Когда солнце сядет

      Холодный воздух внутри лёгких Уилла горел огнём беспощадного стыда. Он метался между пустых стеллажей, не видя ничего перед собой, кроме собственной глупости, выгравированной в мозгу. «Что ты наделал? Что ты наделал?». Этот вопрос бился в висках в такт бешено колотящемуся сердцу. Он вывалил всё наружу, как сор из разорванного мешка, и теперь эта правда лежала между ними. Но хуже всего была мысль об Оди. Оди, которая ничего не подозревала и скорее всего ждала их на базе. «Она любит его. А я… я влез. Я стал тем самым монстром, который крадёт чужое счастье из-за своих неудобных и неправильных чувств». Ему казалось, что он предал её дважды: сначала в своих мыслях, и сейчас. Тем временем, в глубине зала, Майк и Робин в тяжелом молчании собирали разбросанные припасы и готовили всё необходимое для транспортировки генератора. Руки Майка действовали на автомате, но взгляд был пустым, устремлённым в никуда. Мир перевернулся, и он не знал, как его поставить обратно. Он видел, как Робин украдкой поглядывает на него, но не решался встретиться с ней глазами. Сил пойти за Уиллом, чтобы что-то сказать, у него не было. Он был парализован и лишён смелости взглянуть в его глаза. — Я схожу за ним, — тихо сказала Робин, откладывая банку с тушёнкой. — Мы не можем здесь задерживаться. Майк лишь кивнул. Когда её шаги затихли в глубине магазина, он прислонился к холодной стене, пытаясь сделать глубокий, ровный вдох, чтобы прийти в себя. Он закрыл глаза, представляя их неловкое молчание, и как Майк вопреки всему старается сделать вид, что ничего не произошло, что между ними остаётся всё, как прежде. Он видел в этом наилучший исход в нынешней ситуации: дать понять, что Уилл ему не противен. Как вдруг, именно в этот момент пространство перед ним начало искажаться. Стена магазина, покрытая потрескавшейся краской, задрожала, как поверхность воды от брошенного камня. Краска почернела и поползла вниз смолистыми потоками, обнажая не кирпич, а пустоту цвета запёкшейся крови. Из центра этого расползающегося пятна потянулся смрадный, ледяной воздух Изнанки. И из портала, медленно, словно выплывая из густой трясины, вышел Он. Векна. Его иссушенная, похожая на обугленное дерево фигура заполнила собой пространство. Он явился. Красный свет портала отбрасывал на его тело длинные, пляшущие тени. Пустые глазницы были направлены прямо на Майка. Древний и первобытный ужас на мгновение сковал всё тело Майка льдом. Его появление застигло врасплох. Почему сейчас? Рука инстинктивно потянулась к пистолету, который они недавно нашли в грязном столе. Он успел схватить его, прицелиться. Векна лишь слегка повёл рукой. И невидимая сила вырвала пистолет из пальцев Майка и швырнула его в стену. В следующее мгновение та же сила обхватила самого Майка, подняв его в воздух. Он завис в нескольких сантиметрах от пола, бессильно брыкаясь. Невидимые тиски сдавили его грудную клетку, перекрывая воздух. Он хрипел, пытаясь вдохнуть, пальцы безуспешно цеплялись за невидимую хватку на горле.

