33. В отчаянии (Коннор Уолш и Оливер Хэмптон)
7 ноября 2020 г., 13:50
Коннор сядет. Он принял такое решение. И мне — я знаю — его не переубедить. Он говорит, что это правильно. Что так надо. Что давно должен был ответить за содеянное. Он упрям. Он сделает так, как считает нужным. Это я тоже знаю.
Коннор сядет. И я чувствую, как рушится мой мир. Наш мир. Тот, что есть сейчас, хрупкий, хлипкий, но реальный, и, главное — тот, который мы мечтали построить.
Коннор сядет. Я не знаю, понимает ли он, что его ждёт. Холод. Дискомфорт. Почти наверняка — изнасилование. Почти уверен, что регулярное. Унижения. Боль. Одиночество. И, возможно, смерть.
Эти пять лет будут для него адом.
Эти пять лет будут адом для меня.
Коннор сядет. Я не знаю, понимает ли он, что убивает своё будущее. Убивает себя. Он говорит, что признается. И получит пять лет, которые в тюрьме будут ощущаться как бесконечные.
И я чувствую, буквально физически, как разрушается наш хрупкий мир.
Как летят в пропасть наши мечты.
Не будет маленького домика, который мы мечтали купить.
Не будет кофе в постель, который клялись приносить друг другу каждое утро.
Мы не сможем дарить друг другу дурацких плюшевых медведей, которыми заполним самую большую комнату в доме.
И никогда, никогда не откроем приют для собак, не возьмём собаку из питомника.
Я чувствую, как всё это рушится. Уплывает. Исчезает от нас.
Чувствую, как всё это перестаёт быть реальным.
И Коннор. Он просит развода. Говорит, что нам лучше развестись.
Он плачет, а я вообще бьюсь в истерике. Это отчаяние.
— Нет, — шепчу я, взяв его лицо в ладони, касаясь губами его губ, — нет. Мы не разведёмся. Даже не думай! Не смей думать об этом!
Он смотрит на меня, несчастный и раздавленный. И тихо шепчет прямо мне в губы, весь сгорбленный, отчаянный и несчастный:
— Я люблю тебя.
И мне ничего другого не остаётся, кроме как сказать:
— Я люблю тебя тоже.
А потом я отпускаю его. И смотрю сквозь пелену слёз, как он уходит в зал суда.
Мир вокруг теряет цвета, становясь чёрно-белым.
И мне кажется, что он уходит от меня навеки.
Навсегда.