Вместе

— И первое место присуждается команде…

***

Шесть утра дня проведения чемпионата. Будильник, в заданный Лисой час, подал звуковой сигнал к пробуждению. Девушка, спящая на животе, сначала переворачивается на бок, а после медленно разлепляет веки, оборачиваясь к источнику невыносимого шума. Момент, и комнату заполнила тишина. Лалиса потерла сонные глаза, будто лапками, и задумалась на секунду, заключив для себя: — Нельзя медлить, не сегодня. Девушка с выдохом приняла сидячее положение на кровати, потянулась на месте и опустила ноги на пол. Холод слегка пощекотал ее ноги, отчего носки, лежащие у кровати, были удостоены вниманием в столь ранний час. Рыжеволосая потянулась, стараясь попрощаться с остатками сна. Не получилось. — Сейчас проснусь, — хмыкнула она, вставая с кровати и плетясь к своему шкафу. Свободная длинная белая футболка ниже пояса, короткие черные шорты, черный комплект белья на смену и желтое полотенце. Лиса зашла в ванную, и, полностью раздевшись, встала под контрастный душ. — Пока-пока, сон, встретимся ночью, — как бы не так, девочка, как бы не так. Манобан быстро закончила с водными процедурами, уже суша феном и расчесывая волосы. Она вернулась в комнату, чтобы взять привычный «набор» одежды для тренировок: свитшот размера оверсайз с принтом о танцевальной сборной школы, под ним однотонная серая футболка, далее свободные черные трико и черные кеды с белой подошвой. Переоделась, собрала волосы в высокий хвост и сумку для предстоящего дня, положив туда все, что может понадобиться, вплоть до своей небольшой аптечки для оказания первой медицинской помощи. — Думаю, уж теперь-то я точно могу идти, — шептала она, удостоверяясь в своей готовности, пока ноги несли ее на кухню, — завтрак, точно! Оставив рюкзак у стены, девушка наконец обратила внимание на запах, витающий дома. Что-то между сладким и полезным, судя по заключению рецепторов Лисы, было приготовлено никем иным, кроме как ее мамой. — Боже, неужели! — она влетела в комнату, замечая на столе овсяную кашу с ягодами. Мисс Манобан обернулась к дочери и потянулась к ее щеке, оставляя на ней легкий поцелуй. — И тебе доброе утро. Как настрой? — Победный! — уверенный голос сменил атмосферу со спокойной на заводной за считанные секунды. Лиса крепко обняла маму сзади, слегка качая ее из стороны в сторону. Немного постояв в теплых объятиях, мисс Манобан отстранилась от дочери. — Рада слышать. Кушай скорее, завтрак стынет, — мама приглашающе указала на стол и сама села за него, — папа отвезет тебя до школы, тебе ведь туда, да? — Да, сбор нашей команды будет проходить там, — девушка сказала все на одном дыхании и приступила к своему завтраку. Да, она очень, ну очень любила овсянку, да еще и ягоды — углеводы для энергии! Как раз для важного дня! Быстро расправившись с вкуснейшим блюдом, Лиса промурлыкала: — Спасибо, мам, как всегда вкусно! — она встала из-за стола и поклонилась. Какое-то движение и шум в коридоре привлекли ее внимание, после чего она обернулась, а в дверном проеме показался ее отец. — Ну, что, чемпион, готова? — кивок в ответ, — выдвигаемся? — Поехали! — младшая Манобан энергично затопала, вскидывая руки вверх, после выбегая в коридор дома. Отец, ничуть не удивленный энтузиазму своей дочери, лишь заулыбался и ласково посмотрел на жену. Юная танцовщица быстро обулась, проверяя, все ли на месте, и крикнула маме напоследок: — Пока, мам, сегодня я вернусь с победой!

