Последний дурак

Всю неделю Тачихара молча наблюдал за напарником, проглатывая все ругательства, что так и просились на язык. Значит, ласковым быть с ним, да? И чего он добьется? Лишь распишется в собственном бессилии и нездоровом влечении к болезненно сложенным мужикам. Тачихара злился. И сжимал кулаки, когда невзначай видел, как Акутагава прячет улыбку, проходя мимо Гина по коридору. И с чего это такой ноющей болью отзывалось в его груди? Очередное совместное задание было слежкой. То еще удовольствие — сидеть с Гином в кустах несколько часов кряду. Тачихара уже проклял всё, что мог проклясть, пока Гин сидел тихо, как будто его вовсе не существовало. А Мичидзо уже извелся — так и хотелось толкнуть напарника в плечо и высказать пару ласковых. Чтобы снова почувствовать сталь клинка у самого горла. Но он сдерживался — они были на задании, которое пока не предвещало ничего экстраординарного. Впрочем, как и в прошлый раз. К концу второго часа на складе, за которым они вели наблюдение, началось движение. Тачихара покрепче сжал в руке пистолет и заметил, что ладонь Гина тоже плотно облегла рукоять ножа. Послышался шум, затем на складе раздался взрыв. — Да вы издеваетесь, — Тачихара зашипел и сделал шаг из укрытия. За спиной раздался шум, и он обернулся — из кустов, как в замедленной съемке, уже выходил наемник, направляя на него винтовку. — Сдашься живым или сначала прострелить тебе колени? — лицо наемника скрывалось за черной маской. Тачихара не понял, в какой момент они успели провалить задание. Может, он слишком много искоса пялился на Гина, а не на тот участок, за которым был обязан следить. Теперь уже было неважно — ствол смотрел на него в упор. Он метнул взгляд в сторону и заметил быструю тень — Гин незамеченным обходил противника сзади и наверняка держал клинок наготове, чтобы вспороть тому горло. Но наемник успел навести винтовку на колено Тачихары и с усмешкой нажать спусковой крючок. Он легко мог бы справиться с наемником один, если бы Гина здесь не было — так было бы проще. Он применил бы способность, и пуля вернулась бы к своему хозяину. Тачихара успел заметить блеснувшие глаза за спиной наемника — за секунду до того, как тот сделал выстрел. И увидел лезвие, что вспороло ему горло — в тот самый момент, когда его палец спустил крючок. Его руки дернулись, и винтовка взметнулась в воздухе — и вместо колена пуля угодила Тачихаре в бок. Он тут же осел, поняв, как облажался. Он мог избежать этого, но слишком отвлёкся — он думал не о себе, а о том, чтобы Гин остался незамеченным, чтобы чертов наемник вдруг не обернулся. Он зажал бок рукой — пуля была внутри, он чувствовал её, но уже не мог сконцентрироваться, чтобы извлечь её из своего тела. Он отполз к дереву и попытался справиться с головой, что начинала кружиться. Когда он, наконец, сфокусировал взгляд, то понял, что вокруг него уже лежало не меньше десятка трупов, все — наемники в черных масках. Он понял, что Гин вырезал их всех. Он слабо усмехнулся, глотая подступающую к горлу кровь, когда чьи-то пальцы коснулись его лица. Было больше не страшно. Ему захотелось закрыть глаза. В последний миг он увидел, как Гин склоняется над ним и какой несвойственной тревогой наполнены его глаза.