another whiner

Он бежал десять минут, спотыкаясь об воздух и пытаясь балансировать, чтобы не упасть. Мятноволосый так не хотел еще больше опаздывать, вдруг танцор скоро решит уйти, если, конечно, он еще там. Кафе встретило его все той же официанткой, имя которой он напрочь забыл, и запахом кофе, что был по всему помещению. Он перевел дух и стал осматривать заведение. Чимин говорил, что сядет у окна, так что взгляд тут же переместился к столикам. В конце, почти в самом углу за круглым столиком сидел парень с огненно-рыжими волосами, и Юнги тут же понял, что это Чим. — Успел, — выдохнул он с облегчением и подошел к парнише. Мин молча сел напротив рыжеволосого и глазами успевал пробежаться по его лицу. Кожа медового оттенка выглядела мягкой и теплой. Руки задрожали от желания ее потрогать. Щеки милые, чуть румяные. Нос с небольшой горбинкой, с крыльями, еле дрожащими от каждого вдоха. Глаза — маленькие бусинки цвета кофе еле выделенные подводкой, которая подчеркивала их размер и форму, тоже бегают по лицу Мина, изучая своего собеседника. Рыжие волосы были аккуратно уложены, открывая лоб. А губы — полные, сочные, точно мягкие, Юнги не сомневается, еле розовые с красноватым оттенком. Шея изящная, лебединая скрывается за воротом зеленой кофты крупной вязки. Вещь делает танцора мягким и теплым. Руки лежали на столе, они были маленькими и красивой формы. Короткие пальчики сжимали телефон. По всему фигура была такой же милой и нежной, но мятноволосый этого не видел из-за стола. Мин прочистил горло и неуверенно начал. — Чим, — и снова Юнги мысленно улыбнулся, пока произносил его, но вспомнив ситуацию, он потупил глаза на стол и неуверенно сжал левой запястье под ним правой рукой. Мятноволосый с еще более виноватым голосом продолжил, — прости, — старший еще ниже опустил голову, — сегодня был день сдачи проекта, я тебе уже говорил о нем.— он не хочет оправдываться, но если ничего не скажет, то Чимин может неправильно его понять, — Мистер Кан, — Юнги не смог сдержать рыка, пока говорил это, — поменял меня местом с последним сдающим, это примерно в пять. Только из универа вышел. Эта отмазка звучит глупо, но дополнять ее он не решал. И так опозорился. Юнги неуверенно поднял голову, еле заглядывая на лицо Пака. Его карие, кофейного оттенка глаза в упор смотрели на Мина. Мятноволосый заворожен, он не может отвести взгляд. Танцор мягко улыбнулся. — Ничего, — его глаза потерялись в нежной, чуть более широкой улыбкой. Чимин так же мягко, как и всегда, говорил это, еле используя голос, почти шепча. — Главное, ты пришел, — он улыбнулся еще шире, чем раньше. Глаза превратились в щелочки, а щеки чуть зарумянились. Мин тоже улыбнулся, облегченно. Чим его простил, это радует. Официант подошел неожиданно, радостно улыбаясь танцору, будто очень давний знакомый. — Вы больше никого не ждете? — Мин отрицательно покачал головой, замечая, что Пак вторит его движениям. От этого парень стал довольным. — Тогда, что будете заказывать? — Я буду зеленый чай, — тут же отозвался рыжеволосый, он неуверенно посмотрел на Юнги, а после утвердительного кивка, продолжил. — И кофе пожалуйста. Хен, есть будешь? Мин ответил отрицательно, после чего официант ушел к бариста отдать заказ пары. Пока они ждут, мятноволосый решил поговорить с младшим. — Чем сегодня занимался? — было непривычно не держать у уха телефон, а смотреть в глаза Паку. Похоже, это чувство было не только у него. — Сегодня была тренировка, — рыжеволосый немного покраснел, не отводя взгляд от Юнги.— Я тебе месяц назад говорил, что скоро конкурс групп, — на этом мятноволосый еле кивнул, — так вот, это соревнование через несколько недель. — Я слышал, что возьмут только одну команду из нашего универа, но именно ваша победила, — на этом танцор кивнул, — как я понимаю, группа 2-а, — младший улыбнулся. Юнги мысленно поблагодарил за хоть какую-то память. Он не любит слушать какие-то новости, не касающиеся ни его, ни музыки. А эту информацию ему чуть ли не каждый день твердил Нам, что был весь возбужден предстающим конкурсом, он надеялся познакомиться еще с каким-нибудь владельцем компании в музыкальной индустрии, как говорится, связи всегда нужны. — Поздравляю, Чим. Юнги