Тьма во мне: любовь сквозь мрак

Его величественная спина и перекатывающиеся на ней напряженные мышцы заставляли её задержать дыхание. После прочтения письма матери Мии, Виктор замер, и за казалось, длившиеся вечность две минуты, так и не шелохнулся. Конечно, ведь всё в его жизни и знании о прошлой жизни перевернулось сверх на голову. Вся правда о том, что Вуд и только Вуд, мать его Итан убил его родителей, как самый убийственный яд стекала в его мозг. Она неспешно заползала под воротник, зловеще шепча на ухо о «слепоте» и «доверчивости»; первую он допустил, доверившись байкам «заботливого дяди»... Он убил его отца и мать. Он убил своего брата. Он сделал это ради власти. Ради чёртовой власти. И теперь... Виктор дёрнулся, когда встревоженный голос его девочки ласково позвал его по имени. Уже третий раз. Ван Арт повернулся к ней лицом, такой напуганной, волнующейся за него, и как всегда красивой в свете ночи... Мужчина молчал, осматривая её как в первый раз. И пока Мия, горящая от его его взгляда, смущённая и растерянная одновременно, не могла подобрать слов, он думал о том, как она совершенна... как всё в ней идеально. — Я в порядке, Мия, — глухо отозвался вампир, взглядом находя её глубокие озёра. Мия слабо качнула головой и похлопала по постели рядом с собой. — Иди сюда, — мягко попросила она. Постель все ещё хранила его тепло, но ей хотелось, чтобы и он ощутил её тепло рядом с собой... всегда и везде. Даже больше, чем это было бы возможно. Мия привстала на коленки, удобнее устраиваясь на кровати, чтобы быть ближе к Виктору. Она ласково коснулась его лица ладонью и мужчина негромко выдохнул, приоткрывая свои губы. Её руки обняли его за талию, а голова легла на твёрдую грудь, когда она прошептала: — Посидим вот так пару минут? Прошептав на девичье ушко ласковое «конечно», Виктор обнял её в ответ. Она не станет спрашивать у него ничего: вся его реакция отразилась в одном только взгляде. Она не станет ничего расспрашивать насчёт дальнейших планов. Не станет ничего говорить о том, что его вековая ненависть к её матери, на самом деле была ошибочной. Нет, Мия поступит иначе. Она доверится, вот так просто и без всяких слов. Тишина и покой, которыми они наслаждались в объятиях друг друга, заговорщически зашептали о том, что такое мгновение должно длиться бесконечно... — Вместе мы справимся со всем... — едва раскрывая губы, проговорила Мия, скользнув щекой по его ключице. — Вместе... я намереваюсь разделить с тобой всю свою вечность, ты же знаешь это, детка? — так же тихо проговорил Ван Арт, не желая отпугивать тишину и покой, но у звенящего и задорного голоса Мии были иные планы. — Знаю? — искренно или наигранно удивлённо воскликнула девушка, заглядывая ему в лицо. — Впервые слышу о ваших намерениях, Виктор Ван Арт... Его густая черная бровь скептически возвысилась ввысь. — Ах, вот как... мое упущение... Дарнелл, — кривая усмешка скользнула по его губам. Его голос так и сквозил игривостью, и она была рада, что мрачность и тоска отпустили его на волю. Мия не могла не пропустить и уж тем более отпустить его насмехающееся обращение к себе. — Хм, у нашего ребёнка тоже будет моя превосходная фамилия? — Ты думаешь я позволю этому случится? — В смысле «позволишь»? — сурово нахмурившись, уточнила она, заставив его улыбнуться и вновь притянуть её вплотную к себе. Виктор склонился к Мии, провёл кончиком носа по её щеке, оставляя на ней трепетный поцелуй, а затем и ниже, в уголке губ. Мия блаженно прикрыла глаза, мысленно шепча, а может и наяву, что целовать нужно чуточку правее. Но с тем, как он заговорил, её голубые сапфиры мгновенно распахнулись. — Может и тебе уже пора взять мою фамилию? — он улыбался, но в глазах была серьёзность, от которой девушка опешила на секунду. — Это не смешно, Виктор, — пробормотала Мия, хаотично бегая глазами по его превосходному лицу, на котором появилась лукавая и такая, черт побери, сексуальная улыбка. — Почему же? — застав её в такое состояние, он теперь в открытую показывал своё веселье. Может то предложение тоже было легкой шуткой для поднятия настроения? — Для начала это не круто... — находясь во власти пристального взгляда девушка сделала паузу, — быть бегомотихой в свадебном платье моей мечты — это не круто! — То есть ты не против поменять свою фамилию на мою? — Я не против... вот только жаль, что наш малыш сделает это раньше меня. Искренний и такой счастливый смех Виктора