***

— Все ли собрались? Все? Точно? Проверю по списку. Так… где же наша… — Я здесь! — в аудиторию ворвалась запыхавшаяся Манобан, перебив тренера. Она извиняясь протиснулась в задние ряды строя остальных танцовщиц и здоровалась с ними, в то время как мистер Су лишь ухмыльнулся при виде ее. Да, она пришла позже назначенного времени на целых три минуты, но всякое ведь бывает. Не нужно рушить ментальное состояние всей команды из-за такой незначительной, как ему казалось, ошибки. — Отлично, остальные, значит, здесь, — он окинул команду быстрым взглядом, — определенно, все здесь. Как настрой, пламенные тигрицы? — Пламенные… что? — Мина, стоявшая в первом ряду, громко задала этот вопрос, как бы говоря от лица всех девушек. В ее глазах играл огонек, смешанный с непониманием, — с каких пор у нас такое название? — О, это долгая история, — тренер, легко смеясь, начал качать голову из стороны в сторону, — коротко говоря, кто-то из организаторов городского конкурса захотел выделиться и провел жеребьевку названий среди всех команд. Брали по два слова — прилагательное и существительное. Жребий тянул я и… вот нам и попалось такое название. Это еще цветочки, поверьте мне, — мистер Су уже начал громко смеяться, — какой-то художественной школе дали название «отчаянные барсуки». Представьте, как они будут выступать? Команда поддержала смех тренера и обстановка стала более расслабленной. — Смех смехом, но теперь нужно собрать всю волю в кулак и показать всем, что мы танцуем лучше остальных! Даже лучше, чем художественные школы нашего города! — все девушки в унисон закричали «да!», — мы… Земля начала содрогаться от топота девушек, после начала заветного предложения. Все до единой поддержали тренера, продолжая его «мы», а после вместе прокричали: — …сделаем это! — и снова четко, — мы сделаем это!

***

На часах восемь утра, а команда во главе с мистером Су уже стоит на входе в здание местного университета. Угу, организаторы решили проявить свою креативность и в этом, но, как ни странно, всех все устраивало. В какой-то степени это было даже правильно — проводить конкурсы среди подростков в здании ВУЗ-а их города. Если спросите почему, то многие выпускники местных школ уезжали в близлежащий Сеул, не желая возвращаться обратно, а это было ой как невыгодно в перспективе развития городишка. Именно поэтому подрастающему поколению хотели показать университет во всех красках: вдруг кто-то из них после конкурса выберет это место для получения высшего образования? Девушкам провели экскурсию по зданию и дали следующие наставления: через сорок минут, в девять утра, начнется сам конкурс. Открытие мероприятия, встреча приглашенных гостей и так далее — все прописано в сценарии и общем плане. Собственно, у всех команд есть полчаса на подготовку к выступлениям в кабинетах, после чего они должны будут присоединиться ко всем зрителям в актовом зале. Запомнив все, что сказали организаторы, юные танцовщицы с гулом потопали в выделенную им комнату, по дороге забирая ключи для входа у охраны. Дверь отворилась, и команду встретила большая, просторная аудитория с небольшим количеством парт и стульев посередине. У стен стояли шесть туалетных столиков, по три с каждой стороны, и два широких раздвижных шкафа. Вся комната создавала своим видом некую гармонию из оттенков коричневого цвета. Тусклый свет падал из прикрытого рулонными шторами окна, отчего атмосфера в комнате казалась интимной. Едва переступив порог комнаты, Мина начала: — Мистер Су будет ждать нас в зале, девочки. Давайте докажем ему, что он не зря тренировал нас все это время! Очередная кричалка для поддержки духа. Танцовщицы аккуратно зашли в комнату, занимая все больше и больше свободной территории. Они разложили свои вещи и начали переодеваться, помогая друг другу, когда нужно. Кто-то, кто уже надел весь комплект одежды для выступления, начал краситься, а кто-то, уже готовый к выходу, красил других. Дружба между участницами чувствовалась, как никогда прежде, а мандраж перед их танцем все делили между собой поровну, отчего даже дышать становилось легче. Лиса быстро справилась с подготовкой, после чего расплылась в улыбке, смотря на себя в зеркале. Она очень долго ждала этого момента и просто не могла совершить ни единой ошибки. Каждая деталь ее образа была перепроверена ею раз так пять-шесть, если не меньше. После длительного нахождения в компании своего отражения, она обернулась к другим, мысленно соглашаясь с идеей помочь, как минимум, поддержать общий настрой. Вот она подходит к той девушке, с которой курила, и поправляет ей прическу. Вот она ободряюще улыбается другой соратнице, заставляя последнюю отогнать плохие мысли. Вот она кружит в вальсе с Миной, чтобы развеселить остальных, да и размяться немного. Дело Манобан увенчалось успехом, и теперь вся команда уверенным шагом идет в актовый зал на открытие чемпионата.