***

В другом конце магазина Уилл вдруг вскрикнул, схватившись за голову. Острая, разрывающая боль пронзила череп. За болью пришло осознание. Оно было не мыслью, а вкусом пепла и холодом пустоты в самой глубине души. — Векна… Он здесь. — взволнованно сказал он, оборачиваясь к подбежавшей Робин. В его глазах читался чистый, неконтролируемый ужас. — О боже, Майк! — вскрикнула Робин. Они бросились бежать, снося на пути коробки. Они ворвались в зал как раз в тот момент, когда Векна, не выпуская из силового поля задыхающегося Майка, медленно поворачивал к ним свою страшную голову. — Нет! Отпусти его! — крикнул Уилл, делая шаг вперёд. Голос его дрожал, но в нём звучала сталь. — Не трогай его! Тебе ведь нужен я, верно? Робин замерла рядом, её взгляд метнулся от Векны к скорченному от удушья лицу Майка, ища хоть какую-то возможность, слабину. Они боялись приблизиться, понимая, что одно неверное движение и хватка сожмётся окончательно. Векна издал низкий звук, похожий на сухой смех. Его голос прозвучал не в ушах, а прямо в сознании, холодный и безжалостный. — Интересно. Такая хрупкая вещь — эта человеческая привязанность. Она делает вас предсказуемыми, такими слабыми и жалкими. И такой сильной болью отзывается, когда эту связь рвут. Он повертел Майка в воздухе, рассматривая и ища в нём какую-то невидимую ценность. — Я внезапно почувствовал всплеск. Чужую силу. То, что вы нашли здесь, действительно находка. Ты ведь тоже это почувствовал, Уилл, когда коснулся его? Именно это и привело меня сюда. Я смог найти тебя. Так ещё источник твоей главной слабости, — явно довольный своей добычей, он смотрел на Майка. Уилл почувствовал, как по спине пробежал ледяной пот. Векна знает все его самые сокровенные мысли, его чувства были как на ладони. Их связь неразрывна. Но больше всего сейчас он боялся за Майка, который в шаге от гибели... из-за него. — Он — твоя главная уязвимость. Он держит тебя в этом хрупком, бренном мире. Освобожу тебя от него и ты станешь тем, кем должен быть. Совершенным и сильным. Моим настоящим отражением. Силовое поле вокруг шеи Майка сжалось ещё сильнее. Тот забился в немой агонии. — НЕТ! — завопил Уилл. — Я сделаю всё, что ты скажешь! Я пойду с тобой. Но только отпусти его, прошу. — Нет... — прохрипел Майк, но слова застряли у него в горле. Векна на мгновение задумался, его пустые глазницы будто изучали Уилла. — Ты думаешь, что можешь торговаться со мной? Твоя преданность трогательна и смешна. Не забывай, что я в любой момент могу убить его. А потом всех твоих "друзей", твоего брата-хранителя, твою смелую мать. Всех, кого ты называешь семьёй. Один за другим. Но мне чужда мысль, что ты будешь чувствовать себя, как в клетке. Поэтому предоставляю тебе шанс выбора... Его голос стал твёрже стали, атмосфера сменилась на более тягучую. — …или ты добровольно идёшь со мной, вместе с ним. Он будет гарантией твоего послушания и живым напоминанием о цене неповиновения. Или же я убиваю его прямо на твоих глазах. — Ты не можешь его забрать! Я стану твоим главным инструментом. Я буду делать всё, что ты хочешь. — Уилл почувствовал, как земля уходит из-под ног. Это был кошмар, который сейчас явился к нему наяву. — Лучше убей меня! — выдохнул Майк, его глаза, полные слез и ярости, встретились с взглядом Векны. Робин, пользуясь моментом, когда внимание Векны было приковано к диалогу, рванула вперёд, занося над головой тяжелую металлическую ножку от стула. Но в ответ — легкий взмах руки и невидимый удар отшвырнул Робин через весь зал. Сейчас любые попытки сопротивления не способны были противостоять ему. Все это понимали. — РОБИН! — Уилл застыл на месте. — Выбор, Уилл. Их жизни или твоя покорность. Сердце Уилла разрывалось. Он видел тело Робин, не шевелящееся вдали. Он думал об Оди, о Джонатане, о маме, о всех остальных. И конечно думал о Майке, о его безопасности. Этот выбор душил его неимоверной силой. Но Векна, казалось, устал от колебаний и нерешительности. Он протянул к Уиллу другую руку. Волна абсолютной, холодной, тягучей тьмы, как смола, обрушилась на сознание Уилла. Это было насильственное вторжение, попытка сломать, стереть его волю. Уилл закричал, но звук застрял в горле. Он почувствовал, как трещат швы его разума, как из глаз и носа течёт кровь. Перед глазами поплыл красный туман. — ПРЕКРАТИ! — это был последний, отчаянный крик Майка. Темнота накрыла Уилла с головой. Его тело обмякло, и он рухнул на пыльный пол. Портал за спиной Векны загудел, расширяясь. Он сделал легкое движение, и бессознательное тело Уилла приподнялось в воздухе, поплыв к кровавому разрыву в реальности. Затем, не ослабляя хватки, он потянул к порталу и Майка. Робин, приходя в себя, увидела последние секунды этого кошмара: две фигуры, её друзей, медленно исчезающие в багровом свете портала. Она попыталась встать, дотянуться, но тело не слушалось. Она могла только смотреть, как края разрыва сомкнулись, оставив на стене лишь чёрный, обугленный след.

