Чёрный Замок

      Есть абсолютно неизменные вещи — а именно, умение сов попадать письмами и газетами по самым жирным тарелкам, и потом с самым невозмутимым видом выклянчивать печенье или кусочек тоста. Совы.       Джеймс ловко перехватил конверт, который был готов приземлиться аккурат на блюдо с беконом и глубокомысленно заметил: — И Лили ещё говорит, что квиддич не формирует жизненные навыки…       Люпин улыбнулся и потянулся за упавшей рядом газетой. Пока он её разворачивал, Сириус, щедро разбавляя чай сахаром, продолжил долгий разговор, который носил гордое кодовое наименование «Вредная Эванс». — Понимаешь, Джим… Лили — девушка воспитанная вдали от нашего прекрасного мира. Она просто не может понять, как ей повезло, что столь благородный рыцарь обратил на неё своё внимание… Она же не какая-нибудь там Булстроуд или Нотт, которые млеют только от одной твоей улыбки, и даже не доходят взглядом до галстука. Но ведь именно это и вызывает у тебя глубокую симпатию по отношению к Лили! Теперь тебе нужно понять, что может вызвать ответную реакцию у мисс Эванс по отношению к твоей нескромной персоне! — Хочешь сказать, что Лили просто не знает какой я на самом деле? И всячески ассоциируюсь у неё с представителями змеиного факультета? — невесело поинтересовался Поттер, пряча письмо в сумку. — Почти… — начал было Сириус, но Рем прервал его: — Ребята, посмотрите! Он протянул им газету — среди обилия «пустых» новостей вкралась крошечная заметка, что прошлым вечером опять было нападение на Отдел Тайн. — «Нападавших не опознали, так как они были под чарами» — прочитал Джеймс — Что за бред?! Туда проникнуть — это уйма сил потребуются, должны были остаться характерные магические следы! Такое же не каждому под силу! — Вопрос — зачем? — Блэк нахмурился и пробежался глазами по заметке — и зачем так об этом писать? — Как так? — не понял его Джеймс. — Вроде сказали, и в тоже Время — нет. Это не на первой полосе — просто небольшое сообщение без лишней информации и даже сплетен. Хотя, можно же было раздуть такой скандал! — Ждут реакции читателей? — неуверенно предположил Рем. — Ведь если они Министерство сразу напишет, что кто-то копается в их самом тайном отделе… — Тогда как вообще это сюда попало? Они не знали, что «Пророк» печатает? — удивился Джеймс. — И зачем вообще лезть в Отдел Тайн? — спросил Сириус — Чисто исследовательский интерес? — Может и так — к ним обернулся Фабиан Пруэтт — посмотрите на дальний от нас стол — там таких «исследователей» хватает. Джеймс пробежался взглядом по Слизеринскому столу — выглядели они, как обычно, подозрительно. Все в Большом Зале тихо перешёптывались, обсуждая это происшествие, только там по-прежнему сидели надменные аристократы с масками вечного презрения, никак не реагируя на происходящее. Сириус тоже поднял на них взгляд, но покачал головой. — Не думаю — это скорее по части равенкловцев. Они как-то больше у меня ассоциируются с желанием проникнуть во всевозможные тайны. — Ого, Сириус, смотрю ты стал более высокого мнения о наших чешуйчатых друзьях? — Гидеон распрощался с миловидной студенткой-хаффлпаффкой и сел рядом с братом. В ответ на это замечание, Блэк лишь фыркнул: — Нет, но если нам Дома очень не хватает приключений, то есть как минимум Родовая Библиотека. И то, до конца нашей я даже не дошёл, застряв где-то в начале. Уверен, что у вас, что у наших «друзей» — он кивнул в сторону слизеринцев — такая же красота. Зачем куда-то лезть? Близнецы переглянулись. — Мысль, конечно, интересная… — начал Фабиан. — … но мне кажется, что Библиотека это совсем не то место, где мы бы проводили бы своё свободное Время — закончил мысль Гидеон. — Это потому, что вы — гриффиндорцы — усмехнулся Джеймс — а мы сейчас говорим про строго противоположный факультет. — Не стали бы — того количества книг, что там храниться, хватит на несколько десятков лет беспрерывного чтения. И к слову, слизеринцы и книги — тоже не самые близкие друзья — закончил мысль Сириус. — Откуда столь глубокие знания слизеринской психики, Блэк? — фыркнул Гидеон. — А вас житьё с тётей Лукрецией ничему не научило? — не удержался от колкости Сириус. Судя по тому, как синхронно-нервно дёрнулись оба близнеца, стало ясно, что он попал в цель. Ремус тоже это заметил, и вернулся к прежней теме: — Но ведь домашняя библиотека — это одно, а в Отделе Тайн наверняка храниться что-то более … необычное. Гидеон прокрутил в руке свою палочку и чуть помедлив произнёс: — На самом деле — Блэк прав… Даже у нас там хранятся далеко как не безобидные вещи, те же книги… что уж говорить про других… — Поэтому едва ли в Отделе Тайн есть по меркам наших «святых» что-то радикально новое — скорее всего, там просто немного обо всех — поддержал его Фабиан. Сириус пожал плечами и уже был готов сделать глоток чая, как вдруг Джеймс резко стукнул ладонью по столу: — Вот зачем! Очевидно, кто-то ищет что-то, что можно использовать против других! Какие-то знания! Иначе делали бы это в открытую! На несколько секунд вокруг них воцарилась тишина. Поттер наслаждался триумфом — ведь как они сразу не догадались! Но тут Сириус всё же допил свой многострадальный чай и ехидно заметил: — По твоей паранойи даже Грюм плачет… Учитывая степень «ранимости» наших, то навредить можно и сплетней, главное использовать её с умом. Учитывая, что почти все великосветские личности — слизеринцы, то особой проблемой это для них не является. Тем более, скажу честно — будь это Гринготтс, я бы поверил во что-то по настоящему опасное. Но отдел Министерства — разве что «секретные материалы» какие снобы-чистокровные по каким дням неделям какие магловские заведения посещают. Не более. Рем покачал головой, но спорить не стал — ему всегда казалось, что Отдел Тайн не зря так называется. Но с другой стороны, Сириус мог оказаться прав — он точно знает несколько больше про работу Министерства, пускай только по рассказам родственников. — Ладно, господа Гриффиндорцы — сказал Фабиан, вставая из-за стола — у нас первый урок с нашим деканом… — …а перед этим мы бы хотели завершить одну небольшую шалость — поддержал его Гидеон — по сим, просим нас простить, но мы вынуждены откланяться. Джеймс и Сириус расплылись в одинаковых улыбках: — Шалость — дело святое… — Не смеем задерживать. Когда близнецы оказались вне зоны слышимости, Ремус тихонько произнёс: — Искренне надеюсь, что их шалость не сводиться к тому, чтобы оставить открытый пузырёк валерьянки в кабинете МакГонагалл… Сириус с изумлением посмотрел на друга: — Я и не подозревал, что ты такой злобный гений, Лунатик… — С виду — не белый, но пушистый — весело поддержал их любимую шутку Джеймс. Люпин лишь с улыбкой покачал головой — как он понял, есть два типа волшебников — первые вечно избегают его, вторые — неизменно шутят про его «пушистую проблему». Третьих он пока ещё не встречал, но наверняка и такие тоже есть. В этот момент над их головами пронёсся угольно-чёрный филин и громко, недовольно ухнул. Джеймс с удивлением посмотрел на птицу, а Сириус тут же согнул руку, давая ему сесть и недовольно поморщился, когда филин крепко сжал его руку когтями. — Я без перчаток, а мои родители не сильно обрадуются виду крови под твоими когтями — предупредил он. Филин лишь высокомерно воззрился на юношу — сказывалось, что его хозяева — Блэки. — И с каких это пор, твои родители пишут тебе?! — изумлённо поднял брови Джеймс. Рем тоже внимательно наблюдал за реакцией друга — тот не казался удивлённым или потрясённым, складывалось ощущение, что он знал о письме заранее и ждал его. — С таких пор, как у меня появился вопрос — недовольно ответил Сириус. Его недовольство было вызвано тем, что он никак не мог отвязать письмо от лапы птицы и приглядевшись, Джеймс понял в чём дело — к лапке было привязано два сплошь чёрных конверта и когда Сириус даже ненароком касался одного из них, филин не стесняясь тюкал его клювом.       