***

«Непривычно» — первая мысль, что посетила голову нашей Лалисы. Ведущие были непривычно бодры, гости были непривычно приветливы, а аудитория была непривычно живой. Казалось бы, одни минусы, но ей это лишь нравилось. Ее забавляло то, насколько же в этом году все изменилось; именно в год, когда она переводится в старшую школу. — Интересно, что будет дальше, — она тихо усмехнулась, то и дело кидая взгляды на соперников. Нет, в ее взгляде не было ни капли высокомерия, наоборот: ей было интересно познакомиться с другими, пообщаться, найти новых друзей. У Лисы не было постоянной компании, отчего она часто чувствовала себя одиноко. Само собой, она была местной звездочкой, и многие хотели с ней дружить, но это было не то, что ей нужно. Совсем не то. — Дорогие участники, мы бы хотели представить вам главного спонсора нашего чемпионата, без которого ничего не состоялось бы. Под ваши аплодисменты — Мун Сон Мин! Ряд, за которым сидели «пламенные тигрицы» неожиданно начать гудеть громе всех, да еще и каждая участница по отдельности то и дело, что поворачивалась к Лалисе, словно подбадривая. — Чего это с вами? — она лишь недоуменно смотрела на своих «коллег», пока те продолжали смотреть на нее. Рядом сидящая девушка тоже поддерживала овации, но, несмотря на игнорирование вопроса со стороны других, она решила ответить, не мучая бедную Манобан. Едва придвинувшись к уху рыжеволосой, та начала: — Мужчина, вышедший на сцену, — Мун Сон Мин. Он главный спонсор данного чемпионата и, по совместительству, — она посмотрела Лисе в глаза, будто хотела видеть ее реакцию, — директор Сеульской Школы Искусств. Сердце Лалисы пробило удар и замолкло. По крайней мере, она ощущала себя так. На секунду все происходящее остановилось; единственное, что видела Манобан — силуэт мистера Мун. Он шел по сцене, медленно переступая ногами и приближаясь к своему месту у трибуны. Видимо, он будет выступать с речью. — Раз, два, надеюсь, меня слышно, кхм-кхм, — первые нотки голоса директора СШИ заставили Лису вовсе замереть. Глазами по пять копеек она осматривала относительно молодого для своей должности мужчину. Стереотип, да, но обычно директора — мужчины либо женщины в возрасте сорока-пятидесяти лет; здесь же спикеру не более тридцати пяти, и то, с натяжкой. — Доброе утро, уважаемые коллеги, гости, танцоры! Я искренне рад приветствовать вас на открытии городского чемпионата по танцам! — бодрый голос быстро расставил все по местам, дав понять, почему именно он занял эту должность, — с опытом более двадцати лет в этой сфере, для меня большая честь поддерживать развитие того, что заставляет мое сердце биться чаще, — танцев! Зал отреагировал на данное заявление положительно, выражая эмоции бурными овациями. — Спасибо, — коротко сказал мистер Мун, жестом призвав аудиторию к тишине, — совсем скоро начнется то, к чему все команды готовились с самого начала учебного года. Желаю всем вам удачи в нашем непростом деле, и пусть победит сильнейший! — на последней фразе он поднял руку вверх, показывая «класс». Очередная волна аплодисментов и зал затих. Свет приглушили, а на сцене начался показ видео-отчета о прошлогоднем конкурсе. В это время Лалиса ушла в свои мысли, понимая, что ей более чем важно проявить себя на выступлении по-особенному. Она начала слегка дрожать от страха и поддаваться панике, но смогла вовремя совладать с собой. — Ты сможешь, — она убеждала себя, стараясь унять дрожь в руках, — в конце концов, это не последний шанс проявить себя, поэтому будь, что будет.

