответила Харуно. — Не разговаривайте со мной.       Последовала многозначительная пауза, Сакура сорвала стебель папоротника и от волнения начала отрывать от него едко пахнущие листья.       — Почему? — наконец спросил Какаши.       Звучало так, будто он спросил, потому что был должен это сделать. Было очевидно, что Сакуре неприятно находиться рядом с ним. Она холодно вела себя по отношению к нему с самого утра, а когда они прибыли на место, попыталась настоять, чтобы её напарником на этот раз стал один из мальчиков.       Вот только Саске по-прежнему принципиально отказывался оставаться наедине с Сакурой, поэтому не согласился. Наруто был готов, но прежде, чем он успел ответить Сакуре, вмешался Какаши, задав обманчиво невинный вопрос о том, что может пойти не так, если он сам составит ей компанию.       Сакура не могла в присутствии Наруто и Саске сказать, что не хочет оставаться наедине с сенсеем в течение всего дня, потому что когда они были здесь в последний раз, он уговорил её описать ему своё нижнее бельё по радиочастоте. Кто знает, на что он уговорит её в этот раз? Она умрёт от унижения, а Какаши — от многочисленных ножевых ранений. Не то чтобы он этого не заслуживал. Но для всех было бы лучше, если бы она держала рот на замке.       Поэтому, не имея под рукой никакого разумного предлога, чтобы избавиться от этого партнёрства, ей пришлось угрюмо вздохнуть и признать, что она снова влипла.       И теперь, когда они остались одни, у него хватает наглости притворяться, что он не знает, почему она не хочет с ним разговаривать. Что ж, если он действительно не понимает, что он непостоянный, распутный ублюдок, пусть разбирается с этим сам. Она не будет облегчать ему задачу.       — Почему? — эхом повторила Харуно. — Потому что мы на задании. Мы должны быть полностью сосредоточены на дороге, а не друг на друге. Я имею в виду, что мы не должны разговаривать.       — В прошлый раз, когда мы были здесь, ты, кажется, не слишком возражала. Помнится, тогда ты была очень даже разговорчива.       Уши Сакуры загорелись. Видимо, он имел в виду то, как она описывала свои трусики.       — Эта миссия очень важна. Мы не должны отвлекаться, — сказала она, надеясь, что чем чаще она будет это говорить, тем больше вероятность, что это что-то будет значить.       — Нет ничего плохого в том, чтобы время от времени отвлекаться…       Боже, этот человек мог заставить что угодно звучать грязно. Казалось, всё, что он делал сейчас, это говорил эвфемизмами… Или, возможно, Сакура слишком много времени сидела в этой канаве.       Ещё четверть часа проскользнула мимо. Очередная веточка папоротника в её руках была аккуратно сорвана и ощипана, и теперь у Сакуры заканчивалась растительность, которую можно было уничтожить. На дороге было так тихо, что даже стадо маленьких оленей набралось смелости пересечь её, покусывая придорожные сорняки. Сакура расслабилась. Если кто-то появится, олени первыми дадут об этом знать.       Стояла тишина. Какаши был поглощён своей книгой.       — Сенсей?..       — Мм.       — Скоро у меня экзамен… Цунаде-шишоу говорит, что я кандидат на повышение.       — Мм.       — И… Не могли бы вы, если у вас есть время, научить меня какой-нибудь технике? Все говорят, что у вас их больше тысячи, и мне нужно только несколько, просто, чтобы убедить экзаменаторов, что я не совсем бесполезна.       — Ммм, — промурлыкал он в ответ по радио. — Пожалуй, я помогу тебе.       — Да! — Сакура мысленно сжала кулак в победном жесте.       — Одно условие.       — Простите? — ликование Сакуры прекратилось.       — При одном условии.       — Подождите, это не так работает. Вы — мой учитель. Вы должны учить меня, — заметила она. — Бесплатно.       — Или да, или нет, Сакура.       — Что… но это… вы ведете себя не честно! — прошипела она, изо всех сил стараясь говорить тише. — Большинство техник вы украли, и я не понимаю, почему вы так скупитесь на них.       — Я не скуплюсь, — спокойно ответил Хатаке. — Я с радостью поделюсь с тобой своими знаниями. Просто я думаю, что всё должно быть справедливо. Отсюда и мои запросы.       Сакура заскрежетала зубами, но всё же спросила.       — Что за условие?       — За каждое дзюцу, которому я тебя научу, ты должна будешь делать что-то взамен для меня.       Тонкие волоски на руках Сакуры предостерегающе встали дыбом. Человек неиспорченный не заподозрил бы здесь ничего предосудительного. Но «внутренняя» Сакура прекрасно понимала, что он имеет в виду.       «Внешняя» же прикинулась дурочкой.       — Например? — тихо спросила она.       — Я ещё не решил, — последовал ответ. — Но я думал…       Радио резко оборвалось, когда слабая дрожь начала бить по земле, сотрясая деревья и их листья, даже цикады на мгновение блаженно затихли. Олени, пасущиеся у дороги, улетели в лес, как маленькие коричневые ракеты. Сакура выбралась из канавы на дорогу.       — Что это было? — спросила она.       Какаши спрыгнул с дерева в нескольких футах от неё. Он огляделся, а затем указал на покрытый деревьями склон позади Сакуры.       — Посмотри туда.       Столб дыма поднимался над вершиной хребта, слабый, тонкий и далекий, но определенно необычный.       — Сенсей, я думаю, это у Наруто и Саске что-то произошло.       — Тогда пошли.       Они мчались сквозь деревья, разрывая листву, перепрыгивая через лесной мусор и ныряя под низко свисающие ветви. Пока они бежали, Какаши пытался задействовать радио. Сакура прикинула, что мальчишки были по крайней мере в полумиле от них, что обычно позволяло им быть в пределах досягаемости радиоволн, но в горах сигналы были слабыми. Хатаке попытался вызвать Узумаки и Учиху по связи, но всё, что было слышно в наушнике — только статический звук. Сакура надеялась, что это был просто плохой сигнал, а не признак неприятностей.       В конце концов это ведь Наруто и Саске. Далёк тот день, когда кто-либо сможет их одолеть, даже в численном превосходстве.       Когда Какаши и Сакура достигли вершины хребта, Харуно посмотрела вниз и заметила тонкую, едва различимую дорожку внизу, которая извивалась, как бледная змея по склону, покрытому зелёным ковром. Столб дыма почти полностью исчез, но его происхождение было безошибочно — это был довольно заметный кратер посреди дороги.       Какаши естественно был быстрее неё и повёл за собой. Сейчас было не время и не место, но Сакура почувствовала, что его взгляд притягивает её. Тут можно было бы почётно упомянуть его зад, но в действительности Хатаке Какаши обладал очень красивой фигурой. Стройный, но не худощавый, мускулистый, но без перебора. Идеальный баланс человека, созданного для скорости и бесшумной силы. На самом деле, конечно, трудно найти ниндзя, который не был бы на пике своей формы, но что-то в пропорциях Какаши просто заставляло её нутро рычать и…       На долю секунды она увидела колебания Какаши и то, как он оглянулся на неё. Следующее, что она запомнила, это то, как из неё выбило дух, когда он сбил её с ног.       Вместе они скатились по склону на несколько метров, прежде чем с глухим ударом остановились у подножия старого клёна. Какаши смотрел на вершину склона, но не предпринимал никаких попыток подняться. Не похоже, что на них напали, иначе он бы уже встал и сражался.       Когда воздух вернулся в лёгкие Сакуры, она сердито ударила его в плечо.       — Что вы делаете? Так и убить можно, — захрипела она.       — Ты как раз едва не наступила в осиное гнездо, — озадаченно заметил он. — Разве ты не заметила?       Сакура промолчала. Нет, она не заметила. Всё, что она видела в тот момент, это его бицепсы…       …которые теперь лежали по обе стороны её плеч.       — Я видела! — солгала она, уверенная в том, что он никогда не сможет доказать обратное. — Совсем не нужно ломать мне шею, чтобы спасти от пары пчёл.       Какаши поднялся на ноги и потянул её за собой.       — Я просто не хотел рисковать и дюймом твоей прелестной кожи перед гнездом разъярённых ос, — пошутил он, скользнув ладонями вниз от плеч по рукам и снова вверх, что, видимо, было успокаивающим ласковым жестом.       Сакура не могла не почувствовать, что за этим кроется нечто большее. В том, что его пальцы задержались на ней чуть дольше, чем следовало, и в том, как его взгляд слишком долго блуждал по её лицу, прежде чем он отвернулся и начал спускаться вниз по склону.       Сакура глубоко вздохнула и мысленно встряхнула себя. Сейчас не время отвлекаться. Не тогда, когда ребята могли быть в серьёзной опасности.       Но оказалось, что ей не стоило волноваться. Когда она догнала Какаши, выбежав на дорогу, картина была весьма унылой. Запряжённая лошадьми повозка была припаркована на обочине рядом с кратером, который Сакура увидела с вершины холма. В повозке лежали семеро без сознания. На козлах сидели Наруто и Саске. Наруто выглядел особенно довольным собой, хоть и был немного обожжён, а Саске выглядел так, словно кто-то пнул его кошку.       Впрочем, как и всегда.       Сакуре хотелось плакать.       — Три дня! — простонала она. — Три дня я просидела в этой богом забытой канаве в ожидании каких-то действий, а потом вы двое всё это делаете сами! Я могла бы просто остаться дома!       — Не так уж и много ты пропустила. Они почти не сопротивлялись, — сказал ей Саске.       — Да ладно тебе, Сакура-чан! — уговаривал Наруто, указывая на повозку. — Я думаю, что один из них всё ещё в полубессознательном состоянии. Если хочешь, можешь дать ему пощёчину.       Харуно печально вздохнула.       — Это не одно и то же…       Какаши прошёл вперед, чтобы заглянуть через борт повозки и осмотреть «груз».       — Это те самые люди? Вы же не напали на первых попавшихся?       Наруто и Саске обменялись слегка встревоженными взглядами, прежде чем Саске ответил.       — Мы не нашли у них никаких мешков с денежными знаками, — сухо сказал он. — Поэтому мы не можем быть уверены на сто процентов.       — Ты говорил, что у разбойников есть лошадь и повозка, — возмутился Наруто.       — Да, но так же, как и у всех остальных, кто путешествует по этим дорогам, — задумчиво произнёс Какаши, выпрямляясь и поворачиваясь, чтобы посмотреть на ребят. — Мы отвезём их в Асахи на опознание. Будем надеяться, что это наши люди, но на всякий случай… — он искоса взглянул на Сакуру. — Сакура может остаться и следить за дорогой. Наруто, ты можешь следить за другой. Если вы двое увидите, что приближается кто-то подозрительный, не привлекайте их внимания, просто отправляйтесь за мной и Саске. Поняли?       О, отлично. Ещё больше торчать в канаве. Сакура кивнула, рассеяно глядя в сторону привязанной к повозке лошади с глазами-бусинками. Она задавалась вопросом, почему Какаши смотрел только на неё, когда должен был обращаться к ней и к Наруто. Это заставляло её чувствовать себя неловко.       — Ладно, — Какаши повернулся и забрался на место кучера. — Саске, тогда ты со мной.       Саске с бесстрастным выражением лица опустился на сиденье рядом с Какаши, который быстро передал ему бразды правления. Притворно закатывая глаза, Саске заставил лошадь идти, а Какаши тем временем повернулся, чтобы помахать своим оставшимся двум ученикам.       — Мы вернёмся примерно через полчаса. Не наделайте глупостей.       — Он говорит так, будто именно этого можно от нас ожидать, — проворчал Наруто себе под нос, после чего повернулся и ухмыльнулся Сакуре. — Готов поспорить, что бандиты придут ко мне. И я одолею их всех в одиночку!       — Я думала, ты уже победил их, — фыркнула Харуно и лукаво улыбнулась.       — Да… ну… вдруг это были не они, — сконфуженно ответил Узумаки. — Иди по этой дороге, а я пойду по другой. Увидимся позже, Сакура.       Если раньше, в компании с Какаши, она думала, что наблюдение за горной дорогой может быть скучным, то теперь это оказалось вдвойне скучнее. Но думать о нём меньше не получалось. Она шла меж деревьев, вдоль дороги, которая была уже наполовину разрушена из-за Наруто и Саске и тщательно пыталась сконцентрироваться на работе. Но вместо этого она могла думать только о его непроницаемой внешности и неразборчивом тоне, с которым он говорил. Часто ей казалось, что всё, что он говорит, имеет другой смысл.       Возможно, она воображала его глубже, чем он был на самом деле. Скорее всего, на самом деле Какаши был всего лишь извращённым тридцатилетним мужчиной, который говорил так мало, что некоторые, как Сакура, могли быть обмануты, думая, что он весь такой вдумчивый человек, но на самом деле, когда он не говорил, он читал свои извращённые книжки и всё, о чём он мог думать, было только порно.       Сакура со вздохом опустилась за широкое дерево с грубой корой и закрыла глаза. Сцена прошлой ночи снова и снова вставала у неё перед глазами, дразня и мучая. Она давно перестала бороться с воспоминаниями, которые вызывал её разум. В первый раз, когда она увидела его через окно, она делала всё, чтобы выбросить эти картины из головы. Теперь она просто позволяла им плыть мимо. Этим неотразимым маленьким проблескам сексуальности Какаши… и провокационному маленькому кусочку обнажённого бедра, когда он прижимался к той девушке у ящиков с пивом.       Как её звали? Какаши прошептал её имя, но она не смогла хорошо расслышать. Сасаки? Такуя? Осака? Как глупо звучит. Сакура была пьяна и готова возненавидеть эту девушку до глубины души, но было трудно ненавидеть человека, которого продинамили так бессердечно, что она расплакалась в ближайшем туалете.       Тишина, если не считать отдалённого стука копыт по грунтовой дороге.       Сакура едва слышно сделала вдох и обошла дерево, занимая более безопасную позицию, после чего выглянула из-за него на дорогу. Сквозь густую листву и кусты она увидела, что приближается ещё одна повозка. Невозможно было сказать, сколько в ней было людей, но определённо меньше, чем тех, кого обезоружили Наруто и Саске.       Оставаясь абсолютно неподвижной, Сакура решила подождать, пока они пройдут, прежде чем двинуться к Асахи, чтобы предупредить Какаши и Саске. Наруто пропустит веселье, но случались трагедии и похуже.       Но повозка замедляла ход по мере приближения к ней. Обеспокоенная тем, что её присутствие было обнаружено, Сакура приготовилась атаковать. Ниндзя высшего класса всегда мог обнаружить чакру ниндзя низшего класса, независимо от того, насколько хорошо тот прятался, и если эти люди обнаружили её тщательно сдерживаемый поток чакры, значит они сильно превосходили её по мастерству.       — Что это? — услышала она сердитый мужской рык.       — На дороге полный хаос!       Сакура расслабилась. Похоже, они обнаружили кратер, устроенный ребятами, а не её чакру. Ну, его было сложно не заметить.       — Не волнуйся, там есть место, чтобы его объехать.       — Нет, что-то здесь не так… разве ты не чувствуешь?       Сакура затаила дыхание.       — …чувствую что?       — Здесь было что-то могущественное, вы всё ещё можете почувствовать его след в воздухе. Что бы это ни было, оно всё ещё может быть рядом.       — Как думаешь, деревенские наконец поумнели? Может, заложили мины или придумали что-нибудь ещё.       — Нам пора идти.       — Но… всё это золото…       — Я не собираюсь рисковать.       Чёрт возьми! Повозка разворачивалась, возвращаясь назад в более быстром темпе. Если Сакура уйдёт сейчас за Какаши и Саске, это даст разбойникам шанс сбежать.       Ну уж нет, всё это сидение в канаве не пройдёт даром!       Повозка удалялась под грохот колёс, а Сакура молча бежала меж деревьев рядом с ней, чуть опережая и оценивая обстановку. Она насчитала четверых мужчин разного телосложения. Кто знает, каков их уровень мастерства и кто кого превосходит? Но какой ниндзя отступит перед лицом небольшого риска? Оставалось либо рискнуть сейчас, либо позволить денежному вознаграждению за миссию снова ускользнуть сквозь пальцы.       А она действительно нуждалась в этих деньгах. Домовладелец снова грозился выселить её.       Оказавшись примерно в сотне метров впереди повозки, Сакура остановилась возле высокого бука с широким стволом, неподалёку от дороги. Повозка приближалась, совершенно не подозревая о том, что сейчас произойдёт.       С громким криком Сакура ударила ногой по основанию дерева, полностью раздробив пень. Дерево завыло, покачнулось, изогнулось и медленно начало наклоняться. Самые высокие ветви падавшего дерева проломили полог, и она услышала, как разбойники кричат, изо всех сил пытаясь остановить лошадь за несколько мгновений до того, как дерево наконец упало, вызвав облако пыли и град листьев.       К её чести, лошадь выглядела лишь слегка удивленной по сравнению с четырьмя мужчинами позади неё, которые чуть не выпрыгнули из своих шкур. Но в себя они пришли довольно быстро.       — Кто там? — спросил один, отбросив поводья, чтобы встать. Сакура предположила, что он может быть лидером этой маленькой банды. Размер меча, привязанного к его спине, по мнению Харуно, компенсировал что-то ещё. — Покажись.       Теперь она не могла избежать обнаружения. Они, наконец, заметили присутствие её чакры и настороженно смотрели на куст, за которым она пряталась.       Со спокойным, невозмутимым лицом она вышла из своего укрытия на дорогу, намереваясь одним холодным, как у Саске, взглядом внушить благоговейный трепет.       С оглушительным треском её план провалился, когда все четверо начали громко ржать.       — Расслабьтесь, мужики. Это всего лишь девчонка, — фыркнул в рукав главарь.       — Заткнись! — горячо рявкнула она, уперев руки в бока. — Я куноичи!       — У тебя розовые волосы.       — И что? — она предостерегающе зашипела на говорившего мужчину в маске.       — А ростом ты от горшка два вершка…       — А это дерево было метров десять высотой, но у меня с ним не было особых проблем, — ответила Харуно, ступая на опрокинутое дерево, чтобы стать немного выше и запоздало внушить уважение. — И с вами у меня тоже не будет никаких проблем, ребята.       — Мы чем-то обидели тебя, девочка? — спросил вожак.       Глаза Сакуры сузились, но она проигнорировала покровительственный выпад врага.       — А вы случайно не планируете воровать в этом милом маленьком золотодобывающем городке? В последнее время у них возникли кое-какие проблемы с ворами.       — И они позвали тебя? — усмехнулся мужчина. — Если ты не заметила, дитя, мы уходим. Так что либо ты сама со своим деревом уберешься с нашего пути в ближайшие десять секунд, либо мы тебя заставим.       — Не могу с этим согласиться, — невозмутимо ответила Сакура.       — Будет ужасно нехорошо, если ты сломаешь свою шейку вон о те камни, — сказал вожак, многозначительно глядя вниз по крутому склону под дорогой на бурную нагруженную камнями реку, которая текла там под туманом. — Мы не заинтересованы в том, чтобы вредить такой красоте, поэтому будем очень признательны, если ты отойдешь в сторону.       — Я не отвечаю на лесть, — коротко ответила Сакура. Однако её иннер была с этим совершенно не согласна. Он только что назвал тебя красавицей! Гол!       — Десять секунд, не больше. Десять… девять…       Сакура закатила глаза.       — Восемь… семь… шесть… фух-блядь!       Ругательство вырвалось у мужчины, когда повозка внезапно накренилась назад, а кожаные ремни, привязывающие её к лошади, шустро были перерезаны Сакурой. Она присела на корточки на спине лошади, наблюдая, как мужчины, испытывая шок и удивление, кубарем переваливаются друг через друга, падая с повозки.       Действительно, это не будет большой проблемой если…       — Маленькая сучка!       