говорил это искренно, сияя своей «сладкой» улыбкой. Глазами он заметил небольшой ступор у рыжеволосого, и то, как медленно поднялся и опустился его кадык. Это заставило немного удивиться и покраснеть, но походу Чим этого не заметил. Мятноволосому приятно такое внимание со стороны младшего. Мин не знал, о чем заговорить после этого, Пак, весь красный, уставился на стол и перебирал кольцо с одного пальца на другое. Это действие настолько милым, что он невольно улыбнулся одними уголками губ. Официант подошел как раз вовремя, ставя с боковой стороны напитки. — Как что-нибудь понадобится, позовите меня или подойдите к нашему бариста, он сразу сможет передать заказы на кухню. — Спасибо, — Мин довольно делает глоток своего любимого кофе, а после смотрит на то, как Чимин едва ли не мурлычет от своего чая. — А можно пару сэндвичей и круассанов, — невольно подал голос Чимин, что еще больше покраснел. — Конечно, — парень немного повертел карандаш в своей руки и достал блокнот из передника униформы, — вам какие именно. — Давайте ему круассаны с клубничным джемом и сгущенкой, и сэндвичи с небольшим количеством мяса, желательно куриным, — спокойно продиктовал Юнги, видя как стесняется младший, — да и мне можно такой же. Чимин благодарно посмотрел на Мина. После официант ушел, направляясь сразу на кухню. — Под какие песни будете танцевать? — с интересом, облокотившись на одну руку, спросил Юнги. Рыжеволосый мило улыбнулся, помотав головой. — Я не могу сказать, потому что это под секретом, — он опять широко улыбнулся, попивая свой зеленый чай, — но могу сказать что это будет выглядеть очень хорошо. Мятноволосый понятливо кивнул, решив не трогать пока эту тему. — Хорошо, тогда, как ты сам? Не слишком устал? Не перегружаешься? — Мину было действительно интересно, он давно признал, что волнуется за этого парнишку, что действительно мило выглядит, под стать характеру. Юнги волнуется, поел ли младший? Хорошо ли себя чувствует? Не нагружается ли на учебе? Хорошо высыпается? От одних этих мыслей, на душе тепло и легкая улыбка сама выступает на устах. Он смотрит на младшего, который призадумался. — Да, мои движения уже выучены, но немного надо их подточить, — он хмурится, и старший может поклясться, что сейчас Пак был похож на милого котенка. — Ты больше похож, — вырывает из мыслей голос Чимина, — твои глаза очень красивые, — походу поняв, что только сказал, рыжеволосый густо покраснел. А потом Юнги догадался о чем он говорил, тоже залился густым румянцем. Пианист не думал, что сказал это вслух. — Вот ваш заказ, — как же Мин рад был увидеть паренька, что держал в руки поднос с двумя тарелками, где лежала выпечка и пара бутербродов. — Спасибо, — глухо сказал старший, неловко почесывая затылок. Шатен мило улыбнулся, ставя поднос по середине столика. — Он прождал вас около получаса, думаю, что это встреча для него очень важна, — шепчет парень на ухо мятноволосого. Юнги сглотнул вязкую слюну, подмечая, что официант полностью прав. Он кивнул, после чего шатен поклонился и ушел выполнять свою работу. — Как Техен? — переборов молчание все же спросил Мин, видя как на него все еще красный поднимает глаза Чимин. — Вчера он уехал с сестрой в родной город, проведать родителей, — говорит тихим голосом Пак, наблюдая за реакцией старшего. — Ого, а что за город? — Юнги решил пока разговорить рыжеволосого, чтобы та неуютная тишина вновь не встала между ними. — Тэгу, — Чимин еле улыбается, а Мин тоже не может сдержать улыбки, — я знаю еще одного человека, что тоже оттуда, не подскажешь мне кто, — танцор лукавит, пытаясь вовлечь мятноволосого в свою игру. А Мин и не против. — Хм, — он сделал задумчивое лицо, — дай-ка подумать, у нас очень мало зацепок. Мы оба его знаем? — Да, — Чиминовы щеки окрашиваются еле розоватым оттенком. — Он пьет кофе? — Юнги делает небольшие вопросы, что могут касаться всех. — Как я помню, точно пьет, — улыбка становится шире, походу Чимину нравится их небольшая игра. — Он увлекается музыкой? — по немногу мятноволосый приближается до нового вопроса. — Ну вроде да, — его интонация. Юнги не может сдержать небольшой улыбки. — Намджун что ли? — Мин решил посмотреть, что ему ответит рыжеволосый. — Конечно