заполнил собой все пространство комнаты. — А все потому, что ты не хочешь быть бегемотихой, — издеваясь, вскинул бровь мужчина. — Или как бы сказал Дастин — «жабанякой»... На этот раз сдержать громкий, безудержный смех не смогли оба. Они смеялись и следующие тридцать минут, сквозь боль в боку, игнорирую боль мышц лица. Они говорили и говорили о будущем, даже поразмышляли о имени для ребёнка, но пока не нашли подходящее. — Дастин думает, что у нас будет девочка... — поговаривает Мия, пальцами играясь с его волосами на затылке, — знаешь, он даже спланировал некий особо важный пунктик её жизни... — О, даже страшно думать какой именно? — Ну-у... скажем так... ты можешь не волноваться за парня для своей дочери... идеальная кандидатура уже нашла её. Выступившие удивление на лице Ван Арта ни с чем не сравнить. — После того, как ты мне это сказала, кажется, мне только и стоит, что волноваться, — глухо пробормотал мужчина, заставив девушку голосисто рассмеяться. — Услышь тебя Дастин, обиделся бы. — О, нам непременно стоит обсудить с ним этот вопрос. — Наш малыш ещё не появился на свет, мы даже не знаем девочка это или мальчик, а ты уже ведёшь себя, как серьёзный и строгий папочка. Ван Арт коснулся её живота через одежду и ласково погладил. — Значит, он думает, что у нас будет девочка? — сказав это, Виктор загадочно улыбнулся. — Ты что-то думаешь на этот счёт? Что-то чувствуешь? — широко распахнув глаза, поинтересовалась Мия. Уж слишком подозрительно молчалив и сосредоточен был Виктор, прислушиваясь к собственным ощущениям. Легкая улыбка тронула его губы, когда он заправил обрамляющие её лицо волосы за ушко. — Нужно набираться опыта, — пропустив её любопытные вопросы мимо ушей, поговорил он, возвращаясь к предыдущей теме. — Это лишнее, милый... ты и без него будешь замечательным отцом, — мягким голосом проговорила девушка, прислоняясь своим лбом к его. — А ты, Мия, уже самая замечательная мать на свете. Её глаза заблестели, а губы, знающие, что нельзя произносить эти звуки, беззвучно прошептали «я люблю тебя». И от понимания этого, Ван Арт на мгновение прикрыл глаза, глубоко вздыхая. — Я не обещаю тебе весь мир... я обещаю подарить тебе в нем счастье и покой, как только весь этот хаос закончится, — пообещал Виктор, утопая в любви её счастливого взгляда. — Как только весь этот хаос закончится... — шепотом вторила ему Мия, скрепляя нежным поцелуем данную клятву. Они, Виктор и Мия — продолжили наслаждаться своей идиллией в царствующем в настоящее время хаосе. Они разговаривали, целовались, смеялись, касались друг друга, стараясь не замечать, что уже светает, а солнце поднимается все выше и выше. И только когда Виктор уйдёт на рассвете, тоска на секунду отразится в её глазах, но его обещание вернуться заставит улыбнутся ещё шире и тихо прошептать ребёнку «Мы будем счастливы все вместе. Как только весь этот хаос закончится...»

***

— Ну вот, малыш проснулся. Спустя четыре месяца затишья, он наконец толкается... да ещё и как. Ты можешь почувствовать, какими щедрыми пинками он награждает меня, — я поймала ее руку и прижала к низу живота. Последовала пауза. По судорожному вздоху и последующему кратчайшему выдоху, я поняла, что Грэйс почувствовала ответное трепетание под своей ладонью. Я поняла это, но почему-то ощущала необъяснимую потребность спросить её об этом. — Чувствуешь? — Да... Последовал ещё один толчок мне в живот, скорее пяткой малыша, а затем тишина на несколько секунд, так неуловимо затянувшихся в минуты. А я все смотрела на девушку и задавалась тысячным вопросом о появлении всепоглощающей тоски и горечи в её глазах, таких же человечных, как и мои. Вампирша перехватила мой взгляд, бледная рука задрожала, когда она убрала её с моего живота. — Не знаю почему это проявляется, когда я с тобой, но я хочу поведать тебе свою историю, Мия... Я знала это — по её глазам видела, как остро она нуждалась в освобождении, получить которое она может только разделив своё горе с другими людьми... — И ты не представляешь, как мне это не нравится, — бледные губы, подведённые тёмным карандашом, тронула мимолётная усмешка, вот только веселья совсем не ощущалось. — Почему же, Грэйс? Разве есть что-то плохое в том, чтобы желать поведать другим людям свою историю? — Разве им есть до этого дело? Я свела брови на переносице, чуть опешив от резкого тона девушки, а затем медленно вымолвила: — Ты можешь позволить душе заговорить, если