Сакура бросилась в сторону, когда залп сенбонов полетел прямо в неё, едва не задев. Лошадь решила, что с неё хватит и, воспользовавшись вновь обретённой свободой, развернулась и галопом помчалась по дороге. Никто из мужчин не потрудился преследовать её. Теперь они были слишком заняты тем, что кружили вокруг розоволосой, как стая гиен вокруг раненого ягнёнка.       Но Сакура не была раненым ягнёнком, а эти люди откусили гораздо больше, чем могли прожевать.       Их главарь выхватил меч из ножен за спиной и угрожающе уставился на неё, свет от меча отразился в её глазах. Этот мужчина слишком лениво обращался с оружием. Может, он думал, что размахивая им взад-вперед выглядит устрашающе, но он никогда не видел, как держит меч Саске. Твёрдая рука с мечом внушала гораздо больше ужаса, чем показное размахивание.       — Ты пожалеешь, что затеяла с нами драку, девочка, — сказал он.       Почему-то Сакура в этом сильно сомневалась.       Внезапно он резко повернулся к ней и атаковал вместе с остальными. Сакура увернулась от клинка и повернулась, плечом буквально выталкивая одного здоровяка на одного из его товарищей. Сильным ударом в живот она откинула другого мужчину, идущего на неё с кунаем. Человек в маске бросился на неё с кулаками, но одним чётким апперкотом в челюсть его отбросило назад.       — Попалась! — тяжёлые руки обхватили её сзади, сжимая так сильно, что выбивали воздух из лёгких. Сакура ахнула. Её руки были в ловушке, но она всё ещё стояла на земле. С усилием она оттолкнулась назад, прямо на перевёрнутую повозку. Этого хватило, чтобы мужчина лишь ненадолго потерял контроль над ситуацией и у куноичи было время, чтобы вырваться, сорвать колесо с оси и разбить его ему о голову.       Остались только вожак и слегка дезориентированный человек в маске.       — Чёрт. Она сломала мне зуб, — пожаловался человек в маске. Он был слишком занят, разглядывая окровавленную ладонь, которую ещё секунду назад прижимал ко рту, чтобы заметить колесо, летящее в него на манер фрисби.       Теперь остались только она и вожак.       Он больше не выглядел таким самоуверенным, но Сакура знала, что злорадствовать пока рано.       — Если ты сейчас сдашься, мне не придётся ничего ломать, — серьёзно предупредила она.       — Они все просто слабаки, — усмехнулся он.       — А ты? — спросила Харуно.       — Я тренировался с охотниками из деревни Скрытых Облаков.       Сакура никогда о них не слышала.       — Правда? Я тренировалась с саннином.       — Тогда это будет большим достижением, когда я убью тебя.       Если бы мне давали рё каждый раз, когда я слышу это…       Меч рассёк воздух рядом с ней. Сакура пригнулась и со стремительной скоростью проскользнула мимо мужчины, появляясь позади него и целясь в слабую точку давления под лопаткой, которая парализовала бы его на достаточный срок для того, чтобы скрутить его и обезоружить. Но, прежде чем она успела подготовиться, ей пришлось вынужденно отступить, так как он развернулся быстрее, чем она предугадала. Кончик его клинка едва не задел её, благо она успела отскочить назад на достаточное расстояние.       — Ты уже не выглядишь такой уверенной, девочка.       Он гнал её назад, его взмахи было сосредоточенными и быстрыми — слишком быстрыми, чтобы она могла найти выход из ситуации. Всё, что она успела сделать, это пригнуться и откатиться в сторону. Клинок следовал за ней повсюду, как назойливая муха. Как бы ловко она ни старалась уклониться от него, он всегда был рядом, заставляя её отступать всё дальше, пока ей не пришлось свернуть с дороги на траву. Мельком оглянувшись, Харуно поняла, что он заставил её подойти к самому краю дороги, выходящей на крутой склон. На мгновение ей показалось, что его обещание сбросить её с горы вот-вот сбудется. Больше некуда было бежать.       Клинок опустился, готовый разрубить её пополам, от головы до бедра. Не раздумывая, Сакура вскинула руки, чтобы поймать клинок ладонями, вызвав резкий всплеск чакры в ладонях, который рассеял бы удар.       Но этого было недостаточно. Лезвие глубоко рассекло её ладони, забрызгав кровью волосы и лицо. Рот Сакуры открылся в беззвучном крике, когда боль пронзила её руки.       Мужчина не двигался. Когда она собралась с силами и открыла глаза, посмотрев на него, то увидела, что он в замешательстве.       — Как ты до сих пор…       Закончить фразу он не успел. Внезапно лицо его расслабилось, а глаза закатились. Меч выскользнул из пальцев и с грохотом упал на землю, а вскоре за ним последовал и он сам. За ним стоял Какаши.       — Ты в порядке? — спросил он.       Сакура крепко прижала руки к груди и кивнула с натянутой улыбкой, промычав что-то нечленораздельное. Это было не слишком убедительно. Особенно учитывая то, как много крови стекало по её предплечьям из сжатых кулаков.       — Позволь, я взгляну…       — Я в порядке, — сказала Харуно чуть более возмущённо. Она уже призывала исцеляющую чакру к своим рукам, постепенно залечивая раны. — Я медик, помните?       В выражении его лица было что-то странное. Он хмуро смотрел на неё своим тёмным тяжёлым взглядом, как всегда непроницаемым. Повернувшись, он жестом отослал Саске, который стоял в нескольких метрах, проверяя лежащих без сознания мужчин, путём пинания их ногой. Учиха лишь пожал плечами и побрел прочь.       Сакура заглянула в сложенные ладони, чтобы посмотреть, как её мышцы и кожа снова срастаются под действием дзюцу. Она изо всех сил старалась не обращать внимания на то, как Какаши смотрел на неё сверху вниз.       — Я ведь велел тебе привести нас, если увидишь что-нибудь подозрительное.       — Я бы так и сделала, — сказала она, защищаясь. — Но они поняли, что случилось, когда увидели погром, который оставили Наруто и Саске. Если бы я отправилась за вами, они сбежали бы.       — Не обязательно, — холодно ответил он. — Мы могли бы их выследить.       — Ох… — об этом она как-то не подумала. — Ну, знаете, я не думала, что так получится…       — Ясно.       — Но я прекрасно с ними справилась! — запротестовала она.       — Тогда что это такое? — он с силой оторвал одну из её рук от груди и повернул её так, что обоим были видны порезы. Но несмотря на то, что ладони были в свежей крови, сами раны уже стали не более чем рубцами.       — Видите? — сказала она, выдёргивая своё запястье из его хватки. — Я в порядке. Если бы вы не вмешались, я бы его поймала.       — Чтобы залечить такую рану требуется от тридцати до сорока пяти секунд. В групповом бою ты можешь себе это позволить, однако в бою один на один ты не обладаешь такой роскошью, как время. Пока ты лечишься, ты открыта для нападения, — он отошёл, чтобы осмотреть лежащих без сознания мужчин. — Мои приказы это не просто предложения, Сакура. Если я сказал тебе звать подкрепление, значит ты должна это сделать.       Другой учитель похвалил бы своего ученика за то, что тот в одиночку уничтожил целую команду разбойников. Но не Какаши. Он был слишком непредсказуем в своих похвалах. Бывали дни, когда ты терпел неудачу и выставлял себя полным идиотом, но он похлопывал тебя по спине и говорил, что ты хорошо поработал. А когда ты наконец хорошо справляешься с работой, он поворачивается к тебе спиной и читает лекцию «следуй правилам».       Для человека, который сам выбирал, каким правилам ему нравится следовать, и нарушал те, которые считал неудобными, это было слишком, по мнению Сакуры.       Но спорить с ним было бесполезно. Во-первых, Какаши виртуозно отмахивался от конфликтов прежде, чем они набирали обороты, а во-вторых, она была далеко не такой упрямой, как Наруто, чтобы утруждать себя попытками. Поэтому она просто стиснула зубы и отвернулась, тихо сгорая от его противоречивого поведения. Она знала, что контролировала ход боя и это действительно имело значение. Какаши мог думать что ему угодно, но в итоге он ошибался.       — Я слышал драку! Я слышал драку! — чёрно-оранжево-золотистое пятно вылетело из-за дерева и с визгом едва не влетело в Какаши. — Что я пропустил?       — Ничего страшного, — неопределенно произнёс Какаши, наклоняясь, чтобы поднять одного из мужчин за штаны. — Все, хватайте бандитов. Мы возвращаемся в Асахи.       — Мой практически мёртв, — проворчала Сакура, наклоняясь, чтобы поднять главаря, и свирепо глядя на Какаши, взглядом давая понять, что это его вина.       — Не дуйся, — парировал Какаши. — Ты можешь исцелить его.       — Я не… пф! Забудьте.       И естественно с этого момента она начала дуться. Настроение также не улучшилось, когда она заметила, что Наруто и Саске обменялись красноречивыми взглядами, молчаливо соглашаясь друг с другом, что «настало то самое время месяца», поскольку они тоже начали замечать её странное поведение. Сакуре пришлось заставить себя расслабиться и не обращать на них внимания. Если она и на них накричит, это только подтвердит их уверенность в том, что у неё иррациональный гормональный фон.       Но только когда они сдали разбойников соответствующим властям в Асахи и были уже на пути обратно в Коноху, до Харуно начало доходить, почему она так злилась на Какаши. В конце концов, его реакция на её непослушание не была такой уж резкой. Не то, чтобы он никогда раньше не упрекал её за то, что она нарушила его приказ, так почему же это так расстроило её на этот раз?       Она ожидала снисхождения, вот почему. После всего этого флирта, и всех этих намёков, и всех их недостатков, выложенных на стол друг перед другом, и после того, как он откровенно говорил с ней наедине о вещах, о которых она не осмеливалась говорить ни с кем другим… Что ж, она ожидала, что всё будет по-другому. Она не хотела, чтобы он снова обращался с ней так безразлично, будто она для него всего лишь чёртова ученица.       