Вместе

— Твою же мать, Манобан, слезь с меня! Оглушительный крик издается из-под Лисы, из-за чего она охает и резко подрывается со своего места, падая на пол. Уже лежа на холодном паркете она замечает отсутствие некоторых элементов гардероба на ней. Медленно подняла руки, положила их на свои плечи, провела ими от ключиц до бедер, в надежде найти свой верх. Попытка провалилась. — Стоп-стоп-стоп… что? Просто ЧТО?! — тихо бурчала под нос девушка с глазами-блюдцами, напрасно стараясь вспомнить вчерашний вечер. Она приняла сидячее положение, несмотря на то, что окружающий мир на один миг потемнел, а гравитация начала давить невообразимо сильно, — какого я без верха осталась?! Где моя одежда?! Ее голос хрипел, а голова раскалывалась — последствия хорошего отдыха. Именно хорошего, коим словом сейчас не опишешь ее эмоциональное состояние. Лалиса, хоть и думала медленно, относительно быстро окинула взглядом комнату в поисках своей футболки, благо на ней был спортивный топ. Она еле как доползла до и натянула на себя жалкий кусок ткани, после жалея о своем вчерашнем решении выпить: мысленно проклинала всех и вся, желая себе смерти, заклиная, что больше не будет пить. — Что вчера было? — наконец она решила задать этот вопрос, все так же лежа на полу. Он долгое время витал в комнате, не находя себе ответа. В кои-то веки на него ответила причина утреннего пробуждения Манобан. — Я не знаю, что было до, но, когда я пришла сюда поспать, ты проснулась, начала жаловаться на духоту и разделась, а после полезла с объятиями ко мне, — одногруппница Лисы медленно проговорила это и закрыла лицо руками. Даже без них можно было понять, что сказанное смутило ее, впрочем, как и саму Лалису. Она не знала, что ответить, поэтому, решила отшутиться, спросив с обидой в голосе: — Тебе не понравилось? — Нет-нет, что ты, понравилось, просто это было неожиданно, — бедная девушка покраснела еще пуще, в то время как остальные слушатели диалога залились тихим смехом, что легко можно было спутать с предсмертным хрипом. — Кто-нибудь принесите мне воды, пока я не умерла на этом месте, — выдохнула Манобан, — пожалуйста. Кто-то тихо подкатил к ней бутылку, да так, что та врезалась ей прямо в лицо. — Спасибо, кто бы ты там ни была, — она снова медленно присела, держа свою голову, словно та может отвалиться, и начала потихоньку пить воду, — это от головы? Девушка покрутила в руках пластинку с таблетками, найденную рядом. Окружающие утвердительно кивнули, после чего одна таблетка отправилась в путешествие по организму Манобан. — Ммм… вы помните, что вчера было? — промычала она, в надежде усмирить бурю внутри себя. Она массировала пальцами виски, пока до нее отрывками прилетали слова остальных девочек, описывающие ночь во всех красках, особенно в самых ярких, особенно о Лисе. — Все так отжигали на танцполе, что казалось, будто все вокруг расплавится, — смех, — и центром, как всегда, была ты. — Да-да! Я помню, ты говорила, что придерживаешься здорового образа жизни, что не пьешь, не куришь, а тут, вот те на, вот и ЗОЖ! — Я помню, что кто-то из вас чуть не снес люстру, стараясь выиграть в споре. — О, это была я. Я выполняла наказание, чтобы не выполнять действие. И вот комнату потихоньку заполонили разговоры и тихие смешки. Повезло девушкам, что они молоды, иначе утро после вечеринки прошло бы немного по-другому, хотя… в этот момент в комнату вваливается Мина. Волосы были растрепаны и похожи на гнездо, макияж поплыл, а сама она, видимо, все это время обнималась с местным белым другом. — Плохо? — короткий кивок вместо ответа, — помогите ей. Те, кто чувствовали себя не так плохо, начали укладывать ее на кровать, где спала Лалиса, давая возможность прийти в себя. Смотря на это, наша героиня собрала силы для подъема и медленно шаркала к выходу из комнаты. Снова короткий изучающий взгляд на остальных девочек, и она уже закрывает за собой дверь, оказавшись в коридоре. Слышны храп из других комнат и то, как кто-то не в состоянии покинуть компанию унитаза; на глаза сразу бросаются пейзажи из разбросанных бутылок от алкоголя и одноразовой посуды. Сама комната задымлена и выглядит так, будто здесь была не вечеринка, а какая-то битва между любителями выпить и покушать, а судьями же были любители подымить табачными изделиями. Да, уборка определенно отнимет не меньше сил, чем само мероприятие. Сквозь весь мусор и дым движется юная леди, то и дело спотыкаясь об очередную бутылку. Она уже было пнула одну из них, но обратила внимание на этикетку ее препятствия: «Соджу: 40% алкоголя». — Вы серьезно? Покупать такое подросткам… кто им продал? — думала она про себя, вспоминая свои посиделки на кухне. Медленно, аккуратно ступая на каждую ступеньку, держась за перила, как за возможность пересдать проваленную контрольную работу в школе, Лиса спустилась на первый этаж. Там ее встретила та же картина, что и наверху; ее же это, в принципе, и не удивило. Она продолжила свой долгий путь до кухни. Ввалившись в нее, она искала, что бы покушать, и ее затея увенчалась успехом: кто-то додумался оставить пиццу в холодильнике. — Чтобы я еще раз напилась… да никогда! — думала она, уплетая холодное блюдо.