позволяет собственное сердце. Вампирша тяжело вздохнула, отворачиваясь от меня. Досадно поджав губы, переместила взгляд на её поникшую спину. — Я бы была не против тебя послушать... — помолчав пару секунд, вымолвила. И Грэйс решилась... её голос задрожал, как только она заговорила... — Ты была права... я не спроста так много знаю о детях. Я знаю все, так как сама пережила это... Я... — она глубоко вдохнула, набирая сил, чтобы признать своё самое ужасное горе, — я была беременна, но мой ребёнок так и не появился на свет... Мои опечатанные глаза забегали по бледному лицу Грэйс. Вдох так и застрял в её горле. Слишком шокированная услышанным, я не могла вымолвить и слова, понимая, что те давно потеряли для бессмертной значимость. — Виктор и Дастин нашли меня, полумертвую телом, но намертво убитую душой... Ван Арт пообещал спасти меня... он сказал, что сделает это, если я захочу. А я хотела, Мия... я думала, что если стану вампиром, моя дочь уцелеет... что она, как и я, обретёт спасение... если бы я только знала... если бы я только знала, что ничто её уже не спасёт... Я понимаю, что она хочет этим донести, не озвучивая вслух. Если бы она знала, что став вампиров, не спасёт дочь, она бы предпочла умереть вместе с ней... — Тара умерла, Мия, — её голос был полон горечи, которую не разбавило мучительно длительное время. — Моя маленькая не родившаяся дочка не выжила... я не сберегла её... не сберегла... — тихо шепнула Грэйс, и у меня оборвалось сердце. Слёзы покатились по её бледным щекам. Я чувствовала её боль словно свою. И она разрывала, разрывала и разрывала меня. — У меня был муж... мы были так счастливы, с нетерпением ждали появления на свет ребёнка. В день, когда... когда всё случилось, мы шли с магазина домой. Это были шестидесятые... улица, на которой мы жили была одной из самой спокойной и никто не мог бы подумать, что туда заявятся члены мафии... Они перестреляли всех прохожих, мы с Орландо... — произнося его имя, Грэйс тяжело сглатывает; мне хочется  дать ей передышку, но она продолжает, вновь произнося его имя, так тоскливо и тепло. — Мы с Орландо не успели укрыться, в него попали первым... когда он закрыл меня собственной грудью. Я помню его последний вдох и то горькое «прости, Грэйси», когда и я получила свою пулю под грудь... — О, Грэйс, мне так жаль, — шепчу я, плача вместе с ней. — И тогда, истекая кровью, я лежала в нашей крови, видя напротив его мертвое лицо, я знала, что скоро жизнь оборвётся или для меня... но прежде, чем это случилось появились они... Виктор и Дастин. Я не знала, что мы станем семьёй, нет, я и думать об этом не могла, но я рада. Я безбожно рада, что судьба свела нас вместе, что она подарила мне новую семью... и Мия... — переведённый на меня проникновенный взгляд заставил задержать дыхание, — не смотря на мое прежнее отношение к тебе и даже обиды, я уже давно приняла тебя в нашу семью. Я рада, что Виктор встретил тебя... — Я знаю, что ты не любишь все эти нежности, но сейчас ты пустишь меня обнять тебя? — попросила я. Грэйс выпустила слабый смешок, стирая слезы с щёк и неразборчиво пробормотала: — Кто сказал, что я их не люблю? Я кинулась к Грэйс, заключая ту в крепкие объятия. Хотелось разреветься ещё сильнее прежнего, когда вампирша вцепилась в меня руками, но проглотив слезы я сказала то, что должна была: — Я уверена, что придёт время и ты создашь свою семью. Т-ш-ш... — Грэйс зарыдала в голос от слов, которые проникли в самое сердце, пускай и метровое, но все ещё восприимчивое к чувствам, боли. — Все хорошо. Ты заслуживаешь это и получишь. — Но у меня больше никогда не будет детей... — она горько заплакала. Я обняла её ещё крепче, позволяя поплакать и восстановить дыхание, и только потом заговорила. — Ты можешь усыновить ребёнка. Если это того, чего ты хочешь, ты сможешь стать мамой и полюбить другое дитя, как своё. Тем более... мир уготовил нам сюрпризы, о которых никто и никогда и подумать не мог. Откуда нам знать, быть может существуют способы, а может и случаи, когда и вампиры могли зачать своё дитя? Пока я говорила то, во что искренне верила, Грэйс замерла и не дышала. Быть может подобные мысли уже посещали её голову, но она считала это безумием, с которым ей не справится? — Ты правда в это веришь? В то, что подобное возможно? — неверующе прошептала она. Совсем, как отчаявшийся ребёнок. Я слегка отстранилась, чтобы встретиться с её глазами и увиденное заставило