Адское пламя

На следующий день миссис Микс постучалась в кабинет директрисы Уордвелл, которая явно была не в духе, чтобы передать ей посылку от Сабрины Спеллман, которой, как она выразилась, «по особым обстоятельствам пришлось в середине дня отлучиться от занятий». Мисс Уордвелл осмотрела посылку. Это был пакет с её плащом внутри. Сверху была приложена записка: «Простите мне мою вчерашнюю грубость. Сожалею, что Вам пришлось возвращаться в такую погоду без верхней одежды. Хорошо, что ведьмы не болеют, правда? ;) Зельда Спеллман». «";)", серьёзно?» — подумала Лилит. На Зельду это было совсем не похоже. К тому же, никто не флиртует смайликами. Хотя для Зельды это было столь большим отклонением от нормы, что Лилит стоило бы надеяться на взаимность, глядя на подмигивающую рожицу. — Не болеют, — фыркнула Лилит. — Как же! Если бы ты, ледяная Зельда, знала, как можно болеть кем-то… Судя по тому, что Сабрина снова отлучилась с занятий, разговор её исполнительной тётушки с ней не подействовал. Теперь оставалось лишь томительное ожидание — день за днём. Плащ, лежавший на столе, издавал приятный аромат вишни, смешанной с лилиями — явно задержавшийся парфюм старшей Спеллман. Стоит признаться, как женщина, Лилит очень позавидовала стойкости случайно оказавшихся на плаще один раз духов, принесённого в такую-то сырую пог… «Неужели... она надевала его?..» Спустя долгое и особенно тяжёлое для семьи Спеллманов время, невольное раскрытие Лилит своей истинной натуры и отстранение от Сабрины… спустя побег Блэквуда и окончательное разочарование Зельды в нём, спустя падение Церкви Ночи и Тёмного Повелителя… всё наконец становилось на свои места. Восседая на троне в Аду, Лилит была весьма удивлена, что у неё теперь есть Верховная Жрица, основавшая её собственную Церковь. Признание. Наконец-то. Вот, что ей было нужно всё это время. Лилит уже давно не плакала, но тут окончательно впала в сантименты… ведь это её Зельда захотела этого сама… теперь даже и на правах Царицы Ада она имеет полное право на то, чтобы попытаться обратить на себя внимание Верховной Жрицы. Сейчас, когда Зельда всё чаще оставалась в Академии незримых искусств - теперь уже в роли директрисы, Лилит без всяческого стыда могла наведываться в её кабинет и спальню, когда ей это было угодно. Одним из вечеров, когда Царица Ада снова пришла к мысли, что пора наконец действовать… Лилит отставила корону в сторону, переместилась сначала в дом к Мисс Уордвелл, переоделась в уже полюбившееся ей сольфериновое с чёрным узором платье, а затем — в кабинет Зельды Спеллман. Это произошло бесшумно, Зельда не почувствовала даже шороха за своей спиной. Лилит властно положила руку на спинку её директорского кресла, но и это сделала так аккуратно, чтобы не потревожить работу своей Жрицы. Ей нравится наблюдать за склонённой над бумагами головой с медно-золотыми локонами Зельды. Последняя внезапно приподняла голову и вдохнула воздух: ей в нос ударил терпкий запах вишни. В секунду она поняла, что произошло и начала крутить головой в разные стороны в поисках пришелицы, как вдруг Лилит положила руку на её плечо. Она ахнула от неожиданности, обернулась и хотела было поклониться, как Лилит приподняла её за подбородок. — Какая очаровательная у меня всё-таки Верховная Жрица… — сказала она, причмокивая и поднимая брови. — Скажи мне, влюблялся ли в тебе когда-нибудь верховный Повелитель Ада? Можешь не отвечать, потому что ответ "да", и это я заявляю строго на правах влюбившейся в тебя его Царицы. Я так люблю тебя, Зельда Фиона Спеллман... Зельда оторопела, в горле у неё пересохло. Вот, чего она ждала. Милости Лилит. Но не как своей Повелительницы, а как её самой: сильной, нерушимой, но осторожной и избирательной в своих чувствах, где-то даже и ранимой... В секунду в её голове промелькнуло отчаянное признание самой себе, все рамки были стёрты, границы — безнадёжно разрушены. В комнате на мгновение повисает тишина. Зельда встаёт и максимально приближается к нежданной гостье… смущённо опускает глаза на такие до боли желанные губы её Мадам Сатаны. За окном разразился раскат грома и начался дождь. Всё как в тот майский вечер, когда Лилит посетила дом Спеллманов в роли Мэри Уордвелл. И даже Зельда была в том же наряде сегодня. Зельда делает шаг вперёд — аккуратно, столь робко. Однако этот крохотный шаг по ощущениям можно сравнить, пожалуй, лишь с шагом с края