нет, — упирается Чимин, — Шуга-хен, ты разве не из Тэгу? На парня смотрят расширенные глаза, а одна мысль, что Чимин помнит про это, теплит душу. Мятноволосый рассмеялся. — Все-то ты помнишь Чимини, — Пак, походу поняв, что его провели, надул губы, но не смог сдержать небольшого смешка. — Ой, — Чимин вдруг округлил глаза, — подожди, меня сейчас немного словестно закопают, а потом можем продолжить. Пак виновато улыбается, доставая телефон из рюкзака, что оказывается, был повешен на стуле. Проходит не больше минуты, когда Юнги слышит крик из телефона, что был прижат к уху рыжеволосого. — Тэ, прости забыл позвонить, — выдавливает из себя парень, пока на него порядочно так орут. — Пак-твою-мать-Чимин, — Юнги слышит каждый слог, что медленно растягивает друг танцора, — просил же тебя позвонить мне до твоего свидания, — Мин видит, что Чимин неотрывно смотрит на него, потому улыбнулся ему, чтобы поддержать, — ну как оно прошло? О этот голос, старший замечает интонации, как у свахи, из-за чего становится смешно, он спрятал смешок в кулак, чтобы Чимину не становилось еще хуже. — Тэ, я не один, — тихо шепчет он, после чего выслушивая предложение друга, это Юнги уже не слышал. Пак отключился и смотрел прямо на Мина, после чего сделал глубокий вдох. — Тэ хочет видеосвязь, — будто извиняясь говорит рыжеволосый, — ты не против? А что Юнги, ему нормально, он с удовольствием кивает и пересаживается, рядом к Чимину. Он кладет руки на стол рядом с чужой ладонью. Как же старшему нравится разница в размерах их пальцев, еще он представляет, как приятно было бы держать такие миниатюрные пальчики, как бы они грели и утопали в его ладони. От таких мыслей он неловко улыбнулся и не заметил, что младший наблюдал за ним. После все же Чимин включил камеру и старший увидел парня, что ему кого-то напомнил, но пока он решил не зацикливаться. Синие волосы было закреплены жемчужными заколками, парень сидел около окна, было заметно, что обеими руками он держал какой-то напиток в кружке, что приятно дымил и создавал уютную атмосферу в камере. —Ну и где твой хен, я его не вижу, —по ходу лишь Мин его видел, голос басистый и до дрожи знакомый, но он никак не мог вспомнить, где его слышал. Вроде из телефона Намджуна. Точно, старший же показывал сценку из их новогоднего праздника, если Юнги правильно помнит, то этот Техен играл там главную роль. Чимин тут же достал наушники, когда басистый друг раздался на все кафе. — Хен, не мог бы ты, — глазами было понятно, что лучше пододвинуться, что и сделал Мин. Плечом к плечу, а пианист чувствует тепло младшего, хоть этого и не должно происходить. Наушник втыкает сам младший, а потом он слышит опять этот голос. Слишком громкий. Юнги морщится, но потом все же рассматривает нового собеседника. Синее волосы все еще с прикреплёнными жемчужными заколками, глаза полуприкрыты, а кружки стоит на подоконнике. За окном он видит и слышит дождь. — О, а хен тоже из наших, — он видит, как Тэхен округляет рот, а потом переходит в квадратную улыбку. Мин потупил взгляд, после чего хмурится. — Какой это наш? — он грубит, но было заметно, что это больше не злость, а привычка. — Крашеный, — он слышит глубокий смех, из-за чего небольшая полуулыбка все же появляется. Со стороны слышится тихий смех, мягкий и такой родной. Пианист трогает свои выкрашенные пряди и все же улыбается открыто. — Ну и представление у тебя, — он опять слышит Чиминов смех, — говорит мне человек, что чуть ли не лишися волос у парикмахера. Тихое улюлюканье греют душу, а в телефоне Тэ прикрыл глаза, и была неловкая улыбка. — Но я творческая личность, каждый мой день должен меняться образ, — канючит синеволосый, а Пак опять мило хрюкает. Юнги думает, что с этим парнем он сможет найти общий язык. Ему уютно сидеть плечом к плечу с рыжеволосым и слышать его тихий и нежный смех. А еще громкий и басистый голос не кажется уже таким раздражающим. — Какой же ты громкий, — не удержался ворчания Мин. — Хен, — мило зовет его уже успокоившийся Пак, его улыбка была очень заразительной, — Тэ всегда такой, он не умеет вести себя тихо, — а потом хмурится, подтирая подбородок указательным пальчиком, — Хотя может. Юнги вопросительно смотрит на