Чёрный Замок

      Марлин тяжело вздохнула — но этот разговор не требовал отлагательств. К счастью, тот кто ей нужен, всегда было легко найти. Тяжёлым шагом она направилась в Библиотеку.       Мадам Пинс, по привычке, недовольно уставилась на неё, но Марлин не обратила на библиотекаря никакого внимания. Она точно знала, что тот, кого она ищет здесь.       Подойдя к одному из дальних столов, она набрала побольше воздуха в лёгкие и спросила: — Ничего сказать не хочешь? Регулус даже не удосужился повернуться к ней лицом, что ещё больше разозлило Марлин, продолжая что-то искать в древнем фолианте. — Я не разговариваю с грязнокровками — холодно бросил он. Марлин оторопела от такого — но тут же взяла себя в руки. «Соберись — велела она себе — он же слизеринец, чего ты от него хочешь?!» — Что случилось? — пронзительный голос мадам Пинс тяжело с чем-то перепутать. Марлин уже собиралась просветить её во всех подробностях, что случилось, но Блэк оправдал репутацию своего факультета — всё же он прекрасно понимал, что на отработку это оскорбление потянет. Чуть потупив взгляд, он вежливо улыбнулся библиотекарю: — Прошу прощения мадам Пинс — у мисс возник срочный вопрос ко мне, но уверен это не надолго. Если это возможно, прошу Вас, пожалуйста, не убирайте «Первичную Алхимию» — я надеюсь, что успею сегодня закончить. Библиотекарь расцвела: — Конечно, мистер Блэк… только не забывайте, что глазам нужен отдых — Вы слишком много читаете. — Благодарю, мадам — Регулус вежливо улыбнулся ей, как и подобает аристократу. Марлин во все глаза глядела на это — нет, она конечно слышала, что Эванс смогла найти общий язык с Филчем и Марлин считала это результатом крайней занудливости Лили и её нелюбви к Марадёрам. Но чтобы так нормально общаться с Пинс… Словно в подтверждение её мыслей, библиотекарь вновь одарила её хмурым взглядом: — А вы, юная мисс, могли бы и поучиться хорошим манерам! Регулус чуть улыбнулся её замечанию и жестом «пригласил» Марлин выйти.       Когда они оказались за пределами Библиотеки он резко повернулся к девушке лицом и, слегка растягивая гласные, спросил: — Что ты хочешь, грязнокровка? — Не смей так говорить со мной! — вскинулась было Марлин. Но от насмешлиго-холодного взгляда тёмных, серо-зелёных глаз, ей стало как-то не по себе. — А как мне с тобой разговаривать? Кто ты? — вновь насмешливо протянул юноша. — Я знаю наизусть все родословные священных двадцати восьми — тебя там нигде нет, даже как бастарда… — Какого чёрта ты написал родителям что мы с Сириусом встречаемся?! — не выдержала Марлин. — Это не твоё собачье дело! Регулус поморщился и сел на подоконник в коридоре — очевидно понял, что за пару минут они не закончат. Грязнокровкой он МакКиннон не назвал в очередной, но ему это очень хотелось сделать. — Это моё дело — и раз ты непременно хочешь проассоциировать меня с каким-либо животным, то пускай это будет змея. Всё же это символ моего факультета. Хотя, тебе как грязнокровке — слизеринец не смог отказать себе в удовольствии — это может быть невдомёк. — Я не полная дура! — вскричала Марлин закипая всё больше. Ей надоело, что этот высокомерный чистокровный мальчишка всё Время обливает её грязью, но в глубине души она была готова к этому. «Просто он, как и любой Блэк, умеет выводить из себя» — успокоила она себя. Однако Блэк смерил её таким взглядом, что всё её напускное спокойствие улетучилось в момент. — Не дура? — с издевательской ухмылкой спросил он.  — Если бы ты была не дурой, то этого разговора бы не было. И уж точно ты бы не стала приписывать мне собачьи дела. Это несколько по части Сириуса. Так что ты самая настоящая гряз… — Не смей! И вообще, ты так и не ответил — какое ты вообще имеешь право вмешиваться в нашу с Сириусом совместную жизнь?! Тоже хочется, да друзья по факультету не поймут, да? Регулус с усмешкой рассматривал её — где-то, краем сознания, Марлин понимала, что ему доставляет некое саддиское удовольствие даже её внешний вид — покрасневшая, растрёпанная, гриффиндорский галстук неопрятно перекошен. Но остановиться она была не в силах — что заставляло её злиться всё сильнее, словно само присутствие младшего Блэка вызывало в ней волну ярости. Откинув голову назад, и тем самым откидывая очень длинную чёлку со лба — всё же, как аристократ, он не мог при ней дотронуться до