***

Дыхательная гимнастика и мантры всегда помогали Манобан для успокоения, так что она не пренебрегала ими перед выходом на сцену. Все команды сидели на передних рядах в зале, выходя по очереди на сцену для показа своего номера. Конечно, просмотр выступлений других команд неслабо так выбивал из колеи, но было решено провести все именно так, чтобы никто не подумал, что «судьи подсудили». «Пламенные тигрицы» выступали последними, что огорчало, но и, одновременно, радовало, давая надежду на победу. Девушки смеялись, ведь «десерт всегда напоследок!». Когда настал черед их выхода, сцена стала похожей на картину художника-импрессиониста. Изобилие ярких цветов в одежде, а также наличие разного рода аксессуаров на девушках создавало впечатление, что никто не решился полностью взяться за стиль команды, отчего они выглядели «небрежно»; это было им лишь на руку, ведь они танцевали в стиле уличного хип-хопа с примесью песен данс-попа. Как ни странно, выбор песни для аккомпанемента пал на творчество f(x), хореографию же придумали сами девочки вместе с тренером. Большую часть работы проделала Манобан, поэтому, в основном, она занимала центральную позицию в выступлении. Стоя спиной к зрителям, Лиса высчитывала секунды перед началом их танца; сейчас она была крайней слева. Под «раз, два, три» команда начала частями по очереди оборачиваться к аудитории лицом, а после резкими, но точными движениями рук и ног показывать им то, над чем они работали эти долгие месяцы тренировок. Прыжок и смена позиций — теперь в центре стоит Лалиса. Девушки четко двигали всеми частями тела, не забывая сохранять свои позиции. Сбор в одну шеренгу друг за другом и кульминация первой части танца — все расступаются перед Лалисой тогда, когда она делает идеальный переворот вперед, опираясь на руки. Секунда и команда перешла к другой песне, продолжая шоу. Их целью было показать не только технику движений, но и пластичность с синхронностью всех участниц. У команды это более чем удалось, ведь по окончанию их выхода весь зал взорвался от оваций и аплодисментов как зрителей, так и жюри. Спустившись со сцены, девушки вернулись на свои места под пристальными взглядами других команд. Одни смотрели на них с восхищением, другие — с некой неприязнью. Несмотря на это, единственное, что их сейчас волновало — мнение мистера Су, во взгляде которого читалась гордость. Если уж он был доволен их танцем, то им не о чем было волноваться. Перерыв на час для обеда был объявлен после завершения этапа с представлениями команд. Всего лишь через час будет известно то, кто стал чемпионом по танцам в этом году. Настрой Манобан был заводным, а уровень радости был просто запредельным, особенно после многочисленной похвалы от других танцоров; его не смогла понизить даже стычка с одними из оппонентов, которые хотели вывести Лису на эмоции. — Не сегодня, девочки, — бросила рыжеволосая, тут же залившись смехом.