меня улыбнуться сквозь слезы, застилавшие глаза. В её глазах искрилась, горела, пылала она. Надежда... — Грэйс, я никогда не верила в оборотней и вампиров, а в итоге? Мой любимый мужчина — вампир, лучший друг оказался оборотнем. Мы можем не верить в чудо, однако это не значит, что его не существует... — Значит, отныне я буду ждать своё чудо. — А может оно уже нашло тебя? — спросила я, внимательно заглядывая в её лицо. И по мгновенно переменившимся эмоциям, по тому, как она на секунду задержала дыхание, как ярче загорелись её глаза, я поняла, что мы подумали об одном и том же... О нем... О её чуде, которое я надеюсь, сделает её счастливой. Чудо, не оно ли это?! Хей, всем пламенный, пламенный привееет. Прежде чем, каждая из вас захочет закидать меня тапками, хочу сказать простите, простите. Это отсутствие без вестей, так резко и внезапно... стыдно. Меня саму все это ужасно гложило, но мне пришлось выбирать и увы... я не смогла совместить свою подготовку к экзаменам и своё творчество🙈 Я была с вами на связи в последний раз где-то 7-10 апреля. Ох, блин... если посчитать , то почти 3 месяца , верно? И когда я зашла сюда... у меня от волнения дрожали руки и екнуло сердце и количества оставленных вами сообщений и отзывов💔 я читаю их и понимаю, что у многих появился страх, что автор забросил книгу. Честно, если очень честно, в моменты отчаяния, меня дважды посетила эта мысль. Всего на секунду, ведь я сразу прогоняла её, одно твердя, что закончу. Я доведу ее до конца, который спланировала ещё полтора года назад, когда только начала писать её. И знаете... это самое чувство, когда ты села вновь писать — его не передать словами, не сравнить ни с чем. Вот просто представьте себе отдельный мирок, в нем есть дверь, и когда ты переступаешь её порог, ты будто чувствуешь , что дышим другим воздухом, что ходишь по совершено иной земле. Будто все другое... вот и мое возвращение было таким. Сколько же мыслей посещали мою голову. «А не изменился ли мой слог?» «Я точно пишу также , как и раньше?» «Вдруг что-то изменилось и моим читателям не понравится?» «Меня не было так долго, вдруг я потеряла своих читателей...» вы не представляете, какое это безумие. мысли, мысли , мысли. я так люблю думать, но так не люблю мысли. хех, истинное безумие. но теперь я вернулась. Вернулись Виктор и Мия. Макс и Грэйс , ну и конечно же Дастин. мне бы сейчас в жизни такого Дастина... я хочу вам немного рассказать о своих двух сложных месяцев, надеюсь вы не против?) знаете, девчат, ЕГЭ это не так страшно, как говорят. Да, это волнение, да, это переживания и нервы, но если ты учишься , если ты знаешь, то это не ужасно... я была абсолютна спокойна до экзаменов и во время, правда жуть как переживала за химию. и результаты меня огорчили... многие говорят «ой жа что ты там о цифрах переливаешь, радуйся что прошла». вы серьёзно? да, я безумно рада, что набрала проходной, но я занималась, я это заслужила собственным трудом, собственными стараниями. Я СТАРАЛАСЬ, Я УЧИЛАСЬ. и я имею полное права расстраиваться своими результатами, если набрала проходной, но не тот, на который рассчитывала. мои пробники были +75. после экзамена, я молилась и думала, что будет 68. вот просто сидела эта цифра в голове и все. но и её не оказалось. каких 49 баллов. и мне говорят, «радуйся, что проходной есть» , так и хочется захлопнуть все рты... в общем, этот этап пройден. я все сдала. теперь я больше не школьница, а почти студентка. я лишь хочу сказать своим читательницам, которым предстоит с этим столкнуться. девочки, занимайтесь, ведь ваш результат зависит от вас. и самое главное, ползу вас — не переживайте, не нервничайте, если вы доверяете себе и своим знаниям, все у вас будет отлично🙏🏻 что касается моего лета... оно началось только в июле) ну что ж нужно привыкать, ведь когда стану студенткой буду отдыхать только 2 месяца🌞 у меня появился небольшой список плана, выполнять который я уже начала... провериться у окулиста ✅ начать лечение глаз✅ лечение волос ✅ закупиться на SHEIN ✅ устроить пикники (очень скоро) пробежки по утрам (завтра же начинаю) и есть ещё много чего, что я хочу успеть за лето... и я хочу пожелать вам безумного, счастливого лета! чтобы все задуманные планы стали сбывшимися моментами и вечными воспоминаниями. я к вам с новой главой и надеюсь, неплохой🙈 в ближайшие дня 2 постараюсь выпустить ещё одну.. хочу сказать... я безумно по вам скучала... ♥️