Боль и бинты

      Чёрная портупея поверх чёрной рубашки сильно сдавливала плечи, спину и грудь. Два пистолета, прикрепленные к ремням, показались тяжелыми Гранате. Низ тела крыли чёрные классические брюки. Поверх всего накинут одолженный у Дазая плащ. Ох, и будут же его края волочься по земле, по грязному тротуару. Очки отложены в чемодан — какой толк носить их вечером, когда сядет солнце? Прятать за ними глаза от уличных фонарей?       Чтобы стать более-менее похожей на парня Граната нарисовала густые белые брови, выделила скулы.       «Дьявол, лишь бы не появились прыщи от этого тонального покрытия…» — молилась она, кружась у зеркала.       — Как я выгляжу? — взволнованно спросила девочка у вошедшего в номер Осаму.       — Неплохо, — ответил исполнитель Мафии, закрыв дверь. Его взгляд, полный неугасимых веселости и беспечности, сверху-вниз проскользнул по фигуре хозяйки номера, — Только не сразу понятно — парень ты или девушка. — Он плюхнулся на край мягкой постели, а от его слов Темплин непонимающе вскинула брови, — Есть одновременно и женские и мужские очертания.       — Что ж… — перевела взгляд с пола на предмет симпатии Граната.       Она впервые видит Дазая не в классическом черном костюме, а в нежно-голубой рубашке и синих брюках, среди которых выделяется бордовый галстук. На лице отсутствуют бинты, что верно прятали его вполне здоровый карий глаз. А вот под рубашкой свежие бинты чуть были заметны.       «Дьявол, ну как тут можно не засмотреться на тебя, а, Осаму? Ты прекрасен везде.» — губы дрогнули в мимолетной усмешке.       — Скажи, а под одеждой у тебя тоже бинты есть? — осознанно озвучила вопрос Темплин, отведя глаза на свое отражение в зеркале и начав поправлять волосы с фирменным выражением лица.       Внутри нее слились воедино смущение за столь откровенный интерес и гордость, что она смогла произнести.       — Есть, — сразу же ответил Дазай с веселой усмешкой, — Когда-нибудь покажу.       Глаза Гранаты непроизвольно стали шире, а руки остановились в движении.       «Не ожидал, что ты так ответишь… Ответный флирт?» — мелькнула мысль в девичьей голове.       На слова Осаму девочка деликатно промолчала — продолжила возиться с прической, и наконец-то большая часть волос лежит на правой стороне. А тем временем исполнитель преспокойно сидел и ожидал коллегу, разглядывая белый потолок. А как только Граната сотый раз поправляла ворот рубашки, он уставился на неё, с хитрецой улыбаясь.       — Что-то не так, Дазай? — вопросительно взбросила бровь Темплин, усадив на голову чёрную шляпу с широкими полями.       Парень пока ничего не отвечал — внимательно взирал, редко моргая и лукаво поблескивая глазами.       — Дазай?       Семечко страха и волнения поселилось в груди Гранаты.       В номере раскатился негромкий звучный смех Осаму.       -Дьявол тебя побери, Дазай, — сквозь зубы говорила Граната, уже спиной стоя к зеркалу, — или отвечай на мой вопрос или настраивайся на рабочий лад и мы шагаем к господину Мори. Ты мне не нравишься.       Смех мигом утих, лицо стало будто бы отстраненным, серьёзным как никогда. Осаму встал и произнес:       — Сначала я думал о повешении на ветви сакуры с красивой леди, а потом внезапно вспомнил смешной случай с Чуей, — холодность его тона явно крыла собой его обиду.       — Что ж, вот как… — с максимальным равнодушием промямлила Темплин, открыв дверь.