***

Воздух был густым, кислым и липким, словно им невозможно было надышаться. Красноватый свет, исходивший от пульсирующих, похожих на жилы стен, отбрасывал неясные, пляшущие тени. Уилл был без сознания, его бледное лицо, испачканное кровью из носа, казалось мертвенно-белым. Внезапно из пола взметнулись чёрные, похожие на корни лозы. Они с шипящим звуком обвили запястья и лодыжки Уилла, приковав его к стене с трещиноватой поверхностью. Майка же просто отбросили в сторону, словно мусор. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы восстановить своё прерывистое дыхание. Затем накалившаяся ярость, бессильная и отчаянная, поднялась в Майке. Он вскочил и бросился к Уиллу, с силой дёргая за скользкие, холодные лозы. Они даже не подались, лишь плотнее сжались вокруг запястий Уилла. — Уилл! Уилл, очнись! — его голос звучал хрипло в гнетущей тишине логова. Майк царапал путы ногтями, пытался разорвать, но всё было тщетно. Он обернулся, его взгляд, полный ненависти и слёз, встретился с пустотой глазниц Векны. — Отпусти его! — крикнул Майк, и его голос дрогнул. — Возьми меня, а Уилла оставь в покое! Он уже вынес достаточного дерьма из-за тебя, с него хватит! Векна медленно, почти лениво повернул голову. Его голос, пронизывающий разум, прозвучал без всякой злобы, лишь с ледяным презрением. — Ты не представляешь для меня никакой ценности, Майк Уилер. Ты здесь лишь как инструмент давления. Я мог бы раздавить тебя сейчас, и это не изменило бы ровным счётом ничего. Но я оставляю тебя дышать. Пока что. Чтобы он помнил, что цена его неповиновения — твой предсмертный вдох у него на глазах. От этих слов, сказанных так спокойно, по спине Майка пробежал ледяной холод. — Зачем?! — вырвалось у Майка, он сделал шаг вперёд, загораживая собой безвольное тело Уилла. — Зачем он тебе? Что ты хочешь с ним сделать? Я стану твоим сосудом, если понадобится, только отпусти его! Векна замер. Казалось, он впервые по-настоящему рассматривал Майка. — Любопытно, — зазвучал в голове Майка его голос, задумчивый и чуждый. — Эта одержимость. Желание пожертвовать собой. Я видел такое в его мыслях. “Любовь”, “семья” — мне не знакомы такие понятия. Этот мир… он хрупкий, грязный, полный ненужных связей. Я перекрою его и создам новый. Чистый. Упорядоченный. А он… — Векна указал на Уилла, — …в нём есть отблеск этой новой реальности. Он чувствовал её изнутри и он выжил. В нём есть потенциал. Но его привязанность мешает ему. Ты ему мешаешь. Было бы разумно покончить с тобой прямо там, но боюсь, что Уилл воспротивиться мне, и мне будет тяжело его сдерживать. Слушая его рассказ, Майк вдруг понял кое-что важное, что за этой представленной угрозой и силой, есть что-то хорошо спрятанное от чужих глаз. То, что упорно скрывает Векна. — Он никогда не станет твоим, — холодным тоном проговорил Майк. — Твоей главной ошибкой было то, что ты взял меня с собой. Пока я здесь, я сделаю всё ради его защиты. Но тебе не понять этого. Ты умеешь только прятаться. Ты взял меня в качестве рычага давления на Уилла, это значит, что ты боишься его. Ты подстраховался мною, потому что не уверен в своих силах. Ты трус и сла... Майк не договорил, как в следующий миг невидимая сила, подобная кулаку великана, ударила Майка в грудь и впечатала его в стену рядом с Уиллом. Воздух с хрипом вырвался из его лёгких. Прежде чем он смог вдохнуть, Векна оказался в сантиметре от его лица. Его когти, острые и холодные, как обсидиан, впились в кожу на лице Майка, не разрывая её, а сдавливая с нечеловеческой силой. Боль была ослепительной, белой и жгучей. Майк закричал, и крик сорвался в пространство, полное ужаса и боли. — Ты забываешь своё место, человек, — прошипел Векна, и в его безголосом шёпоте впервые прозвучало что-то, похожее на раздражение. — Твоя жизнь, твоя смерть и твоя боль — это не твой выбор. Ты будешь жить, пока это служит моей цели. Ты будешь страдать, если что-то пойдёт не так. Поэтому следи за тем, что ты говоришь. Когти впились глубже. Майк зажмурился, сдерживая новый крик. Затем хватка ослабла. Те же чёрные лозы, что держали Уилла, вырвались из стены и обвили Майка, скрутив ему руки за спиной и притянув к холодной, влажной поверхности. Векна, не оглядываясь, поплыл вглубь своего логова, растворившись в пульсирующем красном мраке. Майк остался один. По лицу сочилась кровь из ран от когтей. Рядом висел в безвольной позе его лучший друг, его Уилл, ради спасения которого он был готов на всё. Он понимал в какую безвыходную ситуацию попал, его присутствие усугубляло положение для Уилла, и он никак не мог повлиять на это. Но твёрдо был убежден, что он не собирается сдаваться.