водопада, неизбежно уносящего Зельду за собой в его пучины. Губы женщин сливаются в аккуратном, недолгом поцелуе. Они разрывают поцелуй и на несколько секунд замирают, потираясь по-кошачьи - носом об нос. Лилит победила. Она наконец получила желаемое. Равно как и Лилит, Зельда не может поверить в то, что она наконец-то вольна в выражении своих чувств, своих чувств ей. Взгляд её возлюбленной — голубая пропасть, обрамлённая десятками чёрных ресниц, на которых почему-то поблёскивали слёзы. Итак, это была про́пасть, в которой Зельде предстояло пропа́сть надолго. Всем своим телом без остатка Лилит желала почувствовать Зельду, её горячие прикосновения и сбивчивое дыхание на своей коже. Это неловкое исступление сбивало обеих с толку, ведь в отличие от наряда Зельды, статус их самих и, следовательно, отношений между ними с последней тет-а-тет встречи сменился кардинально. Впрочем, в этом наряде Зельда оставалась недолго. Рубашка, сорванная Лилит, мгновенно оказалась на директорском кресле. Её руки — на шее Зельды. Мадам Сатана явно жаждила разрядки воздуха в бесконечном напряжении между ней и её новоиспечённой Верховной Жрицей, но старалась держать себя в руках. Тогда она, не спуская рук с её шеи, заложив их ей на плечи, спросила: — Могу ли я подарить тебе ответный поцелуй? — улыбнулась она улыбкой совсем новой для Зельды: нежной и будто бы восхищённой. — Тебе можно всё, Лилит… — прошептала Зельда ей на ухо. Теперь границы и в голове Лилит окончательно сменились их отсутствием: Зельда сама разрешила ей. Их губы снова сошлись в поцелуе, чуть более долгом и страстном, не было уже ни тени какой-либо робости. Мать Демонов словно бы отпустила ситуацию, доверившись только своим инстинктам. Дикая, оголодавшая со времён того, как она покинула Сад, с жестокостью пантеры она чуть не разорвала юбку Зельды. Схватила её Зельду за шею и резко прижала к одному из окон в пол, которое не было закрыто изумрудными гардинами, идеально подходящими по оттенку глазам обладательницы кабинета. Бретелька бюстгальтера Зельды съехала на левое плечо, полностью обнажив её выступающую ключицу, куда Лилит незамедлительно направила свои губы. Она поднялась губами к шее своей Жрицы, немного прикусила её, тут же облизнула языком и отрывисто выдохнула. Она услышала тот самый запах духов — с лилиями. Зельда простонала что-то нечленораздельное — она явно много раз за последние месяцы прокручивала эту сцену в голове, и ожидание воплощения её в реальность было невыносимым. Лилит нежно держала правую щёку Зельды в руке, любуясь её глубокими уставшими зелёными глазами, аккуратному носу с небольшой горбинкой, небольшой родинке на правом виске и прекрасной копной уже порядком неестественно взбитых от столкновения с окном волос. Зельда изо льда превращалась в воду в руках Лилит: она таяла от прикосновений этих горячих рук, от жара её тела… она уже была готова отдаться Лилит и умереть в её руках маленькой смертью, растаяв окончательно. Времени на наслаждение у них двоих было достаточно, поэтому Лилит ещё долго вжимала поцелуями свою любовницу в окно, за которым бушевала такая же буря, как в ней самой. Она целовала руки Зельды, опускалась на колени, чтобы пройтись языком от живота до груди и завершить где-то в районе оставленной ей метки. Внезапно расслабленную Лилит руками обхватила Зельда и тут уже направила её к своему столу, предварительно сметя всё на нём стоящее рукой куда-то на пол. Разумеется, на шум мог бы прийти кто-то, но было уже так поздно, что все спали, да и Зельду мало заботило это сейчас. Лилит не сразу осознала, что теперь заложница — она сама. Зельда вжалась коленом между ног своей демоницы, чем вызвала её томный вздох. Что ж, ей в любом случае абсолютно не хотелось сопротивляться грациозной словно пуме (мускулы в плечах скруглились, спина выгнулась, прижимая грудь Зельды к груди своей визави) Зельде, которая уже поднимала платье Мадам Сатаны к её бёдрам и медленно начинала подушечками пальцев массировать промежность, спрятанную от неё за кружевным бельём. Сначала пальцы Зельды двигались кругами, затем — вдоль и обратно, вдоль и обратно… Лилит была недостаточно влажной, чтобы вхождение в неё оказалось безболезненным, так что Зельде пришлось зайти на дополнительный круг. Хотя «пришлось» — это громко сказано. Разумеется, она невероятно хотела любого дополнительного прикосновения к Лилит, так что подготовка Царицы Ада