***

      Плавно вечерело. Тэцухиро наблюдал из окна разноцветные яркие неоновые цвета вывесок, что пристроены к высочайшим зданиям, также мимо стремительно проносились машины. Иногда британец краем глаза грустно поглядывал на Дазая — они так и не проронили слова друг другу, как сели на заднее сидение первоклассного такси, словно между ними уселась напряженность, свесив ножки.       «О чем думаешь, Осаму? Неужели снова воображаешь красивое, безболезненное самоубийство? — на этот раз Тэцухиро продолжительно держал взгляд на затылке коллеги, — Никогда ты не был при мне столь серьёзным.»       Дазай повернулся к Тэцухиро, точно услышал его. Уголки губ и брови Осаму слегка опущены, а глаза выражали рассеянность. После минутной гляделки Кимура, чуть окрасившись в розовый цвет, отвернулся.       За следующий десяток минут больше ничего не произошло, но зато тройка прибыла к парку, где и планировалась пройти встреча с главой Английской Мафии и её спонсором. Каблучки на ботинках Кимуры тихо стучали по асфальтированной дороге, с обеих сторон которой выстроились цепочки клумб с различными цветами. А за ними ярко светили фонари.       «Ого, как много людей пришло понаблюдать за сакурой,  — внутри себя искренне удивился Тэцухиро, следуя за Огаем. Кимура молниеносным взглядом окидывал каждого прихожего японца, не смея смотреть в их лица. Каждый из них болтал о своем, пил кофе, или просто сидел на скамье, — А где же британцы?»       Внезапно нечто сзади твердое уперлось в спину Тэцухиро и толкнуло вперед. И, не успев одуматься, он упал       «Что за Дьявол?! Ну что за невнимательный человек?! Неужели я до такой степени низкий, что меня уже и вблизи не видно?! — ругался сам себе Кимура, поздоровавшився щекой с асфальтом, — Только бы не смазалась тональная основа…»       — О-о-оу, прос-с-сти-и-ите меня-я-я, — противно тянул слова женский голос с четким британским акцентом, — Я ва-ас-с не з-заме-е-етила.       Тэцухиро уже было хотел произнести, но:       — Ничего страшного, мисс, — любезно проговорил Осаму на английском языке, шагая к Тэцухиро, — мой товарищ на вас не злится и все понимает.       Он аккуратно взял за руку молчаливого пострадавшего и поднимал.       «Дьявол! Я отбил себе колено и щеку!» — стонал тот.       Как Кимура полноценно стоял на ногах, он повернулся к незнакомке. И лучше бы этого не делал… Изабель Темплин держала в руках по станчику, по запаху было ясно, что в них налито кофе. Ее болотно-зеленые, обрамленные пушистыми ресницами, глаза осуждающе изучали персону Тэцухиро, а пухлые губы накрашены бордовой помадой. Рыжие волосы достигают груди и лежат идеальными волнами. Края розового платьица прикрывают ее прекрасные коленки. На руках, шее и ушах сверкает излишество золотых украшений.       Мгновенно взбурлился страх, растекаясь горящей лавой по венам в самое затемненные уголки тела.       «Что ты-то в Японии позабыла?!»       — Прос-с-с-ти-и-ите ещё-ё-ё раз-з-з, — и она широким шагам поспешила вперед.       — Странная дамочка, — наконец-то хоть что-то сказал лидер Портовой Мафии, наблюдавший за событиями.       — В её характере, мистер Огай, — ответил убитым голосом Тэцухиро, — Она одна из дочерей Вэлмонта.       — Зато какая она красивая… - мечтательно закатил глаза Осаму, приложив ко лбу тыльную сторону ладони, этим выражая высшую степень восхищения.       «Красивая?.. — перестал на миг дышать Тэцихиро, а затем надвинул на лоб шляпу, чтоб не было видно слегка попортившийся макияж, — Она доставляет мне боль, даже не догадываясь, что я — это я… Неужели тебе по нраву садистки, Осаму?       Троица возобновила ход, только Кимуре было слегка больно - каждое новое сгибание колена отзывалось острой болью. И вскоре они приблизились к тянущимся длинной цепочкам деревьям сакуры. А представителей Английской Мафии не было видно. Да и лучше они не приходили — Тэцухиро чувствует, что из-за большого прилива негативных эмоций вряд ли будет переводить нормальным голосом, скорее уж застрелится в укромном месте. И без Дазая.