него. — Когда спит, что ли? — попытался угадать мятноволосый в шуточной форме. — Хей, — громко возмутился синеволосый, — вообще-то я все еще здесь. Он выгнул брови, а Юнги с Чимином не смогли сдержать короткий смешок. — Как бы я хотел сказать, что пока списывает, он всегда перешептывается с одноклассником, из-за чего его всегда палили, — из наушников слышится тихое ворчание, — но и этот вариант довольно неплох, — потом рыжеволосый подумал, — хотя ночью он вопит от своих снов, и плевать, хорошие или плохие, он всегда слишком громко на них реагирует, так что вариант со шпаргалками — единственный тихий Тэхен. Юнги коротко усмехнулся, а ворчание Кима стали еще громче. — Ладно, Чимини, — дьявольски проговорил он, улыбаясь кривой улыбкой, — тогда скажи, почему, когда я на работе и прихожу, после одиннадцати, — Мин поднял бровь, обычно в такое время, они точно уже попрощались, — Ты лежишь на свой кровати, тихо щебеча на инопланетянском в подушку. Танцор вспыхивает, щеки становятся пунцовыми, а глаза бегают по очертанию друга. После он со скоростью света своими небольшими ладонями закрывает свое пылающее лицо, а телефон спокойно падает на руку старшего, что успел вовремя среагировать. От Пака доносятся вялые угрозы, а руки все еще не покидают щек парня. — Черт, — наконец внятно ругается Чимин, убирая руки, — Тэ, — он протянул жалобно и в тоже время грозно. — Ладно, — удовлетворенно промурчал синеволосый, делая глоток своего напитка.— Кстати, Чим, нуна спросила, как сидят украшения? — Если, ты про те, что сейчас на его пальчиках, — Юнги ухмыляется, заставляя Пака алеть от своих слов, — они выглядят просто превосходно, скажи спасибо вашей нуне. Он подмигнул радующемуся Киму, после чего перевел взгляд на пунцового танцора. — Вообще-то там еще кое-что есть, может внимательней посмотришь, — Тэхен поиграл бровями, после чего значительно посмотрел на красного Пака. Мин кивнул, внимательно рассматривая всего парнишу. Тот не мог это выдержать, из-за чего опять закрывает лицо ладонями. — Шуга-хен, прекрати, — тихо сопя говорит Чимин, после чего уши еще ярче всыхивают. Пока младший ничего не видел, мятноволосый спокойно убрал с его лица руки, рассматривая красные щеки танцора. Потом пианист решил посмотреть в глаза. Карие, приятной округлой формы, были чуть подчеркнуты подводкой, что придавало еще больше шарма. После он перевел взгляд. На ушах надеты милые и тонкие серьги, которые блестели небольшими камнями из-за освещения кафе. Мин снова посмотрел на лицо Чимина, и тут же его привлекли пухлые губы танцора. Они блестели от бальзама, старший усмехнулся и украдкой, задев их пальцем, устремил свой взгляд в карие глаза, что неотрывно смотрели за действиями мятноволосого. — Серьги очень милые, — щеки стали еще красней, а красивые глаза зажмурились от смущения. Взгляд скользнул ниже, к шее. Она у него тонкая, лебединая, но были видны вены и мышцы. Все же Чимин ходит на танцы, а у Юнги желание узнать, что скрывается под милым зеленым свитером. Тут же он заметил небольшую пластинку на цепочке, виднелось всего три звездочки, что очень понравилось Мину. — Хен, — жалобно щебечет рыжеволосый, — может хватит?.. В ухо слышится громкий смех, а пианист спокойно отстраняется, рассматривая миловидное лицо Пака. — Ах да, кулон тоже красивый, — он опять слышит синеволосого и улыбается одними губами Киму. Чимин открывает глаза и глупо улыбается. — Хен, блин, — смущенно тараторит младший, что очень нравится Юнги, — спасибо, — тихо шепчет, заправляя одну из прядей рыжих волос за ухо, из-за чего висящая сережка чуть дернулась и вернулась на место, чуть подрагивая. — Воркуете, вижу же и не верится, что это ваша первая встреча. Шуга-хен такой самец, — игриво и шутя, говорит синеволосый, будь он здесь, Юнги чувствует, что не один бы врезал по башке болтливому Тэхену. Потом он опять рассмеялся, показывая пальцем на экран. — У вас даже выражение лица одно, будто меня ударить хотите, — опять смеется Ким, а Чимин без предупреждения заканчивает звонок. — Давно руки чесались, — признает танцор, замирая на месте. Юнги же невольно улыбнулся. Звучит знакомая музыка, аж до покалывания пальцев, а в голове каждая нота и каждая клавиша.