Отбросив со лба мешающую чёлку, Блэк пригрозил: — Заколдую, если не отдашь. — Не стоит, на нём зеркальная защита — произнёс мягкий голос рядом. Сириус резко обернулся — будучи полностью поглощённым неравной борьбой со своенравной птицей, он игнорировал всё происходящее вокруг. А этот голос он уже не слышал недели две как, хотя и обещал, что так делать не будет. — Здравствуй, Регулус — вежливо поздоровался с ним Люпин, Джеймс лишь кивнул. Младший Блэк помедлил секунду, но всё же поздоровался в ответ и повернулся к брату. Сириус хмуро глянул на него. — Злыдень не отдаёт письмо — пожаловался он, понимая как по-детски это звучит. — Угости его тостом — отдаст. Он же тоже есть хочет. После угощения филин выглядел не столь недовольным, но письмо по-прежнему не отдавал. — Наглый птиц, имей совесть — возмутился Сириус. — Это взаимоисключающие понятия, тебе не кажется? — осторожно спросил его брат, приглядываясь к письмам. — Не кажется… как ты отвязал письмо?! — Я взял своё — теперь у него осталось только твоё, значит он его отдаст тебе в любом случае. Сириус отвязал своё многострадальное письмо и как только филин выдвинулся в обратный путь, удивлённо воззрился на Регулуса. — Как ты понял, где чьё? — Посмотри внимательно и сам поймёшь — Регулус протянул свой конверт брату. Сириус пару секунд разглядывал оба конверта, а потом кивнул: — Оригинально. Буду иметь в виду на будущее. Хорошего дня, Регулус. Блэк лишь грустно кивнул и ушёл, по дороге разворачивая своё послание. Глядя на него, Сириус сам недовольно нахмурился. — Обиделся… — тяжело вздохнул он. — За что? — изумился Джеймс. — Я всё же обещал, что хоть периодически буду с ним общаться — а это первый раз, с момента приезда. — Он же не маленький, чтобы с ним всё Время кто-то был рядом — возмутился Поттер. — Джим — Сириус поднял на него взгляд — уж лучше этот «кто-то» буду я, чем он будет проводить больше Времени в компании Розье и Мальсибера. Тем более — он прав… В конце концов, я понимаю что тебе может трудно это понять, но недостаток общения со мной может плохо сказываться на неокрепшей психике. — Скромность — это твоё второе имя — не удержался от лукавой улыбки Люпин — но расскажи, как вы поняли, кому какое адресовано? Там же два одинаковых чёрных конверта… — Они подписаны? — выдвинул своё предположение Джеймс, глядя как Сириус вытаскивает из конверта плотный чёрный лист бумаги. — Не совсем, они написаны разными чернилами — Блэк уже начал читать и ответил несколько туманно. Ремус и Джеймс переглянулись, очевидно ожидая что хоть кто-то один из них понял, в чём заключалась разница. Сириус краем глаза заметил их переглядывания и объяснил чуть нормальней: — У меня письмо написанное золотыми чернилами, у Регулуса — серебряными… Конверты не подписаны, но на каждом изображён наш Герб. А так как в оригинале он в большей степени чёрный, то на конвертах его изобразили тоже соответствующим цветом чернил… — По какому принципу выбирали цвета? — удивился Джеймс. — Можешь об этом спросить кузину Вальбургу лично — съязвил Сириус. — А филина действительно зовут Злыдень? — не удержался от вопроса Люпин. — Нет, это я его так назвал за характер… Джеймс подозрительно