на пути к оргазму была удовольствием для них обеих. Внезапно настойчивая, взявшая процесс в свои руки, Зельда приподнялась с колен, на которые встала, чтобы помочь Лилит стянуть нижнее бельё, и лизнула внутреннюю сторону бедра Лилит, от чего почувствовала на её руках мурашки. Продолжая подниматься вверх, она захватывала губами все мельчайшие детали на теле Мэри Уордвелл: родинки, крошечные шрамы, ямочки и маленькие выпирающие венки. Она прижалась своими губами к ярко-красным губам Лилит, они снова слились в поцелуе, долгом и очаровывающем, туманящим обеим сознание. Однако Зельде нельзя было отвлекаться на себя, она и во время сладкого поцелуя продолжала двигать пальцами, уже сместив в сторону порядком намокшее от её ласк кружевное нижнее бельё Царицы Ада, нащупывая её клитор. Рыжеволосая ведьма сжимала его между двумя пальцами, нежно проводила по нему большим пальцем и настойчиво продолжала усыпать Лилит поцелуями. Лилит развела руки в стороны и безнадёжно отпустила их вместе с ситуацией вновь. Зельде откровенно не хватало своей Повелительницы всё это время, теперь она понимала и не смела забывать о своей внезапной награде, поэтому даже вбирая её тёмные волосы в свою руку, сжимая их у самых корней, чтобы чувствовать её всю, она старалась не причинить ей ни боли, ни грубой ласки. Ведь Лилит, такой замученной скитаниями в одиночестве, такой потерянной в мире, где у каждого был любимый, Лилит, так отчаянно нуждавшейся в нежности, в сильных руках, в которых она сможет чувствовать себя безопасно… так не хватало всего этого годами, где уж там - тысячелетиями! Из всех, кого она могла возжелать, она возжелала Зельду, и ведьме хотелось с головой оправдывать этот выбор. Зельда, легонько качнув бёдрами в направлении Лилит, дала той понять, что ей следует приподняться и сесть на стол. В её нынешнем наряде и состоянии это оказалось проблематично. Да и вся атмосфера этого кабинета, прежде принадлежавшего Фаусту Блэквуду, давила на неё, хотя в каждой декорации уже и чувствовалась тонкая рука Зельды. Кажется, Зельда поняла этот блуждающий взгляд и отсутствие сосредоточенности на процессе, поэтому быстро схватила Лилит за руку, шепнула что-то на латыни, и они оказались в её тёплой спальне, идти по которой через коридор несколько минут было бы окончательным убийством всякого удовольствия Лилит, а Зельда не могла этого допустить. Старшая Спеллман лишь обернулась, чтобы закрыть дверь на ключ, когда за её спиной раздался щелчок пальцев. Вернувшись взглядом и приблизившись к своей Мадам Сатане, Зельда увидела её, облачённую в малахитового цвета халат с чуть распущенным поясом, из-за чего грудь показывалась из неплотного запа́ха чуть сильнее, чем нужно, но вполне под стать ситуации, в которой они находились. Не теряя времени, Зельда решила воспользоваться предоставившейся ей возможностью и запустила в под халат руки, от чего пояс окончательно распался, и, таким образом, открыл взору всю фигуру Мадам Сатаны. Зельда прошлась поцелуями по её груди и плечам, легонько закусила один из сосков. Мать Демонов вскрикнула. Тут, ехидно улыбаясь, рыжеволосая впервые нарушила словесную тишину: — Прости, любимая, — на этом слове по спине Лилит прошла лёгкая дрожь, мурашки побежали вдоль позвоночника — но ты сама ответственна за демонов внутри меня, не так ли? Лилит рыкнула в ответ и прикусила мочку уха Зельды, от чего вскрикнула уже она. Они дразнили друг друга, наслаждаясь этим. Это было как маленькое условие их прелюдии, они вместе аккуратно делали эти шаги к оргазму, однако впервые в её долгой жизни Лилит хотелось быть ведомой, и Зельда прекрасно чувствовала и исполняла это её желание. А ведь и для неё было так важно всё это: впервые после Фауста Блэквуда ей не пользовалась, её глубоко желали и восхищённо на неё смотрели. Зельда мягко толкнула любовницу на кровать и опустилась на колени у её основания. Лилит пахла сексом, и этот аромат будоражил, заставлял Зельду действовать, вторя своим инстинктам. Раздвинув ей ноги, Зельда нежно-нежно провела языком по влажной промежности Лилит, та застонала. Тогда Зельда повторила своё действие, получив аналогичную реакцию. Она ускорилась, повторяя свои движения, несильно изменяя их, дабы понять, что нравится Лилит больше. Остановились на зигзагообразных, словно бы Зельда выводила первую букву своего имени языком, оставляя отпечаток не только на клиторе, но и в сердце