***

Стив и Дастин вошли в магазин с предельной осторожностью, ствол самодельного арбалета и увесистая монтировка наготове. Фонарики выхватывали из мрака опрокинутые стеллажи, рассыпанные консервы. Именно тогда луч фонаря Стива выхватил из темноты за кассой сгорбленную фигуру. Робин сидела, обхватив колени, её взгляд был устремлён в пустоту, в какую-то точку на пыльном полу. Она не шевельнулась при их приближении, словно не слышала. — Робин! Это мы. Ты ранена? Черт возьми, что случилось? Где парни? — Стив упал перед ней на колени, осторожно схватив её за плечи. Робин посмотрела на них, и её рассказ вырвался наружу сбивчивым, прерывающимся потоком: про генератор, про дикий всплеск энергии, про то, как явился Векна. Как он забрал их обоих в портал, прежде чем она смогла что-либо сделать. — Он нацелился на Уилла, — выдохнула она, сжимая виски. — И взял с собой Майка, чтобы использовать против него. Дастин слушал, и его лицо постепенно теряло краску. — А этот генератор, где он? — вдруг он начал искать какие-либо надежды и ниточки, ведущие к его друзьям. — Он должен быть там, — Робин посмотрела туда, где осталась дымящаяся груда металла. Её глаза расширились от нового осознания. — Он его тоже забрал... Эта новость сломила их окончательно. Они не только потеряли друзей, но и потеряли единственную зацепку, ключ к пониманию новой угрозы. Стив опустил голову, закрыв глаза. По его лицу пробежала судорога беспомощной ярости. — Мы не можем просто пойти туда, — в голосе Дастина слышался страх, незнание какие действия предпринять, — Мы даже не знаем в каком месте он держит их. На последней фразе, почти сразу Стив и Дастин встретились взглядами, словно их одновременно пронзила мысль. — Оди, — одновременно сказали они, — она знает. И они вместе стали связываться с базой. После недолгого шипения и треска по рации, по ту сторону донёсся тревожный и мягкий голос Джойс: — Ребята, вы в порядке? Вы нашли их? С чувством вины и нерешительности им пришлось сообщить ей и остальным мучительную правду. В ответ было лишь протяжное и тяжёлое молчание. Тишина говорила больше, чем тысяча слов. — Оди с вами? — Дастин решил прервать это настроение. — Нет. Как только вы ушли, мы приступили к плану. Им удалось проникнуть на военную базу. Будет слишком рискованно связываться с ними. Они скоро уже должны вернуться. — Хорошо, тогда расскажите Оди о случившемся и тогда она поймёт, что делать. Она наша последняя надежда, — Дастин помедлил, опустив голову, словно собираясь с мыслями, — Конец связи. Стив и Робин не переставали смотреть на него, словно чего-то дожидаясь, но тот упрямо молчал. — И что же мы будем делать? — не выдержала Робин. — Сидеть сложа руки мы тоже не можем, — поддержал ее Стив. И тогда Дастин вскочил, прошёлся по периметру магазина и нашел на стене висевшую карту Хоукинса. Он расположил ее перед собой на грязном полу и стал осматривать территорию. — Будем искать генераторы.