уставился на письмо — обычно Сириус никогда не читал при ком-то письма, особенно от своих родителей — но почему-то сейчас изменил своим принципам. Хотя, по мере чтения, он хмурился всё больше и больше. — Что-то случилось? — как бы в невзначай поинтересовался он у Блэка. Сириус спешно огляделся по сторонам и наклонившись поближе к друзьям негромко произнёс: — По итогам этого лета… скажем так, мне родители задолжали одно желание. На мой выбор, но в порядке разумного. Учитывая, что они — потомственные слизеринцы я сначала отнёсся с некоторым скептицизмом к их великодушному предложению. Но сейчас решил попробовать — вдруг получится. Дело в том, что моя мать хорошо знает директора Дурмстранга… — Дай угадаю — они хотели чтобы ты там учился — заметил Джеймс. — Не совсем… точнее совсем нет, но это не столь важно. А я подумал — учитывая, что там почти все детишки — как наши змейки, снобы редкостные, то у их благородных родителей точно должен быть какой-то способ с ними связаться… — И?! — Ремус и Джеймс во все глаза уставились на него. — В том-то и дело — невесело усмехнулся Сириус — что Питер Петтигрю не поступал к ним ни под собственным именем, ни под вымышленным. И никто в этом году из Хогвартса не переводился. — Но… а ты уверен, что тебе дали честный ответ? Ведь не мог он просто так исчезнуть?! Сириус кивнул: — Maman предвидела, что я обвиню её в утаении информации, и поэтому приписала, что постаралась найти Перигрин Петтигрю… Оказывается, мать нашего Питера училась на Слизерине! — А ты уверен, что это не враньё? — недоверчиво спросил друга Джим. Рем тоже кивнул в знак согласия. — Уверен — ответил Сириус — они дали клятву, что выполнят всё от них возможное. Это конечно не Непреложный, но я сильно сомневаюсь, что родителей бы обрадовала перспектива магического отката. — И что сказала мисс Петтигрю? — Ремусу почему-то становилось не по себе, когда он задумывался о том, где бы мог находиться Питер. — Самое удивительное — её тоже не нашли… Такое ощущение, что они словно испарились. Пару минут они сидели молча. Завтрак подходил к концу и многие ученики уже тянулись к аудиториям. — Пошли, а то опоздаем — заторопился Люпин. — Лунатик, у нас История Магии — уверен, Бинс переживёт урок без нашего общества — фыркнул Сириус — Когда он уже уйдёт на пенсию — мечтательно протянул Джеймс. — Что мы вообще знаем про родителей Пита? — спросил Сириус, прогуливаясь с Джеймсом вдоль Озера. Они уже давно заметили, что здесь безопасней всего прогуливать уроки. Наверное, у Профессора МакГонагалл было достаточно много от её анимагической сущности, поэтому здесь она своих учеников не искала. Или же Профессор Бинс весьма тонко намекнул ей, что он более чем согласен проводить урок, без господ Блэка и Поттера, и искать их не обязательно. Джеймс поправил сползающие очки и привычно взлохматил волосы. — Помогло? — не удержался от колкости Сириус. — Не особо — честно признался Джеймс — вы же с Питом всегда мастерски уходили от ответа, когда это касалось семьи. — Было бы о чём хорошем рассказывать — буркнул Блэк. — Не злись — Джеймс похлопал друга по плечу — видишь, это оказывается полезным, рассказывать об этом. — Ладно, вернёмся к теме Пита — есть хоть какие-то идеи?.. Джеймс задумался на пару минут, а потом неуверенно произнёс: — Если Перегрин Петтигрю училась на Слизерине, и по статусу крови Питер — чистокровен… Сириус резко остановился, во все глаза глядя на Джеймса: — Джим, это значит, что его отцом может быть… — … скажем так, у Питера могут быть родные братья-сёстры на Слизерине. Только как понять, кто именно? — Просмотреть выпуски? — неуверенно предложил Сириус — Может это кто-то, с кем она училась