этой роковой дамочки. Между тем, Зельда ощутила, как сама уже хорошенько намокла, однако просить любовницу о своей разрядке пока не смела, поэтому пришлось немного приподнять юбку и начать ласкать себя самой. Как выяснилось, процесс оказался куда живее и приятнее с этим нововведением. Спустя несколько минут активной и ласковой работы языком, выгнутая спина с присущей только ей грацией и громкий протяжный стон Лилит возвестили Зельду о полученном ей оргазме, от чего ведьма смущённо улыбнулась, и облокотилась на кровать головой, воодушевлённо продолжая заниматься своим удовлетворением. Её взору могла открываться шикарная картина: почти полностью обнажённая, подумать только, Царица Ада, нежимая негами послеоргазменной дрожи и абсолютно полностью в руках её, Зельды Спеллман. В этот момент она нечаянно издала тихий стон, чем привлекла внимание растянутой на подушках Мадам Сатаны. Та развернулась и пододвинулась к Зельде со словами «Просто позволь мне напомнить, как сильно я тебя люблю». Она снова запустила обе руки в точно струи пламенного водопада волосы Зельды и запечатала её губы очень долгим, благодарным поцелуем, после чего помогла ей приподняться и забраться с ногами на высокую кровать. Лилит наконец сняла бюстгалтер, обнажив грудь Зельды и начав долго и нежно целовать её тело, переходить от ключиц к подвздошным косточкам, легонько оттягивая кожу на них, снова возвращаться к пылающим щекам, проводя тыльной стороной ладони по ним. Она была в большой любви не только с образом и характером, но и с идеальной внешностью Зельды Спеллман, которую теперь, казалось, ей не заменить ничем. Мадам Сатана стянула с ведьмы юбку и нижнее бельё, запустила руку между её ног в желании помочь Зельде разрядиться самой. — О чём таком ты думала, раз так намокла?.. — вздрогнула от неожиданности Лилит. — Достаточно было… тебя — пробормотала Зельда, отчаянно пытавшаяся собрать по слогам что-то, что Лилит идентифицировала как «моя Царица». Лилит, довольная эффектом, который она оказывала на Зельду одним своим существованием, по очереди запустила в киску своей беззащитной ведьмы два пальца. Подвигав ими с пару минут и вдоволь насладившись стонами Зельды, она припала губами к её плоскому животу, снова вернулась к уже покрасневшим подвздошным косточкам, провела второй рукой по груди, сжав её и заставив Зельду издать особенно громкий «Ах!». Поняв, что и такой ласки столь давно ждавшей этого Зельде недостаточно, демоница, понуждаемая сокращением мышц своей партнёрки, вскоре задышала словно бы воздуха осталось в этой комнате так мало, что её собственная жизнь зависела бы от него. Продолжая глубоко вдыхать и выдыхать уже почти полностью горячий воздух, она проходилась своим дыханием по шее Зельды, аккуратно вводя в неё, разгорячённую и прикусившую костяшку указательного пальца, свой палец третий. Она начала жёстче и быстрее входить внутрь Зельды, надавливая на самую чувствительную точку, в которой сплетались воедино тысячи нервных окончаний. Рыжеволосая ведьма схватилась за руку Матери демонов и взмолила её о том, чтобы она не останавливалась. Спустя несколько секунд она вжала её руку в себя так, чтобы движения её пальцев были только внутри, и спустя ещё несколько громко застонала, дрожа всем телом и вжимаясь затылком в подушки и сбившееся к изголовью кровати одеяло. Они были так благодарны друг другу, что всё, на что они оказались способны — это было спустя несколько минут сесть и плотно прижаться друг к дружке лбами, прикрыв глаза. Молчание нарушила отходящая от произошедшего Зельда: — Скажи мне, Мадам Спеллман, трахала ли тебя когда-нибудь Верховная Жрица? Можешь не отвечать, потому что ответ "да", и это я заявляю строго на правах сделавшей это Верховной Жрицы. Я так люблю тебя, тю-тю-тю, - шутливо дразнилась рыжеволосая. — Ой, да иди ты, а! — шутливо скинула Лилит и столкнула Зельду с кровати. — Ай… — пискнула Зельда, потирая скулу и держа в руках из кармана её юбки зажигалку в форме острого клюва. — Деточка моя, ты в порядке?! — озабоченно воскликнула Лилит и опустилась на колени рядом с ней. — И почему я не удивлена, что по твоей совести меня снова повредил предмет, связанный с огнём? — передавала Зельда зажигалку в руки любовницы, поднимаясь вместе с ней на кровать и залезая под одеяло. — Мне нужно было растопить твой лёд, — сказала Лилит, снова обведя талию Зельды рукой и поцеловав её в кончик носа.