***

«Огненные тигрицы» отдыхали в своем кабинете, прежде чем организаторы собрали всех участников турнира в актовом зале. Именно сейчас обстановка была, мягко говоря, напряженной. Каждый, пусть и не открыто, надеялся на победу, ибо все проделали долгий путь к данному турниру. Настала пора оглашения результатов. — Я очень рад, что в этом году выступали настолько сильные команды, что мистер Мун даже отметил некоторых танцоров среди всех вас. Пожалуй, начнем с этого, — организатор турнира передал микрофон директору СШИ, тот лишь благосклонно улыбнулся и кивнул. — Никогда прежде я не видел такой энергии в подростках, как на сегодняшних выступлениях. Три танцора, которых я бы хотел по-особенному отметить: Чо Исо, Юн Нана и Лалиса Манобан, — овации, овации и снова овации, — прошу, выйдите на сцену. Дорога от насиженного места до сцены была как в тумане, и вот Лиса стоит перед всеми, в сопровождении еще двух девушек, под прицелом фото и видеокамер. Она улыбается искренне, от всей души, понимая, что ее родители будут горды ею. Но, главное — она смогла доказать самой себе, что она может добиться того, чего захочет, ведь результат оправдывает весь ее непосильный для других труд. — Я хочу вручить этим юным леди небольшие подарочные наборы от Сеульской Школы Искусств, в знак моего уважения, — на сцену внесли три больших пакета с эмблемой СШИ; их вручил в руки каждой танцовщице по отдельности директор Мун, мягко пожимая руку получателя. Девушек отправили по своим местам. Лиса шла до своего ряда на ватных ногах, боясь не дойти до пункта назначения без происшествий. К счастью, она благополучно добралась до своей команды и сразу была захвачена ими в плен, состоящий из вопросов «что же в пакете?», «покажешь нам?». Отмахнувшись от них словами «потом, не сейчас», Манобан, не веря, провела рукой по матовому покрытию пакета. Она заглянула внутрь, удивляясь составу «небольшого подарочного набора»: футболка с незамысловатыми надписями по рукавам, спортивная бутылка, легкий рюкзак и кепка с эмблемами СШИ, и, самое главное, небольшой хрустальный сувенир в форме танцора с гравировкой снизу «Я смогу!». — А мы продолжаем и переходим к самому важному — оглашению итогов нашего чемпионата! — голос ведущего вывел Лалису из надвигающихся мыслей, к которым она все равно вернется позже, — принять решение относительно присуждаемых мест нам было очень сложно, но это не означает, что невозможно. Каждый из вас особенен, но конкурс есть конкурс. Мы надеемся, что никто из вас не посчитает наше решение несправедливым. В зале вновь наступила тишина. Она тяжело давила на сознание, заставляя сердце биться быстро, в страхе, но самообладание помогало бороться с данным порывом. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох. — Третье место… получают… «отчаянные барсуки»! — с места подорвались девушки и парни с задних рядов, «отчаянно» выбегая навстречу своему маленькому кубку. Забрав трофей и сделав фотографии на память с организаторами и спонсорами, они с еще большим шумом вернулись на свои места. От осознания того, что одно место уже забрали, «пламенные тигрицы» начали немного беспокоиться, но и надежда на более высокий ранг так и пылала внутри каждой из них. — Второе место… — ведущий специально оттягивал время, заставляя нас понервничать, — «дружелюбные котята»! — грохот от падения одного из участников команды, или даже тренера. Так… да, определенно тренера. Видимо, он от счастья упал в обморок. А команда… а что она… фотографировалась себе на память и вернулась на свое место. Хоть озвученное название команды и умиляло, но теперь мандраж охватил команду мистера Су по полной программе. Все судорожно ожидали услышать из уст ведущего приглашение их состава. — Первое место… — спикер специально выделил это словосочетание, — присуждается команде… — он вскинул бровь, растягивая удовольствие от интриги, — «глупые орлы»! Тишина. Вокруг Манобан была лишь тишина. Звуки вокруг нее стали незначительными, будто исходящими из-под воды либо вакуума. Как? Как так получилось? Почему не они? Много вопросов и слишком мало ответов. Слишком. Мало. Ответов. «Глупые орлы» медленно двигались в сторону сцены, высокомерно задрав головы. Это название, как казалось Лисе, чертовски подходило им. Сделав фотографии на память, они вернулись на свои места, а одна из них даже окликнула Лалису, смеясь последней в лицо. Это оказалась та девушка, которая стала причиной конфликта между командами во время обеденного перерыва. Рыжеволосая снова не повелась на провокацию, отчего ее оппонентка вспыхнула, как спичка, но ничего более сделать не смогла. Команда мистера Су затихла. Каждый переваривал победу «глупых орлов» по-своему. Кто-то поник, а кто-то подбадривал поникших. Среди первых оказалась Лиса. Она еле как сдерживала слезы от поражения, держа голову двумя руками. Мистер Су подошел к ней и осторожно приобнял, поглаживая по голове. — Ты молодец, — раздалось над ней, отчего она сжалась еще больше, но от этой поддержки ей стало чуточку легче. Казалось бы, что чемпионат окончен, но как бы не так. Зал начал сначала тихо, а потом громко выкрикивать «гран-при!» судьям. Те, словно этого и ожидали, таинственно улыбались, переглядываясь друг с другом. В сердцах «пламенных тигриц» тихо зарождалась надежда, которая могла сломаться от любого неосторожного слова со стороны организаторов. — Мы услышали вас! — мистер Мун объявил это во всеуслышание. Все замерли, ожидая продолжение речи. Лиса все также держала голову, опущенной вниз. — Гран-при нашего чемпионата… — какое же величие было слышно в его голосе, — присуждается… команде… Тишина. Тишина и ничего более не слышно во всей аудитории. — …«пламенные тигрицы»! Кажется, громкость оваций могла сравниться лишь со взрывом бомбы неистовой мощи. Не с одной, а с двумя, даже с дюжиной таких! Абсолютно все зрители чуть ли не бились в конвульсиях от радости за команду мистера Су. Лалиса вскинула голову и помотала головой из стороны в сторону, не веря происходящему. Вытирая подступившие уже слезы счастья, она встала на ноги и, взявшись за руки с остальными участницами ее команды, поднялась с ними на сцену. Мина, как лидер команды, двинулась в направлении к мистеру Муну и приняла победный трофей. Едва получив его, она тут же подозвала к себе Лису и заставила ту взять вторую сторону кубка в руки. — Твоя заслуга, Манобан! — искренняя радость в глазах подруги не скрылась от взора Лалисы. Смущенно улыбнувшись, она кивнула и взяла кубок. — Мы чемпионы! — крикнули девушки, поднимая кубок вверх. Камеры запечатлели этот исторический момент для школы Лисы, который после будет показан на всех новостных порталах их города.