вместе? — Богатая мысль — учитывая, что у тебя примерно двадцать восемь вариантов — весело фыркнул Джеймс. — Некоторых можно сразу исключить — например мою семью… Лестрейнджей наверное тоже — по Времени, Герцог Ренальвё уже встретил Диану Эйвери. — История про их любовь, вселяет в меня надежду, что однажды мы с Лили будем вместе… — Конечно будете — поддержал друга Сириус — в каждом поколении должна присутствовать столь яркая пара. За те полчаса, что они провели гуляя вокруг Озера, Сириус и Джеймс успели обсудить Лили («в очередной раз!» подумал Сириус), придумать пару-тройку новых авантюр, как минимум две из которых предполагали невольное участие слизеринцев, и прикинуть, кто именно мог бы являться родственником Питера. — Может, Роули? В конце концов, неуклюжесть — черта семейная… — усмехнулся Джеймс, выдвигая очередную догадку. — Постой — вдруг серьёзно заметил Сириус — ведь Роули тогда пытался пошутить за наш счёт, помнишь? Откуда он знал, что Питер больше здесь не учится?! — Подслушал наш разговор с МакГонагалл? — предположил Джеймс. В ответ Сириус слегка поморщился: — Брось, ему ума бы на это не хватило. Там же злоба через край плещет, но в изощрённых кампаниях он не мастер. — Тут ума много не надо… — Ладно, посмотрим что скажет Лунатик, по итогам посещения Библиотеки. — Что книжек много не бывает — предположил Джеймс направляясь к замку. В замок друзья зашли ровно с ударом колокола — Филч благоразумно сделал вид, что он этого не заметил. Он с начала этого года вёл себя крайне подозрительно, постоянно бегая в свой кабинет. Дамблдор, по итогам общения с Хагридом, уже опасался самого страшного. — Нужно как-то нанести на карту и кабинет Филча, причём вместе со всем содержимым — предложил Джеймс, глядя как сквиб исчез из поля зрения в рекордные сроки. — Я готов поломать голову на Чарах, но придумывая что-нибудь более практичное — скептично отнёсся к этой мысли Сириус — например, как не получить выговор от Эванс, что мы прогуляли урок… — Шикарная будет староста — мечтательно улыбнулся Джеймс. Сириус лишь покачал головой и уже собирался сказать что-то по этому поводу, но его окликнули: — Блэк! На встречу к ним шла Таура, с привычным хмурым выражением на лице. Для извечно-надменных слизеринцев это было довольно нетипично, как впрочем и сама Таура — Сириусу она чем-то напоминала кузину Беллатрикс, а именно любовью к дуэлям. Более нетипичным представителем Слизерина стала лишь Эвелин Розье, капитан нынешней факультетской сборной по квиддичу. — Чего тебе, посланник Ада? — спросил Сириус, догадываясь, что по собственной воли Таура и близко к нему не подошла бы. Но за ней уже закрепилась определённая известность, как колдуньи, которая способна найти кого угодно и где угодно. — Поттер — хмуро кивнула она подходя ближе. Поттера не любили все слизеринцы, без исключения, ограничиваясь порой лишь сухим приветствием. Переведя взгляд обратно на Сириуса, слизеринка продолжила: — Тебе письмо от кузины Нарциссы и приглашение зайти вечером на … пускай это будет чашка чая — она протянула ему небольшой свиток, перевязанный шёлковой зелёной лентой — это парный пергамент, все детали обговоришь с Нарциссой уже самостоятельно. — С чего вдруг мне посещать ваш серпентарий? — фыркнул Сириус, пристально глядя в глаза собеседнице — Я вроде удачно лишился этой возможности четыре года назад. — Да, и с тех пор ты у нас ни разу не появлялся — с явным сарказмам заметила Таура. Джеймс, на её слова, тихо хмыкнул — в прошлом году они оставили Рождественский подарок для слизеринцев, в лице рычащей львиной статуэтки, которую невозможно было убрать простыми чарами. Правда её потом всё равно кто-то убрал, но это уже детали.