Это несправедливо.       И сейчас её раздражало, что он игнорирует её. Но чего она ожидала? Она не поблагодарила бы его за то, что он начал дразнить её перед ребятами, и это не было похоже на то, что он намеренно пренебрегал ею. По правде говоря, он, вероятно, уже забыл о короткой стычке. Как учитель, он не держал зла на своих учеников за плохое поведение.       Сакура вздохнула, чувствуя, как гнев ускользает. Может быть, это действительно гормоны? Какаши на самом деле не сделал ничего плохого, и она просто вела себя как ребёнок, в чём он и обвинял её прошлой ночью. После всего, что случилось, она приняла его спокойствие за безразличие. Она забыла о грани между личными и рабочими отношениями.       Он просил её доказать, что она такая же взрослая, как и он, но пока она показывала себя не более, чем капризной девчонкой.       Проглотив свою гордость, Сакура ускорила шаг, чтобы догнать Какаши. Как и всегда, он читал книгу, засунув руку глубоко в карман, в то время как одна лямка рюкзака свободно болталась в воздухе. Он поднял глаза, когда она появилась рядом с ним. По его выражению лица можно было сказать, что он и вовсе забыл, что она здесь присутствует.       — Можно мне взять аптечку? — кротко спросила она.       — Ты ранена? — он нахмурился.       — Нет, мне просто нужны спиртовые салфетки, — сказала она, поднимая ладони, которые к тому времени уже покрылись до локтей коркой засохшей потемневшей крови.       — А… — он замолчал и позволил сумке соскользнуть с плеча. Наруто и Саске продолжили идти, оставляя их позади, пока Какаши рылся в рюкзаке в поисках упаковки влажных салфеток, а Сакура неуклюже топталась рядом с ним. — Вот, держи.       — Спасибо, — она приняла упаковку и, не теряя времени, выхватила несколько салфеток, начав оттирать испачканную кожу. Какаши наблюдал за ней лениво, но с достаточным интересом, что снова начало выводить её из себя. Он смотрел, как она вытирает кровь с рук так, как большинство мужчин смотрят, как женщина снимает колготки.       Но стадия, на которой она убеждала себя, что ей не нравится, как он на неё смотрит, уже давно миновала. Потому что это было банально неправдой.       — Вы были правы, — сказала она в конце концов, передавая ему использованные салфетки, чтобы убрать их, пока другой, чистой салфеткой, она вычищала кровь из-под ногтей. — Я должна была пойти за вами с Саске. Даже если я контролировала ситуацию, я пошла на ненужный риск. Извините.       Какаши вздохнул.       — Не мне выгодно твоё послушание, Сакура. Когда ты не слушаешься или идёшь на риск, ты причиняешь вред только себе. Когда ты станешь джоунином, тебе не придётся отчитываться ни перед кем, кроме Хокаге, но до тех пор я не могу позволить тебе сейчас формировать плохие привычки, которые могут иметь серьезные последствия позже, когда ты сделаешь неверное суждение. Ошибки тоже случаются. Порой даже к лучшему.       — Я знаю, — кивнула она. — Я больше не буду этого делать.       — Слепо выполнять приказы тоже нельзя. Безошибочное повиновение так же опасно, как и постоянное непослушание.       — Я понимаю, Какаши-сенсей.       Он издал забавный звук, и внезапно волосы упали на лицо Сакуре, когда его ладонь взъерошила их.       — Не смотри так серьёзно. Я не сержусь на тебя. Теперь можете нести припасы, мисс Силачка.       — Уф! Спасибо, — саркастически выдавила Сакура, чуть не рухнув под новым грузом, навалившимся на её плечи.       — Твоя искренняя благодарность согревает моё сердце, — легко ответил он. — Ты хотела бы потренироваться?       — Что? — она моргнула, глядя на него.       — Ты сказала, что тебе нужно выучить больше дзюцу, для отбора, — заметил Хатаке. — Это через два дня, не так ли?       — Откуда вы знаете? — Сакура нахмурилась.       — Это моя работа — знать о таких вещах, — уклончиво ответил он. — Так ты готова к тренировкам?       Конечно.       — Отлично. Скажем, на второй тренировочной площадке, в три часа?

***

      В четыре Какаши прибыл на тренировочную площадку, где его встретила всего лишь слегка раздражённая розоволосая девушка. Теперь его опоздания были настолько предсказуемы, что никто уже не расстраивался из-за них. Прежде, Сакура требовательно пыталась узнать почему он опаздывал, а затем обзывала лжецом, независимо от ответа. Теперь же она молчала. Она молчала с тех пор, как застала его с Йоши, так как поняла, что есть вещи, в которые просто не следует совать свой нос.       Хотя сегодня ему нечего было скрывать. Он просто пошёл не на ту тренировочную площадку…       — Итак, — провозгласил он со всем энтузиазмом, который позволял его голос (то есть с очень малым), — сначала мы составим список определенного количества дзюцу, которые будут дополнять твой личный стиль и сделают тебя более сильным шиноби в глазах экзаменаторов.       — Верно, — кивнула она. Харуно стояла у ограды из проволочной сетки, просунув пальцы одной руки в отверстия, а другую спрятав за спиной. Опять эта застенчивость. Этот наклон её головы в стиле «я просто девушка», в сочетании с невинным поворотом одного ботинка носком в землю. Сознательно она это делала, или нет, но Хатаке понимал, что это всего лишь игра. В Сакуре не было ничего кроткого или застенчивого… просто казалось, что она примеряет на себя своё лучшее поведение, после того, как накосячила.       — Я тут подумал, — сказал он, прислонившись к забору, в нескольких футах от неё. Сетка забора прогнулась под его весом, потянув за собой Сакуру. — Сколько гендзюцу ты знаешь?       — Э-э… — Она сделала вид, что считает на пальцах. — Ни одного?       — Ну, ты же из тех, кто имеет способности к гендзюцу, так что ты должна довольно быстро освоить эту технику. У меня есть несколько идей, которые, я думаю, тебе понравятся, так что давай начнём.       — Подождите.       — Что? — Какаши смерил её спокойным взглядом.       — По поводу условия? — Сакура неловко переступила с ноги на ногу.       — Я слушаю, — кивнул он.       — Ну что ж… Я бы предпочла знать, что именно мне придётся делать, прежде, чем соглашаться на сделку, — сказала она.       — Ты боишься, что я заставлю тебя сделать что-то… неподобающее? — Какаши про себя улыбнулся.       Изумлённые зеленые глаза поднялись, встретившись с его взглядом, и её лицо приобрело очаровательный розовый оттенок.       — Н-нет! Я просто хочу знать, во что ввязываюсь.       — Не волнуйся, — сказал он, рассеянно почёсывая затылок. — Я не заставлю тебя делать то, чего ты не хочешь.       Сакура всё ещё выглядела обеспокоенной.       — Может быть ты просто хочешь отказаться и вернуться домой?       — Почему вам так важно, чтобы я что-то сделала для вас взамен? — спросила она, сдвинув брови. — Другие учителя не ждут милостей в обмен на обучение. И вы не просите Наруто или Саске заплатить за вашу помощь.       — Наруто и Саске не нужна моя помощь. И меня не интересуют никакие услуги, которые они могут предложить…       — Может мне стоит обратиться к Куренай-сенсей? — предложила она, несколько вызывающе скрестив руки на груди.       — Может быть, — согласился он. — Она определённо знает о гендзюцу больше, чем я.       Сакура сощурила глаза.       — И она не будет ждать услуг в ответ.       — Вообще-то она, скорее всего, тоже попросит о чём-то. Ты не её ученик, не её проблема, и она не обязана рассказывать тебе о каком-либо из своих дзюцу. Но она хорошая девушка. В лучшем случае, она просто заставит тебя носить ей продукты с рынка, — Какаши наслаждался меняющимся выражением лица своей ученицы. — Одно дело учить детей, Сакура, когда жизнь этих детей зависит от тебя. Но ты уже не ребёнок. Ты почти джоунин, и всё, чему я могу научить тебя сейчас, уже не так важно для твоего выживания, как раньше. То, что я делаю для тебя сейчас — это одолжение, чтобы помочь тебе произвести впечатление на коллегию экспертов. А это значит, что ты в долгу передо мной.       — И как же отдавать этот долг? — прошептала она в ответ.       — Я ещё не решил, — сказал он, поглаживая свою замаскированную щёку. — Но я уверен, что вдохновение придёт ко мне, пока ты будешь тренироваться. И, как я уже сказал, я не буду заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь. Хорошо?       — Хорошо, — неохотно согласилась она, хотя её взгляд всё ещё задерживался на нём настороженно, будто она не полностью доверяла ему, и кажется, всё ещё боялась, что это будет как-то связано с чем-то интимным.       Ну, подобные идеи конечно тоже приходили к нему…       — Значит у меня есть два дня, чтобы научить тебя как можно большему количеству полезных дзюцу. Ну что, начнём? — спросил Хатаке.       Она напряжённо кивнула.       — Я готова.       Она произнесла это так твёрдо, что Какаши замолчал и на мгновение позволил своим глазам скользнуть по её лицу, впитывая её решительный взгляд, её высокие скулы, дерзкий носик и сладкие, спелые губы. Его взгляд опустился по её длинному тонкому горлу, по сильным узким плечам, покрытым лёгким загаром, и вниз, по женственным изгибам её скромной груди, изящной талии и гладким бёдрам, которые он уже видел однажды раздвинутыми для этого никчёмного выродка из АНБУ. Бёдра, которые выглядели бы гораздо лучше, если бы обнимали его собственные бёдра. Какаши снова поднял взгляд на глаза, которые теперь смотрели в пол, хотя несколько мгновений назад были так непоколебимо решительны. Его оценка её тела не осталась незамеченной, хоть она и притворялась, что это так.       — Конечно, ты готова, — сказал он, многозначительно взглянув на неё, только чтобы увидеть, как жар расползается по её личику.       Потому что Сакура всегда так мило краснела, и Какаши сразу становилось интересно узнать, как далеко он сможет зайти, прежде чем это закончится.