***

— Мама, папа, я дома! — девушка с радостными криками ворвалась в квартиру, по пути скидывая верхнюю одежду и обувь в разные углы комнаты. Дом встретил ее подозрительной тишиной. У двери не стояли рядами обувь родителей, что могло быть по двум причинам: либо их нет дома, либо они решили убраться. Логичным заключением был первый вариант, однако, свет, что исходил из кухни, заставил ее насторожиться. Младшая Манобан недоверчиво наклонила голову право, будто задумавшись, стоит ли идти навстречу «неизвестности». Иного выбора у нее, конечно, не было, поэтому, тяжело вздохнув, Лиса медленно зашагала в сторону кухни. Подходя к комнате ближе, ей все больше открывался вид на то, что же стало источником света, — свечи. Много свечей разной формы на разных поверхностях от стола до столешниц. — Что за… — не успела Лалиса зайти за порог комнаты, как ее родители выпрыгнули из своих «укрытий» с криком «Сюрприз!». Шок, сменяющийся восторгом, — вы когда-нибудь видели это сочетание в глазах человека? Кажется, именно это и было видно во взгляде Лисы, когда она, поддавшись эмоциям, побежала к родителям для объятий. Те, само собой, приняли их, окутывая свою дочь теплом и любовью. — Спасибо, — тихо произнесла младшая, сжимая родителей в своих тисках все крепче. Небольшая семья Манобан провела отличный, нет, шикарный, уютный, приятный, великолепный вечер, празднуя фееричную победу дочери на городском чемпионате по танцам. Слово «гордость» не могло в полной мере описать того, что чувствовали родители. Слово «счастье». Да, именно оно. Только оно могло описать все, что происходило сейчас внутри каждого из членов семьи. Лиса вернулась в свою комнату глубоко за полночь, все также улыбаясь и не веря происходящему. Она долго не могла найти себе место и заставить себя уснуть, ведь то, что было сегодня, — это всего лишь начало ее долгого и тернистого пути к успеху.