***

— Я вижу, вы хорошо отдохнули, — тренер назначил им встречу вечером того же дня, чтобы удостовериться в сохранности всей команды. Помятые и уставшие, девушки лишь улыбнулись и поклонились мистеру Су, выражая ему благодарность за такую возможность оторваться. Каждая из них отдохнула более ментально, нежели физически, но, все же, теперь они не так сильно беспокоились о предстоящем конкурсе. По крайней мере, пока. — Завтра и послезавтра, — тренер показал знак «peace» и вдруг стал серьезнее, — у нас два дня на возвращение в строй и полную подготовку к конкурсу. Вас всех освободили от занятий по моей просьбе, поэтому мы тщательно будем вспоминать все наработки. Завтра в девять утра встречаемся на нашем месте без опозданий. Берите с собой все необходимое: как минимум, сменную одежду, полотенца, воду и перекус. Всем все ясно? Команда разом кивнула, из-за чего тренер лишь хмыкнул, останавливая взгляд на Лисе. — Хорошо. Напоминаю, что опоздавшие понесут наказание, — пригрозил он, но тут же смягчил тон, — Все свободны. Лалиса, останься на минутку. Толпа медленно рассосалась и Манобан вновь осталась тет-а-тет с тренером. Он, как ее преподаватель, начал: — Надеюсь, ты понимаешь, что тебе нужно не просто восстановиться, но и собрать все силы за этот вечер? — девушка молча смотрела в глаза мистеру Су, словно соглашаясь с его словами, — как ты себя чувствуешь? — Ну… — протянула Лиса, — спасибо за такую возможность отдохнуть. Я еще не отошла от всего веселья, но теперь не переживаю так сильно о предстоящем отборе, — она натянула улыбку, чтобы не заставлять беспокоиться тренера. — Рад слышать, — коротко ответил он, задумавшись о чем-то, а затем продолжил, — если тебе будет нужно… — Если мне будет нужно, — Лиса перебила тренера, слегка улыбнувшись, — я сразу же обращусь к вам с просьбой. Все в порядке, не беспокойтесь, я все смогу, — заверила она его. Тренер сдержанно кивнул и по-отечески улыбнулся своей ученице. — Тогда... до встречи завтра, Манобан. — До завтра, тренер, — девушка поклонилась и быстро поплелась к выходу, на свежий воздух, по пути надевая свою куртку и держа в руках один из любимых элементов гардероба. Легкий морозец встретился с лицом Лисы, отчего та поежилась. Закутавшись как можно плотнее и теплее в свой шарф, она шла по легкой снежной глади, наслаждаясь идиллией сего момента. Вокруг были люди, да и машины проезжали мимо, но внутри нее было настолько спокойно, что даже снег, еле заметно скрипящий под ее ногами, для нее был слышен. — Наконец-то спокойствие, — подумала она, после улыбнувшись своим мыслям.