волос — Регулус тихо рассмеялся: — Если мне действительно нужна будет такая подруга — он чётко выделил это слово голосом — то поверь, об этом никто не узнает. А возвращаясь к твоему вопросу… что ж, ты не права, это и моё дело тоже… — По какому праву?! — Потому что есть золотой закон чистокровных: Семья превыше всего! — впервые Блэк тоже поднял на неё голос — Нравиться тебе это или нет, но Сириус — мой брат, а значит я имею полное право прогнать тебя взашей, если вижу все твои корыстные намерения насквозь! Марлин оторопела от такой наглости — она просто не могла поверить, что двенадцатилетний мальчишка так рассуждает. Почему-то в голове пронеслась мысль, что все Блэки — сумасшедшие. И не всегда в хорошем смысле этого слова. Чуть успокоившись, Блэк продолжил с ехидцей, периодически щуря глаза и с явным удовлетворением наблюдая за реакцией Марлин: — Думаешь, ты первая кто изображает героиню, способную поддержать богатого юношу из знатного Рода? Ты действительно настолько наивна? Можешь не утруждать себя ответом — это риторический вопрос… — О чём… что ты говоришь?! Мы с Сириусом любим друг друга — деньги тут ни при чём! — гриффиндорка уставилась на него во все глаза. Регулус невесело усмехнулся, и чуть повернув голову посмотрел в окно. Наконец он медленно произнёс: — Ты же понимаешь, что в Род тебя никто не введёт? — Из-за таких вот чистокровных снобов! — Опустим причины почему — ты всё равно все не поймёшь… — Да уж, куда мне! — не выдержала Марлин. — То есть, если ты действительно говоришь про неземную любовь — как ни в чём не бывало продолжил Блэк — то ты сразу догадывалась, что единственный для вас вариант быть вместе — это Сириусу самому стать изгнанником… — Ему же лучше! Подальше от вас всех! Левая бровь слизеринца застыла в неповторимом изгибе: — О, как интересно! То есть, я правильно тебя понимаю — я не имею права оберегать наследника моего Рода от ошибки, но ты — без рода и племени — имеешь полное право решать за него? Интересно, тебе не кажется? — Нет, потому что я — его люблю, а для вас — он всего лишь наследник, который должен привести правильную девушку в дом! Регулус чуть склонив голову на бок, выслушал её праведную речь. Затем задумался на пару секунд и абсолютно спокойно произнёс: — Чего я вообще трачу Время на разговор с тобой? Судя по твоей выдающейся логике, этот разговор априори бесполезен. Он собирался было уйти, но Марлин не дала ему этого сделать, резко схватив за рукав мантии. — Так просвети меня! — в гневе потребовала она. — Убери руки прочь — тихо прошипел Блэк — только сейчас в его левой руке Марлин заметила палочку, направленную на неё. Отпустив рукав, она выжидательно уставилась на него, хмуро скрестив руки на груди. Регулус вздохнул и зло ответил: — Потому что это дорога в один конец! Не перебивай — хотела услышать, в чём причина, так слушай! Если Сириус уйдёт из Рода, то прежде всего его накроет магический откат — за предательство. Род предавать нельзя, нельзя будучи Наследником взять и уйти! — Ты есть! Разве тебе не хотелось бы этого? Блэк смерил её таким взглядом, что Марлин сочла за благо промолчать. — Я не старший сын — тебе разницу не понять, но Наследником недаром становился старший сын — всё же «объяснил» он. — И главное, что бы вы делали? Допустим золото у вас бы было — есть тот, кто смириться с любым выбором Сириуса. Но мракоборцем его не возьмут — из-за фамилии прежде всего… — Даже если отречётся? — Даже если. А если и возьмут, чтобы был козёл отпущения — опять же из-за фамилии… И если его за это заточат в Азкабан, как ты его спасать будешь? Уверен, что не будешь — на то золото, что останется, уедешь куда-нибудь. — Да я даже к Дамблдору пойду, если такое произойдёт! Он точно поможет! Регулус покачал головой и горько усмехнулся: — Помяни моё слово, Марлин — рано или поздно, тебя убьют. Наши или ваши — но с твоей непроходимой тупостью ты долго не проживёшь. Он уже собирался уйти, и почти дошёл до дверей Библиотеки, когда его настиг злой окрик: — И что, в этом твоё хвалёное воспитание?! В том, чтобы унизить меня и уйти?! — Только моё воспитание позволило мне вообще снизойти до разговора с тобой — искренне надеюсь, что следующая избранница Сириуса будет не настолько жалкой — последовал надменный ответ. Не сдержавшись, Марлин в слезах бросилась прочь по коридору.